Редкий Вид

       Утро встретило обеспокоенным Римом. Высокий эльф тряс меня, моля скорее проснуться. В фартучке и с мокрыми руками, засосом на шее и собранными в хвост влажными волосами, он выглядел крайне нелепо. А уж грубое обращение со своим начальником (мной) окончательно добивало образ. — Да что стряслось? Выглядишь, как воды хлебнувший! Быстрее говори, что произошло. Мы что, горим? — Нет! Господин Алексей Некрас… Он, он лежит на кухне, и… Ему плохо! Я не знаю, чем ему помочь! Мы пытались его поднять но, его трясёт и эта пена изо рта, Рэк пошёл за господином Лукором, а я сразу прибежал к вам. Быстрее же, пойдёмте со мной! — быстро-быстро верещал эльф, вытягивая меня с кровати. Сонность, как только я услышал про пену изо рта, как рукой сняло. Я, резвее эльфа, выбежал на первый этаж — только пятки сверкали.        Демон лежал на полу и трясся. Из его рта и правда лилась пена, чёрная, как его волосы. Сам он был бледен и кожа оказалась липкой и холодной. Я молниеносно положил бьющуюся об пол голову мужчины на свои колени и наклонил, чтобы он не захлебнулся в пене. Его, обычно идеально сидящая форма, была помята и испачкана. Стоял запах гари — о готовящемся завтраке все благополучно забыли и он превратился в угольки. — Блядь! Пиздец! — Лук феерично вылетел на кухню в прозрачном халатике и мягких тапочках. Следом за ним подтянулась закутанная в одеяло ирокезнутая. Даже спрашивать не буду, с какого перепугу ушастый разгласил тайну телепортов постороннему разумному и притащил этого самого разумного в наш дом. — Женщина, помогай! И вы тоже! Быстро положите его на что-нибудь мягкое. Дим, прикрылся бы чем!        У меня тряслись руки, демон был в бессознанке, его глаза закатились, а пена не прекращала литься изо рта. Она капала на пол. Хотя, теперь мне казалось, что пена идёт ещё из ртов — татуировок Лёши, потому что под ним уже начала растекаться темная лужа, и одежда сильно вымокла. Тяжелое тело было затащено на диван и парочка лекарей начали шаманить над другом, грубо переговариваясь на языке, понятном только лекарям. Я, после того, как оделся в принесенную Римом одежду, сжал себя в объятьях, пытаясь успокоиться, но ощущение, что я ничем не могу помочь так и рвало душу. Мерзкое чувство. В этот момент заметил тени, приближающиеся к слабеющему телу демона. Суки! Не позволю!        Я выпустил силу, от которой задрожал пол, и поглотил чертовы тени. Из носа полилась кровь, поэтому я поспешно ее стёр рукавом рубашки и, пошатываясь, подошёл к дивану. Демон перестал трястись, яркий свет кружил вокруг его татуированного тела, какого-то неестественного, будто воскового. Ирокезнутая и Лук во всю старались спасти друга. Я же следил за проявлениями тьмы. Им нельзя давать и шанса. Потом буду блевать кровью, но не подпущу их к Лёше. Эро отпугивал тени специальным раствором, но у меня не было времени его готовить. Так что оставался лишь такой способ, как временное поглощение тени. Они запирались в моем теле, как в клетке, до тех пор, пока я не решал их выпустить. Много в себя не запихнуть — и умереть не долго, ведь они истязают тело извнутри, но подобные побочные эффекты всегда поправят лекари. Я поймал ещё несколько теней, после чего услышал: — Все, угроза отступила... Просто ебнуться, а не утро. — падая на пол, заявил Лук. Его халатик развязался, являя свету мокрый грудак и острые ключицы. — Я больше у тебя не ночую, такие побудки не для меня. — сползая следом, заявила побледневшая ирокезнутая, придерживая одеяло. Оба выглядели жутко устало. — Что теперь делать? — спросил я, утирая вновь полившуюся из носа кровь и выпуская тени на свободу. Если опасность отступила, то и мучить себя более нет смысла. — Дождёмся его пробуждения и допросим. Если он снова попробует отмахнуться от нас — я и пальцем не пошевелю, чтобы ему помочь! — не хуже змеи зашипел Лук.        Несговорчивый демон только и делал, что отмахивался от наших предложений помочь, да сбегал в непонятных телепортах. Даже мне начали поступать жалобы на него от учителей, лишь только с помощью Нарка все зреющие конфликты пока что замялись. Скрытность, перепады настроения, слабость, черная пена изо рта, припадок... Это все походило на болезнь. Но я не мог никак залезть в книги демонов, чтобы найти то, что поставит Лешу на ноги тем более загуглить. Единственное, что мне оставалось, так это обратиться с этим вопросом к Эро. Только, если раньше я спрашивал его про книги о демонах, то теперь я решил спросить у нежити о биографии самого Алексея.        Стыдно, но я почти ничего не знал о демоне. Меня совершенно не интересовал мир, в котором он жил, чем парень занимался и какие у него были родители. Мои познания о Лёше, настоящее имя которого я тоже к своему стыду не знал, начинались с его невнятной истории про зависимость и заканчивались простейшим наблюдением, давшим понять, что демон тяготится к искусству, смерти, сексу и войнам. — А я тебя до сих пор не знаю... — пробормотал я, до конца поняв, что единственный, кому демон мог мимоходом рассказать о том, чем же он болен, был Эро. Нежить кропотливо собирал биографии, незначительные и важные детали, единственный, по большому счету, знающий каждого из тех, кто с ним говорил. — Эй, ты как? — Лук потрогал меня по плечу и подал стакан с водой. Я выпил, запоздало поняв, что в воде была водка. — Отвратительно. — откашлявшись, ответил я. Горло горело от алкоголя, а внутри стало горячо. Градус, видимо, не маленький горе доктор мне намешал. — Я боюсь, что такими темпами Лёша не очнётся, — чуть подождав, видимо, ожидая, когда мои чувства притупит алкоголь, тихо сказал Лук. Меня словно ударило об стену. Воздух выбило из лёгких и я начал задыхаться. Парень поспешно наполнил второй стакан водой и подсунул мне. Я выпил. Без сомнений, меня поили водкой. — Нужно определить что с ним и тогда уже действовать. Но до этого я могу лишь поддерживать в его теле жизнь, подпитывая сутками напролёт, сколько потребуется... Ещё воды? — Это водка. — Это не важно. ***       Занятия я пропустил. Меня не было на территории академии целый день. Ни в комнате, ни в беседке и даже в библиотеке не было ни следа моего присутствия. Это заметили многие, особенно Нарк, наверняка построивший несколько теорий на этот счёт. Из нашей компании он мог поймать лишь ирокезнутую, которая не решилась прогулять занятия, согласившись поддерживать в Лёше жизнь по ночам, но от неё принц не смог получить ничего, кроме наскоро начерканной записки. «Прости, сегодня без занятий» — наверняка, прочитав, принц сложил лист бумаги и убрал в сумку, дружелюбно поблагодарив девушку, но сам был мягко говоря зол. Ведь отсутствие любовника сулило ему волну поклонников, почуявших освободившееся место. Но сейчас я мог пожертвовать контрактом, ведь от этого зависима жизнь Лёши. — Все плохо? — спросил меня Эро, присаживаясь на краешек стула. Я ждал его не меньше часа, не находя себе места в библиотеке нежити. — Просто отвратительно, Эро! — трясясь и сжимая себя руками, ответил я. — Я приготовил тебе успокоительное, когда это почувствовал. — вздохнул учитель, доставая из безмерного мешка колбу с желтой жидкостью. Я нехотя принял ее и залпом влил в горло. Сразу по телу стала расползаться волна тепла и бушующие эмоции резко притупились, будто бьющейся в агонии змее отрубили голову — тело ещё продолжало судорожно биться, пару мгновений, но уже по инерции, без команд от мозга. Главное не подходить к голове этой змеи — они могут укусить и после смерти. — Сразу хочу тебя предупредить. У меня нет точного ответа на то, как нам спасти Лёшу, но, базируясь на моих знаниях, можно что-то придумать. Надежда ведь умирает последней, да? Что же... Я расскажу тебе все, что знаю, слушай...        Если сократить очень дорогую и, порой мутную и совсем не гуманную историю, выходило что-то подобное:        Мир, в котором родился Лёша, был одной из колонизированных демонами планет, отвечающих за сельское хозяйство и скот. Мальчик родился в довольно обеспеченной семье, едва не умерев при родах. Денег было достаточно, чтобы закупиться нужными лекарствами, обеспечив жизнь слабому организму и обратить на себя внимание. Малыша быстро забрали у родителей, ведь он был не обычным демоном, а с магией телепорта — самой важной силой, доступной демонам. Единицы, крепко сидящие на своих местах, имели в своих руках эту силу, поэтому новичок для них был не более чем обузой и конкурентом. Ведь чем больше демонов могло переноситься по мирам — тем это становилось доступнее и опаснее. Ребёнка обучали военным делам, заперев буквально с пелёнок в специализированном училище. Там он, под наблюдением и лекарствами, рос, живо схватывая основы боя, оборотничества и, неожиданно для преподавательского состава, искусства. Все это щедро спонсировалось одним влиятельным демоном, который, впрочем, не был слишком сильно заинтересован в юном даровании. Почему? Лёшу, спустя несколько лет учебы, начали подкармливать наркотическим препаратом. А однажды скормили ему человечину — редкое, убийственное для хищника, мясо, подкашивающее психику. Возможно, именно тогда он начал сходить с ума, превращаясь в бездушную машину для убийств. Но, к счастью для юного демона, его девиантное поведение, начавшее проявляться впоследствии, заинтересовало спонсора и тот провёл тщательное расследование. Так, он впоследствии избавился и от поставок человечены и от страшных наркотиков, сбавив темп деградации юного дарования.        Демон успешно выпустился, залёг на дно, пока не кончились лекарства, а после начал в темную работать на своего спонсора, пока не нарвался на неприятности и этот спонсор не погиб. Чувство вины долго преследовало демона, он не знал, зачем ему жить. Скрепя сердце, принял предложение мутных демонов, чтобы провести в их компании несколько темных лет жизни. Там было все: наркотики, человечина, убийства, разорения территорий и кровавые вечеринки. Сначала уже не совсем юному демону было все равно, что делать, сумасшествие замылило его взгляд, но потом, в один миг, он ненадолго очнулся, поняв, что этот хаос и разрушение очень скоро кончится его заключением и смертью — за ним уже шёл след, кусая за пятки и норовя разорвать глотку. Тогда, на осколках своего разбитого разума, боясь смерти, боясь не вкусить больше человечины, не потанцевать на костях, не искупаться ни в чьей крови, он позорно сбежал, оставив бывших работодателей расхлебать своё дерьмо самим. Разум снова покинул голову демона. Он обосновался в лесу и жрал разумных, раскрыв проход в мир, в котором могли обитать люди, чтобы, хотя бы иногда, лакомиться любимым мясом. — Это невозможно... Ни одной зацепки. — застонал я, застыв в напряженной позе. — Почему же, — опроверг меня Эро. — Через всю историю идёт тонкая нить — непонятные препараты. Начиная с рождения и заканчивая переходом в этот мир. — Наркотики? Чем нам помогут наркотики! — вскинул голову я, отчаянно глядя на мальчишку. — Он не уточнял, но, знаешь, могу предположить, что он потреблял не только отраву, но и свои лекарства. Беспрерывно. Когда он остался без работы — ввязался в темное дело, хотя хотел заниматься творчеством. А знаешь почему? Потому что на нем он не мог бы заработать на дорогостоящее лекарство. — Если он не мог жить без лекарства, то как прожил более тридцати лет без него уже здесь? — спросил я. Зацепка была важной, я чувствовал, но не понимал. — Я интересовался у него, но не получил ответ на свой вопрос. Но, могу предположить, что, при условии того, что миры, в которых живут демоны, совершенно разные и в каждом Лёше приходилось покупать и потреблять лекарство, то оно скорее... — Демонов с силой открывать телепорты мало, чтобы они, как зараза, слишком быстро не распространялись по мирам? Может, у них непереносимость своих же сородичей, и только при условии, если их мало — мог родиться и выжить ребёнок с этой способностью, чтобы перейти на более благополучный мир? — предположил я, перебив учителя. — Я тоже об этом подумал. — кивнул Эро. — Единственная миссия для них — открыть проход в новый мир для сородичей и умереть. Но я уверен, что, наоборот, они могут рождаться только в условиях довольно густонаселённых пунктов, ведь зачем открывать новые миры, если свой пуст?        Я согласно кивнул, углубляясь в размышления. — Тогда, выходит, демоны, слухи о которых гуляют по миру, все-же обитают где-то на планете, постепенно отравляя воздух своим существованием. Поэтому, в условии накопительного эффекта все и происходит..? — Мир большой, Дим. Мне кажется, он наткнулся на сородича, вероятно, с той-же способностью. Ведь, наверняка, механизм природы демонов стоит против того, чтобы одновременно существовало два и более существа, способных открыть двери в новые пространства. — и тут мальчик был прав. Или нет, но логика в его словах определенно прослеживалась. — Значит, нужно смотреть, с какого момента все началось? — А смысл? — удивился мальчик. — Нам важнее добыть эти лекарства, иначе Лёша умрет. — Но это невозможно. — глухо ответил я. — Искать демонов? Похоже на самоубийство. Как думаешь, эту болезнь можно победить другими способами? — Демоны скорее всего обманули природу, создав лекарство. Но, наверняка, до этого были те, кто смог выжить, чтобы помочь в этой самой разработке. Сейчас Лёшу не окружают сородичи, поэтому, возможно, он оправится. Или мы сможем как-то попасть к демонам под крыло и добыть лекарство. — Под «мы» ты имеешь в виду меня, да? — спросил я, не ожидая отрицательного ответа — его и быть не могло. Лук и Ирокезнутая будут спасать тело демона. Эро — нежить, которая будет отгонять от тела тени, Нарк... Не думаю, что он в силах мне помочь, особенно, если учесть, что я плохо соблюл наш договор. Остаётся лишь Эйр, но жив ли Эйр? В любом случае, очень скоро я навещу старого друга и все узнаю. А после сделаю все возможное, чтобы спасти Лёшу.        Домой я вернулся только ночью. Слуги уже помыли, переодели неподвижное тело демона и отнесли в его комнату. Ирокезнутая сидела над ним, монотонно вливая в безжизненное тело лёгкие лучики света. Я застыл на пороге, не решаясь зайти в комнату. Хрипло поблагодарил девушку за помощь и удалился в спальню, чтобы прорыдать там до рассвета.