О воспитании 3

Дома было пусто, темно и тихо. Только дождь за окном шелестел, как плохо настроенный радиоприемник. Гарри прошел по светлому ковру, не разуваясь. Сбросил мундир прямо на пол. Протопал до бара, налил себе полный стакан из первой попавшейся бутылки, и залпом осушил. Вторую порцию он пил уже медленно, обдуманно. Разбавив льдом. Пил, и думал, что, наверное, у него больше нет друзей. И Драко уже не вернется. Это печально конечно. Но ведь он уже привык жить один. Рано или поздно, все отношения заканчиваются. Жаль, ведь он уже начал получать удовольствие от уюта и домашней еды. А теперь, видимо, придется пойти куда-то поужинать. И как-то самому наводить порядок в документах. Следить за расписанием. Зато никто ему больше не соврет. По привычке он заглянул в холодильник. Разумеется, не в настоящий. Это устройство было не в ходу у магов, как и прочая бытовая техника. Роль холодильника во всех, даже самых обеспеченных домах выполнял заколдованный буфет, шкаф или небольшой ящик. У Гарри в доме это был роскошный двухстворчатый шифоньер со стеклянными дверцами. До прихода Драко это чудо магической техники стояло девственно чистым и вечно пустым. Сейчас там тоже было не густо. Какие-то канапешки, несколько готовых блюд, рассованных по банкам и коробкам. Какие-то фрукты. И ещё что-то красное. Поттер сунулся было за яблоком, и тут же отдернул руку, как от удара током. Притаившись между коробками с тушеным мясом, стоял одинокий фужер. Его пузатый прозрачный бок открывал взгляду чередующиеся алые и белые слои. А над округлым бортиком возвышалась снежно белая «шапочка» из взбитых сливок. Венчала композицию идеально круглая вишенка с двумя зелеными листочками на тонкой плодоножке. Покинув службу, Драко отправился не в Румынию к сыну. Он вернулся сюда. И потратил два или даже три часа на этот шедевр. Он чувствовал свою вину и хотел извиниться. Весь гнев, вся ярость аврора сразу же улетучились. Их стремительно сменяли удивление, умиление, раскаяние и, наконец, стыд. И правда, чего он так разозлился? Чем бы он помог, если бы остался тогда на работе? Гермиона решила спустить свою жизнь в унитаз – её право. Да, наверное, они с мужем будут жить чуть хуже. Ладно, не «чуть». Значительно хуже, чем она привыкла. Но она сама это выбрала. Развестись можно в любое время, не обязательно сейчас. А вот скандалить на работе совершенно неразумно, тут Хорек прав. Надо бы найти его, и извиниться! От этой мысли, продиктованной в основном выпитым на пустой желудок виски, его отвлек стук в дверь. Драко вернулся! Ну конечно, он же понял, что его невоспитанный вспыльчивый друг погорячился. Сейчас они сядут, и поговорят. Ведь именно так делают взрослые люди. Их возраста люди. Они ведь уже практически живут вместе. Все же иногда ссорятся! Но за дверью оказался вовсе не Малфой. Гарри был удивлен даже больше, чем разочарован, столкнувшись нос к носу с Биллом Уизли. Тот недобро глянул на него и принюхался. -Только не вздумай орать! – зло предупредил он, протискиваясь в переднюю, - я не с дружеским визитом, и не со всякими «соплями». Ты говнюк. В этом я солидарен с Гермионой. -Тогда чего пришел? – надулся Гарри. -Это по работе, - Билл поджал губы, - сядь, и выслушай. Они прошли в гостиную. Гарри вопросительно глянул на два пустых стакана в открытом баре, но гость отрицательно покачал головой. -И тебе не советую, - буркнул он, - ты мне нужен относительно трезвый. На худой конец вменяемый. Ночь будет долгой. Я человека убил. О том, что у гоблинов существует собственная система безопасности, знал весь аврорат. Поттер даже был им в какой-то степени благодарен. Ему не приходилось выделять специалистов на каждую попытку ограбления Гринготтса. Всю работу по охране хранящихся там сокровищ гоблины выполняли сами. Как выяснилось, функции этой охранной службы распространялись не только на внутренние хранилища. Похищения сотрудников не были для банка чем-то новым. В разное время в каждом филиале был хотя бы один случай. А в центральном, лондонском, отделении таких инцидентов в год происходит раз по десять. И не тревожить по каждому пустяковому поводу авроров уже стало хорошей традицией. Все сотрудники, будь они хоть гоблинами, хоть людьми, знают, что нужно делать. И Флёр тоже. Разговор и правда вышел долгим. Пришлось поведать и о неведомой машине, над которой колдуют невыразимцы, и о каком-то загадочном плане с превращением всех магов в рабов. Гарри слушал молча, понимая, что эту историю его собеседник уже поведал всем тем, кто собрался в доме у Гермионы. И Драко тоже в курсе. -Я узнал обо всем слишком поздно, - с горечью оправдывался Билл. В записке, полученной им от жены, не было ничего криминального. Сухо и немногословно она сообщала, что гостит в Шотландии, в деревеньке Гретна-грин у "своего нового друга". И просит его как можно скорее приехать. Но только сотрудники Гринготтса знают, чем отличается письмо, посланное по доброй воле от записки, написанной под диктовку похитителя. -И чем же? – быстро трезвея, поинтересовался Гарри. -Это служебная тайна, - серьезно объяснил гость. Только сейчас Поттер первый раз заметил, какой Билл стал взрослый. Как будто постарел за эти несколько месяцев. А ведь ему всего сорок! Работа в гоблинском банке никого не молодит. Но ещё летом Билл казался ему ровесником. Может, это зрение подводит? Неужели и к нему старость нагрянет вот так же нежданно непрошено? Кожа, которую он привык видеть гладкой, покроется морщинами. Поседеют волосы. Сперва незаметно, а потом все быстрее. Брюнеты седеют заметнее остальных. Он сменит очки на стариковские, и станет ходить с тростью. И ведь, что странно, Дамблдор, при всех обязательных атрибутах старения совершенно не казался ему стариком ещё каких-нибудь двадцать лет назад. Наверное, рыцарь ордена горностая был уверен, что девушка сломлена похищением и его признанием. Никаких вопросов не задавал, и сотрудничеству со стороны пленницы не удивлялся. Про стокгольмский синдром маги, разумеется, ничего не слышали, но о его существовании догадывались. Видимо, он решил, что его будущая рабыня пошла на сделку в счет предстоящих отношений. Что Флёр надеется выпросить для себя и своей семьи каких-то поблажек. А девушка даже не пыталась его разубедить. Напротив, за то недолгое время, пока сова летела магическими путями, сокращая расстояние через одной ей известные дыры в пространстве, француженка выведала у престарелого потомка вейл все, что смогла. На самом деле перед своей безвременной кончиной сэр Готье Малфой успел поведать лишь то, что сундук с заключенным внутри ребенком находится не глубоко. И метра земли сверху не будет. Погрузить сундук хоть немного глубже не позволяет плотность грунта. Даже очень прочный ящик непременно будет раздавлен, а пользы от мертвой «невесты» не велика. Кто и когда должен приехать на эту шутовскую свадьбу, он не сказал. Не успел. Потому, что даже на добычу этих немногих сведений у Флёр ушло два дня, а на третий в дверь постучали. Билл даже слушать ничего не стал. А отряд гоблинов, выбивших двери, по-французски понимал плохо. Да никак, если честно, не понимал. Труп рыцаря с собой в Лондон увезли, и за ноги прямо в подземелье повесили. Сотрудникам покажут, а после дракону скормят. Как будто и не было никого. -Мы с Флёр весь следующий день в доме оставались. И следящие чары оставили, чтобы «женишка» этого липового поймать, - сокрушался Билл, - но до сих пор никто не объявлялся. Из невыразимцев тоже пока никто рыцаря этого ненормального не разыскивал. А кроме него никто не знает, где девочка «похоронена». Вот и выходит, что я Софию Снейп убил. Она в сундуке не умрет, конечно. Но с ума сойдет. Шутка ли, в темноте да в одиночестве всю жизнь просидеть! Драко, когда об этом услышал, в обморок упал. Нервный он у тебя какой-то. И слабенький. Ему бы в Мунго подлечиться. О том, что у них похитили дочь, супруги Снейп узнали через два дня. Девочки, учившиеся с Софией, скрывали её отсутствие до последнего. Все думали, что она сбежала с кем-то с юношеского факультета. Но этой скрытности хватило ровно до следующего вечера, пока её отсутствие не стало заметно на тренировке по квиддичу. Встревоженная директриса тут же оповестила опекунов девочки. А те в свою очередь, рискуя жизнью, донесли эту новость до Криссталл. На удивление, они с мужем выслушали это сообщение молча. Мать не плакала. Видимо, все её слёзы закончились ещё неделю назад. И сейчас она пребывала то ли в шоке, то ли в глубоких раздумьях. Северус тоже был молчалив. Он уже видел дочь мертвой. Оба они были готовы к смерти каждого члена своей семьи. Табор притих, ожидая их решения. -А ты что скажешь? – Билл неуверенно тронул собеседника за плечо. -Дайте мне время до завтрашнего вечера, - барабаня пальцами по колену, попросил Гарри, - мне нужно подумать.