Письмо маме.

Мы поспешили рассказать все Еве, видимо нас ждет что-то хуже обычного зомби-апокалипсиса. Забежав в Дом мы не могли найти ее. В самом главном офисе ее не было, в «спальне» тоже. Мы нашли этажом выше. Черт, мы поступили так глупо. Она была расстроена, Дин умер и мы оставили ее одну, хоть и не надолго. Тем более с оружием. Но видимо ее привлек канцелярский нож. Раны были достаточно глубокие, но мы успели. Еще бы немного и мы бы потеряли ее. На улице уже смеркалось и нужно было действовать быстро. Потеря крови была уже очень большой и мы решили сразу ехать с ней в ближайшую больницу. Побросав оружие в багажник, я села за руль, Ник положил Еву на заднее сиденье, она была уже без сознания, и сам сел на переднее сидение ко мне. Так быстро я еще не ездила. Но я не могла потерять еще одного своего друга, из-за своей же тупости. — Держись пожалуйста, — говорила я. — Ник, мы такие придурки, зачем мы ее оставили! — Я не думал, что она сделает такое. — Идиоты, идиоты, идиоты… Завалившись в больницу, мы удачно встретили просто толпу из ходячих на первом этаже. Закрыв часть из них в одном из коридоров, мы поспешили обежать здание и зайти с другого входа. Найдя все что нужно для переливания, мы быстро стали готовиться. — Нужно что-то сделать, их там как-то зашивают или что? Я не знаю, сделай что-нибудь, — в панике говорила я. — Я сделаю, все, сейчас, — тараторил Ник. Я чувствовала, что он тоже весь на нервах. Как на зло, в коридор, где находились мы, частенько заходили ходячие и мне приходилось отрываться от работы. Это безумно бесило, времени и так было мало, а еще и это. — Ана? У тебя все готово? — Да, — отозвалась я, добивая последнего ходячего. Я подала все необходимое Нику, мы установили переливание и только когда пульс Евы пришел в норму, мы вздохнули с облегчением.       Она еще долго не приходила в себя и все это время мы не отходили от нее. Когда она очнулась, уже был новый день. Четвертый день конца мира. — Ты нам конкретно потрепала нервы, — сказала я, как только она открыла глаза. Я все понимала, я понимала что ей больно, как и нам всем. Но тут речь идет о выживании, на кону стояла не только ее жизнь. И в коне концов, почему она не подумала о нас. Каково было бы нам потерять и ее. Двое друзей за два дня? Нет, это уже слишком. — Прости., — лишь сказала она. — Нет, нет, черт побери, не прощу, — и после этого я высказала ей все нравоучения, которые были у меня в голове. — Прости, — повторила она, и тогда я уже ничего не ответила. Подошел Ник и я поняла, что нужно отодвинуть чувства на задний план и рассказать о проблеме, которая все еще была актуальна. — Пока ты там думала как бы себя убить, — начала я, за что получила толчок от Ника, — мы видели что-то странное. Я рассказала ей о случившемся и это действительно заинтересовало ее. Наконец, может ее хоть эта загадка отвлечет. — И что потом случилось, с этими новыми зомби? — спросила она под конец. — Мы не знаем, — ответила я. — Их же можно убить? Это вопрос поставил нас в тупик. Мы даже не задумывались об этом. А, собственно, почему нет? Зомби они и есть зомби. А вдруг уже нет? Мы с Ником переглянулись, пытаясь найти ответ на вопрос Евы, но ничего не шло в голову. Мы оставили Еву отдыхать, перед этим уверившись, что она больше не будет делать глупостей. — Думаю нужно проследить за этими новыми зомби, — сказал Ник. — Стой, а как же люди, оставшиеся люди? — Люди? Думаешь мы успеем добраться до них прежде, чем военные? — Их нужно спасать. Вдруг на их месте окажутся наши родители? Мы не знаем куда их забрали те же военные. — Ана, давай это решим утром, я не хочу это обсуждать, — ответил Ник, уходя. — Нет, — разозлилась я. — Хватит убегать от этого. В который раз замечаю, что ты просто откладываешь какие-либо дела на потом. А потом уже поздно, Ник. — И что ты предлагаешь? Бежать сейчас спасать всех? Ты не супергерой, ты обычная школьница, Ана, пойми это! Мы все тут просто школьники и ничем не сможем помочь! Смирись! — Ты просто трус, — сказал я тихо. Ник лишь зло посмотрел на меня, развернулся и ушел в соседний кабинет. Я осталась одна в коридоре, размышляя об этом споре. Теперь я не знаю что лучше: выяснить что делают с выжившими или идти их спасать из рук военных? Может Ник и не трус, он просто боится ошибиться, боится, что еще больше людей пострадают. Честно говоря, я тоже этого боюсь. Жаль, что мы до сих пор не понимаем и не принимаем страданий друг друга. Может так было бы проще.