Редкий Вид

— Какой огненный маг будет априори сильнее большинства других? — Завершая спокойную лекцию о водной магии, спросил Нарк. — Хм... Тот, кто владеет ещё и воздухом? — неуверенно ответил я, собирая мозги в кучку. Принц удивлённо вскинул брови. — Как ты это понял? — Физика. Без воздуха огонь потухнет. И с ним-же температуру можно раскалить до невероятных цифр. Хотя... Не всегда огонь возникает от окисления воздуха кислородом, но я пока не знаю как такое происходит в случае с магией, так как маги всегда интуитивно пользуются воздухом в своих огненных целях. — Да, ты прав. Я не совсем понял про окисление, но в остальном не могу не согласиться. Тогда, задам следующий вопрос: какая магия самая сильная? — видимо, пришло время странных вопросов. Впрочем, я уже привык. — Какие сложные вопросы. И ещё и абстрактные, словно мы выявляем самую сильную зверушку, разбирая претендентов в разных весовых категориях. На это мне нечем ответить, так как объективно все изначальные силы могут быть смертоносными. Но и каждая сила имеет за собой очень характерные слабости. В основе всего стихия, остальное — извращенное сочетание ее в определённых дозах. Огонь потухнет в воде или без воздуха. Земля размякнет или обратится пеплом, вода испарится, замёрзнет. Воздух будет сожран пламенем или беззащитен в клетке камня. Хотя, я предпочитаю записывать ещё две стихии. Жизнь и смерть. Но они тоже могут как гасить друг друга, как и усиливать. Лучшая стихия в итоге — удачная работа со всеми возможными стихиями во всех их проявлениях. — Я полностью с тобой согласен. — улыбнулся принц. — Многие придерживаются того, что нужно овладеть чем-то одним, тем самым допуская огромную характерную слабость для своей стихии. Маги становятся острыми мечами с ржавыми рукоятями. Не думал, что ты разделяешь столь непопулярное мнение, ведь обычно ученики называют свою доминантную магию, искренне считая, что сильнее ее нет. Или, наоборот, противоположную себе, неуверенные в своих силах. Вообще, если так посудить, до моего появления в академии, было принято выбирать одно направления из всех доминантных и обучаться исключительно в совершенствовании своей характерной стихии. «Лишь овладев доминантной силой можно преуспеть в магии. Рассыпаясь на побочные, маг так никогда не овладеет ни чем» — уверял в своих трактатах один древний маг. Словно длины эльфийской жизни мало, чтобы узнать обо всем и даже больше. Новые веяния, заставляющие разносторонне развиваться — относительно новая практика. Как и переход к индивидуальному обучению, экспериментам и изучению разнообразных сочетаний магии. Этому поспособствовало обнаружение камней непрямой силы, в глубоких шахтах темных эльфов, их, кстати, студенты носят на своих мантиях в брошах направлений. Я уже думаю над разработкой формы, передающей не факультет с доминантной магией, что было актуально раньше, а универсальную одежду, которая бы делилась лишь в зависимости от лет, проведённых в академии...        Принца незаметно уносило. Ему однозначно нравилось разговаривать со мной, делиться своими успехами и идеями. Или размышлять о силах, философствовать и лелеять свою власть и жажду новаторства в сфере магии, перескакивая, как сейчас, от одного к другому. Мне оставалось лишь изредка отвечать, базируясь на знаниях о Нарке и собственном опыте. Родись принц в моем мире — стал бы видеоблоггером-фанатиком и заимел бы свою аудиторию таких-же одержимых ребят. Возможно, позвал бы меня на интервью, как яркого представителя лженауки, великого пропавшего человека... Но это я отвлёкся, смысл в любом случае оставался одним — парень редко мог спокойно поговорить с кем-то о том, что искренне любил.        «Но почему ты так мне доверяешь?» — Принц. Мы установили определенные договоренности, но я не могу никак понять, откуда взялось это доверительное общение? Сначала я принял его за заинтересованность к моей силе, но сейчас мне начинает казаться, что или меня обводят вокруг носа или наследник трона повредил рассудок. — О нет, я определенно в своём уме, даже больше чем когда-либо, но и скрытых мотивов не имею. — «Пиздит?». Парень произнёс последнюю фразу и замолчал, словно не решаясь говорить. Прочистив горло и набрав в грудь побольше воздуха он, все-же продолжил говорить, вводя меня в краску. — Меня привлекает общность наших взглядов и интересов, прекрасный обоюдоострый договор, загадочность твоей личности и, признаюсь, ты выглядишь просто потрясающе. У меня давно не было никого, с кем бы я мог так просто поговорить о том, что мне нравится и не ожидать ножа в спине. У тебя нет как таковой семьи, ты не заинтересован в троне, не приклоняешься передо мной, не боишься ни меня ни моей силы, что можно было бы назвать дуростью, если бы мы были врагами... У тебя идеальные характеристики и есть характерные слабые места, ты не шпион, не гений и не идиот. У тебя есть своё мнение и ты им прямо делишься. Если у тебя появляются вопросы, как этот, — смело их озвучиваешь. Нет этих идиотских комплексов и страха перед другими, даже если они в сотни раз сильнее тебя. Ты невероятен.        Сладкие слова принца мысленно перечёркивались моим мысленным редактором. Кое-где появлялись характерные выделения, подчеркивания и матерные вставки. Но, неужели, я за месяц смог добиться такого? Как вообще это произошло? Или я действительно именно такой в глазах этого специфичного эльфа? Непостижимо.        Факт того, что принц обнюхает всю мою жизнь, был довольно очевиден. Обо мне было мало информации, как и о членах моей семьи. К нам даже наведывались шпионы, чтобы посмотреть на частные владения, но они не смогли пробраться через лес к дому, хотя и сильно хотели. Эту информацию я получил от захворавшего демона. Он, начиная с того дня, как мы перестали общаться, стал выглядеть все хуже и хуже. На совместных уроках парень был слегка потерян и выглядел ослабшим. По словам принца, на их частных занятиях Лёша показывал ужасные результаты и тенденция лишь ухудшалась. Не спасли его извинения за свои ужасные слова, задевшие меня до глубины души, которые он попросил спустя неделю после начала нашего негласного игнорирования друг-друга. Он продолжал заниматься своими делами, но, при этом, сначала с презрением, а после и с благодарностью, отнёсся к моему беспрерывному общению с принцем. Ни здоровье ни психологическое состояние демона не было понятно ни мне, ни Луку, ни Эро.        В любом случае, общение с принцем шло мне лишь в пользу, а общения с демоном почти не стало. И всех это более-менее устраивало. Хотя нет, вру. Глубоко в душе мне было очень больно от того, что Лёша отстранился от всех. — У меня родилась теория стихийной магии. Хочешь послушать?       Принц заинтересованно кивнул и стал во все глаза рассматривать мой рот, видимо, выжидая умных слов, которые я должен был изречь. — Мне в голову пришла идея, что магия несёт за собой физическую силу. Если это можно назвать таким образом. Вот земля. Это же использование твёрдого тела. Почему маги останавливаются на грубом взаимодействии с камнями и грязью? Или газ, способности воздуха. Никто не формирует ядовитые пары, не учится искусственно ограничивать врага банальным отделением его от кислорода? Тоже и жидкость. Маги управляют водой, но не думают о крови. Не думают о том, как можно сцеживать воду из воздуха. Все это так... Примитивно. А ведь можно было бы создавать призмы, искажения, клонов, использовать вместо конечностей усовершенствованные магические структуры... — А как бы ты использовал огонь? — Как правило маги кидаются сферами огня, но не думают нагреть противника. Это какое-то дикарство, думать на столь простом уровне. Особенно, когда можно банально нагреть чужие внутренности! Может, конечно, я просто не видел подобных примеров, потому что их могли запретить... Но так или иначе! Почему народ не додумался выпарить влагу вокруг глаз противника, чтобы тот не мог нормально видеть? Можно создавать миражи, сочетая огонь и лёд и это бы тоже пригодилось в тех-же боях. Идей море... — Нет, ты прав, очень многие аспекты в магии или уже забыты или ещё не открыты. Это связано с ограничением в численности магов, отсутствию новаторства и влиянию жёсткого консерватизма эльфов, орков и гномов, который я, впрочем, пытаюсь победить. Помимо всего перечисленного, очень важную роль играют магические способности. Талантливых разумных очень мало. И в условиях войн они не успевают развиться, а стычки с соседями у нас происходят едва ли не раз в пол сотни лет. Выгоднее не идти на опережение, а брать в свои руки простые, но максимально мощные заклинания и просто мериться новыми поколениями магов, растягивая время и пытаясь вытащить у соседа нужный ресурс. Так, из-за войн с темными эльфами, наша граница превратилась в балаган, на котором законно порабощение слабых сильными. И из-за этих-же войн, с ними-же, почти все темные эльфы не могут получать у нас магическое образование. Под эти санкции попали еще несколько кланов орков, но, в связи с массовым переселением, этот закон придется отменить... — Как так вышло, что ты совсем не похож на стабильных сородичей? — спросил я парня, пока тот окончательно не утонул в жевании очередной темы. Тот отвёл взгляд и промолчал.        «А ты хоть чистокровный?» — задумался я, не находя ни капли влияния крови орков или гномов. Идеальная внешность будущего правителя. А если его в младенчестве подправили? Вдруг он был другим, но, пока никто не увидел, его чуть подкорректировали?        Да нет, я видел картину с изображением матери принцев... Но и если одного сделали красивым, то почему не наследный принц отличается крайне некрасивым носом?..»        Я отбросил теории, которые решили скопиться в моей голове, и продолжил светскую беседу с наследником эльфийских земель, вернувшись к теме переселения орков и другим политическим особенностям настоящего времени. Когда мне нужно было идти на последнее занятие и я начал собираться — Нарк чуть приобнял меня и, неожиданно нежно, прошептал: — За час до полуночи приходи в нашу беседку, у меня есть сюрприз. — Да, конечно. — натягивая на лицо дежурную улыбку, я робко обнял мужчину в ответ и побежал на занятие. Немногочисленное студенты, засевшие в библиотеке, сверлили меня недобрым взглядом, но я к этому уже привык. В отличии от этих странных приступов нежности наследного принца, к которым было просто невозможно привыкнуть. Мда.        Да, к здешним приколам я привык. В академии царила атмосфера вопиющего неравенства. Первые две недели все более-менее талантливые и сильные пытались прогнуть под себя самых слабых и/или красивых. Охотились и на меня и на Лука и на его подружку — ирокезнутую, польстившуюся на титул красивого, но странного полукровки. Ну и счастья в их дом, если его, конечно, не разнесёт их «прекрасные» характеры, которые, к слову, отлично отгоняли от них всех желающих согреть свою постель.        Забавно, ко мне поступали предложения о дружбе, о служении и угрозы нагнуть и поиметь. Иногда от одного и того-же разумного. Но, к концу месяца, все более-менее определились со своими игрушками, занятия стали объёмнее и больше никто особо не занимался столь странной движухой. А я и рад. Буквально через несколько дней будет официальный выходной, после которого принц должен будет организовать праздник в стилистике некромантов. Эту задачу я гордо свалил на плечи мага, позорно поскулив о своём неумении и его крутых навыках. Не знаю, повелся ли принц на мои сладкие речи или прикинул убогость праздника, если его организатором буду я... В любом случае, все были в выигрыше, ну, кроме магов воздуха, они объявили факультет некромантов врагами и даже завели кружок, на котором сидели на стульчиках и по порядку хуесосили и меня и демона. Ну, наверное это было так, я не заходил, не проверял.        Занятия быстро закончились, поэтому я забурился на полигон, чтобы потренироваться самостоятельно, ведь до назначенного времени было ещё как до Китая пешком, а тащиться домой и позорно заснуть, проигнорировав принца, я искренне считал довольно убогой идеей. Закрывшись в небольшом помещении, устроился на гладком тёплом полу и сосредоточился. Сначала вызвал огненную магию. Я мог выбросить из руки несколько шаров, пока сила не кончалась или создать стену из пламени, которая бы простояла порядком двадцати секунд. Это довольно слабый результат, но запас сил у меня был крайне мал. Вместо этих двух понятных мне уже на уровне интуиции, способностей, потренировал новую. Я назвал ее пламенной перчаткой. Но пока что это была даже не перчатка а так... Ерунда. Защищая свою кожу от огня, я пытался распространить его по ладони. Яркие языки норовили собраться в сферу, но я им тщательно мешал, мысленно вырисовывая формулы в своей голове. Вспых!        Мое тело отбросило и впечатало в стену. Я досадливо поморщился, но вставать не стал. Думал. Формула была явно сырой, надо обратиться к наработкам старых мастеров. Тяжело вздохнув, все-же сел. Теперь было время темной магии. Тут я обладал бОльшими запасами сил. Прикрыв глаза, высвободил тень. Она скользнула по моей ноге, обдав ее холодом, и послушно встала напротив.        Направив в неё немного силы, я придал ей объема. Густой чёрный туман стал нарастать вокруг тени, увеличивая ее размер. Она слегка тряслась, а пол, прямо под ней, начал покрываться следами разрушения. Махнув рукой — заставил тень резко ударить в стену и послышался громкий треск. На лбу выступил пот и я отозвал свою зверушку. Вероятно, там где скопление смерти больше и я сильнее, но пока что это мой предел. Это, и изгнание из трупа силы, превращающей его в зомби. Нам на днях привезли первую партию отловленных живых мертвецов и я довольно быстро (проблевавшись от вони и ужаса) смог понять принцип изгнания души из мертвого тела. Демон, после работы с зомби, слёг с температурой, но через день был уже почти в норме. Рассуждать о причинах хвори он со мной не хотел, лишь стал все чаще исчезать, постоянно телепортируясь куда-то.        Полежав примерно час, восстанавливая силы, я, неохотно, перешёл к своей главной слабости — магии льда. Рассчитывать, что я смогу перевести ее в магию воды было бы крайне глупо, поэтому я довольствовался чем мог. Вершиной моих способностей за месяц непрерывной работы с Нарком, стало слабое заклинание «холодные руки». Мои ладони становились ледяными и... И все. Они не были настолько холодными, чтобы я мог навредить кому-то, но как компресс они были самое то. А вот если меня выводили из себя — тут уж магия работала крайне эффективно. Когда один из очередных разумных пришёл покорять мое славное тело — его приморозило к стене. Но я — благородный ученик, поэтому не оставил несчастного в беде и попытался согреть его сначала фаерболами, потом уже стеной огня. Он орал, звал мамочку и окрашивал мой лёд в желтый цвет. Все закончилось, когда он от ужаса упал в обморок, поэтому пришлось вызвать врача и испуганно пищать, что на меня напали и я пытался спасти своего обидчика. Лекарь едва не расплакалась, услышав мою речь и пообещала, что отморозка накажут. И даже если он в ответ накатает на меня жалобу — вес первого слова всегда больше второго. По этой причине дети стараются быстрее конкурента пожаловаться мамочке или в резюме люди сначала описывают свои достоинства, а потом уже недостатки...        Проведя ещё час в медитации, в которой я выплескивал из себя силу и заталкивал обратно, вспоминал странный опыт циркуляции силы из меня в принца и обратно. Почувствовал, как заалели уши. Мой сегодняшний способ увеличить резерв во всем уступал тому, но он хотя-бы не был смущающим и столь болезненным. Проблема в том, что уже, после всего месяца работы, был виден мой предел. Я не был легендарным магом, хотя очень хотел воплотить в жизнь все те штуки, о которых я рассказывал принцу. Фактически мой лимит в лучшей перспективе — пять — семь средних огненных заклинаний, три простых ледяных, при условии если я все-же освою эту стихию, и от трёх до восьми фокусов с тенью, в зависимости от концентрации тьмы в зоне. После чего я буду полностью опустошён на час, может, три. Все так индивидуально и непредсказуемо. В определенные дни сила возвращается в тело быстрее, чем во все остальные. Иногда за пару можно оклематься от той-же физкультуры, а иногда занятия в насыщенном магией помещении кажутся адом. Ирокезнутая предположила, что у меня женские дни, когда я поделился с ней своими наблюдениями и дала мне кусочек плотной ткани. Заботливая.        Есть, конечно, шанс, что я пробью второе дно своего лимита, но он столь мал, что даже смешно. Такими темпами в академии я задержусь максимум на три года. И то из любопытства узнать формулы других заклинаний и опробовать их. Более меня здесь ничего не держало. Можно будет отправиться в странствия и позаниматься изучением мира. А потом другого, третьего... Если демон захочет со мной путешествовать, конечно. Если нет — забурюсь в бизнес. У меня уйма идей современного мира, которые можно оптимизировать и скормить Нарку. Ему нравится такое. Поиграю в цивилизацию, как и хотел когда-то.        Раскачка силы шла тяжело. И приближающаяся стена моего магического лимита не способствовала облегчению задачи. Даже, наоборот, мне было в разы труднее чем буквально день назад. Уставший, как собака, я распластался по полу и приложил к голове ледяные руки. Райская способность... Сверившись с часами, вытесанными в потолке, заставил себя подняться и, скрипя, кряхтя, как старик, поковылял на улицу. «Если я пройду этот рубеж и смогу стать сильнее — я однозначно герой книги про попаданца. — заверил себя я. — Хотя, какое там, книги, если только неизданной третьесортной, с подозрительным рейтингом и запрещёнными на родине пропагандами... Да, в такое я готов поверить. Но, если я в книге, то кто автор? Боже, надеюсь, мужчина... Хотя, нет, это точно женщина, такую херню могла написать лишь молоденькая девчонка, начитавшаяся хрен знает чего. Ох, надеюсь, это не тот тип истории, в которой в конце я соберу свой гарем? Нет, гарем это дело хорошее, в хозяйстве пригодится, но, что-то мне подсказывает, что женщины в гарем не попадут ни при каких условиях.» — я думал о всякой ерунде, идя по темной дороге в сторону беседки. Зевота сменялась сонным сопением, но я продолжал идти, вместо того, чтобы отоспаться. Какой я ответственный, ё моё.        Беседка была пуста. Я примостился в глубине и положил голову на стол. Было немного неудобно, поэтому лёг на лавку, подложив увеличившуюся сумку под голову. В голове мелькали события прошедшего месяца. Все только началось, а я уже заебался. Особенно устал от некромантии. Сначала анатомия, потом сложные заклятия, вонь трупов, зомби в клетке, оживление животных, теней... У меня с этого уже начали кошмары сниться. Я никогда не был склонен к теме смерти, поэтому воспринимал подобный новый опыт не так легко, как демон. Хотя и он за месяц стал совсем «не торт». Завтра помогу Эро в поисках информации про лекарство для этого дурака. Или снова попробую расспросить закрытого к беседам Лёшу.        Послышались шаги. Я замер, прислушиваясь. Глаза упрямо закрывались. — Дим? — тихо спросил Нарк. — Я тут. — ответил я, даже не думал вставать. Шаги возобновились и вот надо мной навис принц эльфийская земель. — О, ты спишь? Наверное, мне не следовало просить тебя приходить так поздно. — присаживаясь рядом с моей головой, понуро заговорил Нарк. Мне хотелось ответить, что все хорошо, но, вместо этого, зевнул. — Да все нормально так а зачем ты меня звал? — наконец подал я голос, принц потёр шею и криво усмехнулся, глядя куда-то вдаль. — Понимаешь, я давно хотел тебе сказать, но не мог подобрать слов, на самом деле я бы хотел чтобы наши отношения стали реальными, что ты об этом думаешь? Конечно, наши показательные отношения не прервутся, если ты против этих изменений, я пойму это, но, просто, мне кажется, что я нашел тебе своего родного... Своего родного эльфа... Ох, как волнительно все это говорить. — Ты настолько сильно мне не доверяешь, что решил устроить эту странную проверку? — спросил я, даже не пытаясь сесть. Рука эльфа погладила меня по голове. Он улыбался. — Да, решил убедиться ещё раз. — ответил принц и посмотрел вдаль. — Наш последний диалог заставил меня задуматься об этом, ты ведь заставил меня публично тебя расхваливать!        Я закатил глаза. — Ладно, если мы все поняли, то я пойду, спать хочу адски. — Нет, я ещё кое-то хотел сказать. — схватив меня за рукав, остановил меня эльф. Я выжидательно на него посмотрел. — Через насколько дней будет выходной. Мы могли бы съездить туда, куда ты хотел. Дай мне наводку или адрес и мы наведаемся куда тебе нужно. Не хочу больше тянуть с условиями нашей сделки. — Поместье Эйра и Бирза Хрэров. Слышал о таком? — спросил я. Фамилию и адрес мне подсказал Эро, но надеяться на телепорт демона не приходилось. Сам же я туда поехать не мог. Далеко, непонятно и не пустят. А вот с принцем это было бы делом трёх минут. — Давно про них ничего не слышал. Аристократы, даже владеют магией, но не были дружны друг с другом, один ещё и пренебрегал приглашениями во дворец, а другой залезал под юбки всем кому мог... Я отправлю запрос на посещение поместья. Только какого из двух? — Того, что принадлежит Эйру. Спасибо за помощь. — чуть склонил голову я. Панибратское отношение к принцу уже норма, но когда я благодарен — всплывают манеры. — Ты не скажешь, что вас связывает? — Если хотите ревновать, наследный принц, то делайте это молча! — оскалился я и, смачно зевнув, потопал спать. Он и сам соберёт всю картину, если ещё не собрал, не маленький. Минное поле, а не эльф. Не был бы я его человеком в прошлом — он бы ни в жизнь не подпустил меня к себе так близко и уж точно не стал бы помогать. Уж в этом я успел убедиться наверняка.