Изменения.
4 августа 2017 г., 00:49
Их сеансы проходили неизменно: понедельник и пятница, ровно один час. Единственным исключением стал тот вечер, когда они многое прояснили. Когда поверили друг другу. Мать тогда и не особо проявила интерес, когда она на два часа позже, чем обычно, вернулась домой. Мать вообще не особо проявляла интерес к жизни дочери.
Лектор продолжал готовить ужины каждую пятницу, а девушка продолжала приходить. Она не спрашивала из чего были блюда, а он редко говорил сам. Лидия, кажется, совершенно не чувствовала отвращения, понимая, что иногда ест. И рыжеволосая, совершенно точно, не боялась его.
Доктор перечитал множества литературы про банши. Нашлось, кстати, немало. Но, большинство было жалкими байками, на которые и время терять было жаль. Мартин сама дала ему названия нескольких сайтов и одну книгу, в которых была подлинная информация. Увы, её было не так уж и много, однако хватило для того, чтобы мужчина, более менее, разобрался в том, кто есть «банши».
Мужчина узнал, что таких как Лидия также зовут «предвестницами смерти.» Они слышат голоса, чувствуют смерть и находят трупы. Да, то что нужно для семнадцатилетней девушки, у которой вся жизнь впереди.
Однажды он спросил как так вышло, что она обрела эти способности. Девушка не меняя лицо, ответила совершенно спокойным голосом:
— Меня укусил оборотень.
Укусил. Оборотень. Пожалуй, ещё никогда он не пребывал в таком ступоре. Три слова просто потрясли всегда спокойного мужчину. Рыжеволосая сказала их с безразличным видом. Слишком безразличным. Ганнибал видел, что всё не так просто. В голове роились мысли вроде: Кто он? Зачем это сделал? Почему именно с тобой?
Эти вопросы остались невысказанными. Он видел, что она не хочет об этом говорить. И не настаивал. Однажды, в очередной раз задаваясь вопросом: Почему Лидия не боится его? — он нашёл ответ.
Убийцу боится тот, кто боится смерти.
Лидия Мартин не боится смерти. Смерть — то, к чему она привыкла. То, что её окружает.
***
— Пахнет восхитительно. Как и всегда, — она немного улыбается, смотря на тот, как он наполняет её бокал белым вином. Доктор немного кивает: — Благодарю. Пробуя еду, девушка довольно смакует и неожиданно говорит: — Знаете, вчера я задумалась кое о чём, — Мартин таинственно замолкает, словно проверяя, интересно ли ему. Мужчина не заставляет себя долго ждать: — О чём именно? — надо сказать, ему правда любопытно. Что-что, а интриговать эта девушка умеет. — Я задумалась… есть ли вероятность, что я окажусь на этом столе. Рыжеволосая не спрашивает. Просто говорит свои мысли, а он не может удержаться от немного лукавой улыбки. — Вполне возможно, — он видит ответную лукавую улыбку на лице девушки. Тут тему они закрывают, но у обоих мысли ещё долго на этом зацикливаются. Он не убьёт её и не подаст в качестве деликатеса. Они оба это знают. И они оба поняли, о чём говорил Ганнибал. Она всё же оказывается на его столе. И не только. Во время очередного ужина, ещё до его начала, девушка подходит к Ганнибалу и целует его. Поцелуй мягкий и ненастойчивый, она даёт понять, что он может отступить и они даже не вспомнят про это. Но вот мужчина отступать не намерен. Обнимая рыжеволосую за талию, он отвечает на поцелуй отнюдь не нежно. И становится плевать на сервированный стол с изысканными блюдами, ибо они все летят на пол, а их место занимает девушка, которая смотрится не менее аппетитно. Лидия, подхватывая его ритм, отвечает также страстно, стаскивая с Лектора пиджак и переходя на жилетку с рубашкой. Проворные пальчики быстро расправляются с пуговицами, и на плечах мужчины появляются царапины. С её платьем выдалось иначе. Он его просто порвал, оставляя лиловые отметины на шее девушки. Её, впрочем, это не волнует, а наоборот. Треск синей ткани сопровождается женским стоном. Доктор решает, что стол — не самое удобное место, поэтому, подхватывая Мартин под бедра, уносит в свою спальню. Прохладная постель создаёт контраст с оголённой кожей девушки, которая в одном нижнем белье. Впрочем, и от него мужчина быстро избавляется, как и от собственной одежды. Рыжеволосая вставая, тянется к нему, но мужчина с рыком опрокидывает её на постель, нависая сверху, и оставляет новые отметины на нежной коже. Царапин на его спине тоже прибавляется. Кажется, им обоим нравится причинять друг другу небольшую боль, обоим это доставляет ещё большее удовольствие. Мужчина не отрывает от глаз от Лидии, которая выглядит божественно: грудь часто вздымается от прерывистого внимания, огненные локоны разбросаны по простыни, а нижняя губа закушена так сильно, что выступает капля крови, которую он немедленно слизывает, наслаждаясь вкусом и тут же, ловит её тёмный взгляд, цвета ночного леса. Наконец из уст девушки вырывается самый громкий стон и через несколько секунд мужчина догоняет её. Минуты проходят в блаженном молчании, ибо говорить нет ни сил, ни желания у обоих. Когда мысли проясняются, Мартин молча встаёт и направляется в ванну. Не проходит и пяти минут, как Ганнибал идёт следом.***
В один вторник он почувствовал дежавю, застав девушку у себя на пороге. Сегодня у них не должно было быть сеанса. Рыжеволосая не должна выглядеть измученной и опустошённой, с дорожками потёкшей туши на щеках. Она нечего не говорит, просто смотрит перед собой. Кажется, что закрой он двери, она и не заметит. Однако, стоило ему отойти сторону, освобождая проход, как Мартин молча заходит, идя на кухню. Мужчина следует за банши, которая уже сидит на стуле. Она, всё также не смотря на него, говорит охрипшим голосом: — Мне нужно выпить. Что-нибудь алкогольное и крепкое. Ганнибал без раздумий наливает виски, терпеливо ожидая какого-то объяснения. У неё грязная одежда и спутанные волосы. Лидия так не похожа на себя обычную, что это только подогревает интерес. Она выпивает до дна, даже не морщась и говорит одно слово: — Ещё, — голос очень хриплый, словно после очень сильного крика… И тут Лектор понимает: она кричала, значит кто-то умер. А судя по её виду, то кто-то, кем она дорожила. Теперь это не просто интерес и любопытство, а ещё и беспокойство. С каких пор он вообще беспокоится об одной из своих пациентов? Хотя, кого тут обманывать. Эта особа с самого начала была особенной. Она не «одна из.» Она…уникальна. Именно беспокойство вынуждает сказать: — Нет. Пока не объяснишь. Рыжеволосая морщится, словно испытывает головную боль от одного его голоса, и уходит в гостиную. Неслыханная наглость. Вот только ни злости, ни возмущения сейчас нет. Доктор опять следует за ней и, на этот раз, видит спину девушки, которая смотрит на пламя в камине. — Эллисон, — звук голоса прорезает тишину. Эллисон. Она пару раз упоминала это имя в разговоре. Они подруги. Были подругами, по-видимому. Мартин стоит неестественно прямо, её рыжие волосы словно пылают, и от неё исходят волны боли и отчаяния. Она потеряла лучшую подругу и пришла к нему. Почему? Уж точно не из-за того, что он её психолог. Из всех вопросов, крутящихся в голове, он задал: — Как это случилось? Лидия, не двигаясь, ответила: — Ты не хочешь этого знать, — это был не вопрос. Она впервые обратилась к нему на «ты». После того ужина, они продолжали вести сеансы как прежде, но сейчас она впервые переступила эту черту. Мужчина был склонен согласится, ему наверняка будет лучше без этого знания. Только вот, что сказать ещё? Не банальное же: мне жаль? Наверняка прозвучит фальшиво, неискренне, да и какой ей прок от жалости. — Кто у тебя дома? — ему важно знать, ибо он не намерен её сегодня оставлять, а отговорку для её матери Ганнибал придумает. — Никого, — глухо звучит женский голос, — мама уехала по работе на неделю. Чудно, тогда и придумывать нечего не надо. — Сегодня ты спишь здесь, — не вопрос. Он не спрашивает, а утверждает. И его тон даёт понять, что возражения не принимаются. Он всё равно не отпустил бы её домой, а тем более, если там никого нет. Одну девушку оставлять нельзя. Однако, Мартин и не протестует, садясь на диван и всё также смотрит на огонь. Лектор молча идёт наверх, чтобы подготовить комнату и думает о том, будет ли рыжеволосая оказывать сопротивление, когда он предложит ей остаться на всю неделю.
