На гребнях волн

То, как Василиса поцеловала его, разбило в дребезги все опасения. Боль словно исчезла, жар разливался по телу, сгорали губы от соприкосновения с её нежной кожей. Живот скрутило в сладостной муке, и рука сама притянула девушку ближе. Фэш был словно не властен над своим телом. Терял всякую сдержанность. Василиса целовала его прямо на глазах у друзей. И плевать ей было на то, что подумают: она скучала. Ох, а он-то как скучал. Сам собой вырвался разочарованный усталый стон. Как же Джек порой бесит! Фэш уже и забыл про всех, как этот болван решил напомнить о том, что они не одни, и Василиса отстранилась. Но самое удивительное - она почти не выглядела смущенной. Его девочка... Во время всей этой погони сердце неоднократно замирало. Голова пульсировала в сдавливающем страхе, волнении, дыхание срывалось. Ощущая каждый шаг Василисы, дрожь в её коленях, он опасался, что вот сейчас она упадет. Много раз порывался подхватить на руки, но девушка шла сама уверенно, цеплялась своей теплой ладошкой за него. Потом Фэш боялся, что у них не получится сбежать за территорию особняка. Боялся, что она вдруг слетит с лошади, что их нагонят, будут стрелять... чувствовал, как содрогалось её тело в рыданиях, слышал прерывистое дыхание. Мысль о смерти Марка больно ударила по напряженному сознанию. Однако время не повернешь вспять. Он потерял товарища и, несмотря на неприязнь из-за того, что тот смел иметь какие-то виды на Василису, скорбел по нему. Нужно спасать Василису, уводить всех остальных. Несмотря на это, он боялся, что всё это лишь сон, лишь наваждение. И даже после ощущения куска металла в своем теле не мог успокоиться. Хотел спрятать её за собой, но непослушная девочка стремилась помочь ЕМУ. О-о-о, они стоят друг друга. Порвала своё и так почти прозрачное платье и старательно забинтовала покалеченную руку. Не нравилась ему её одежда: замерзнет, заболеет, да и смотреть будут... А дальше девушка сделала кое-что ещё более ошарашивающее. Скользнула рукой к поясу брюк, будто всегда знала, что он там частенько прячет, и достала пистолет. Подстрелила лошадей, перебила погоню к чертям собачьим. И трогательно поддерживала его. Будто он мог свалиться с лошади в любой момент... В её глазах было море волнения, страха, любви, и сердце потихоньку оттаивало, сжималось и снова расслаблялось, тело принимало её ласковые касания, дразняще-нежные поглаживания и верные, прямые взгляды. Да, в шлюпке Василиса удивила. Никогда бы Фэш не подумал, что она может ТАК. Да, эта девушка была невероятно страстной, но не умела показывать эту черту при посторонних, а тут... такое. И мужчина понял, что сегодня Василиса от него просто так не отделается. Да и не захочет! После долгого и такого приятного воссоединения с командой её к нему не пустил Капитан. Фэш таращился на свою Василису, не мог отвести взгляда. Он видел, как рада она быть здесь, как горят её глаза, дрожат от радости губы, слёзы катятся по щекам. И знал, что всё не зря. Всегда знал. А сейчас успокоился. Всё получилось. Они снова вместе. Отныне и навсегда. Да, навсегда. Пару раз он ловил на себе насмешливо-предупреждающие взгляды Капитана, усмехался и вновь смотрел на счастливую Василису. И желал как можно скорее сжать в объятиях и не отпускать хотя бы до утра. Но после выяснения ситуации Капитан приказал Трэю осмотреть его рану. Лишняя трата времени, Дьявол! Он здоров, полон сил! Ну, Капитан хоть Василису вместе с ними послал. Как чувствовал, что Фэш уже не в силах держаться так далеко от неё. Девушка сразу оказалась рядом, прижалась под боком, обняла, и снова в груди разлилось тепло. Пока крайне медлительный и угрюмый Трэй трудился над дыркой в его руке, она бегала туда-сюда, что-то подавала трясущимися руками. И всё для него, для Фэша... Мужчина неотрывно следил за ней взглядом, был счастлив вновь видеть её лицо, кудрявые мягкие волосы, тонкую шею, плечи, ВСЁ. А она, заметив, заливалась краской до самых ушек. Черт, эта её восхитительная краснота! Как же он жил без этого, как же скучал по её смущенному взгляду, по покрасневшим щекам... Фэш как можно скорее спровадил настырного лекаря и, как только закрылась дверь, упал на кровать, прижимаясь к Василисе. Вот она, под ним, никто не гонится за ними, не караулит под дверью, никто не сможет ворваться и разоблачить в чем-то. Уже не в чем. Они открылись, справились со всеми трудностями. Не мог он оставить её в покое сейчас! Голова гудела, была почти пуста - где-то на задворках сознания только осталась кучка мыслей о ней. Он влажно целовал её губы, шею, лицо - девушка даже не закрывала глаза, будто не могла насмотреться. После того, как она тихо и совершенно не скромно застонала, внутри просто снесло плотину. Мужчина резко скинул с неё треклятый камзол, запустил руки под пеньюар, сжал её ноги, вытягивая страстные вздохи. Василиса всё принимала, а потом уже сама потянулась к нему. Гортанные стоны, переходящие в рыки, срывались с губ, когда она своими пылающими губами ласкала шею и плечи. Ниже живота всё горело, и Фэш содрогался каждый раз, когда шустрые пальчики касались кожи у пупка. Он уже приподнялся на руках, когда подогнувшуюся руку прострелило странной болью. Досадливо зашипев, вновь поднялся и положил ладони ей на грудь... Но, кажется, Василиса не была готова. Девушка так трогательно просила его прекратить, говорила, что волнуется, а ему с каждой секундой всё больше хотелось снова опрокинуть её на спину и заставить стонать громче, чем прежде. Но пришлось сдаться... Боги, да это ведь просто рука... Ух, так и быть, но он же не при смерти, к чему такая жертвенность! И тут он осознал, растаял. Просто она любит его не меньше, чем он её. Всё же Фэш досадливо перевернулся на бок, прижимая к себе Василису. Она болтала всякую чепуху, окончательно растапливая его волнения, а он засыпал под любимый голос и незатейливые шутки. Пробуждение было крайне приятным. В его объятиях, поджав колени ближе к груди, посапывала Василиса. Её тело - настоящее! Не сон, не иллюзия - чуть шевелилось в такт дыханию, и он чувствовал эти движения, слышал её тихие вздохи. Девушка двумя руками обнимала его предплечье. Необычайная нежность захватила мужчину с головой. Его маленькая девочка, его Василиса. Та, что заставляет жить, дышать, бороться за что-то гораздо более ценное, чем деньги, чем жизнь, чем собственная честь. Бороться за единство, за чужое дыхание, её и общее спокойствие. Бороться за НИХ. Зарылся носом в её волосы на затылке. Что за запах. Такой странный, такой непонятный, смешной и веселый, но такой родной. Как сама Василиса. Девушка поморщилась, крепче обхватила его руку. О да. Да-да, он сдержит своё обещание, данное самому себе, Василиса не сможет отказаться... Губы коснулись тёплой шеи, разыскивая пульсирующую жилку. Та неистово билась под кожей, будто рвясь наружу. За это стоило сражаться. Стоило обойти весь океан, резать людей, грабить корабли, стоило красть незнакомую, но такую подозрительную девчонку. Стоило сперва презирать её, чтобы потом полюбить и признать смыслом своей жизни. Стоило волноваться, подставлять себя под удар, ругаться, спасать и просто любить. Стоило жить и терпеть муки, боль, спокойствие, радость. Впереди ещё много сложностей, но сейчас он просто хочет её. Василиса завозилась, сморщила свой милый нос и резко открыла глаза, когда Фэш положил руку на низ живота. - Эй? - шепнула она сонно и чуть испуганно, и мужчина вновь оказался сверху. - Фэш, что ты делаешь? Он взял её ладони в свои и прислонил к кровати. Девушка попыталась дернуть рукой, но он не выпустил. Фэш не мог видеть её глаз столь отчетливо, но знал, что там сквозит недоумение. - А ты не понимаешь? - он вскинул брови в своей извечной манере - чуть насмешливо, но тепло и по-доброму. Василиса неуверенно улыбнулась, и тогда он, как умалишённый, сжал её в своих руках и опустил губы на ключицу. Целовал, как в последний раз, чувствуя, что уже не может держаться. Она, такая маленькая в его руках, тонкая, но страстная, лишь подбрасывала дров в костер пылкими вздохами. Сжимала пальцы в его волосах, гладила и обхватывала руками спину, прижималась ближе, выгибалась, поднимаясь ему навстречу. Что-то бормотала про то, что ему нельзя, однако хватило одного нежного ответа, что ему плевать на это и он в полном порядке, чтобы взять её прямо сейчас. И она, вдруг вздрогнув, окончательно сдалась. Страсть охватила их, и одежда с тел исчезала слишком быстро, нетерпение сжигало внутренности, в горле пересохло. Василиса неожиданно поцеловала его в лоб, а потом вновь запустила пальцы в волосы, отклонила его голову назад и влажно поцеловала шею. Она уже лежала перед ним без одежды, сдержанность давно предала его и уплыла куда-то вместе с трезвым рассудком. Да и к черту их. Василиса важнее, нужнее, она поддержит всегда. Девушка разрывалась под ним, когда он, придерживая её грудь, исступленно целовал, прихватывал зубами, совершенно не жалея. Она и не просила. Всё отошло назад, остались лишь россыпи его поцелуев на её шее и ключицах, собственнических ярко-красных следов после них. - Перевернись, - сипло шепнул Фэш, чуть ослабляя хватку на руках. С тихим стоном Василиса послушалась. Перед этим хотела ещё раз провести языком по его губам, но всё-таки легла на живот. Мужчина резко подхватил её под бедра и поставил на колени. Чувство, окончательно уносящее разум в сумасшедшую бурю, обуяло его, из горла вырвался рык, когда девушка сжалась. Пальцы безжалостно сомкнулись на её талии, вторая рука провела по соблазнительно выступившим позвонкам, тоже легла на бок. Кожа покраснела вся, лица горели, в животах завязывались узлы, комнату наполняли больше, чем стоны. Фэш не сдерживался, не останавливался, кровать скрипела уже возмущенно. Он не думал ни о ком, кто находился на корабле, кроме них. Наплевать! Пусть слышат то, как он её любит. Столь любимые им рыжие волосы Василисы растрепались, мужчина собрал их в кулак, поцеловал её лопатку и в который раз резко подался вперед. К ней.

***

Утром Василиса не стала будить мужчину: слишком мирно он уткнулся щекой в подушку. Дыхание его было спокойным, таким, как и в прошлый раз, когда она проснулась рядом с ним - чуть горячим, щекочущим шею, что так доверчиво она подставила его лицу. Сильная мужская рука неудобно сдавливала тело, но выбралась Василиса из его удушающих объятий отнюдь не из-за этого. Осторожно прилегла рядом, проверив, чтобы его рану на плече ничего не беспокоило, и опустила руку на его шею. Закончилось. Это сумасшествие закончилось. Началась нормальная жизнь, такая, какая была до этой отвратительной истории с отцом. До того, как все узнали о них. Нет, не такая, лучше. Теперь они могут быть вместе, не жаться по углам, пытаясь вырвать лишь пару поцелуев до того, как за стенкой послышатся чьи-то шаги. Ей уже всё равно, увидит ли кто-то их, их поцелуи, порой нескромные объятия, нежные касания. А Фэшу и подавно. Теперь они не расстанутся. Это испытание судьбы пройдено, больше их не посмеют разлучить. А если... если премьер-министр не оставит попыток забрать её... она не дастся. Её не отдадут, только не снова. Кончиками пальцев Василиса прошлась по его спине, будто смахивая остатки уснувшей вместе с ними в эту ночь страсти. Лениво пересчитала ярко-красные полосы на его спине, оставленные её ногтями. Сбилась. Снова пересчитала и снова сбилась. Вечно бы лежала так рядом с ним и разглядывала отпечаток спокойствия и безмятежности на любимом лице. Однако шло это божественное чувство изнутри, из его души, что нужна ей больше всего на свете. Оставила еле ощущаемый поцелуй на затылке и улыбнулась. Усталая улыбка сквозь сон проскользнула на губах Фэша. Он прилег ближе к ней. Пока не разбудила его, тихонько размяла уставшие ноги и встала. Надела оказавшиеся на табурете жестковатую большую рубашку и брюки, широкую брезентовую куртку. Кажется, ночью пеньюар порвался, когда Фэш в бешеных чувствах почти сдирал его с неё. Пусть. Это стало последним ненужным напоминанием о королевской семье и премьер-министре. Недолго подумав, девушка подхватила с пола ночное кремово-белое платье, уже ненужное, непригодное. Застегнула свою рубашку под самое горло, на последнюю пуговицу, и поправила воротник: все могут видеть проявления их любви, но не последствия, нет. Улыбка тронула губы, когда она вспомнила жесткие, но в то же время мягкие губы родного на своей шее и груди, и живот потянуло с новой силой. Девушка не смогла удержаться от ещё одного взгляда на голую широкую спину Фэша, переходящую в талию и ниже, где всё скрывалось заботливо накинутой ею простыней. Отвернулась и на носочках вышла из каюты. На палубе уже было веселье. Каждый, кто замечал Василису, радостно махал ей руками, улыбался, вновь поздравлял с возвращением. Искренне улыбаясь в ответ, она подошла к борту, наклонилась, укладывая локти, а на них - голову. Те самые гребешки. Белые, пенящиеся. Холодный ветер хлестал бурную морскую воду, подгонял волны. Низкие, густые, хмурые тучи застилали небо, на сердце лежало спокойствие. Они свободны, все до единого. И не важно, какая погода, важно, что они - семья, они вместе. Девушка улыбнулась своим мыслям, встрепенулась и выбросила порванный пеньюар в воду. Тот, словно один из вольных морских гребней, устремился вперед - далеко в океан. Далеко от них. Вместе со всеми проблемами. Она стояла так долго, провожая взглядом белое платье, знаменовавшее теперь окончание разлуки и этой боли. Приятная дрожь тронула тело, когда со спины её талию обняли большие крепкие руки, шеи коснулось чьё-то дыхание. Она точно знала чьё. Закрыла глаза, улыбнулась, положила свои ладони поверх рук Фэша. - Куда ты убежала, - пробормотал он, спрятавшись в её волосах от тайком поглядывавших на них пиратов. Мужчина вдруг игриво прикусил нежную кожу шеи, заставляя её хихикнуть. Хотелось визжать от счастья. - Я даже испугался сначала, - вдруг серьёзно произнес Фэш. Василиса развернулась в его руках. Чистые голубые глаза смотрели открыто, доверчиво, в них плескалось море понимания и любви. Протянула руки и обхватила его лицо. Его пальцы тут же коснулись левого запястья. Наполненными нежностью движениями девушка погладила его щёки. - Прости, - шепнула, чуть подавшись вперед. - Я не хотела тебя будить, ты устал. Фэш сначала фыркнул, но не смог возразить, видя её подозрительный хитрый взгляд. - Я вижу, что ты вымотан. Тебе стоит хорошо спать, есть. Но я не буду больше тебя пугать. Фэш с мягкой усмешкой покачал головой, снова пряча лицо на её шее и молча соглашаясь. - Что же? - раздалось сбоку насмешливо, и девушка от неожиданности чуть ли не подскочила, вцепилась пальцами в куртку Фэша. - Совсем уже стыд потеряли? Ночи им было мало... Это был Капитан. Василиса перепугалась до чертиков, а потом покраснела так, что даже уши горели. Вот ведь стыд! Вспомнила, как совсем вчера себя не сдерживала. Неужели всё было слышно? Или это просто очевидно? А Фэш, как всегда, пришёл на помощь. Кажется, он-то совсем не растерялся: поднял лицо, педантично поправил воротник её рубашки, вдруг улыбнувшись каким-то своим мыслям. Она догадывалась, каким именно - щеки запылали пуще прежнего. Мужчина наконец повернулся к отцу. - Капитан, вы должны понимать... мы давно не виделись. Да и ничего такого не вытворяем. Диаман усмехнулся. - А мне-то что? В первую очередь вам с Василисой должно быть неуютно. Вон косятся на вас все. Ну, Фэш, вот я был бы против... - он покивал в подтверждение своих слов, многозначительно поглядывая на сына. Но они вроде ничего такого и не делали... Василиса оглянулась. Пялились и правда все, ну очень плохо скрываясь. - Приму к сведению ваши слова, - кивнул мужчина, как-то уже более уверенно притягивая её к себе за талию. Диаман выдал мягкую насмешливую улыбку, обратив взгляд к океану. Тоже, наверное, задумался, как и сама Василиса пару минут назад. И молчание продолжалось бы ещё долго, если бы Капитан не повернулся к ним, нахмурившись, и не начал серьёзный разговор: - Премьер-министр не привык уступать. Он не оставит это так. Василиса замерла. Она уже думала сегодня об этом, понимала даже, что так и будет, но... всё же не была готова. Всё намного сложнее, чем могло показаться. - Как... то есть... он снова? Снова попытается? - голос позорно сорвался, и девушка резко сглотнула. Ну уж дудки. Ещё не время снова бояться! Чего распустилась?! - Я уверен в этом. Никогда он не бросает попыток: удавится, но сделает по-своему. Видя решительность Капитана и уверенное злое лицо Фэша, она мигом собралась. Всё так хорошо, она со своей настоящей семьей, как только посмела расклеиться? Они справятся. - Я не вижу ничего привлекательного в том, чтобы убегать от королевских судов до конца жизни, - снова подал голос Диаман. Фэш чуть сжал руки на её талии. - Поэтому я долго думал и принял решение. Мы покинем эти воды. Уйдём. В другом крае им нас не достать, и все будут живы и с нами. Он поднял сверкающий взгляд на Василису и Фэша. - Нашим ребятам нет дела, под каким флагом ходят корабли, которые они грабят, - с той же решительностью добавил Диаман. Девушка была ошарашена. Это серьёзный шаг, трудное решение, и Капитан принял его ради неё, она - часть команды, полноценная, столь же важная, как и каждый из них. В этом она никогда не сомневались. И была безмерно благодарна. - Спасибо, Капитан, - почтительно склонила голову. - Спасибо за всё. Тот кивнул, вновь оборачиваясь к морю. - Я, вы, мы все заслужили покоя. А эти королевские крысы не дадут его нам. Поэтому другого выхода нет. Фэш, отдашь приказы. Меняем курс немедленно. В Драхтхам идти нет ни времени, ни смысла. Найдём людей уже там. Мужчина с готовностью кивнул. Его ничуть не смутила идея Капитана. Оно ясно, все осознавали серьёзность ситуации. И это был самый оптимальный вариант решения проблемы. Он не был плохим, не был неприятным. Даже наоборот. Повидать новые места - это хорошо, это дорогого стоит. Команда будет только за. Только вот... у неё осталось одно незаконченное дело. Дело, которое нельзя бросить здесь просто так. Она давно знала, что обязана сделать это, стоял лишь вопрос времени. И сейчас выпал тот самый шанс, единственный и прекрасно подходящий. - Я могу просить вас об одолжении, Капитан? - спросила она твердо, с осторожностью выбираясь из объятий любимого мужчины. Диаман смерил её одобряющим взглядом, вглядываясь в лицо. Чуть погодя кивнул, с готовностью повернулся к ней.