Редкий Вид

       Вы знали, что иногда в побег брали дополнительного человека в качестве пищи? Трое могли сговориться и взять четвёртого. Они вырывались из заключения и, в дороге к свободе, проходящей через места слишком жестокое к живым, поедали несчастного, едва успевшего вкусить вновь приобретённой свободы?.. Я не знал. До сегодняшнего дня. Сейчас же ехал на лошади, завёрнутый в полушубок, и подслушивал разговор трёх болтливых студентов. На улице стоял мороз, деревья, напоминающие ёлки, нависали над широкой тропой, по которой мы и ехали. Кто на лошадях, кто на других экзотических тварях. Кто в каретах, кто в телегах. Ехали большую часть времени почти друг за другом, потому что часто петляющая дорога эпизодически резко сужалась, ненадолго расширялась и, в самых неожиданных местах «падала» вниз. Бывало, правда, что она резко вздымалась вверх, под отвратительным углом, заставляя всех тормозить ещё больше. И вроде не по горе прыгаем, в ощущения именно такие. Да, больше половины пути мы преодолели на ускорителях, сэкономив много дней пути, по крайней мере морально, но дальше магический путь был непригоден для ускорителей и нужно было добираться своими силами.       Сейчас была та редкая часть дороги, по которой спокойно могла проехать и карета и лошадей пять в один ряд, возможно, именно по этой причине я и услышал про «консервное» использование разумного. И не только про него.        Граница с темными была опасна всегда, набеги этих психов сопровождались рабством для несчастных, которым не повезло пережить бойню. А после их отбирали или в шахтеры или в строители или в бордели. Мозги, силу, магию и красоту северные эльфы эксплуатировали по-максимуму. Это улучшало жизнь населения. Кстати о населении… У них были свои сильные мужчины, редкие женщины, если и были, конечно, и мальчики, способные выносить внутри себя великих магов и сильнейших воинов. Страшно подумать, как такое вообще могло произойти, но этим ребятам истинно не повезло. Мальчики, способные к деторождению носили на лицах и, иногда ещё и на телах, татуировки, через которые циркулировала магия. Хотя… Если не ошибаюсь, татуировками выбивались имена и, иногда, должности, достигнутые при жизни вообще у всех тёмных. В одной книге читал про одно, в другой — про другое. Сами они, эти мальчики, редко были магами, а если и были — носили блокирующие ошейники, чтобы не чудили. Так их жизнь превращалась в рабскую, ведь, по-сути мальчикам северных нельзя показывать зубки и иметь своё мнение. Им можно лишь покорно рожать деток и удовлетворять своего… Или своих старших мужей. Надеюсь, информация про массовое использование лучших мальчиков за деньги — миф.        Компания балаболов передо мной была крайне разносторонне развита. Они делились друг с другом всем чем только можно и, параллельно, обсуждали, на что же потратят свои денежки , когда скосят всех оживших мертвецов. Сначала про «консервы», потом про несчастных мальчиков, а следом о том, как потратят деньги. Великолепные студенты. Вообще, информация по северным/зимним/тёмным эльфам, довольно сильно разнилась, так как они особо не взаимодействовали с остальным миром. Это даже отразилось на их названии — его не было. Гномы вообще называли тёмных эльфов морозными, а орки — мрачными, по аналогии с их местными богами. В книгах названия тоже были различны, даже в рамках одного царства. Вон, у Светлых эльфов целых три официальных названия для соседей! А они ведь эльфы! Самые близкие друг-другу народы! Как Африканцы и европейцы, различимые, несомненно, но имеющие одного общего предка. Вообще, поразмышлять о тёмных было делом занимательным, ведь кто знает, куда нас дорога приведёт, что произойдёт и каким образом из этой ситуации прийдется вылезать. Я то был готов, ну… Почти. Носил при себе сумку с запасом еды, воды, бытовых вещей и зелий. Так-же вшил кольцо, чтобы никто не смог лишить меня моих ушей. В моем арсенале были и знания. Я был в курсе по поводу всего живого, что обитало в округе. От ледяных змей до длинноногих волков. Я даже знал названия этих странных для земного человека ёлок. И созвездия знал. А ещё мог драться, хотя и не со всеми на равных, владел магией, да, на плохом уровне, но это тоже уровень. Знал все языки мира и мог вскарабкаться почти на любую гору. По местным меркам я спецназ, не иначе.        «Хотя… Нет, не спецназ.» — с грустью понял я, вспомнив насколько же Лёша был круче меня. Он мог не только убить сотнями способов, но и превращаться в страшных монстров. Мог переноситься на огромные расстояния, питаться магией и энергии эмоций. Мог творить… Мог… — Не холодно? — вырвал меня из мыслей подъехавший незаметно принц Нарк. Я еле заметно вздрогнул, возвращаясь в реальность. — Ни чуть. — ответил, чувствуя, как злой ветер пробивается сквозь зимнюю одежду и кусает кожу. В этот миг вокруг появились сферы тёплого воздуха. Стало легче. — Мне кажется, твоей лошадке нужно немного тепла. — лукаво улыбнулся мужчина. Он начал напоминать мне безродного щенка, увязавшегося однажды и так и не отставшего. — Впереди все чисто? — Только следы рогатого скота. Не думаю, что нас ждёт стая волков, по крайней мере крайние часы. — А небо? Кажется, будет метель. — вскинул голову и принюхался. Пахло морозом и… навозом. Ухнули птицы и ветки деревьев робко затрещали. — Возможно. Думаю, разобьём лагерь пораньше. Через пару дней догоним основной состав, но пока предлагаю тебе ночевать в моей палатке, там будет тепло. — не отрывая взгляда от неба, произнёс принц. — Я маг огня, думаешь, не смогу нагреть себе воздух в палатке? — удивился я. — У меня проблемы с ледяной магией, но точно не с огненной. — Сможешь, но твоего резерва не хватит на ночь и ты заболеешь. Лекарей мы не брали, они ведь не закончили обучение, а я попросил тебя об участии на условии того, что буду оберегать тебя. — полетел закономерный ответ. Принц победно улыбался. — Зачем тогда предлагаешь? Мог просто поставить перед фактом, принц. — вздохнул я. — Хорошо, переночую у тебя, пока не догоним старших. Хотя не понимаю, как другие без огненной магии планируют переживать ночи здесь. — Замечательно, что ты согласился. Остальные покупали артефакты, зелья или будут спать у костра. — расплылся в улыбке эльф. — Если вдруг что — зови, а я поеду отдавать приказы. До вечера!        «До вечера.» — мысленно ответил я и поморщился от вновь возвратившегося холода.        Вечером разбили палаточный городок. Маги ёжились и жались к костру, несколько вояк, прикреплённых к нам на всякий случай, оцепляли территорию и тихо переговаривались друг с другом. Кто-то уже спал в каретах, но все-же большинство выбирало переночевать в одноместной палатке или в бараках в компании друзей, до этого просидев за разговорами до поздно ночи. У принца так вообще была самая шикарная палатка, по материалу уж точно. Высокая, широкая, с пришитым Эльфийским знаменем, с почти настоящей кроватью, правда, по типу раскладушки. Я сидел поодаль, у костра и косо поглядывал сначала на установку, а потом и на наполнение этой бандуры вещами. Внутрь один из вояк занёс сундук, видимо, со сменными вещами принца и устало вытер лоб. Нарк лишь кивнул, проследив, что все поставлено на свои места и стал осматриваться. Я поспешно отвернулся, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. — Трудности в личной жизни? — спросила сидящая рядом девушка-орк. Костёр ласково отражался в крупных глазах незнакомки, слегка завораживая. — Ты кто? — удивился я, глядя на незнакомое лицо любопытный Варвары. — Я учусь с тобой, дурень. — фыркнула девушка. Она была одета в странный огромный зимний комбинезон, красного цвета, под которым чернела плотная шуба. — Если не хочешь отвечать — не надо. Я в чужие дела не лезу. — фыркнула она, поняв, что я не особо настроен на откровенности. — И правильно делаешь. — поднимаясь, бросил я и ушёл к своей лошади. Для отвода глаз пришлось напрячь лошадку лишним весом. Например, мешком с одеялами и подушкой для сна, миской и сменной шубой с валенками.        Лошадка облегчённо всхрапнула, когда я снял с неё лишнюю ношу и побрела к остальным парнокопытным. Мне же предстояло занять скромный уголок в палатке принца и, поужинав, отключиться, пока не продрогну до костей. Не более того.        Вещи занёс быстро, охранник на входе в палатку поспешно отошёл, пропуская внутрь. А жаль. Можно было бы сослаться на него и спать отдельно. Ну, не судьба, значит. Пол у палатки был покрыт непромокаемой тканью, странно, что они до неё додумались… А, нет, промокаемой.        Я расстроенно вздохнул. Нахимичить здесь воскоподобный состав дабы предотвратить намокание ткани звучит сложно. «А вот посушить землю под палаткой было бы плёвым делом!» — осенило меня, поэтому, даже не разложив вещи, уселся на мокром и начал греть сквозь ткань сначала снег, выпаривая его, а потом уже и землю. Пол палатки нагревался и просушивался параллельно. Спустя минут двадцать мой резерв исчерпал себя, но теперь я мог спать в сухости и относительном комфорте. Быстро достал жестяную посуду и вышел на холод. Ветер неприятно гудел над головой, норовя снести с меня шапку, а студенты уже во всю, обступив главный костёр, наливали себе какое-то варево. Я занял очередь и довольно быстро получил порцию густого пюре с крупными кусками мяса и ягодный морс. Уселся на поваленное мокрое бревно и стал жадно есть, согревая себя изнутри. Пар приятно лизал раскрасневшиеся щеки, а ладони крепко придерживали горячую посуду. Народ вокруг смеялся, гоготал, травил истории и пел песни. Больно долго это не продлилось — побудка предстояла ранняя, да и ночной холод был невыносим даже у костра. А там ещё и метель подоспела, стоило лишь закончить есть… Деревья скрипели от порывов ветра, небо стало чернее чёрного и посыпал крупный снег. Завыла вьюга, выгоняя засидевшихся на свежем воздухе разумных. Я проглотил последнюю ложку пюре, обтер кое-как миску подтаявшим снегом и постарался скрыться в палатке принца как можно быстрей. — О, ты вернулся. — Нарк уже сидел на кровати. Удивительно, но он был почти полностью раздет, исключая тонкую белую рубашку и чёрные штаны. В палатке горели огненные сферки холодного голубого цвета, подогревая воздух. — Да… — я перестал разглядывать мужчину и стал раскладывать одеяла в углу палатки. Встряхнул небольшую подушку, поправил шапку и, разувшись, начал закутываться. — Здесь достаточно тепло, чтобы снять верхнюю одежду. И я бы предпочёл, чтобы ты спал на кровати, а не как пёс, на полу. — У меня нет кровати. Я выехал налегке. — справедливо возразил я. — Хорошо что я взял с собой двухместную. — улыбнулся принц. — Раздевайся и давай спать. — Ну нет, я лучше на полу посплю. — возразил я, даже не думая раздеваться. — Дим… Если тебе так страшно со мной спать налегке, то, так уж и быть, ложись в кровать со своим одеялом и в одежде. Но не спи на полу, он за ночь весь вымокнет и ты заболеешь. — Я просушил пол. — гордо ответил я. — Не знаю, похвалить мне тебя или огорчить, но снег и вода в любом случае затечет обратно под дно тёплой палатки. Особенно в метель. Хватит ерничать.        Скрепя сердце, я стянул с себя тёплую одежду, оставшись в пропотевшей чёрной рубашке и штанах. Подумав, достал безразмерную сумку и незаметно, прикрыв ее одеялом, вытащил оттуда рюкзачок с запасными вещами. Под наблюдательным взглядом переоделся в одежду для сна, сложил все вещи предельно аккуратно, подхватил подушку, одно из одеял и, перебросив их через наследного принца эльфов, залез на кровать.        Перетек над эльфом в угол, под угасающие сферы огня, обнял подушку и отрубился без задних ног. Нарк что-то сказал, но я так его и не расслышал.        Проснулся в горячих объятьях. На меня едва ногу не закинули и сопели в макушку. Расслабил тело, помня, что этот тип по утрам любит кидаться ледяными сосульками и постарался заснуть, игнорируя дискомфорт положения, превышенный лимит комфортной температуры и близость того, от кого меня подташнивало. — Доброе утро. Как спалось? — выпуская меня из объятий, зевнул принц. — За жалобы твои фанаты меня публично над костром зажарят. — фыркнул я, садясь. Голову ломило от тяжелых снов. Их померкшие очертания царапали психику, но уже не так ловко, как это могло бы быть. — Скоро сюда занесут бочку с горячей водой, пока можешь ещё поваляться. — откидываясь на подушку и складывая руки за головой, предложил принц. — Нет, спасибо. — я перевалился через мужчину и встал на мокрой холодный пол палатки. Поморщился. — А ты там спать собрался. — кинул шпильку эльф. — Кстати, что тебе снилось? Ты весь дрожал во сне, отчего я подумал, что ты замёрз. — Поэтому ты полез обниматься и разогрел палатку до температуры пустыни? Наверное, тебе стоит знать, почему я «дрожал». Перед поездкой состоялись похороны моего друга, который тоже занимался с тобой и был некромантом. Это событие меня никак не отпускает. Все. Доволен? — Мои… Соболезнования. — поднимаясь с кровати и тут-же становясь серьёзным, произнёс эльф. — Как я могу поддержать тебя в это тяжелое время? — меня перекосило от этих слов. Какие они картонные… Фу! — Просто постарайся меня не трогать. Меня от этого блевать тянет. — Я не знал… Хорошо, я более не притронусь к тебе. Думаю, так будет правильно, учитывая наши отношения. — подавленно произнёс Нарк. Я молча оделся, собрал свои вещи и вышел. На улице выпало изрядно снега, он был сухим, рассыпчатым и ослеплял своей белизной. На небе каркали птицы, сонные разумные подтягивались на завтрак. В сторону палатки двое крупных орков несли бочонок с горячей водой. Я сдвинулся вбок, пропуская ребят и пошёл сначала к лошади, а потом уже и к костру, завтракать. Кормили скудно, но сытно и вкусно. Кусок хлеба, мясо, какая-то каша, напоминающая рис с овощами и горячий отвар, пахнущий то-ли ромашкой то-ли розой. — Помирились? — раздался знакомый голос сбоку. — Ты же вроде в чужие дела не лезешь? — спросил я наглую девушку-орка. Она хихикнула. — Не лезу, но ты мне и не чужой. Одногруппник ведь. — Клыки незнакомки казались крупнее, чем у других орков и очень ей шли, что я не мог не отметить. Как и то, что сегодня мадам сменила часть гардероба на менее яркий. — Я даже не знаю, как тебя зовут. — резонно заметил я. — А это важно? Меня, может, одной из первых убьют на поле боя. Там имена не важны. — пожала плечами девушка. Ее темные болотного цвета волосы были завязаны в тугую толстую косу и смешно болтались на ветру. — Но зачем ты решила присоединиться, если уверена в подобном раскладе? — глядя в золотистые глаза молодой девушки, спросил я. В этот раз пламя от костра не смешивалось с яркой радужкой глаз и они казались не такими странными. Одногрупница смутилась и опустила взгляд на свои руки, держащие кружку и кривую глиняную миску с кашей. — Семье резко понадобились деньги. Так что я отрабатываю своё никчемное существование. — она зачерпнула кашу и, едва не мурлыча от удовольствия, прожевала еду. — Вкусно то как! — Нет. — Что, нет? — переспросила девушка. — Мы не помирились. — ответил я, и продолжил есть.