И Солнце взошло на Западе

      − Хари, лови! - в мальчика полетел квоффл, метко запущенный тетей. Не даром же она была лучшим игроком Шармбатона четыре года к ряду. Хари мяч не поймал, но успел ловко увернуться и тут же недовольно нахмуриться.       С тех пор как неделю назад Элоиза после долгих раздумий все-таки окончательно переехала в родовой замок, в их жизни многое поменялось. Бесконечные занятия с учителями выжимали из девушки все соки, что уж говорить о Хари. Хотя племянник ее, конечно, удивил. Почему-то девушке всегда казалось, что он будет похож больше на Джеймса, нежели на Лили - что характером, что внешностью. Однако все оказалось с точностью до наоборот. Хари был не просто похож на Лилиан, он был ее копией - тихий, усидчивый, с невероятной тягой к учебе. А еще рыжий и зеленоглазый. Когда первый шок прошел, Элз, как племянник теперь ласково называл ее, разглядела кое-что интересное. Волосы Хари были цвета покрасневших кленовых листьев - такие же как у Лили. У Пруэттов был другой.       Он был просто невероятным ребенком, и Элоиза не уставала удивляться его одаренности. Казалось, этот мальчик может без особых усилий освоить парочку новых языков за час, параллельно штудируя древние талмуды по праву и философии, которые, к слову сказать, были полностью на древней латыни. А еще его характер. То, что было заложено в душе Хари с рождения не смогли изменить ни годы у Дурслей, ни полностью меняющее личность принятие в Род. И это делало новоявленную Пруэтт невероятно счастливой, ведь глядя на такого рассудительного, спокойного, но в то же время по-детски наивного и добросердечного племянника, Элз была уверена, что таким он и останется, не смотря ни на что.       − Я ведь просил так не делать, Элз. Ты меня отвлекаешь, а мне еще две главы нужно прочитать,- Хари укоризненно посмотрел на тетю так, будто это ему тут было под тридцать, а никак не девушке.       − Да ладно, лисенок, тебе нужно чуть больше развлекаться. Так ведь сам не заметишь, как станешь этим, как его... Leseratte*. А это, друг мой, опасно для твоей общественной жизни, которую тебе предстоит вести, будучи Лордом. Так что оставляй свои книжки и бери метлу. Небо и квоффл ждут нас!       Притворно вздохнув, мальчик поднялся и трусцой побежал к складу с метлами. Здесь, подобно конюшне, у каждой метлы было свое "стойло" и табличка с именем хозяина. Быстро отыскав свою, которая по размерам немного отличалась от "взрослых" метел, Хари выбежал на улицу и, тут же оседлав свое средство передвижения, взмыл в небо.       Ветер трепал волосы, и Хари, зависнув метрах в пятидесяти от земли, наслаждался ощущением свободы. Полеты были его самым любимым занятием, правда сразу после зельеварения. И то, и другое, как утверждала Элз, передалось ему от родителей. Хари огляделся и едва успел поймать летящий в него квоффл. Озорно улыбнувшись, мальчик поудобнее перехватил мяч и помчался к квиддичным кольцам настолько быстро, насколько вообще позволяла детская метла. Однако за пару секунд до броска, из ниоткуда появилась Элоиза и перехватила мяч, унося его к противоположным воротам. Хари счастливо рассмеялся и прибавил скорости, пытаясь догнать тетю.       С земли на них смотрел Флавиус Пруэтт, задумчиво улыбаясь своим мыслям.

***       Драко задумчиво крутил в руках коробочку с серебряными запонками, традиционно украшенными фамильным камнем - сапфиром. Сегодня, мимоходом глянув на него, мать посоветовала воспользоваться скрывающей пудрой, чтобы замаскировать темно-фиолетовые синяки под глазами. Ей, к сожалению, было неинтересно, откуда они появились. Что же, наверное в этой ситуации есть и свои плюсы, только вот пока Драко не мог их найти.       За последний месяц кошмары ухудшились и теперь вовсе не давали наследнику Малфоев спать. Мало того, они, кажется, начали преследовать его даже наяву. Все чаще Драко испуганно озирался или спешно покидал полутемное помещение. Любая тень заставляла мальчика вздрагивать и настороженно замирать, что уж говорить о внезапно появляющихся домовиках, которых мальчик теперь просто ненавидел.       За окном бушевал ветер, гоняя пожухлые листья с места на место. Заканчивался последний осенний месяц и вся Британия с замиранием сердца ждала первого белоснежного снега.       Драко тяжело вздохнул и встал, поправляя шейный платок. Открыв коробочку, мальчик достал запонки и закрепил их на манжетах белоснежной шелковой рубашки. "Малфоям всегда достается самой лучшее" - грустно усмехнулся он.       С резким хлопком в комнате оказался домовик, заставив мальчика вздрогнуть.       − Чертов домовик, неужели нельзя аппарировать за дверь и постучать?! - лопоухое существо затряслось и тут же принялось биться головой о ножку туалетного столика.       − Прекрати. И объясни, зачем ты явился,- строго взглянул на домовика Драко. Тот сразу же вытянулся в струнку и протараторил:       − Хозяин приказал Трикси позвать Молодого Хозяина. Хозяин сказал, что Молодой Хозяин уже должен быть готов и спускаться в Главную гостиную.       − Ясно. Можешь иди,- домовик тут же исчез, а Драко направился вниз, стараясь идти как можно быстрее, но не бежать. Отец не любит ждать.

***       Панси сосредоточенно помешивала золотисто-коричневое зелье. Шли последние минуты приготовления, осталось только всыпать половину унции крыльев пикси и помешать три раза против часовой стрелки. Выполнив последнюю инструкцию, девочка сняла котел с огня. Сил на то, чтобы ждать остывания не было, и девочка перелила немного в стакан, слегка подула и одним махом проглотила тройную порцию.       Ничего не изменилось. Во всяком случае, именно так чувствовалось Персефоне. Огорченно вздохнув, девочка отправилась в свою комнату. В книге было сказано, что эффект станет заметен сразу же, но возможно она просто что-то не так поняла. В конце концов, она никогда не была сильна в итальянском.       Уже в комнате, перед тем как отправиться спать, девочка пошла умыться. Взглянув в зеркало, она едва не заплакала. Все лицо было усеяно красными воспаленными язвами, кое-где виднелись корочки подсохшей крови. В панике, Персефона кинулась в покои родителей.       Увидев дочь, Патрисия Паркинсон испуганно вздохнула.       − Ох, милая, что случилось? Ты снова экспериментировала с этими ужасными зельями? Персефона, ты ведь Леди, нам такими глупостями заниматься не положено,− женщина встала и пару раз взмахнула палочкой, пытаясь распознать, какое зелье дало такой эффект. К счастью, это оказалась не более, чем аллергия, вызванная передозировкой зелья.       Призвав пузырек с универсальным противоядием, Патрисия отдала его дочери. Дождавшись, пока та выпьет все до капли, она проводила дочь до ее комнаты.       − Ничего страшного, дорогая, будь уверена, к утру не останется и следа,− обнадеживающе улыбнулась Леди Паркинсон, укрывая девочку одеялом. Постояв еще пару минут и вслушиваясь в мерное дыхание дочери, женщина тихонько вышла из комнаты.

***       − Пожалуйста, скажите, что с моей девочкой все хорошо, доктор Торкинс,− всхлипнула Лорелея Сплиденс. Женщина лет сорока, она была обладательницей роскошной копны черных кудрявых волос, светлой кожи и темно-карих, почти черных глаз. Истинная аристократка, сидела идеально ровно и прикрывала покрасневший от слез нос кружевным платком. Подле нее сидела ее точная копия − девушка с такой же гривой волос и "колдовскими" глазам, только намного менее заплаканная. Казалось бы, ей и вовсе было все равно на младшую сестру.       − С Вивиан все будет хорошо, Леди Сплиденс. Я дала ей несколько заживляющих и укрепляющих зелий и еще парочку оставила на прикроватной тумбочке вместе с инструкцией. Возможно пару недель она будет слаба и ей периодически будет становиться плохо, но это пройдет. А пока вы можете к ней зайти,− девушка, служащая личным целителем семьи, мило улыбнулась и, откланявшись, удалилась.       Тяжело вздохнув, женщина прошла в комнату дочери и села на краешек кровати. Вивиан спала, на ее и без того тонкой коже появилась пара десятков синяков и царапин. Некогда самое любимое развлечение младшей дочери − прогулка верхом − в этот раз закончилось слишком трагично. Девочка всхлипнула во сне и перевернулась на другой бок.

***       Теодор отрабатывал домашнее задание от учителя фехтования, когда внезапно появился напуганный домовик и сказал, что хозяйке плохо. Не помня себя от страха, мальчик бросился, куда указал эльф, забыв об аппарации.       Аннет Нотт лежала на своей кровати и вокруг нее суетились трое колдомедиков. Вся ее кожа была в красно-розовых ожогах. Рядом в кресле обнаружился отец, нервно крутящий в руках палочку. Осторожно подойдя к нему, дабы не навлечь на себя родительский гнев, Теодор подал голос:       − Отец? Что случилось?− ответом ему был хмурый взгляд.       − В лаборатории твоей матери произошел взрыв. Пострадало около восьмидесяти процентов кожи. Целители сказали, что сделают все возможное, но ничего нельзя обещать наверняка,− ошеломленный, мальчик сел в соседнее кресло, сквозь слезы наблюдая, как жизнь утекает из его мамочки с каждой минутой.       К часу ночи все было кончено. Теодор даже не сразу понял это − он слишком сильно ушел в свои мысли. Однако, когда главный целитель подошел к отцу и полушепотом сообщил о смерти, мальчик замер, не в силах пошевелиться. Он знал, покажи он сечас хоть каплю той всепоглощающей боли, что раздирала его изнутри, и его ждет невероятное наказание.       Но как можно сохранять невозмутимость, когда на твоих глазах умер самый дорогой и любимый человек во всем мире. Только она всегда жалела его после отцовских наказаний, только она осмеливалась перечить Лорду и защищать любимого сына, за что и сама нередко получала синяки. Именно она всегда давала лучшие советы и помогала в любом деле. Она была для него всем.

***       Сестры Гринграсс были в радостном предвкушении: сегодня отец пообещал что-то интересное и намекнул, что придет какой-то очень важный гость. А потому с самого утра девочки выбирали наряды, делали прически с помощью эльфов и крутились у зеркала по нескольку часов, оценивая свой внешний вид. Когда часы показали без пяти минут шесть, Дафна и Астория спустились в Малую гостиную, как им заранее было велено и сели на диванчик.       Ровно в шесть часов из камина вышел Максимилиан Гринграсс, подавая руку изящной темноволосой женщине, вышедшей следом. Девочки тут же встали и, сделав приветственный книксен, повторили заученную давным-давно фразу: "Добро пожаловать в Гринграсс-Мэнор, Миз**"       В ответ женщина очаровательно улыбнулась и повернулась к Лорду. Тот вернул ей улыбку и повернулся к дочерям:       − Реджина, это мои дочери: Дафна и Астория,− девочки по очереди склонили головы, обозначая себя,− девочки, это Реджина Трейтсен, моя невеста.

***       Блейз упражнялся в квиддиче, когда maman позвала его познакомиться с очередным ухажером. Не утруждая себя даже запоминанием имени несчастного, ведь скоро его закроют другие, Блейз принял крайне заинтересованный вид, слушая про чудесные виноградники в Тоскане, куда мужчина старательно звал его мать, да и его самого.       Мальчик был готов спорить на что угодно, что тактика нового мужчины была в том, чтобы купить любовь матери через ее ребенка. Но Блейза, к сожалению или счастью, не интересовали ни виноградники, ни новая модель Нимбуса, ни древнейшие фолианты по любимым рунам − просто потому, что все это у него уже была, ведь Сильвия Забини ни в чем не отказывала любимому сыну.