На гребнях волн

Василиса вместе с Карой и госпожой Элизой вернулись в её комнату. - Думаю, нужно начать с элементарного – каждая девушка должна уметь носить объемные платья и туфли на каблуке, - предложила Кара. Элиза с ней согласилась и уже через пару минут они помогали ей надеть нижнее платье. - Матушка, почему не туго? Оно может свалиться. - Это уже слишком, - Элиза осторожно завязала ленты на корсете Василисы. И девушке подумалось: как-то всё слишком легко, так должно быть? Она ошиблась. - Василиса, так как нам нужно многому тебя научить в кратчайшие сроки, матушка будет учить тебя тонкостям поведения в обществе, а я - самым важным наукам, - оповестила её Кара. Ладно, подумала Василиса, ведь послушать интересные рассказы об истории государства не сложно. Девушка и правда начала с истории. Оказалось, Кара не только обладала привлекательной внешностью, но и невероятной памятью и умом. Столько дат держать в голове! У Василисы же в висках постукивали нервы. После каждых пяти минут рассказа Кара требовала всё пересказать и вытягивала из неё все подробности, вбивала даты и нюансы в голову. Тем временем Василиса надела какие-то панталоны и чулки – так назвала их госпожа Элиза, попросив запомнить все предметы одежды, что должна носить девушка. К корсету прикрепили широченное панье. Несколько слоёв нижних юбок, казалось Василисе, не дадут ей сделать и шагу. И сверху стали натягивать огромное тёмно-бордовое платье. Элиза на скорую руку собрала её волосы, туго затянула наверх и закрепила лентой и шпильками, просто чтобы не мешались. От большого количества информации, подаваемой сразу с двух сторон, мозг закипал. К тому же тяжеленное платье было жутко неудобным, а ступни в узких туфлях на каблуке сразу начали затекать и болезненно ныть. Спасало лишь то, что женщины говорили по очереди, и то, что каблук был более или менее устойчивым. - Пройдись, - попросила госпожа Элиза, но увидев неуверенность в её глазах, приободрила - Просто расслабься, уверенности должно прибавиться. Это не так сложно. Она была не права, это очень сложно! Василиса шаталась на каблуках и в постоянно перевешивающем платье. Она понимала, что её ещё пожалели, так как могли затянуть корсет так, что она дышать бы не смогла. А ещё она видела сострадание со стороны госпожи Элизы. Кара не замечала, как её мать смотрела на Василису, как осторожно клала руку на талию, прося выпрямить спину и поднять подбородок. Женщина видела старания, неудачи и грустное лицо Василисы, и ей было её жаль. Василиса замечала это и улыбалась ей: мол, я справлюсь. Она не хотела разочаровывать её, хотела показать, что их труды не пройдут даром. Но очень боялась одного… - Василиса, повтори, что я сказала, - потребовала Кара, сидя на стульчике и изящно сложив ноги. Девушка, расставив руки в стороны и подняв голову, на которой лежало уже две толстых книги, двигалась по комнате. - Король Уильям Второй правит по сей день. Его жена – Изабелла, родила от него двух сыновей: Оливера в 1*** и Томаса тремя годами позже. И дочь Хлою в… Она замялась. Кара с досады хлопнула ладонями по столу: - Ты совсем меня не слушаешь! – воскликнула она. – Если политические события ты запоминаешь, то про королевскую семью даже слушать не хочешь. - Но это вовсе не так! – возразила Василиса, голова её качнулась, и книги незамедлительно повалились на пол. Нога её подвернулась, и девушка тоже упала. Каре внезапно даже жаль её стало. - Ты как? – она подала ей руку. - Нормально, - девушка отмахнулась, очень стараясь не обращать внимания на ноющую боль в лодыжке. - Василиса, надеюсь, ты запомнила, что в высшем обществе это слово употреблять не стоит? – спросила госпожа Элиза. - Да-да, конечно. - Василиса, - Кара шагнула ближе. – Прости меня, я слишком давлю на тебя. Столько невозможно запомнить за полдня… - Ничего страшного, - если в какой-то момент ей перестала нравиться Кара, то сейчас сомнения рассеялись. Хоть ей здесь и не нравится, эти люди хорошие, и они делают всё это ради неё. И всё же она боялась… - Я постаралась всё запомнить. - Расскажи мне всё с самого начала, -попросила она. Василиса начала рассказ. И с каждым предложением всё больше удивлялась, как она всё это запомнила. - Ничего себе, - Кара покачала головой. - А теперь реверанс, - подсказала госпожа Элиза, и Василиса осторожно присела. - Я учила эти даты на протяжении нескольких лет, а ты вот так сразу! – она была глубоко шокирована. Да что уж там, Василиса ведь тоже. - В ней скрыты невероятные возможности, - улыбнулась Элиза. – Василиса, скажи, кто-нибудь из твоих родных обладает такой памятью? Или острым умом? Душу кольнуло воспоминание об отце и братьях. Но она через силу старалась вспомнить. - Ох, точно, прости! – вдруг ахнула Элиза. – Фэш ведь сказал, что ты росла с неродными людьми. На глаза чуть не навернулись слёзы, но она вдохнула и сжала губы. Только пара капелек намочила ресницы. -Да, я не знаю. *** За столом госпожа Элиза обучала её снова: объясняла, что есть вилкой, что ложкой, где использовать какой прибор, как называются разные тарелки. Кара же в конце трапезы начала рассказывать ей про искусство. А вечером они выяснили, что девушка никогда не пробовала писать! Считать она умела немного. А вот читать очень нравилось Василисе – она рассказала, как в детстве отец её друга учил их читать, и потом она находила на улице вырванные страницы с какими-то текстами и сразу же садилась за чтение. Девушка вспоминала Зина... - Ничего себе! Как интересно! – удивлялась Кара. А госпожа Элиза причитала: «бедный ребёнок!» Её посадили за стол и начали тренировать в письме. У Василисы выходили маленькие буковки, сильный наклон и большие необычные завитушки. Женщины давали советы, помогали сделать почерк красивее, и к ночи Василиса написала уже несколько текстов. Левая рука, писать которой Василисе было удобнее, ныла от напряжения. Сначала не получалось вообще ничего – перо скрипело, чернила оставляли некрасивые кляксы, но девушка научилась писать ещё и письма, узнав правила оформления. Перед сном госпожа Элиза ещё раз спросила её о манерах за столом, прогнала по правильной походке и реверансам, вежливому правильному общению. И вновь удивилась способностям Василисы. - Ну, хорошо, - Элиза задумчиво постучала пальцами по столику в гостиной. – Думаю, на сегодня достаточно. Уже поздно, иди отдыхать. Она помогла расстегнуть платье и расшнуровать корсет. Девушка закрыла дверь своей комнаты, стянула чулки и корсет, накинула на плечи длинный халат, кажется, шёлковый… Да, госпожа Элиза говорила именно так. Василиса села стул и медленно, прилагая огромные усилия, чтобы не застонать от боли, стянула с ног туфли. Она осторожно встала… и чуть не упала! Но придержалась за край стола. - Ух, - она пошевелила пальцами ног, попыталась размять ступни. – Это ужасно… Она дунула на свечу, хотя учили тушить огонёк двумя пальцами. Ведь она боялась. Девушка еле дошла до кровати с резной деревянной спинкой и тут же упала на простынь. Она засыпала. Ей не нравилось здесь, хотя это был самый информативный день в её жизни, и она чувствовала, что теперь может сравниться с самой дочерью премьер-министра. Ей не нравилось здесь, хотя люди были хорошие и заботились о ней. Ей не нравилось здесь, хотя она не слышала вечных руганий Фэша. Чего же она боялась? Она боялась измениться. Боялась стать такой шаблонной дамой из высшего общества, ведь они все там одинаковые. Она боялась потерять себя.