Да, Джим

— И зарубите на носу: только полный кретин позволит идиотским пережиткам прошлого решать свою судьбу! Шерлок натянуто улыбнулся и захлопнул дверь, не дав клиенту попрощаться или задать еще один глупый вопрос. Омега ушел, полный новых бесценных знаний, воодушевленный и счастливый. Шерлок презрительно хмыкнул: он был уверен, что на ближайшем аукционе того выкупят моментально, несмотря на все «сто и один совет, как избежать насильственной женитьбы». Омеги были глупыми. Альфы, впрочем, тоже, как и беты, однако последние хотя бы не кичились своим «правом рождения», вызывая чуть больше уважения. Шерлок бросил взгляд на часы. Майкрофт опаздывал уже на три минуты, и это могло означать сразу несколько вещей: проблемы с министром или проблемы с Грегом. Заключив брак в прошлом году, Майкрофт оказался до неприличия счастлив и временами становился рассеянным, что вызывало у Шерлока приступ сарказма, но чаще — скуку. Несмотря на выдающийся ум, Майкрофт не смог противостоять чувствам, но хотя бы не поддался инстинктам, самостоятельно выбрав себе партнера по сердцу, предпочтя глупым, но смазливым омегам бету. С улицы послышался шум, хлопнула дверца машины, и Шерлок потянулся за скрипкой. Майкрофт торопился и нервничал, как и всегда, когда близился очередной аукцион. — Сомневаюсь, что хоть один из твоих клиентов в действительности хочет избежать брака, — брезгливо поморщившись, словно и правда мог учуять что-то, с порога выдал он. — Ты тратишь время на бестолковые занятия! Братские нотации прямо с порога означали лишь одно — что-то случилось, и проблемы были посерьёзнее семейных размолвок. — Тебя собираются купить! — тут же признался Майкрофт, едва Шерлок поднял на него вопросительный взгляд. — И в этот раз мне не удалось так просто выяснить, кто этот ненормальный. Шерлок тут же дернулся, в глазах промелькнуло заметное беспокойство. — Как это, ты не можешь выяснить? — он сузил глаза. — Все желающие посетить аукцион альфы заранее вносят свое имя в списки! — В том и дело. Кандидатур несколько, но имеющейся информации недостаточно. У меня ощущение, словно кто-то водит меня за нос, пытается увести по ложному пути, — Майкрофт страдальчески наморщил лоб, выдавая свою крайнюю обеспокоенность. — Несколько? — Шерлок нервно повел плечами. — Это абсурд! Я худший кандидат для выбора альфы. Ты должен выяснить! До аукциона осталась неделя. Мысль о том, что какой-то неизвестный альфа планирует выкупить его, казалась Шерлоку и идиотской, и пугающей. Его передовые свободолюбивые взгляды были известны всем, как и сайт с советами от омеги-консультанта. Шерлок делал все, чтобы альфам жилось несладко, не упуская возможность зло шутить и оскорблять их прилюдно. Такого омегу в партнеры не захотел бы ни один здравомыслящий, уважающий себя альфа, и расчет был именно на это. Шерлок, как и положено его статусу, по достижении восемнадцати лет регулярно посещал аукционы, но вот уже три года выходил оттуда свободным и планировал, что так продлится до конца его жизни. — Не волнуйся, я сделаю все, что в моих силах, — пообещал Майкрофт и снова оглядел Шерлока с откровенным неудовольствием. — А ты постарайся не высовываться и не привлекать к себе лишнего внимания. — Именно моя ярко выраженная позиция — залог свободы! — важно заявил Шерлок. — Веди я себя скромно, согласно статусу омеги, меня наверняка поработили бы уже в первый выход. Шерлок кривил душой, понимая, что дело не только в характере или провокационном поведении. Его внешность была далека от представления альф об идеальном омеге — обычно выбирали тех, кто посимпатичнее, но это ему было лишь на руку. — Известно, что твоя агрессивная пропаганда свободных взглядов нравится далеко не всем. Я уже не раз предупреждал, чтобы ты был осторожнее, — раздраженно отозвался Майкрофт. — Я не смогу всю жизнь опекать тебя. — Хочешь сказать, что продашь меня первому нищему, как того капризного омегу из нравоучительной сказки? — Шерлок выгнул бровь. Влияние Майкрофта было велико, а его взгляды — не менее прогрессивными. Шерлок не сомневался в том, что брат сделает все, чтобы его не постигла участь большинства омег. — Хочу, чтобы ты немного сбавил обороты. Не принимай никого эту неделю, не шатайся по сомнительным заведениям, веди себя тихо. Я разберусь, — подытожил Майкрофт и поднялся. — Это все? — Шерлок скорчил скучающую рожу и отвернулся к окну. Всякий раз накануне аукциона Майкрофт становился особенно настырным и занудным, выдавая свое беспокойство. Шерлок, разумеется, тоже испытывал некоторое волнение, но с каждым новым аукционом его было все меньше. Он подумывал о том, чтобы в будущем году принимать ставки на то, что он по-прежнему останется свободным.

***

— Все в порядке, — Майкрофт нашел Шерлока курящим в туалете. — Я разобрался с проблемой, тот, кто планировал тебя выкупить, не доедет вовремя — ужасные пробки. Шерлок хмуро оглядел его и выкинул окурок в раковину. — Когда уже ты протолкнешь законопроект об отмене этого атавизма? — он презрительно скривился. — Я понимаю, что большинство омег — неразумный скот, для которых брак с альфой — единственный способ выжить, но почему я должен страдать из-за чужой тупости?! Он недовольно повел плечами. Аукцион должен был начаться с минуты на минуту, и, так как фамилия Холмс находилась в начале, Шерлок понимал, что надо идти в зал ожидания. — Ну? — он насмешливо посмотрел на Майкрофта. — Говори уже! — Будь осторожен и удачи, — Майкрофт мучительно улыбнулся, отправляя Шерлока навстречу судьбе. — Увидимся через полчаса на свободе! — Шерлок подмигнул ему и быстро вышел. Должность Майкрофта предполагала официоз и пафос, которые Шерлоку были чужды. Он верил не в свою удачу, а в свой рассудок, что подсказывал ему, что ни один альфа не захочет его взять в семью.

***

— Шерлок Холмс! Омег объявляли по алфавиту вне зависимости от возраста или общественного положения. Это должно было придавать аукциону мнимый элемент демократии, так как еще в начале века список составлялся по принципу разницы сословий. Шерлок лишь усмехнулся, ступая на ярко освещённую сцену. Продажа живого товара оставалась продажей, как бы консерваторы ни пытались это преподнести публике. — Двадцать один год, младший ребенок в семье Холмс, придерживается свежих критических взглядов, увлечен естественными науками, начитан. Несомненно интересный собеседник, который скрасит скучные домашние вечера живой дискуссией и… — зачитывал ведущий рекламную речь, призывая обратить внимание именно на этого омегу. Шерлок кривился и закатывал глаза на каждую лестную реплику о себе. — Переходи к делу! — в итоге оборвал он на «экзотической внешности». Зашкаливающий официоз и торжественность заставляла нервничать больше, чем хотелось бы. Шерлок надеялся покончить с этим позорным и унизительным моментом скорее. — Первоначальная ставка десять тысяч фунтов, — поджав губы, провозгласил ведущий и обвел взглядом зал. Как и всегда в таких случаях, повисла гнетущая тишина: на Шерлока смотрели десятки взглядов — большинство из них были презрительные или осуждающие, тем не менее из года в год он оставался дорогим «лотом», что тоже снижало его шансы заиметь себе покровителя. — Есть ли желающие поднять ставку? — без энтузиазма в голосе поинтересовался ведущий. Шерлок уже хотел было сделать шаг в сторону, как в тишине раздалось: — Двадцать тысяч. Шерлок дернулся, сперва подумав, что ослышался. Забавно, но и ведущий решил так же, переспросив: — Прошу прощения? — Поднимаю ставку до двадцати тысяч, — вкрадчиво повторил голос с холодными и расчетливыми интонациями. — Конкуренция будет? — скучающе добавил он. Шерлок панически щурился, пытаясь понять, что происходит, хотя бы высмотреть наконец того неизвестного альфу, что предлагал за него столь немыслимо высокую сумму. Из-за прожекторов, которые били светом прямо в лицо, увидеть, что творилось в зале, было практически невозможно. — О, у нас есть желающий! — ведущий отмер и затараторил пуще прежнего, осознавая, сколько только что заработал, имея свой процент с каждой сделки. — Нашелся смелый, уверенный в себе альфа! Но, может, кто-то еще? Есть здесь люди, способные перебить ставку? Цена высока, но и цель зачастую оправдывает средства! Есть желающие открыть спор? Вопрос был идиотский, и Шерлок невольно скривился, понимая, что желающих не может быть физически: цена этого альфы перекрывала выставленную Майкрофтом вдвое, так что даже если у того и были свои люди в зале, которые могли бы заплатить чуть больше, теперь за Шерлока точно не вступится никто. Он не представлял, кому могло понадобиться платить за него столько. В зале зашептались — событие и правда было из ряда вон выходящее, на аукционах, остающихся данью традиции, редко совершались настолько неожиданные сделки. К тому же скандальная репутация Шерлока гремела на весь Лондон, и личность альфы, решившегося на такой шаг, мгновенно вызвала всеобщий интерес. — Двадцать тысяч — раз! — возбуждённо провозгласил ведущий, а Шерлок различил в толпе пытающегося пробиться к неизвестному покупателю Майкрофта. — Двадцать тысяч — два! Двадцать тысяч — три! Продано! — Нет! — Шерлок не удержался и замотал головой, поддаваясь охватившей его панике. — Это явно ошибка… Его голос потонул в общем шуме, а микрофона омегам не давали, впрочем, как и права голоса. Галдеж быстро заглушили торжественной музыкой: никто не собирался задерживать аукцион. — Спускайся и иди к дверям зала церемоний, там к тебе присоединится твой альфа, — Шерлока уже подталкивали к выходу. Оглушенный непониманием ситуации, на негнущихся ногах, он медленно добрался до нужных дверей и, не глядя вокруг, зашел внутрь. Здесь уже, нервно подпрыгивая, ожидал своего альфу предыдущий «лот». — Сейчас они выпишут чек и придут к нам! Так волнительно это! — сообщил он, сверкнув радостно глазами. — Мы забронировали себе зал «Рок-н-ролл», чтобы фотки были самые крутые! — он кивнул на одну из дверей, ведущих из комнаты. — А вы? Шерлок проигнорировал его вопрос, рассматривая безликое помещение. Здесь стояла пара диванов и висели зеркала. Место служило неким перевалочным пунктом на пути к счастливой семейной жизни. Из него можно было выйти, только пройдя через один из залов для церемонии. Шерлок чувствовал себя в ловушке. — Меня Джеффри зовут! — жизнерадостного омегу его молчание не смутило. — А мой альфа… — Заткнись! — оборвал его Шерлок. — Сейчас мой брат договорится, и сделку аннулируют! Шерлок до последнего верил, что все будет именно так. — Не волнуйся ты так, — Джеффри понял его грубость по-своему; Шерлок одарил его презрительным взглядом, и тот неожиданно проявил чудеса догадливости: — А, ты же тот фрик, что отрицает связь альфы и омеги! Неужели тебя купили? Ответить Шерлок не успел, потому что в комнату вошёл альфа болтливого Джеффри: широкоплечий и мощный — он являл собой воплощение всех стереотипов. — Маркус! — разулыбался Джеффри, и Шерлок не удержался от брезгливой гримасы. Маркус, ни слова не говоря, хмуро глянул на Шерлока и собственническим жестом обхватил Джеффри за плечи, чтобы увести в стороны раскрывшихся дверей зала «Рок-н-ролл». Шерлок оставался один недолго. Майкрофт влетел первым — растерявший все своё хладнокровие, сердитый и взвинченный. — Прости, я сделал все, что было в моих силах, — мрачно заключил он, прежде чем дверь пустила следом молодого около тридцати лет темноволосого мужчину, симпатичного, невысокого, но хорошо сложенного, в неприлично дорогом костюме и вычурном галстуке. Но главное, что привлекало внимание — это глаза. Такого циничного бездушного взгляда Шерлок ещё не встречал — даже среди альф. — То есть, ты сделал все, что мог? — Шерлок подскочил к Майкрофту, намеренно игнорируя вошедшего альфу. — Сделку аннулируют? Мы выплатим компенсацию, — бросил он в сторону. Майкрофт лишь виновато качнул головой, а альфа подошёл ближе и, окинув Шерлока откровенно оценивающим взглядом, каким смотрят на вещь или товар, насмешливо-скучающе протянул: — Какая драма! Насильственный брак, тяжёлая омежья доля… Слезы прощания будут? У тебя есть пара минут, чтобы сделать последний глоток свободы. — Я не гожусь на роль омеги, — Шерлок повернулся к нему и уставился максимально презрительным взглядом. — Вернитесь в зал и найдите себе другого кандидата. Дешевле и симпатичнее. — Боюсь, что сделка уже заключена, — без тени сожаления проговорил альфа и издевательски развел руками. — Импульсивные бессмысленные покупки — моя слабость, но, пожалуй, единственная. Шерлок застыл, медленно переводя взгляд с Майкрофта на альфу, но ответом было молчание. — Это абсурд! Мы даже не знакомы! — предпринял он еще одну отчаянную попытку. — Не волнуйся, мальчик мой, у нас впереди для этого вся жизнь, — получил он в ответ холодную издевательскую улыбку. — Обожаю дурацкие традиции — единственная глупость, которой вынуждены подчиняться все, даже те, кто считает себя выше принятых в обществе норм и правил. Шерлок сглотнул, не находя слов в ответ. Альфа явно не планировал менять решение, более того, похоже, наслаждался создавшейся ситуацией. Шерлок покосился в сторону дверей зала с названием «Страсть», не представляя, как заставить себя сделать то, чего от него ждут. — Мистер Мориарти не дал мне никаких пояснений касательно своих намерений, — с нескрываемой злостью процедил Майкрофт. — Я пытался объяснить ему, что в современном обществе не принято… — Бла-бла-бла, — грубо перебил его Мориарти. — Твой брат ужасный зануда, ты так не считаешь? Можешь звать меня Джимом, к черту официоз, как-никак у нас свадьба, а не поминки, — он, изображая полнейшую беззаботность, хлопнул в ладоши, но когда Шерлок так и не пошевелился, изменился в лице и взглядом указал ему на ближайшую дверь. — Тебе требуется дополнительное приглашение? — Майкрофт! — в этот момент самообладание предало Шерлока. — Ты обещал мне! — он послал брату взгляд, полный отчаяния, упрека и злости. — Ты сказал, что все устроил! — Я же сказал, я сделал все, что мог! Ты же видишь, что этот клоун совершенно не идёт на диалог! — тоже вспылил Майкрофт, а Джим возмущенно прицокнул языком. — Значит, слёзы всё-таки будут, — он склонил голову к плечу. — Я понимаю, Шерлок, ты боишься, но брат не может воспитывать тебя вечно. Тебе нужна более крепкая рука, — он говорил с отчетливой смешливостью в голосе, словно сдерживался от того, чтобы рассмеяться, но глаза его ничего не выражали — они продолжали взирать на Шерлока равнодушно и холодно. Шерлок передернул плечами. Судя по всему, этот человек обладал полным набором альфа-качеств, так презираемых Шерлоком. Хуже были только типы вроде жениха Джеффри — с мускулами вместо мозгов. Шерлок бросил еще один взгляд на Майкрофта и, принимая решение, развернулся к Джиму. — Что предпочитаешь? — спросил он, выгнув бровь. — Есть «Страсть», «Нежные грезы» и «Рок-н-ролл», но он занят. Увы, ничто не соответствует нашей ситуации. «Ужасной ошибки» я не наблюдаю, нам ничего не подходит! — он издевательски развел руками. — Полагаю, «Страсть» для твоей пылкой своенравной натуры придется в самый раз, — ехидный смешок заставил Шерлока бессильно сжать кулаки, но Джим лишь подтолкнул его в спину в сторону зала. — Бодрее, Шерлок! Мы задерживаем других мечтающих попасть под крыло своего альфы. И помаши брату ручкой, увидитесь вы нескоро! — Ты запретишь мне видеться с родственниками?! — пораженно воскликнул Шерлок. — Мы подпишем договор! — выпалил он в лицо священнику, что радостно приветствовал их в зале. — Поздравляем новую пару! — его неожиданно ослепила вспышка фотоаппарата. — И пусть страсть не угасает всю вашу жизнь! — Альфа согласен на заключение брачного договора? — Шерлок как никогда был рад появлению юриста. — Нет-нет, я жутко консервативен. Обойдёмся без этих новшеств! — поспешил отмахнуться Джим. — Да это шутка?! — Шерлок пораженно уставился на него. — Все пары подписывают договор последние двадцать лет! — Отнюдь, — улыбнулся ему юрист. — Далеко не все придерживаются таких прогрессивных взглядов, как вы, мистер Холмс. — Без договора — это абсолютное рабство! — Шерлок панически отступил. — Я знаю, чего хотят от омег — смирения и подчинения на уровне инстинктов. Юридически вы делаете из человека вещь! — Так и есть, милый, — его подхватил под локоть священник и мягко, но настойчиво подвел к чаше с водой, около которой должна была состояться церемония. — Вы отдаете себя альфе, как и было определено природой. Смирение — основа крепкого союза. Лишь немногие сейчас понимают, как важно это доверие, ведь в день аукциона вы вверяете всего себя своему партнеру, добровольно становясь рядом, и, как говорится в Писании: «да не скажу я слова против слова альфы своего, да не предам я честь…» Священник забубнил древний текст, а Шерлок почувствовал, как у него холодеют руки. Он не слушал слова речи, которая с течением времени заметно сократилась до банальных слов про ответственность, верность и семейный очаг. Шерлоку все это казалось лишенным смысла, почти нереальным. — Властью, данной мне, объявляю вас супругами. В знак объединения прошу скрепить ваш союз поцелуем, — прозвучали набатом в голове традиционные слова. Шерлок успел лишь моргнуть, как Мориарти резко дёрнул его на себя, чтобы прижаться к его губам своими. Все произошло так быстро, что Шерлок даже не успел осознать, что его первый раз в жизни поцеловали, хоть это и было сделано максимально сухо и официально. — Фото на память! — вспышка снова ослепила его лицо. — Улыбнитесь, что вы как неживые? Это же лучший день в вашей жизни! Шерлок замотал головой, отказываясь принимать происходящее. Это было так абсурдно, так банально и пошло, как и все жуткие красные сердца, нарисованные на стенах, как и бокал шампанского, что ему впихнули в руку. — Кольца! — вдруг спохватился священник. — Где ваши кольца? — Ах, да, — Мориарти вытащил из кармана небольшую коробочку и впихнул священнику в руки. — Окропите святой водой, ну, или что там надо… — теперь весь его вид выражал крайнюю степень раздражения, что не мешало ему продолжать насмехаться над всем происходящим. — Ты должен надеть мне кольцо на палец, — Шерлок отмер и теперь смотрел на своего альфу с прежним презрением. — Это известно даже ребенку! — Подумать только, какие мы романтичные, — Джим взял его холодную руку в свою — его пальцы были жёсткими, а движения нетерпеливыми. — Вуа-ля, — полюбовался он своей работой, с силой надев кольцо ему на палец. — Видимо, решение спонтанным не было, — нахмурился Шерлок, надевая изысканное и явно сделанное на заказ кольцо на палец Джима. — Это еще глупее, чем внезапный порыв. — Как посмотреть, как посмотреть, — задумчиво проговорил Мориарти, заставив Шерлока отвлечься на мрачные рассуждения о причинах и следствиях, которые, впрочем, не отменяли главного — он попал в ловушку. Наконец церемония закончилась, но, когда они вышли из зала, Шерлок заметил бросившуюся к ним толпу папарацци, на что Джим пихнул его в бок и криво усмехнулся. — Улыбайся, детка, ты теперь собственность Джима Мориарти.

***

— И что теперь? — поинтересовался Шерлок, когда они наконец остались одни, кое-как отбившись от атаковавшей прессы. — Ты приобрел меня, потратив целое состояние, что означает, что ты либо идиот, либо позер, — он пожал плечами — скорее всего, все вместе. — И какова же будет наша совместная жизнь? Шерлок сейчас сам позерствовал и осознавал это. Оказавшись в церемониальном зале и не заключив договор, он отдал себя на волю Мориарти, но лишь врожденное упрямство не давало ему признать это. — Довольно предсказуемой, — тот продолжил паясничать. — Как в тех историях, что ты частенько публикуешь на своём сайте. У тебя будет все, но ты будешь несчастным, ведь кроме желания подчиняться, омеги любят две вещи — страдать и бездельничать. Я создам тебе для этого лучшие условия, — Джим вдруг сделался таким серьезным, что сказанное им звучало не просто дико, а пугающе. Шерлок мгновенно помрачнел. Это означало лишь одно — потерю надежды. Джим знал, кто он, и это не остановило его от решения заключить брак. Наоборот, возможно даже подхлестнуло. Майкрофт оказался прав — Шерлок своим провокационным поведением привлек слишком много внимания к себе, в том числе и ненужного. — Брак не изменит меня, — озвучил он свои мысли, — рожденный омегой, я не омега по существу. Ты совершил большую ошибку, выкупив меня. — Не волнуйся, ты мне и не нужен, — отмахнулся Джим и нарочито скучающе вздохнул. — Это бизнес, детка, ничего личного, так что не обольщайся, что мне есть до тебя дело. Впрочем, ты все равно будешь делать, что скажут, у тебя это в крови. Мне не помешает дополнительная прислуга. — Но… — Шерлок не стал договаривать, пытаясь предположить возможные варианты, для чего именно он мог понадобиться Мориарти. Задавать прямой вопрос он не стал, посчитав, что выяснит все самостоятельно. Был ли это бизнес, личный интерес или другие причины, сумма, ушедшая частично в бюджет государства, частично — на счет семьи Холмс, была огромной. Просто так такие сделки не заключаются. Он покосился на Джима. Тот скучающе ждал водителя и, похоже, не испытывал никаких душевных терзаний по поводу того, что только что связал себя священными узами брака. Разумеется, это же не его лишали всех прав в угоду традициям Средневековья! Шерлок поджал губы и достал сигарету. — Может, стоит поучить тебя манерам прямо сейчас? — заметив это, Джим неожиданно развеселился. — Никаких пагубных привычек, это не идёт твоему новому статусу. — Я не собираюсь продолжать род, — отозвался Шерлок, прикуривая, — так что мои привычки останутся со мной. Выбирая меня, ты должен был знать о моем радикальном отношении ко многим вещам, — он невесело улыбнулся и выдохнул тонкую струйку дыма вверх. — Прелестно, — мурлыкнул Джим обманчиво-ласково, словно только и ждал возражений Шерлока. Через секунду он сделал резкий выпад и знающим движением вывернул его запястье, так что сигарета выпала из пальцев и тут же оказалась затоптана дорогим ботинком. — Ты тоже должен знать о моем радикальном отношении ко многим вещам, — с той же миролюбивой улыбочкой продолжил Мориарти. — Я не собираюсь тратить время на воспитательные беседы. Перелом пальцев — вещь крайне болезненная и неприятная, к тому же придется отказаться от скрипки… Шерлок инстинктивно дернулся, но тут же понял, что это бессмысленно. Пусть с виду Джим и не казался таким, сила в его руках говорила о многом, так же как и уверенность в глазах. Привыкший язвить и осмеивать всех окружающих, Шерлок физически ощущал нестерпимое желание сказать колкость, но здравомыслие все еще было при нем. — Какое имеет значение, курю я или нет, когда мы не планируем детей? — сформулировал он вопрос максимально выгодно для себя. — Неплохая попытка, — кивнул Джим, продолжая удерживать его, — рука начала ныть от боли. — Но это не то, что бы я хотел услышать. — И что же ты хочешь услышать? — долго Шерлок не мог себя сдерживать, и дрянной характер скрыть не удалось. — А ты подумай, ты же вроде как считаешь себя умным, — зло ухмыльнулся Джим и издевательски подсказал: — Волшебное слово. — Чего? — Шерлок ошарашенно смотрел на него. В этот момент ему показалось, что его новоиспеченный муж сумасшедший, так странно блестели его глаза. — Как все запущено! Есть такое слово «пожалуйста». На твоём месте, я бы заимел привычку спрашивать разрешения, — смилостивился Джим, отпуская его руку, и распахнул дверцу подъехавшего автомобиля. — В машину. Живо. Шерлок хмуро кивнул и быстро сел. Смысла спорить по любому вопросу не было. В конце концов, Джим был в своем праве. Необходимо было выяснить, что он за человек, найти его слабые места, сделать так, чтобы жизнь в браке стала хотя бы сносной. Пока что единственным плюсом было то, что Джим явно не планировал немедленно размножаться и был хорош собой. Наверное, если б его выкупил уродливый старик, Шерлок бы чувствовал себя еще хуже. — Послушный ты мне нравишься больше, — не преминул прокомментировать это Мориарти, но его телефон брякнул, и он тут же потерял к Шерлоку интерес. В дороге Шерлок молчал. Он пытался обдумать сложившуюся ситуацию, и не поддаваться панике. Реальность происходящего все еще никак не укладывалась в голове, несмотря ни на что. Пожалуй, главным напоминанием был даже не сам Джим, что сидел рядом, а кольцо. От непривычки казалось, что оно то ли натирает, то ли вызывает странный зуд. Шерлок с недовольством смотрел на этот символ его новой жизни и мечтал снять его немедленно, так сильно оно мешало ему сосредоточиться одним своим существованием. Он не мог предположить, чем вызвал интерес Джима, чьи взгляды, похоже, оставались максимально консервативными касательно отношений альфа-омега; не знал, чего ждать от неожиданно появившегося мужа - это и злило, и пугало его. Они ехали довольно долго, и Шерлок одновременно со своими размышлениями пытался запоминать дорогу, пока они не выбрались за город, где он ориентировался не так хорошо, как в Лондоне. В итоге он знал лишь направление, в котором его увезли, но даже при большом желании не смог бы поставить четкую точку на карте. Джим за всю дорогу не произнес ни слова, что не вязалось с его словоохотливостью на аукционе. Он вообще представал человеком скрытным и загадочным: попытки прочитать его закончились неудачей — внешний искусственный лоск, переменчивая мимика, кривляния и непроницаемая чернота в глазах ничего ровным счетом не сообщали. — Сколько внимания моей скромной персоне, надо же, — вырвал его из раздумий все тот же насмешливый голос. — Выходи, приехали. Шерлок смерил его мрачным взглядом и вылез из машины с максимальным достоинством. Как бы он ни пытался это скрыть, любопытство съедало его. Если по самому Мориарти что-то понять было сложно, то уж его дом наверняка даст Шерлоку много информации о хозяине. Мысль о том, что теперь это и его дом тоже, даже не возникала в голове. — Наше любовное гнездышко, чувствуй себя как дома, — сделав приглашающий жест, ехидно возвестил Мориарти. Дом был современным, но небольшим — во всяком случае Шерлоку представлялся куда больший размах чужих амбиций. — Не проведешь экскурсию? — он выгнул бровь. — Вдруг я угожу в колодец, заблужусь и погибну, как все неразумные омеги? Ужасно хотелось курить, но угроза его пальцам выглядела очень правдоподобно, и Шерлок от раздражения начал язвить. — Мне вручить тебе радио-няню? — в тон ему отозвался Джим. — Большой мальчик, с этим разберешься сам. Впрочем, это не означает, что ты можешь шататься, где тебе вздумается, — тон его голоса и манера речи приобрели стальные нотки. — Левое крыло — моя территория, чтобы и ноги твоей там не было без разрешения. Твоя спальня на втором этаже в конце по коридору. Персонал болтать не приучен, а дом живет по своему расписанию, которому я подчиняюсь редко, но ты изволь это делать. Встретимся за ужином, — он смерил Холмса напоследок предостерегающим взглядом и скрылся в доме, оставив Шерлока на крыльце. — Дерьмо! — тот выругался и пнул со злости дверной косяк. Джим вел себя с ним так, как и полагалось альфе — высокомерно и грубо. Проблема была в том, что Шерлок сам обычно вел себя именно так, и наблюдать подобное в свою сторону не хотел. Он быстро нашел свою спальню, не встретив по дороге никого из персонала и не представляя, в какое время у Мориарти планируется ужин. Продолжая злиться на собственную беспомощность, Шерлок распахнул окно и осмотрелся. Перед ним был ничем не примечательный пейзаж, уже плохо различимый в спустившихся сумерках. Стояла непривычная для жителя города тишина, и хотелось выть от жалости к себе. Шерлок прикурил, решив хоть так выразить протест против собственной незавидной участи. Бунтарская сигарета облегчения не принесла, как и выброшенный прямо на клумбу под окном окурок. Шерлок сунул руку в карман, намереваясь запечатлеть унылый вид из окна, чтобы хоть как-то дать понять Майкрофту, где именно он находится, но не обнаружил там своего телефона. Его тут же кольнуло иррациональное подозрение, но это было уже слишком. В конце концов, Мориарти его выкупил законно, а не украл, с чего бы ему лишать Шерлока связи? Однако опасная мысль уже поселилась в голове, и следующие полчаса Шерлок исследовал свою новую комнату на предмет жучков и других улик. Как ни странно, ничего подобного он не обнаружил, как и вообще какой-то индивидуальности. Больше всего комната походила на безликий номер отеля. Странные подозрения начинали мешать друг другу, только добавляя тревожности. Шерлок понимал, что не был уверен в том, кем на самом деле будет в этом доме.

***

— Твои вещи привезут завтра утром, — сообщил Джим, не поднимая головы от ноутбука, едва Шерлок появился в дверях столовой. Небольшой стол был сервирован на двоих, однако Шерлок тут же отметил, что и эта комната выглядела безликой и неуютной. Мориарти почти не использовал ее раньше — это было очевидно. — Я не собирал вещей, ты ведь не посчитал нужным познакомиться со мной заранее, — Шерлок был взвинчен и не собирался особенно любезничать. — Я вернусь завтра в Лондон, у меня есть дела. — Сомневаюсь, — Джим жестом указал ему на стул напротив. — У тебя больше нет дел, которые бы не контролировал я, и ты не выйдешь за пределы этого дома, пока я не решу, что это необходимо, — словно нехотя, проговорил он, быстро оглядев Шерлока. — Твой брат был очень любезен и собрал все необходимое. Разумеется, прежде чем ты получишь свои вещи, их тщательно проверят. — У нас что, военное положение? — Шерлок недоуменно поднял брови. — С чего этот фанатичный контроль? Он задумчиво обвел глазами комнату и посмотрел на Джима. — Если тебе был нужен смирный омега, то я был бы последним в списке кандидатов. Не хочешь объяснить, зачем я на самом деле здесь и где мой телефон? — Если бы я хотел объяснить, я бы это сделал, — Джим наконец-то опустил крышку ноутбука, что словно послужило сигналом к тому, чтобы в столовой безликой тенью возникла прислуга, что внесла несколько блюд и разместила их на столе. Едва взглянув на нее, Шерлок понял, что Джим подразумевал, когда говорил о работающем здесь персонале, — девушка, что он сейчас видел перед собой, была не просто не болтлива, она была глухонемой. Шерлок никогда не считал себя трусом, более того, Майкрофт часто сравнивал его храбрость с безрассудством, но в этот момент внутри него что-то болезненно закололо. Он устремил на Джима взгляд, полный ненависти: — Верни мне телефон! — Шерлок чувствовал, что в его голосе слышится страх, но побороть его был не в силах — мысль о том, что он попал в действительно опасный переплет, крепла с каждой секундой. — Он тебе пока не понадобится, — на место расчётливости и жёсткости снова пришли снисходительность и насмешливость — Мориарти откинулся в кресле и уставился на Шерлока изучающим взглядом. — Не бойся, я не маньяк. Если только совсем немного. — Слабо верится, — Шерлок отзеркалил его позу и повел плечами, чуть расслабляясь. — Доволен приобретением? — спросил он, замечая взгляд Мориарти. — Вложение столь крупной суммы должно себя оправдывать, или это была благотворительность? — Напрашиваешься на комплименты? — Джим ядовито усмехнулся. — Учитывая, что ты — не самый востребованный товар, это скорее жертва, — он отпил воды из бокала и поморщился, обратив внимание на то, что Шерлок даже не притронулся к еде. — Ешь, я позвал тебя не для того, чтобы удовлетворить твоё любопытство. Упоминание его реальной стоимости, точнее даже его привлекательности, неприятно кольнуло самолюбие. Разумеется, Шерлок не собирался никому нравиться и намеренно создал себе такую репутацию, однако откровенные слова о том, что он, в общем-то, так себе омега, были все равно обидными. — Это — подавляющие, — Шерлок достал из внутреннего кармана пиджака то, с чем не расставался никогда. — Я пью их с четырнадцати. Очень сильный препарат, вызывает привыкание. И я не откажусь от них ни за что! — он распаковал таблетку и быстро запил водой. Джим потянулся через стол за упаковкой. — Здесь нет маркировки, ты синтезируешь подавляющие сам? — с лёгким любопытством поинтересовался он. — Да, — Шерлок с вызовом посмотрел на него, — внезапная беременность не входила в мои планы на жизнь. Как и внезапный брак. — Твои планы теперь значения не имеют, — похоже, Мориарти просто нравилось видеть, как перекашивало его лицо всякий раз при упоминании необходимости подчиняться альфе. — Но я готов обустроить тебе небольшую лабораторию, если твои таблетки действительно работают. На этом даже можно заработать. Хотя бы от тебя будет польза. Составь список необходимого, а пока это останется у меня, — не успел Шерлок возмутиться, он сунул упаковку во внутренний карман пиджака. — На этом не заработать, — фыркнул Шерлок. — Я их разработал с учетом особенностей моего организма. Как видишь, употребление не сказывается на внешнем виде: я не покрыт прыщами, не растолстел, мой мозг прекрасно работает и нет эмоциональной нестабильности. Эффект контрацептива, и только. Шерлок гордился своей формулой. По хорошему, учитывая, какой образ жизни он вел, подавляющие были ему не нужны, но каждый раз запивая таблетку, он испытывал мрачное удовлетворение. — Значит, разработаешь и другие. Так даже лучше: не универсальное средство, а индивидуальный подход. Но сначала я должен убедиться в том, что это работает, — озвучил Джим свои мысли — казалось, в его голове мгновенно выстроился план действий. — Они работают! — Шерлок гордо вскинул голову. — Ты вернешь мне их, — он нервно облизнул губы. Шерлок плотно сидел на таблетках, и перспектива лишиться их пугала. Подавляющие давали ему уверенность контроля над собственным телом и мыслями. — Я не привык верить на слово, — категорично отозвался Джим. — Но спешу тебя успокоить, я не планирую выводок детишек. Так что первую брачную ночь придется отложить. — Это контрацептив! — Шерлок сорвался на крик. — Что именно ты собрался проверять, лишая меня единственной защиты?! — Сила воздействия, побочные эффекты, ты мог о чем-то умолчать, — пожал Мориарти плечами, нисколько не впечатляясь его реакцией. — Ты сказал, вызывает привыкание? Прекрасно. Шерлок помрачнел. Судя по всему, компромиссы были Джиму неведомы. При мысли об отказе от таблеток Шерлоку мгновенно стало дурно. — Я не стану отказывать тебе в постели, если вернешь подавляющие, — вынужденно сказал он. В конце концов, Джим был альфой, а значит, инстинкт иметь омегу у него был силен. Перспектива заняться сексом вызывала отвращение и страх, но это казалось лучше, чем мучиться без препаратов. Джим разразился смехом. — Поверь, если я захочу, я не стану спрашивать разрешения, — он посмотрел на Шерлока с издевательским сочувствием. — Я верну их, когда посчитаю нужным. Подспудно Шерлок ожидал услышать такой ответ. Отдельные спальни предполагали, что близость не является целью Мориарти, как и фраза про нежелание детей, и тем не менее, то, с каким пренебрежением он отозвался о возможной перспективе воспользоваться Шерлоком, задевало. — У таблеток накопительный эффект, — процедил Шерлок. — Без них возможность зачатия появится, хоть и не сразу. Я не могу так рисковать. — Избавь меня от этого нытья, — оборвал его Мориарти, состроив скучающую гримасу. — Предпочитаю продолжить ужин в тишине. — Как пожелаешь! — Шерлок встал и шутливо раскланялся. — Доброй ночи, дорогой Джим, поздравляю с вступлением в брак! — Сядь, — тут же рыкнул Мориарти. — Ты же не планируешь устроить голодовку? — Аппетита нет, — Шерлок натянуто улыбнулся. — А даже если бы устроил, тебе какое дело? — Считай это жестом заботы и великодушия, — возвестил Джим, не изменяя своей театральности. — Верни таблетки, — снова потребовал Шерлок. — Прояви великодушие и заботу! — Не в этот раз, — мотнул головой Джим, криво усмехнувшись. — А то решишь, что я больно добренький! — Беспочвенные иллюзии - удел слабых и больных, — Шерлок презрительно скривился. — Что-то еще? — Раз есть ты отказываешься, я тебя не задерживаю, — равнодушно отозвался Мориарти. Шерлок кивнул и вышел, а так как делать было совершенно нечего, он отправился в свою комнату. Разговор за столом и общая обстановка в доме не внесла большей ясности в ситуацию. Определенно, Мориарти не планировал его выкупать, судя по тому, как он вел себя. К тому же, комнату Шерлока явно готовили в спешке: он сразу заметил свежие, еще влажные следы тряпки. Здесь наводили порядок буквально за полчаса до их приезда. Однако это все равно не проливало свет на дальнейшие планы Мориарти. Близилась ночь, и Шерлок, привыкший занимать себя химией, книгами или другими делами, откровенно скучал. На него навалилась апатия и усталость. В этой безликой комнате, в доме в глуши с агрессивно настроенным альфой он не чувствовал себя не только уютно, но и хоть сколько-то безопасно. Отсутствие брачного договора же делало из Шерлока фактически раба, а Джим явно не собирался упускать шанс этим воспользоваться. При мысли о том, что тот может запросто передумать насчет первой брачной ночи и взять свое по праву, Шерлока охватила паника. Он мог сколько угодно язвить и насмехаться, но близость страшила его.