Порно

Какое-то время в жизни Майлза всё было неплохо: у него была крыша над головой, и он нашел неплохую подработку — курьером, так что в каком-то смысле он теперь был уверен в завтрашнем дне. В худшем случае, теперь ему не придется спать на вокзале, если их с Рокси попросят свалить из квартиры. Откладывать деньги получалось лучше, чем когда он жил один — Рокси покупал большую часть продуктов, и отказывался брать долю с Майлза. Майлз в очередной раз готовился к поступлению в Школу Искусств, на актерское отделение, тайком учил новый текст, но мысленно готовился к отказу. В первый раз получить благодарственное письмо-отказ было больно, он едва выкарабкался из той безысходности и отчаяния, что на него навалились. Иногда ему казалось, что он просто неспособен ни на что иное, кроме съемок в порно, а жизнь просто указывает ему на его место. А после — он с удвоенным усердием читал и учил, ведь не может вся его жизнь вертеться вокруг порно. Где-то спустя месяц совместного проживания Майлз узнал, что выселить их с квартиры будет просто некому. Рокси был собственником. — Ого, — присвистнул Майлз, неловко проливая молоко на столешницу от неожиданной новости. Майлз заваривал кофе, а Рокси в это время сидел на барном стуле перед тарелкой с хлопьями и болтал в воздухе тощей ногой, обтянутой джинсами-скинни. По факту — они завтракали, но Рокси, кажется, так и не притронулся к еде, и вообще в тот день он был особенно отстраненным. — Ну да, — равнодушно пожал плечами Рокси, сдирая зубами кожу с губ. Когда он нервничал, он постоянно принимался обдирать губы, заусенцы, корки от старых царапин. Майлз где-то читал, что люди с self-injuring-синдромом обычно пытаются что-нибудь отрезать: ногти под корень до крови, волосы, корки от шрамов, но высказать эту мысль Рокси он так и не решился. Да и зачем? Спрашивать, как Рокси разжился недвижимостью в такое тяжелое время, Майлзу было неловко, а что еще можно сказать, он от неожиданности не мог придумать. Поздравить? А что, если квартиру он получил от любимой бабушки, безвременно покинувшей Рокси, когда ему было семь? Неловкая пауза затягивалась, и Майлз уже готов был вылить в раковину недопитый кофе и уйти пораньше в копировальный центр, в котором работал теперь по понедельникам и четвергам, когда Рокси вдруг сделал признание: — Это не порно. Если ты об этом подумал, то это не та фигня, которую всем подряд предлагал Престон. С прошлого года Престон загорелся идеей о индивидуальном бизнесе. Он ходил и предлагал каждому второму скинуться на хорошего вебдизайнера, чтобы тот сделал сайт, где можно было бы дрочить на камеру за деньги, ничего при этом не отчисляя жадюге-Брайану. Говорил, что только так и можно наскрести на скромный особнячок в городе Падших Ангелов. — Я об этом и не думал, — пренебрежительно фыркнул Майлз. — Мне кажется, что на жилье реальнее курьером заработать, чем дрочкой на камеру. Все знали, что эта бредовая идея не может выгореть, а если Брайан узнает, что его мальчики больше не его, то могут возникнуть настоящие проблемы. Поэтому Престон, судя по всему, до сих пор копит на свой сайт в гордом одиночестве. По подбородку Рокси потекла струйка крови, и он, тихо выругавшись, схватил со стола салфетку и прижал к губам. Он нервничал даже сильнее, чем обычно. — Прикусил, да? — бросил спасательный круг Майлз, быстро отводя глаза в сторону. — Это был подарок, — выдавил с непонятным напряжением Рокси, опуская глаза в пол. — Эта квартира и практически все остальное — это подарок. У Рокси Реда наравне с тысячей положительных черт была неприятная особенность: иногда, не слишком часто, он будто пропитывался электричеством, окружал себя полем отрицательных зарядов, и будто бы только и ждал, когда кто-то войдет в его пространство. Достаточно одной лишь искры, чтобы все полыхнуло синим пламенем. В такие моменты Майлз старался не пересекаться с Рокси, чтобы не разругаться с ним, в конце концов, он жил в его квартире, и очень легко мог бы оказаться на улице при желании Рокси. — Послушай, — нахмурился Майлз, чувствуя напряжение, которое повисло на кухне между ними, — ты не должен ничего мне объяснять. Это твое дело. Если тебе подарили такую шикарную хату, то отлично, значит… Майлз запнулся на полуслове. Он хотел сказать, что Рокси, должно быть, заслужил эту квартиру, но он совсем не имел ввиду то, как прозвучала бы эта фраза. Меньше всего на свете, он хотел бы обидеть или даже задеть Рокси. А сделать это, казалось, очень легко. Рокси слишком понимающе улыбнулся и вскочил с места, начиная судорожно убирать со стола. — Рокс… Стой, — устало потёр глаза Майлз. — Я уже ухожу. Прости меня, у меня гнилой язык. Я не хотел… Рокси резко разогнулся и бросил на Майлза почти сумасшедший взгляд: — Я, правда, заслужил эту квартиру. Как сказал бы Престон, я на нее насосал. — Это меня не касается, — мрачно буркнул Майлз, опуская глаза. Он действительно не хотел ничего знать, особенно, если слова об этом даются Рокси с таким трудом. Он и без слов чувствовал, что за ширмой привычного умиротворения Рокси Реда скрывается темная мрачная бездна, и он определенно точно не хотел знать никаких тайн прошлого. — У меня, как и у человека-паука, был дядя Бен, — Рокси криво улыбнулся, и на губе выступили алые капли. — Но только вряд ли его можно было назвать добрым дядюшкой. Матери было наплевать на меня, она любила… Как бы это сказать?.. — Прибухнуть, — тихо подсказал Майлз, чувствуя, как от кончиков пальцев проходит мелкая дрожь. У них у всех было прошлое. И иногда их линии пересекались. — Пять баллов Гриффиндору, — качнул головой Рокси. — Ей было, по большей части, наплевать на меня. Она даже была, наверное, рада сплавлять меня почаще дяде Бену… Так что, когда вскрыли завещание, и оказалось, что он оставил мне квартиру, это выглядело даже логично. — Щедро, — выдавил Майлз с трудом. Это была слишком распространенная история, и надеяться, что все окажется не так, как кажется, что дядя Рокси просто был щедрым мужиком, Майлз не мог. Скорее всего для Рокси все и началось с этого доброго дядюшки, который привозил самые вкусные конфеты и просил почаще сидеть у себя на коленках. Может быть, добрый дядя брал Рокси с собой в ванную или они играли в другие игры. В любом случае, в один не слишком счастливый день для Рокси это перестало быть невинной игрой, и именно тогда, наверное, Рокси стал таким, каким его знал Майлз. — Ну, да, — с вызовом бросил Рокси. — Представляешь, у него двое своих детей, школьники еще, а он оставил большую часть пасынку своего брата. Все рассчитывали, что я откажусь, или мы разделим все на равные доли. Отчим меня чуть не убил, когда я… В общем, неважно. Ладно… И знаешь, как он подписал свободную часть в завещании? — Рокс, — нахмурился Майлз. Он совершенно точно не хотел знать, как он подписал завещание. — Моему любимому мальчику, — с еще большим вызовом бросил Рокси, сверкнув глазами. На удивление голос у него был уверенный, а глаза сухими. — Моему. Любимому. Мальчику. Ровно восемь лет назад. Майлза подташнивало. — Сегодня? Рокси… Мне жаль. — Все в порядке, — сухо отозвался Рокси и отвернулся. — Как видишь, всё не напрасно. Теперь у меня есть хата почти в центре Бостона. Круто, ведь. Майлз чувствовал, что должен сейчас подойти и обнять Рокси, сказать что-нибудь утешительное. Что-нибудь, что покажет, что ему не все-равно, но он не сделал ни шагу в его направлении. В подъезде он почувствовал, как на глаза наворачиваются слезы. Ему действительно было не все равно, Рокси, долбанный Рокси Ред стал за все их общее время близким. Роднее Рокси в Бостоне у него не было никого, но меньше всего на свете Майлз хотел бы связать себя с Рокси Редом. Если делишь с человеком все поровну, то нужно быть готовым не только к счастливым моментам. В Рокси Реде было столько боли, что неясно было, как он вообще живет на свете. Майлз не вынес бы и половины.

****

— Брайан написал. Завтра съемки, — будничным тоном пробубнил Майлз, отбрасывая телефон в сторону. Он валялся на полу в гостиной, прислонившись спиной к дивану, и ждал пока зарядится джойстики к PS. Пару недель назад они с Рокси серьезно потратились на свой досуг. Идея исходила от Рокси, и Майлз согласился только потому, что угадал в этом неловкость от их молчаливого совместного пребывания в одном помещении. Рокси, как понял Майлз, никогда ни с кем не делил комнату, весьма тяготился этим новым ощущением, но в то же время, горячо возражал при попытках Майлза поговорить о своем переезде. Рокси страдал от своего одиночества, но по-другому жить не умел. — С кем? — равнодушно спросил Рокси, задумчиво уставившись в экран. Тот сидел в больших наушниках, и сомнительно, что был заинтересован в беседе. Майлз даже не надеялся, что он его слышит. — А хрен знает, — пожал плечами Майлз. — Я же пас, так что реально пофиг. Придется сегодня опять искать порнуху, в последнее время все труднее найти кино без знакомых. В последний раз в середине порнухи обнаружил, что дрочу на Кори… Ну ты помнишь, такой рыжий… — Давно не было? — осторожно спросил Рокси, бросая короткий взгляд исподлобья. — С прошлых съемок, естественно, — фыркнул Майлз. — Почему ты ни с кем не встречаешься? — неожиданно отвлекся от монитора Рокси, внимательно рассматривая Майлза. Под этим почти оценочным взглядом ему сразу захотелось выпрямить спину, но с трудом он удержался. — Мне кажется, это очевидно, — ответил Майлз. — Потому что я снимаюсь в порно. — Ну и что? — Рокси окончательно стащил с головы наушники и отложил их на стол. — Как это «ну и что»? — улыбнулся Майлз. — Меня за месяц могут трахнуть несколько разных мужиков. А потом пару сотен это посмотрят на сайте и подрочат на меня. Рокси осторожно снял свои очки в тонкой оправе и потер переносицу, нахмурив брови: — Такая себе причина. Престона, например, никогда не останавливало то, что он порно-стар. — В рамках BoyCrush, может быть. Но в реальной жизни… — Он встречался и с нормальными парнями, — улыбнулся Рокси. — А порно — это всего лишь работа. — Престон просто нимфоманка. Если бы за съемки не платили, он бы все равно приходил и снимался, — обсуждать и осуждать Престона Эндрюса стало вторым любимым развлечением Майлза. — Но так как за съемки платят, то камера не может снимать исключительно его, поэтому он ищет возможности на стороне, пусть и бесплатно. Майлз краем глаза заметил, как Рокси резко поднял голову. — Что? — Но отношения, — голос Рокси неуверенно дрогнул, — это не только секс. — Я знаю, — закусил губу Майлз, — но пока тебя пялит в жопу кто-то другой, очень сложно говорить о любви, уважении и заботе к тому, с кем ты в отношениях. Рокси неуверенно кивнул и вновь уткнулся в экран. Проходя мимо компьютера Рокси, Майлз замечал, что тот работает в SONAR-е, но Рокси никогда не давал ничего заценить и заливался краской, когда Майлз сам высказывал такое желание. Какое-то время они сидели в тишине, перебиваемой клацаньем мышки. — Рокси? — М-м? — нечленораздельно промычал тот. — А почему ты не хочешь ни с кем встречаться? — С чего ты взял, что я не хочу? — неожиданно отозвался Рокси. — Хочу. Очень. — А почему тогда не?.. — рассеянно пробормотал Майлз. Рокси сидел неподвижно. Он с одинаковой вероятностью мог и не услышать вопроса и не желать отвечать на него. В любом случае, повторять свой вопрос Майлз не решился. Он потянулся к джойстику, но индикатор горел оранжевым. — Майлз, мы друзья? Он поднял голову и увидел, что Рокси, отложив наушники и отодвинувшись от стола, смотрит на него лихорадочным взглядом. — К-конечно. — Ты мне поможешь? — С чем? — Давай попробуем сегодня. — Попробуем — что? Рокси зажмурился. Торчащие острые кончики ушей горели, прорезая черную шевелюру. Волнение Рокси, как и всегда, передавалось Майлзу. — Рокси, что?.. — У тебя давно не было секса, тебе все равно придется дрочить сегодня, почему бы тебе не… Не трахнуть меня сегодня, тем более актив тебе дают довольно редко. — Рокси… — тихо выдохнул Майлз, неловко опуская глаза в пол. Такая просьба была, как удар обухом по голове, неожиданной. — Я… — Это не потому что ты мне нравишься, — уверенно оборвал его Рокси. — Ты мне нравишься, ты не можешь не нравиться, но я — не Кайлер, я не сошел с ума от любви. И после этого ничего не изменится. Все останется по-прежнему. Просто сделай это, и мы больше никогда об этом не вспомним. У тебя ведь был секс по дружбе с кем-нибудь? — Если честно, — качнул головой Майлз, — нет. — Самое время попробовать, — выпалил Рокси, подскакивая с кресла и приближаясь к Майлзу. — Зачем тебе это, Рокс? — Майлз будто выстраивал оборонительную стену из слов. — Кажется, тебе-то уж точно должно воротить от секса. — Майлз, у меня нет СПИДа, — выпалил он на одном дыхании, словно свой последний аргумент. — Я знаю! — округлил глаза тот. — Тогда в чем проблема? — Рокси буквально упал на колени рядом с Майлзом и уставился на него умоляющими глазами. — Мы ведь… Мы ведь уже трахались. Прошлой зимой. — Это были съемки, все было по-другому. — Хочешь, я тебе заплачу? Столько же, сколько Брайан. Майлз шокировано смотрел на него и не мог найти подходящих слов, чтобы выразить то, что он чувствовал. Рокси нравился ему, но совсем не так, как этого требовалось для хорошо секса. И он совершенно точно знал, что тот баланс, что установился между ними, потерян навсегда: уже ничего нельзя будет вернуть. Если он сейчас откажет, то им придется друг друга избегать. Если согласится, то им придется друг друга избегать. Просто забыть не выйдет. Глядя на Майлза, Рокси поник и опустил голову, занавесившись длинной, выбившейся из хвоста на затылке, челки. — Прости меня, — понимающе выдавил улыбку Рокси. — Я всё испортил. — Нет… Нет, ничего, — соврал Майлз не слишком убедительным голосом и, подумав, добавил: — Почему бы тебе не найти кого-нибудь другого… Ты ведь очень красивый, я думаю, что найти кого-нибудь будет легче легкого… Рокси с грустью покачал головой. После вспышки небывалой активности он выглядел безжизненным и сухим. Внутренний голос твердил Майлзу, что сейчас нужно сбежать, скрыться, переждать время, но чувство вины и жалость давили на него, и он, сам от себя не ожидая, потянулся к Рокси и заботливо заправил ему челку за ухо. — Почему? — У меня никогда не было нормального секса, — тихо признался Рокси. — На площадке всегда много людей, и ничего не может выйти из-под контроля. Всегда есть таблетки, всегда на площадке есть камера. Камера — залог того, что все, что происходит, — безопасно. И тогда я могу просто отключиться. Обдолбанный виагрой и транквилизаторами до такой степени, что сердце колотится до следующего вечера. — А без камеры? Рокси многозначительно улыбнулся и наклонил голову набок, скользя взглядом по лицу Майлза. — Я не хочу больше приходить в пустую квартиру, я не хочу спать один. Я хочу, чтобы меня любили, и чтобы я… Я тоже мог любить. — Если ты встретишь подходящего человека, то все будет… — Майлз, — перебил Рокси почти раздраженно, — я просто хотел попробовать. Без таблеток и камеры. Без дюжины наблюдателей. И ты единственный, кого я мог об этом попросить. Я доверяю тебе. Но больше всего на свете я не хотел испортить наше общение, и если ты не сможешь забыть этого неловкого разговора, то я пойму. И я не обижусь, потому что это я все испортил. Давай просто закроем эту тему. Майлз смотрел на Рокси и понимал, что поступит сейчас неправильно, что потом из-за этого у него могут быть большие проблемы, и что у него нет никакого стержня в характере, но ничего уже не мог изменить.

****

— Может, я схожу подрочу все-таки? — неуверенно предложил он, когда Рокси все-таки появился в дверях спальни, замотанный в одно полотенце. — Не знаю, надолго ли меня хватит… — Не надо. Все, что происходило, напоминало сцену из какого-нибудь гейского ситкома. Майлза тянуло истерически смеяться все то время, пока Рокси торчал в душе, и сейчас он реально боялся, что какой-нибудь его вырвавшийся нервный смешок нанесет Рокси еще одну травму. Честно говоря, Рокси, хоть и приглушил свет в комнате, выглядел не слишком здоровым: кожа отливала зеленью, а глаза блестели, как при лихорадке. Рокси стал плохо слушающимися пальцами разворачивать полотенце. — Погоди, — вмиг посерьезнел Майлз, принимая вертикальное положение на кровати. — Иди сюда. Рокси послушно сел, нарочито избегая взгляда Майлза. С мокрых волос падали тяжелые капли, оставляя блестящие дорожки на груди и плечах. В ямках над ключицами они задерживались, а потом продолжали свой путь. — У тебя такой вид, будто тебя на алтарь Зевсу приносят, — улыбнулся Майлз и легонько взъерошил волосы на затылке Рокси. — Успокойся. — Хорошо, — бесцветным голосом отозвался он. — Прости, я просто… Просто… — Я понял. — Давай просто сделаем, а говорить будем потом, просто… Просто… Майлз придвинулся ближе и, положив руку на горячую шею Рокси, притянул его к себе, легко касаясь губами чужой щеки. Рокси механически подался навстречу, подставляя шею. Майлз осторожно выдохнул. Рокси снова напоминал пластикового человечка. — Прости, я… — жалобно пролепетал Рокси. — Я никак не могу взять себя в руки. — Я понимаю. Майлз провел кончиками пальцев вдоль его бедра, чувствуя под своей рукой на шее Рокси бегущие мурашки. — Рокси, ты ведь знаешь, что ты очень красивый? — Мне что-то подобное писали в комментах, — нервно буркнул он, зажмуривая глаза. Щеки его горели. Майлз легонько надавил на его плечо, и он послушно откинулся назад. Майлз последовал за ним на кровать. — Положи руки мне на плечи. Если что-то пойдет не так, то скажи об этом. Или просто оттолкни. Хорошо? Рокси неуверенно кивнул. — Погоди! — он обвил шею Майлза руками и быстро прижался к его губам. Майлз ответил на поцелуй, осторожно поглаживая угловатое тело под собой. Рокси казался одновременно и отзывчивым, и отстраненным. Майлзу казалось, что Рокси заставляет себя красиво выгибаться под его прикосновениями, и только большой опыт съемок в порно позволяют ему не выдать своего оцепенения. Когда Майлз начал целовал его плечи, ключицы, вставшие соски, в плечи Майлза впились ногти. Он неуверенно замер. — Все хорошо… — тихо зашептал Рокси. — Все хорошо, продолжай… Майлз осторожно поцеловал Рокси куда-то в область щеки и пораженно замер. Щека была соленой и мокрой. — Блядь! — выругался Майлз и перекатился на другую сторону кровати. — Блядь! — Нет! — вскрикнул Рокси, хватая его за предплечье. — Продолжай! — Ты, блядь, рыдаешь! — истерически рассмеялся Майлз, прикрывая лицо руками. — Рокси, ты же сказал, что все хорошо! Мы ведь договорились! — Ты не так понял… Все хорошо, — Рокси резко сел на кровати, притягивая и обнимая свои колени. — Не нужно было останавливаться! — Рокс, — Майлз резко схватил его за плечи и развернул к себе лицом. — Послушай, ты не должен заставлять себя. Секс — это здорово, но… Это еще не все. Ты никому ничего не должен. Не смей заставлять себя. Если тебе от этого плохо, если ты рыдаешь, то ты не должен этого делать. — Мне стыдно, — вырвалось у Рокси с еще одним беззвучным всхлипом, — что я не получаю от этого удовольствия. Мне стыдно, что ничего не получилось, что я не могу… Даже с тобой! Майлз глубоко вздохнул. Некоторые истины очень сложно выгнать из головы, так глубоко некоторые проникают в подсознание. Он медленно разжал руки и отпустил Рокси. Затем, схватив с прикроватной тумбочки пару влажных салфеток, протянул их Рокси. Тот схватил их и с раздражением вытер лицо. — Давай еще раз попробуем, — зашептал он горячим голосом, обвивая плечи Майлза руками и пытаясь повалить того на кровать. — Еще одна попытка, Майлз… — Рокс, нет, — нехотя покачал головой Майлз. — Не получится. Я не… Я не хочу. — А если Брайан поставит нас на съемки? — насмешливо фыркнул Рокси. — Когда поставит — тогда и поговорим. — Отлично, — буркнул Рокси, забираясь под одеяло. — Просто блеск. Майлз сидел на кровати и смотрел на его хрупкий силуэт. Виноватым он себя не чувствовал, впервые за долгое время он поступил правильно. Как сохранить их странные отношения на прежнем уровне доверия, Майлз не знал, но, кажется, придумал, как вывести их из сложившейся ситуации во что-то совсем иное. Рокси хотел любить и быть любимым, но что если он ищет совсем не то. — Рокси, — ласково позвал он, забираясь под одеяло с другой стороны. — Но… — растерянно попытался обернуться Рокси. — Я думал… Я думал… Погоди! Я не… Особой радости в его голосе не было слышно, он по-прежнему боялся, кроме того от неожиданности он не успел собрать свою выдержку и даже сделал неловкую попытку скатиться с кровати. Но Майлз подобрался ближе и волевым движением притянул горячее тело к себе, обвивая руками талию невнятно бормотавшего Рокси. — Ничего не будет, — прошелестел Майлз ему на ухо, — просто поспишь сегодня со мной. — Благотворительностью решил заняться? — глухо отозвался Рокси, сначала замирая, а затем сопротивляясь с удвоенной силой. — Жалеть меня не нужно! Отвали! Майлз сцепил руки покрепче и зажмурился до красных пятен перед глазами. Рокси в его руках выворачивался и дергался в судорожных приступах, отчаянно сопротивляясь еще какое-то время. А Майлз лихорадочно соображал, что будет, если он сделал неверный вывод, и Рокси нужно вовсе не человеческое участие, а именно то, что он и просил. Под руками от чувствовал, как вздымается грудная клетка и колотится сердце. Когда Рокси вдруг стал задыхаться в рыданиях, Майлз едва не выпустил его, но неожиданно в него вцепились ледяные руки Рокси и посильнее притянули его на себя. Он ревел в подушку, кусал одеяло, а Майлз терпеливо молчал, изредка поглаживая по плечам. — Спасибо, — хриплым голосом пробормотал он, безуспешно пытаясь восстановить дыхание. — Спасибо. — Всё хорошо, — попытался улыбнуться Майлз. Ощущение были такие, будто это он бился в истерике навзрыд последние полчаса. Он осторожно выпустил его плечи из объятий и отодвинулся, чтобы размять руки. Они затекли и теперь сотни маленьких иголочек вонзались ему под кожу — он поморщился. Рокси напряженно молчал, а потом осторожно спросил: — Ты уйдешь? Вместо ответа он закинул все еще горящую руку на плечо Рокси, и с удовольствием заметил, как под его рукой расслабились его плечи. — Спокойной ночи, Рокс, — тихо пробормотал Майлз ему на ухо, не особенно рассчитывая на ответ. — Майлз? — сонно прошептал Рокси, почти провалившись в сон. — М-м? — Денни, — он сделал паузу, очевидно, ожидая ответа, — Меня так зовут. Рокси неожиданно стер все границы между ними, и Майлз чувствовал, чего он ждет теперь от него. Но никак не мог ответить той же искренностью. — Хорошо, — отозвался он бесцветным голосом. — Засыпай, Рокс. Сладких снов.

****

С тех пор, как они начали делить с Рокси одну квартиру (а впоследствии еще и одну кровать, как бы двусмысленно это не звучало), еще кое-что изменилось в лучшую сторону. Кайлер перестал с ним разговаривать. Они виделись несколько раз на площадках, и Кайлер мало того, что не здоровался и не пытался начать традиционный неловкий разговор, так едва не толкал плечом Майлза, когда проходил мимо, высоко задрав голову, очевидно, показывая так свое превосходство. Учитывая, что Майлз по-прежнему оставался выше Мосса, наблюдать за Кайлером было забавно. О причинах такого поведения Майлз не думал, он был рад, что Кайлер отстал от него. В тот день Майлз сидел в пустом, плохо освещенном коридоре, ждал своего врача, чтобы пройти ежеквартальный осмотр, а напротив него сидел Кайлер Мосс в толстовке с мультяшными единорогами и буравил его таким ненавидящим взглядом, что ему реально становилось не по себе. И он собирался уже начать с Моссом серьезный разговор, когда с конца коридора Престон завопил: — А Рокси где? — Привет, Престон, — закатил глаза Майлз. С появлением третьего необходимость выяснять отношения отпала, и хотя он и недолюбливал Престона, но был ему в тот момент благодарен. Ожидаемо, Престон упал на лавку рядом с Кайлером и закинул ему руку на плечо. Тот лишь вяло ему кивнул. — Ваша сладкая парочка разбежалась? — ехидно поинтересовался Престон. — Или ты забыл его в метро? — Очень смешно. То, что они приезжали и уезжали вместе с Рокси, не укрылось от вездесущего Эндрюса, и буквально на следующий день об этом твердили уже все. Майлзу даже позвонил Брайан, поздравлял с таянием снежной королевы и предложил съемки с Рокси. Майлз отказался. — Так ты ответишь или продолжишь темнить? — поднял брови Престон. — Где твой бойфренд? — Он не мой бойфренд, и Рокси проходил осмотр на прошлой неделе, — нехотя сообщил Майлз. — Вы ведь живете вместе, — впервые за долгое время подал голос Кайлер, фыркая со всем презрением, на которое был способен в своей дурацкой толстовке. — Вот именно. Мы просто живем вместе. — А Рокси знает, что вы не вместе? — вновь впился в него злыми глазами Кайлер. Майлз удивленно поморгал и не нашелся, что ответить. Они по-прежнему спали в одной кровати, больше проводили времени дома, играя в приставку, Рокси по-прежнему писал музыку, а Майлз понемногу учил тексты для собеседования в Школе Искусств. Близилось Рождество, и Рокси все чаще строил планы на двоих, говоря вместо «я» — «мы». — Мы просто друзья, — процедил Майлз, вспоминая, с какой трогательной заботой Рокси готовит завтрак или варит кофе, когда Майлз выходит в раннюю смену. Ведь именно так должны вести себя друзья? И они ведь обо всем договорились, Рокси ведь знает, что между ними ничего такого?.. — Ты хочешь сказать, что тебе даже Рокси не дает себя шпилить? — удивленно хмыкнул Престон, поправляя выжженные светлой краской волосы на затылке. — Престон, главное, чтобы всегда находились люди, желающие шпилить тебя, — закатил глаза Майлз и встал, чувствуя, как пылают его щеки. В этот момент над дверью зажглась зеленая вывеска «входите», и Майлз буквально влетел в кабинет, громко хлопая дверью. Выходя обратно в коридор, он рассчитывал, что придется встретиться с Моссом и Эндрюсом, но неожиданно их не оказалось. Он встретил их на первом этаже госпиталя, где они, что-то весело обсуждая, пили кофе из автомата. Майлз рассчитывал, что его не заметят и, набросив капюшон, сразу рванул на улицу. Когда он уже вылетел на тротуар, входная дверь хлопнула второй раз и ему донеслось в спину: — Почему ты не хочешь попробовать? — Попробовать? — небрежно развернулся Майлз с преувеличенным недоумением. Без сомнения следом за ним выбежал и Кайлер. Куртки с собой он не взял и теперь все силы прикладывал, чтобы не ежится от холода в одной футболке. — Встречаться, — прямо ответил Кайлер с небывалой смелостью. — Необязательно со мной, просто. Ты ведь никогда ни с кем не пробовал по-настоящему… — Очень наивно полагать, что это возможно, учитывая то, чем мы занимаемся, — категорично отчеканил Майлз. На улице было пусто, ведь даже полудня еще не было, и он позволил себе говорить об этом открыто. — Это просто работа, — пожал плечами Кайлер. — Тем более что и я, и ты делаем одно и то же. На стороне искать что-то ещё более глупо. — Видишь ли, Кайлер, — вкрадчиво начал Майлз, — есть порно-актеры, а есть просто те, кто снимается в порно. — И? — равнодушно спросил Кайлер. Ветер трепал его волосы, даже смотреть на него было холодно. — В этом наше различие. Ты порно-актер, — с разочарованием выплюнул Майлз. — И у тебя, кстати, неплохо получается, не смотри на меня с таким осуждением. — А ты, стало быть, просто в порно снимаешься? — насмешливо фыркнул Кайлер. — Ну да. Он помолчал, но не слишком долго, ему все-таки было холодно. — Знаешь, я не понимал, как ты мог выбрать Рокси. Безжизненного, зашуганного и абсолютно серого. Такого, знаешь… неинтересного. И я злился, потому что это кретинский выбор. Но сейчас я понимаю, что лучше бы ты действительно встречался с Рокси. Ведь теперь я думаю, что ты просто трус. Ты боишься ответственности. Проблема не в том, что ты снимаешься в порно, а в том, что ты бежишь от трудностей. И я понимаю, почему Рокси до сих пор тебе не сказал. — Не сказал — что? — Что он давно уже влюбился. Ведь ты живешь с ним, потому что это тебе удобно. Удобно считать Рокси другом, удобно принимать его щенячий восторженный взгляд за дружеское участие. Но ты, мало того, что эгоистичная, ты еще и высокомерная скотина. Мне жаль Рокси, можешь ему так и передать. С этими словами он медленно развернулся и вошел обратно в больничные двери, оставив Майлза на пронизывающем ветру.