Королевская кровь

Марин… Его имя — Марин Холлоу. Это был паренек, со смуглой кожей, черными волосами и веселыми глазами, что так любили девушек. Люси всегда веселила его фраза, когда он оценивающе смотрел на них: «Зачет» и «Незачет». Он всегда носил один и тоже ханбок, фиолетовый с голубыми вставками. Когда он стал юношей, то повсюду таскался за отрядом Палачей. Он не обладал проклятием, и не обладал какими-нибудь склонностями военного дела, однако его это никак не останавливало. Он восхищался: тем, что его сестра одна из них; Капитаном Исюл, и всеми остальными, а еще в тайне мечтал стать одним из них. Вот так и получилось, что три с лишним года назад, он умер по ошибке того, кем восхищался больше всех — Капитана Палачей. Тогда, по указу Александра, Палачам необходимо было ликвидировать группу мошенников. И вот, подготовив засаду, они ждали. Только вот в ловушку попал не один из них, а Марин. Его пронзили теневые пики, созданные проклятием Люси…

***

— ТЫ УБИЛА МОЕГО БРАТА!!! — кричала Брандиш, а Люси вспомнила его лицо. А затем еще, Мистер Матье — убийство чьей семьи стало неожиданным ударом для всех жителей Магнолии (От Автора: это 8 глава (если уж интересно)). От этого, от этих неприятных воспоминаний, вновь появился страх перед смертью, о котором она уже и позабыла. Люси вновь осознала, что смерть — это не выход и что ей хочется жить. Еще мгновение и Брандиш бы удалось задеть Люси с помощью ножа, но в последнюю секунду девушка отбилась. Сжав в руке край шубы, что все еще была на ней, уклонилась и нож продырявил материал. После, ей уже не составило труда нанести ответный удар. В Брандиш направился темный поток, от которого ей пришлось уклониться. — Кто-то говорил, что не станет, использовать силу, — заметила Брандиш, но это замечание было лишним, этим она только разозлила Люси. — Твой брат умер от силы моего проклятия, — строго произнесла она, и тут же ее рука покрылась ее силой. Она заиграла, словно темный огонёк. — Тогда позволь доставить тебе незабываемое удовольствие, — договорив эти слова, Люси направила в своего противника один единственный удар. Он так быстро впился в тело девушки, что она даже не имела попытки чтобы уклониться от удара. Раздался крик, наполненный болью. — Убери его, — испуганно принялась просить Брандиш, ведь теневая атака пронзило тело и крепко приковало тело к дереву. — Я не стану этого делать! — произнесла Люси. А что, ну отпустит она Брандиш, и та убьет ее, а ей этого не хочется. Лучше она умрет при потере крови, чем здесь и сейчас. При Лексусе. — Убийца! — крикнула Брандиш, желая сделать ей больно. — Да, — согласилась Люси, — но я просто защищаю себя. Люси, прикусив губу, еще немного смотрела на то, как Брандиш пыталась освободиться, но все ее попытки были четны. Эта сила не исчезнет, только если ее не призовет обратно сам проклятый. А Люси делать этого не собиралась. Брандиш спешила освободиться, не потому что рана была смертельной, а чтобы ищейки не учуяли ее кровь. Но было уже поздно, ищейки уже были рядом с Люси, а значит… — Что происходит? — спросил Лексус, подходя ближе к Люси. Девушка быстро обернулась на его голос и поспешно осмотрела его тело. Никаких ран или же царапин. — Поехали отсюда, — поспешила произнести она и взяла его за руку. — Быстрее, — сказала она и потащила его к лошади. Да, им необходимо как можно быстрее убраться, а то мало ли, может ищейки решат сделать из них десерт. Они пришли к лошади, и Лексус первый взобрался на нее. В стороне, где они оставили Брандиш, начали слышны крики и недовольный рык… — Люси, — произнес Лексус, и девушка поспешно взглянула на него, отрывая взгляд от того места. Он протянул ей руку. Взяв ее, она взобралась на лошадь. — Что теперь? — Гони, так быстро, как только можешь. Повторять дважды не пришлось, и пришпорив лошадь они помчались с этого места. Под крики умирающего человека… — Может нам стоит вернуться? — спросил Лексус, когда они отъехали от того места на несколько метров. — Хочешь стать десертом? — с трудом ответила Люси. — Нет, просто… — Уже поздно. — Но ты плачешь. — Да, — не отрицая этого сказала девушка. — Просто не обращай внимания, — произнесла она и лишь крепче обняла его за талию.