cold feet

Никогда в жизни я еще не чувствовал себя настолько свежо и спокойно. Моя кожа оказалась на удивление бледной. Она выглядела коричневатой из-за грязи и жира, но теперь, когда я тщательно вымылся, она была прекрасной. ___ - Как чувствуешь себя теперь? - так меня поприветствовал Чонгук, сидевший на диване, попивая горячий напиток. - Я и тебе один приготовил. Он кивнул в сторону стола позади, на котором стояла похожая кружка. - Спасибо, Чонгук. Но не стоило этого всего делать. Ты должен был остаться со своим другом. Мне не стоило за тобой идти… Младший улыбнулся. - Да я не особо люблю такое. Предпочитаю просто оставаться дома, - сказал он в качестве отговорки, но я ему не поверил. - Ты волнуешься за меня. Он опустил взгляд на напиток и снова перевел его на меня. - Может и так. Я вздохнул, подходя к столу и подымая кружку. После глотка напитка я почувствовал интересный вкус. Он был не сладким и не горьким. Скорее крепким и насыщенным. - Это кофе, - объяснил он, увидев мое озадаченное лицо. - Интересно… Он мог отравить тебя. Зачем ему это делать? Ну, такое уже случалось. Я поставил кружку назад, внезапно решив отказаться от напитка. Он предложил мне присесть, перемещаясь на диван побольше. Рассказ от третьего лица - Выглядишь лучше и пахнешь лучше. - Я что, непонятно выразился, когда просил меня не нюхать? Чонгук усмехнулся, откидываясь на диван и осматривая черты лица старшего. - Твои волосы.. Мне любопытно. Корни не отрастают? Цвет волос всегда остается искусственно светлым. Ты осветляешь их? - Что ж, во-первых, они золотые, а не просто светлые. И нет, я не осветляю волосы, это мой натуральный цвет волос. - Погоди, но твои родители оба корейского происхождения? - с удивлением спросил Чонгук, на что старший покачал головой. - Отец - кореец, а мать римлянка. - Имеешь в виду итальянка? Подперев голову рукой, Тэхён сдержанно кивнул. - Да… Именно. ___ - Чон Чонгук! 
 Младший сонно поднял голову, реагируя на раздраженный тон хёна. - Юнги-хён так разозлился! Какого хрена ты ушел? Да ты просто исч.., - он опустил взгляд вниз и увидел возле Чонугка мирно спящего Тэхёна, кутавшегося в пушистый плед. - Какого черта он тут забыл?! Чонгук зашипел на старшего, наблюдая за Тэхёном. - Пусть поспит. Чимин топнул ногой от раздражения и отправился на кухню, чтобы налить себе бокал вина. Наблюдая за Чонгуком он заметил, как тот заботливо поправляет плед блондина. Младший никак не мог понять, что его используют. Тэхёну на него было посрать, как и вообще на всех. Ему только нужна была мягкая постель и побольше еды. После того, как он это все получит, превратится в ледышку и обидит Чонгука. Мальчик был еще слишком юным и невинным, чтобы осознать: если он продолжит ухаживать за негодяем, в итоге только убедится, что его использовали. Но будет уже слишком поздно. Это его сломает. - Чонгук. Пора уже прекратить эту благотворительность. Он ведь ничего не сделал для того, чтобы заслужить такой уход. Младший поднялся, поднял уже остывшую кружку с кофе и оправил ее в мойку. - Он тебе хоть раз что-то давал взамен? Хотя бы замечал твои старания? Чонгук не ответил, непроизвольно сжимая руки в кулак. - Да ему пофиг на тебя. И, на самом деле, тебе на него тоже. Это окончательно вывело Чонгука из себя. - Откуда тебе знать, что я чувствую?! Или что он чувствует?! Ничего об этом ты знать не можешь, так что прекрати мне говорить, что я веду себя неправильно и что он ужасный человек! Может к тебе он так и относился! Но ко мне - нет.., - его голос перешел от опасного к подавленому, мягкому и почти сомневающемуся. - Он проклят, Чонгук, - наконец-то прошептал Чимин, беря младшего за руку и приподымая его лицо за подбородок, - как и ты сам. Глаза младшего наполнились страхом. - Что значит проклят? - прошептал он, словно маленький мальчик, испугавшийся монстра из-под кровати. - Это значит, что ты словно привязан к нему. Как когда-то был я. Ты думаешь, что любишь его, что он для тебя важен, что может если попытаться сильнее - он полюбит тебя тоже. Но нет, не сможет. Это его проклятие. Он никого не сможет полюбить, потому что слишком боится это признать. Всхлипнув, младший уткнулся лицом в плечо хёна. - Весь этот год ты будешь к нему привязан. Будешь пытаться сделать его счастливым и заботиться о нем. Я пытался остановить тебя, чтобы ты в него не влюбился. Но не смог. 
Чонгук кивнул, обхватывая рукам старшего. - Сколько тебе было, когда ты с ним познакомился? - тихо спросил он. - Восемнадцать. Я шел домой со школы. Никогда раньше я его не замечал, несмотря на то, что я по той дороге шел каждый день. Просто не видел его и все. - А в один прекрасный день я взял и появился. Чимин развернулся и увидел Тэхена, стоявшего в дверях кухни. - Люди обычно забывают обо мне, если они не одни из вас. Проходят мимо меня, будто я кирпичная стена. Для тех, кто ко мне не приписан, я будто не существую, пока не покидаю свою автобусную остановку, - казалось, он сомневался, стоит ли рассказывать все, - мне жаль, что вам приходится это все испытывать. Я никогда не хотел усложнять ваши жизни. Блондин посмотрел вниз и заметил руки, сжатые вместе. Чонгук увидел это и сразу же убрал ладонь с руки Чимина. Его щеки немного порозовели. Когда младший поднял взгляд на лицо Тэхёна, его эмоции было сложно считать. Но Гук бы поклялся, что заметил слабую тень ревности. - Спасибо, Чонгук. Но ничто из этого завтра ты не вспомнишь. Младший нахмурился. - Почему? А Чимин? Блондин покачал головой. - Это потому, что я наговорил слов, которых не следовало произносить. Младший состроил недовольное лицо. - Оставь одежду себе, - прошептал он, указывая на огромную футболку и джинсы, которые он дал старшему, - твои шмотки были ужасными. У двери висит джемпер, возьми и его тоже.
 Блондин подошел к парням и протянул ладонь, в которой лежали две маленькие голубые таблетки. - Пожалуйста, примите их. Если нет, есть и более болезненный способ стереть вашу память, - предупредил он, заметив, что Чимин даже не шевельнулся. При упоминании боли, он кивнул, сглатывая. Тэхен выронил по одной таблетке в руку Чимину и Чонгуку. - Адйос! - выкрикнул он, удостоверившись, что таблетки парни проглотили, и направился в сторону двери. 
Чонгук слабо улыбнулся и кивнул, немного махнув рукой старшему, когда тот схватил толстовку у двери, надел ее на себя и покинул дом. - Такое чувство, что от этих штуковин мы отключимся, - наконец заговорил Чимин, проходя к дивану. 
Чонгук последовал за старшим и схватил его за плечи, когда начал спотыкаться. Внезапно ноги Чонгука подкосились, и он всем весом навалился на Чимина. В итоге они оба свалились на диван. Нос к носу, глаза в глаза. Губы всего в паре миллиметров от чужих. Веки Чонгука смыкались, когда он улыбнулся, нет, ухмыльнулся и сделал кое-что совсем неожиданное. Он подался вперед и оставил на губах старшего поцелуй. Глаза Чимина резко раскрылись, не чувствуя больше и грамма сонливости. Что только что случилось? Но к тому времени, как он решил спросить, что значил этот поцелуй, Чонгук уже отключился и мягко похрапывал у него на груди. Этот маленький чертенок.. Знает же, что не запомню. Его мысли начали путаться, когда таблетка снова заработала, и глаза медленно закрылись. Он в последний раз вспомнил ощущение мягких губ младшего на своих. Чон Чонгук, я тебя ненавижу.