Глава 4. Беспристрастный суд
8 июля 2018 г., 00:51
— Снейп, ты сошёл с ума? — никому не пошло бы столько нервничать и привечать в своем доме толпу уголовников. Но роль отца второго Советника, а также мягкий климат Родоса способны даже Люциусу Малфою вернуть былой блеск и леность манер.
— А что, собственно, не так? — поднял бровь Снейп.
— Это, — Люциус кивнул на Джинни, пытающуюся завести беседу с молчаливой Асторией. Старый приятель не сдерживал пренебрежительный тон.
Снейп тоже перёвел взгляд на рыжую девчонку, одетую в длинное чёрное платье, мягко скользящее по спортивной фигуре. Разворот белоснежных плеч, усыпанных золотом веснушек и, наконец, неудержимый поток огненных волос, спускающихся к самой талии, собранный за аккуратными ушками.
— О, дорогой Люциус, неприлично так откровенно разглядывать чужую даму. Ну, хорошо, хорошо. Что ты предлагал мне делать? Прийти на рождественскую вечеринку в одиночестве?
Люциус задумчиво крутанул в руках неизменную трость.
— Раньше тебя это не особо волновало.
Снейп только развёл руками.
— Ты это серьёзно? Но созыв Визенгамота, Северус, — это лишнее, Лорд будет не рад.
— Возможно, ты слышал о новом пункте Кодекса? Совсем скоро я буду не в самом выигрышном положении. Я же не хочу, чтобы мне навязали какую-нибудь… весьма чистокровную, но неинтересную мисс.
Люциус согласно хохотнул. Наверное, он всё равно не поверил ни одному слову Снейпа, прослывшего каменным изваянием.
— Но Лорд никогда не допустит этого.
— Посмотри на меня, Люциус. Я стар и некрасив, — Малфой перевёл взгляд на Снейпа, словно оценивая скорбно нависший над губой нос, жёсткую складку губ, не найдя, что возразить, хотя ситуация явно обязывала. — А достать Артура Уизли из этой дыры будет прекрасным залогом моего безоблачного семейного счастья, — мечтательно протянул Снейп, перехватив взгляд Джиневры, и кивнул ей.
Девушка была так красива, что почти удавалось подавить образ другой, так и норовящий вылезти из глубин памяти для сравнения. Будь у него выбор, он бы всегда выбирал подругу своего детства, но выбора не было, а Джиневра равно мила и надменна в той степени, которая полагается официальной невесте правой руки Волдеморта.
* * *
Не то, чтобы он никогда не задумывался о возможности вытащить Артура из тюрьмы, но, к сожалению, это вызывало подозрение касаемо его самого. Но вот в рамках роли влюблённого идиота всё действительно выглядело иначе. По крайней мере, он на это надеялся. Даже Волдеморт мог бы понять такое. — Как ты можешь обращаться ко мне с подобной просьбой? — холодный высокий голос донёсся от окна, занавешенного портьерами цвета венозной крови. — Мой Лорд, вы, как никто другой, должны понимать, как важно сохранить магический потенциал. Уизли — это семья священных «двадцати восьми», а девица молода и здорова, чтобы родить мне наследника. К сожалению, моя мать не была столь предусмотрительна, — Снейп добавил в голос немного сожаления, — но я не могу с пренебрежением относиться к этому. Северус немного перевёл дыхание. Он репетировал эту речь, расхаживая по своему новому дому. То был хорошо знакомый особняк на площади Гриммо. Северус позволил себе увести этот дом прямо из-под носа у Беллатрикс. С одной стороны, Блэк, должно быть, переворачивался в гробу, созерцая Снейпа, разгуливающего в банном халате по его гостиной, и это не могло не наполнять Северуса злорадством, а с другой — дом был полон воспоминаниями, которые не давали ему забыть, расслабиться и опустить руки. А в Снейпе всегда было с избытком мазохизма. Не в его правилах было доверять свои мысли и планы кому бы то ни было. С тех пор, как Дамблдор был убит, а в Ордене его сочли предателем — он словно один на целом свете. Джинни же подкупала своей рассудительностью и детской верой в него, сквозившей порой в её глазах. И чтобы она убедительно играла свою роль, необходимо было подпустить её ближе. Странно, он не испытывал от этого привычного дискомфорта. Снейп моргнул, вновь восстанавливая концетрацию. Волдеморт задумчиво покрутил рукой в воздухе, словно приноравливаясь пустить заклинание Круцио, но с губ его так ничего и не сорвалось. — Мой Лорд, осмелюсь ли я просить вас о подобном подарке? Молодые девушки жить не могут без благородных жестов, — всего лишь шутка, сказанная преувеличенно недовольным тоном. И хотя шутить тоже дозволялось только Тёмному Лорду, иногда и Северусу сходили с рук такие высказывания. — Мне кажется, Северус, ты злоупотребляешь моей добротой. Тебя не должны волновать такие пустяки. Если хочешь девушку — просто возьми. — Мой Лорд, я не хочу основывать брак на насилии, — Северус покорно опустил голову, ощутив легкое дуновение на мысленном уровне, что означало, что Тёмный Лорд все-таки решил, по-своему обыкновению, прощупать его мысли. Но на это у него уже была домашняя заготовка. Джиневра Уизли за столиком кафе непринуждённо смеётся, и маленькая ладошка слегка касается его ладоней, строго скрещённых на столе. Пленительный изгиб губ и крохотные ямочки на щеках. Естественные мысли очарованного мужчины, не способного ни на миг забыть о возлюбленной. — Делай, что хочешь, — Лорд снова махнул рукой, словно давая понять, что у него есть более интересные дела. Ведь кто такой Артур Уизли в масштабах мыслей Тёмного Лорда — труха, пыль под ногами.* * *
В высокий зал с уходящими под потолок скамьями вошёл первый Советник в бархатной тёмной мантии и фиолетовом камзоле с серебряным шитьём по краю ворота. Все знали, что Северус Снейп ненавидит вычурную одежду и все цвета, кроме чёрного, но Нарцисса Малфой была непреклонна, помогая выбрать гардероб согласно его новому статусу. Всё-таки Верховный Совет был органом, диктующим волю Тёмного Лорда самому Министру Магии, а с ним и всей магической Британии. Международное общество магов затаённо следило за тем, как британское Министерство Магии наращивало свою мощь, собираясь нанести удар по магглам. Но до этого дня было далеко, а вот для повторного суда над Артуром Уизли — достаточно. Поэтому Снейп совершенно невозмутимо прошёл в зал, полный судей, позволяя мантии всколыхнуться вокруг высокой фигуры тёмным облаком. И занять своё место, прямо позади верховного судьи. И только после этого напряжённое молчание отпустило зал. Возобновились разговоры, и кто-то даже помахал практически лысому, дрожащему старику, примостившемуся в кресле по центру зала, который всего пять лет назад был улыбчивым Артуром Уизли. Джинни, сидевшая по правую сторону от Снейпа, вскочила было на ноги, но он твёрдой рукой усадил её назад на скамью. Несколько голов всё же повернулись в их сторону. Тут и там раздался возбужденный шёпот голосов, получивших подтверждение пикантным сплетням. Снейп не повёл и бровью. Верховный судья Визенгамота стукнул молотком по деревянной подставке, и все покорно затихли.* * *
Было время, когда Перси стыдился своей бедной семьи, но те времена канули в Лету. С тех самых пор, как его младший брат — Рон — пустился в опасное путешествие ради свободы магического мира, сестра устроила бунт в школе, где за любую провинность пороли или подвергали Круцио, закрывая собой младших и беззащитных, а вся остальная семья изо всех сил сопротивлялась восшествию к власти Волдеморта — темнейшего из живущих волшебников, он мог по праву гордиться всеми ими и уж тем более не имел никакого права оставаться в стороне от общего дела. Но война закончилось быстрее, чем кто-то мог ожидать. За участие в битве Перси не посадили в Азкабан, так как от его руки пострадали только члены «марионеточного правительства», а не пожирательская элита. Но приговорили к общественным работам по восстановлению Хогвартса. Специалистов, не прошедших войну, в том числе магглорождённых и погибших в Последней битве, было слишком много, и поэтому Перси после этого, как ни странно, смог вернуться в Министерство, где должен был принести куда больше пользы. Завести знакомства, внимательно следя за тем, чтобы ищейки Волдеморта не вышли на след его братьев, ушедших в глухое подполье. Кроме того, все члены Сопротивления крайне нуждались в любом спонсировании. Надежда на нормальную жизнь истаивала с каждым годом, но сегодня, когда появилась возможность вызволить из заточения отца, Перси готов был броситься в ноги благодетелю. Но весь удар по обыкновению приняла на себя его единственная сестра. Только однажды расплевавшись с семьей, Персиваль понял, как любит их. И никогда он не желал сестре такого мужа, как Снейп. Но Советник честно исполнял свою часть договора, а новый закон в Кодексе Чистокровности, совсем скоро вводившийся в действие, всё равно навязал бы его незамужней молодой сестре какого-нибудь чистокровного мерзавца. Перси, с силой сжав перо, поклялся, что если Снейп её хоть когда-нибудь обидит, он найдёт способ его убить. Перси оглянулся в сторону Джинни. Она была явно напугана и сжимала ладони Снейпа в своих руках так, что те побелели ещё сильнее, чем обычно. Суд был скорым, аргументы защиты нелепыми, но искусно выворачивающими истинный порядок вещей наизнанку. Артур осел в кресле, а Перси кинулся к нему, на ходу перепрыгивая через ступеньки. Отец закрыл постаревшее лицо сухими ладонями и чуть не плакал от облегчения. В этот момент Джинни, оправившаяся от шока, застыла на своём месте, непонимающе оглядываясь в поисках Снейпа, молниеносно покинувшего зал одним из первых. Вскоре к Артуру стеклась горстка старых приятелей и министерских знакомых, сердечно поздравляющих его с долгожданным освобождением. Перси помог ему подняться, а Джинни, наконец, тоже сбежала вниз и с силой обняла папу, а по её щекам заструились слёзы облегчения.
