Всё не так, как кажется...

Глава 9

— И что же она попросила? — куноичи не терпелось узнать, чем закончится история. — Она привела его к святому источнику и сказала, раз он такой великий мастер, то пусть создаст из воды ее статую для поклонения. Глава семьи был стар и очень мудр, поэтому он нашел выход из этой ситуации. Но селение Такаши находилось в южной полосе, поэтому ему пришлось спешно собираться в путь. Он нашел огромный старый дуб. Именно из него он сделал большую бочку, в которую набрал воды из реки, к которой его приводила богиня. Закупорив дубовую емкость, он, с остатками ремесленников, отправился в путь. Два года длилось их путешествие на север. Среди вечных льдов он заморозил воду в бочке и уже изо льда воссоздал образ Аматерасу оо-ми-ками — Богини Солнца. Дочь Бога Влекущего к Себе признала, что он справился с испытанием и ей, в свою очередь, тоже пришлось выполнить свое обещание. Для этого она призвала в мир людей Такамимисуби*. Выслушав всю историю, он принял решение: не просто продлить жизнь членам семьи Такаши, как уже рожденным так и будущим поколениям, а заключить в их тела по две души, — глава Рьючидо замолчал, давая куноичи возможность все обдумать. *Такамимусуби - образует троицу непарных богов, выступивших зачинателями творения. В японской мифологии (Мусуби, Мусуби-но ками) класс божеств рождения и плодородия; способны также наделять душой, жизненной силой. — Я не совсем поняла, если Такаши просил лишь увеличить продолжительность жизни, зачем Ками пошли на такие сложности? — Знаешь, Сакура, я был уверен, что ты спросишь именно об этом, — Сеннин остановился близ границы Рьючидо. — Дело было в том, что, несмотря на мирное существование и отсутствие в роду самураев или же последователей Ниншу, ремесленников убивали куда чаще других людей, не желая платить за их работу. Вторая душа в их случае была залогом повторного без промежуточного возрождения в случае убийства или любого другого инцидента. Если ничего подобного не происходило, как мне рассказал один из членов этого клана, благодаря дару Ками они могли прожить более ста восьмидесяти лет. Был у них в роду, несколько столетий спустя мужчина, кажется Кичиро, которому удалось прожить даже по их меркам длинную жизнь, а именно — двести сорок семь лет, — змей внимательно смотрел на куноичи, явно пытаясь что-то вспомнить. Озарение пришло к Мудрецу белых змей совсем внезапно, — Сакура, покажи мне свой камон* на спине. Надо же, у тебя вариация неполного герба семьи Такаши. Скажи, от кого тебе достался твой мон, от отца или матери? Камон – семейный герб. — От папы, — девушка отчетливо помнила этот символ на немногочисленных детских фотографиях Кизаши. — Выходит, что часть информации все же известна твоей семье. Конечно, даже после исчезновения клан не мог предать свои традиции. Полная версия камона вашей семьи это — Аши-мон — тростник — символ почитания богов. Я видел его лишь однажды, но до сих пор помню: два зеленых листа заключенных в белый круг. Мне кажется, если ты захочешь, тебе удастся найти больше информации, ведь теперь ты наверняка знаешь, что нужно искать. — Скажите, Хакуджа-сан, а у моих детей тоже будет этот дар? — о семье ей конечно рано было думать, но куноичи было просто интересно. — Возможно, но я не уверен. Если бы тебе достался мон от матери, вероятность была бы выше, а так получается, что ты первый ребенок после запечатывания, который смог постичь свою истинную сущность. Я ведь не сказал тебе, что запечатыванию подвергались в основном женщины, с мужчинами поступили как-то иначе, к сожалению, мне не раскрыли подробности. — А каким образом к дарам Богов примешалась чакра? Сеннин выпустил столп белого дыма и куноичи услышала звуки, напоминающие смех, кажется ей удалось его рассмешить. — Здесь нет ничего удивительно, я думал, что ты и сама догадаешься. Чакра в твоем роду появилась после заключения брачных союзов. В те времена девушки часто служили откупом или залогом мира между кланами. Таким образом, твой клан заручился поддержкой в разных слоях общества, тем самым гарантируя себе более весомое положение в стране. Сакура, я хотел сказать тебе, что наше обучение подошло к концу и завтра ты вернешься к Орочимару. Ещё я хочу, чтобы ты знала — ты всегда сможешь прийти ко мне, чтобы не случилось, помни об этом. — Что вы хотите этим сказать? — Харуно не ожидала услышать таких слов от главы Рьючидо, ей всегда казалось, что Сеннин не жалует ее. — Только то, что ты услышала… В последнюю ночь Сакура совсем не спала, девушке совершенно не хотелось покидать Рьючидо. Именно здесь страхи и кошмары войны впервые отпустили ее. Харуно знала, что не при каких обстоятельствах не забудет это место, которое за такой короткий период она, смело могла назвать домом. Радужные мысли сменялись воспоминаниями прошлого. Перед глазами картинками вставали моменты ее детства. Дружба с Ино и их глупое соперничество. Академия, в которой она училась вопреки ожиданиям большинства наставников. Сакура так же прекрасно помнила, что ее игнорировали практически все, начиная от учителей и заканчивая одноклассниками. Кажется, лишь госпожа Цунаде поверила в нее. И именно наставница отправила её в подземные лаборатории Орочимару. — Надо было ложиться спать, чтобы не думать об этой старой змеюке, — девушка закрыла глаза и сморщилась, словно от головной боли. За весь период обучения у Хакуджи-сана, Сакура напрочь забыла о своем непосредственном задании. И чем больше она задумывалась об этом сейчас, тем более тревожными становились ее мысли. Куноичи приняла сидячее положение, при этом встряхнув немного отросшие волосы. «А что если Саннин сбежал? Зачем я согласилась его отпустить?» — девушка была словно зверь, запертый в клетке, хождение взад-вперед не успокаивало, а лишь больше выводило из себя. Облокотившись о стену и прикусив ноготь большого пальца, Сакура корила себя за глупую наивность и чрезмерную доверчивость. «Ками-сама, как можно было поверить Орочимару на слово? Сколько раз в жизни я сталкивалась с враньем и предательством… Да что же со мной должно случиться, чтобы бы я наконец поняла — в мире шиноби можно верить лишь себе...» — выйдя на улицу, куноичи увидела, что уже светает. Температура воздуха за ночь упала и Сакура успела продрогнуть пока наблюдала, как постепенно лучи солнца пробивались сквозь утренний туман и деревья. Прошло пару минут, и небо озарилось ярким солнечным светом, туман рассеялся, деревья больше не казались ночными монстрами с глухо шумящими кронами. Сакура направилась в тронный зал, чтобы попрощаться с Хакуджи-саном, девушка так же надеялась, что и Ньоко будет там. Несмотря на то, что куноичи проводила мало времени со своим призывом, девушка успела заметить, что правнучка Сеннина очень обидчива и, как показалось Сакуре, довольно злопамятна. Ко всему прочему, ученицу Хокаге не покидали мысли касаемо ее возвращения в убежище Орочимару. Стоило куноичи подумать, что ей придется месяц одной бродить непонятно где, как её одолевало полное уныние. Сакура успела двадцать раз пожалеть, что не поинтересовалась у Саннина о способе перемещения. Непосредственно о Орочимару девушка старалась больше не вспоминать, страх, что Саннин попросту сбежал, и так не покидал Харуно. Девушка уже не раз успела представить себя перед Шестым Хокаге и наставницей, оправдывающейся за невыполненное поручение. Тут же куноичи планировала поиски и погоню за змеиным Саннином. Именно из-за таких сумбурных мыслей у девушки началась мигрень. По всей видимости, из-за этого она и не заметила нападения Ньоко. Было довольно странно видеть эту змею в уменьшенном виде. Ньоко очень проворно и крепко оплела ноги куноичи, благодаря чему Сакура завалилась на бок. — Я удивляюсь, как ты вообще стала шиноби, с такой реакцией тебе разве что сорняки полоть, — змея освободила ноги девушки и продолжала пристально рассматривать медика. — И вам доброго утра, Ньоко-сан, — куноичи смахивала с колен ошметки грязи. — Давай не так высокопарно… — белая змея отвернулась, — я ведь просила тебя обращаться ко мне проще. Мы ведь стали партнерами… — Перестань, я надеюсь, что мы сможем стать настоящими друзьями… — куноичи гладила змею по голове, словно домашнюю кошку. — Сакура, а ты еще вернешься сюда? — Я буду надеяться на это… — ученица Хокаге не стала говорить, что вовсе не хочет покидать Рьючидо, но в то же время куноичи понимала, что сюда она уже наверняка не вернется. — Еще увидимся! Но теперь уже у вас, — правнучка сеннина скрылась за раскидистыми кустами. В это самое время в убежище Орочимару было неестественно многолюдно. Люди теснились в тесных камерах, дети вздрагивали и забивались в углы от ужасных криков, взвизгов и самых настоящих завываний. Мужчины настороженно следили за передвижениями хозяина этих мест. Женщины предавались молитвам, уповая лишь на великодушие Ками. В какой-то момент в убежище наступила давящая тишина. Матери тут же бросились к детям, стараясь как можно крепче прижать к себе самое дорогое, что было в их жизни. А Сакура в этот момент была как раз напротив главы Рьючидо. Сеннин уже ждал ученицу Орочимару, и от его взгляда не укрылось подавленное состояние девушки. Куноичи была бледна с темными кругами вокруг глаз, что свидетельствовало о бессонной ночи и тяжелых мыслях. — Здравствуйте! — Сакура поклонилась, стараясь придать себе более беззаботный вид. — Здравствуй, еще вчера я сказал тебе все, что посчитал нужным. Я надеюсь, тебе у нас понравилось. Не переживай дитя, все будет так как должно быть. Справа от тебя у стены есть свиток. Орочимару оставил его для тебя, чтобы ты беспрепятственно могла вернуться. Сакура едва не запрыгала от радости после услышанного. «Не ожидала от него такого подарка! Все же я не зря поверила Саннину, в конце концов, бывают же люди, умеющие держать свое слово. Ками-сама, а ведь я так и не поблагодарила Мудреца белых змей за все». Куноичи сделала несколько шагов к трону. Приложив руки к бедрам, девушка очень низко поклонилась, при этом оставаясь в таком положении несколько секунд. — Хакуджа-сан, я очень благодарна вам за оказанную мне честь – обучаться у вас. Лишь с вашей помощью мне удалось постичь невероятные знания. Спасибо вам! — Сакура вновь поклонилась. — Я надеюсь, что все это ты будешь использовать только на благо, — белый змей едва удостоил Сакуру взглядом, куноичи тем временем уже взяла свиток и успела его расстелить напротив Мудреца белых змей. — Встань в центр круга и выпускай чакру чрез ступни, как только печать активируется, ты окажешься в своем мире. — Спасибо вам и прощайте, Хакуджа-сан, — девушка взмахнула рукой и растворилась в воздухе так и не услышав ответных слов Сеннина. — До свидания, Сакура, — свернувшись кольцами, мудрец белых змей погрузился в глубокий сон. Перемещение прошло так же неприятно, как и в первый раз. Без помощи Орочимару девушка все же не удержалась на ногах и присела, облокотившись на левую руку. Сакура оказалась недалеко от входа в Восточное убежище, как раз в том месте, где Орочимару использовал улучшенную версию техники обратного призыва. К счастью куноичи здесь, в отличие от священной земли змей был вечер, поэтому девушка рассчитывала еще вздремнуть и набраться сил. Саннина она решила оповестить о своем прибытие утром. Находясь уже возле самого входа, Сакура заметила несколько свежих могил. Точнее — семь. Волна холода мгновенно прошла по телу ученицы Хокаге, во рту пересохло. «Что здесь происходило, пока я так безрассудно гналась за новыми возможностями, желая обрести как можно больше силы? Ками-сама, неужели этот сумасшедший замучил столько людей? Это я виновата, если бы я осталась с ним они все были бы живы…» Девушка была на грани истерики, только сейчас она обратила внимание, что две могилки принадлежали детям. Крошечные холмики находились чуть в стороне… Сжав кулаки куноичи, решительно направилась на поиски Орочимару… «Теперь ты мне за все ответишь…» Новое потрясение не заставило себя долго ждать. В подземелье было темно и подозрительно тихо. Пройдя вперед, Сакура оказалась недалеко от камер. Они находились ближе всего к выходу, а сразу за ними было несколько жилых комнат, где обосновались шиноби Отогакуре. Куноичи видела, что в клетках находились люди. В каждой камере были источники света — зеленые восковые свечи, Сакура точно не могла этого разглядеть, но особый запах нельзя было ни с чем спутать. Для их изготовления Саннин использовал лекарственные травы, тонизирующие организм лишь благодаря источаемому запаху. Обычно ими редко пользовались, опасаясь быть обнаруженными, но после боя с Третьим Орочимару без них уже не мог. Девушка прикрыла ладонью рот, чтобы не выдать своего присутствия, в одной из клеток были дети. Малыши прижимались, видимо к матерям, в надежде спрятаться и согреться. Отчаянье сменилось злостью. Куноичи бесшумно прошла вглубь убежища, надеясь застать Орочимару врасплох, благо искать его долго не пришлось. Саннин был в лаборатории. Скрыв чакру, девушка смогла немного рассмотреть чем тот занимался. На столе были разные склянки, множество колбочек. Чуть в стороне был секционный стол, на котором лежал обнаженный труп женщины. В соседней комнате, что была за спиной медика, раздалось рычание, а после скуление. Орочимару тут же отвлекся от своих опытов и, прихватив какой-то блокнот, направился к выходу. Сакура вовремя спряталась в тени коридора, едва она оказалось за спиной Саннина, девушка со всей своей нечеловеческой силой швырнула Орочимару в стену. Несмотря на силу и неожиданность удара, мужчина довольно быстро сумел сориентироваться. Ему удалось перехватить одну руку медика, тем самым предотвращая возможные разрушения подземного строения. Затем его тело удлинилось и стало настолько гибким, что он беспрепятственно обездвижил ученицу Хокаге. — Сакура? А тебе не кажется, что у тебя довольно странное приветствие? — Орочимару удалось заглянуть девушке в глаза, отодвинув рукой растрепавшиеся волосы. Он так же видел, с какой злостью она смотрела на него, щеки ее раскраснелись. — Ты знаешь, я уже заждался тебя… — он поразительно широко улыбнулся, кажется впервые за все время их знакомства. — Да что ты говоришь? Я уже заметила… — девушка дернула головой в надежде отодвинуться от руки мужчины, а Саннин все так же пристально рассматривал ее, — Орочимару, я видела людей и трупы, ты опять взялся за старое? — он обратил внимание, что она впервые обратилась к нему просто по имени и, для него это было так странно. Словно очнувшись ото сна, Саннин отпустил куноичи и как раз вовремя. Сакура выпустила приличное количество чакры всем телом и часть ее была преобразована в странные конусообразные выступы. Ирьенину удалось лишь повредить одежду Орочимару. Чертыхнувшись Сакура повторно пошла в атаку. — Подожди! — мужчина примирительно поднял вверх руки. — Послушай, я все могу объяснить! — меньше всего Орочимару хотелось продолжать конфликт, в конце концов, у него и без этого было множество дел. — Давай, ты сейчас успокоишься, — он протянул ей блокнот, который умудрился выронить во время их непродолжительной схватки. Сакуре потребовалось несколько секунд, чтобы понять, о чем шла речь в записях Саннина. «Теперь точно будет не до сна…» — девушка устало выдохнула и только сейчас заметила, что Орочимару выглядел уставшим, под глазами залегли тени. Да и в целом он как-то осунулся. Тут некстати у куноичи заурчало в животе и Сакура поспешно опустила голову, стараясь скрыть порозовевшие щеки. — Сакура, ты ведь помнишь где комната Осаму? — дождавшись утвердительного кивка Саннин продолжил: — Скажи ему, чтобы он распорядился на счет ужина, — девушка видела, что он закрыл глаза и кончиками пальцев стал массировать висок. — Орочимару-сан, не стоит, я могу поесть и позже, давайте лучше продолжим… — Не спорь со мной, — мужчина забрал из рук куноичи блокнот, — за столом я введу тебя в курс дела, — развернувшись, он пошел к давно замолчавшему животному. Чтобы найти Осаму и передать тому указания Саннина, куноичи потребовалось не больше десяти минут, теперь оставалось дождаться самого Орочимару и конечно запоздалый ужин. За все время, проведенное в Рьючидо, Сакура питалась лишь фруктами, что заметно сказалось на ее фигуре. И без того стройная теперь она была самой настоящей худышкой. Но девушку этот факт совершенно не волновал, куда больше ее заботили данные прочтенные менее часа назад. Сакура и согласилась–то выслушать Орочимару, не продолжая конфликт, лишь после того как заметила,что первая часть данных была записана непосредственно Цунаде. Но исходных данных было не так много, поэтому полную картину увидеть было нельзя. Но уже сейчас стало ясно, что начался эксперимент еще в Конохе, спустя примерно месяц после их ухода. Ирьенины страны Огня пытались найти не то лекарство, не то сыворотку. Однако все это не объясняло наличие людей в камерах убежища. Ведь не могла же Годайме допустить подобное или, тем более, лично принимать в этом участие? И что еще за зараза появилась, от которой бывшая Хокаге не могла избавиться? Множество вопросов на которые у Сакуры не было ответов… Порыв пойти и освободить заключенных куноичи проигнорировала, расценив что лучше для начала выслушать Орочимару. Положив голову на сцепленные на столе руки, девушка задремала и, как оказалось очень даже крепко. Открыв глаза она увидела перед собой накрытый стол, и сидящего рядом с ней змеиного Саннина… Спрашивать, сколько он так сидит и наблюдает за ней, совершенно не хотелось. — Здравствуйте, Орочимару-сан, — девушка ладонями несколько раз провела по лицу в надежде окончательно проснуться. — Хм, — Саннин постукивал по столу своими длинными тонкими пальцами, — вот с этого и нужно было начинать, а не кидаться в драку. Девушка поджала губы и шумно выдохнула, сжав кулаки, она отвернулась от собеседника. — А что вы ожидали? Я возвращаюсь и вижу свежие могилы, иду дальше и вот передо мной люди в клетках. Кстати, а что они собственно говоря у вас забыли? Вы представляете, что будет, если Цунаде-сама или Какаши-сенсей обо всем узнают? — Сакура никак не могла привыкнуть, что Хатаке теперь был не просто ее бывшим учителем, а занимал пост Каге. — Так она обо всем знает. — Что?! В-вы хотите сказать, что она это допустила? — Орочимару наблюдал за ее реакцией. В широко раскрытых глазах читался лишь шок, она словно рыба открывала рот, но не могла произнести ни звука. А Саннина очень забавляла такая реакция девушки. — Я тебе скажу больше – это именно она попросила меня помочь ей, — Орочимару в который раз поймал себя на мысли, что он странно чувствует себя рядом с молодой куноичи. Как когда-то в далекой молодости… — Да не может такого быть! — Давай ешь! Не переживай я сейчас обо все расскажу, точнее начну с данных, полученных от твоей наставницы, — Саннин вынул из маленькой длинной коробочки хаси. — Принимаю с благодарностью! — девушка украдкой взглянула на Орочимару и принялась за еду. — Если сказать прямо, я уверен, что Цунаде не удосужилась рассказать мне и половины информации, которой владеет Коноха. Как я понял, изначально Каге подозревали меня, считая что это моих рук дело, — Орочимару прикрыл глаза слегка улыбаясь. — Но Конохе удалось выяснить, что первые случаи болезни начались еще до военных действий в стране Молнии. Тогда Райкаге удалось замять дело, уничтожив зараженных, а за одно и всю деревушку у пролива Касуми. Как теперь стало понятно, кому-то удалось сбежать, но это не самое главное, — Саннин толком ничего не съев, приказал подать ему лишь чай, — в Кумо был другой вид болезни. — Почему вас больше не подозревают? — В момент начала заболевания я был уже мертв, — мужчина плотно сжал губы, это воспоминание было даже хуже чем его бой с Третьим. Саннин понимал, что если бы не его ослабленное состояние, он ни за что не проиграл бы этому щенку, ведь Саске был в разы слабее своего брата. — Я не совсем поняла, что значит другой вид болезни? — как ирьенин Сакура понимала, что ничего хорошего уже ожидать не стоит. — А то и значит. Очаги были зафиксированы в странах Мороза и Земли. На первый взгляд симптомы заболевания отличались, но позже удалось выяснить, что зараза из Кумо мутировала. Именно к такому выводы пришла группа медиков пяти Великих стран. — Я так понимаю, Вы с этим не согласны? — девушка старалась не думать о том, что Саннин действительно мог быть причастным к распространению инфекции. — Да, не согласен. Когда-то я лично занимался разработкой и мутацией вирусов и бактерий. — То есть вы хотите сказать, что вы создатель этой заразы? — девушка побледнела, ведь самая ужасная ее догадка оказалась правдой. — Не совсем. Я действительно работал в этом направлении, но посчитал это занятие бесперспективным и занялся доработкой джуина. Позже Кабуто рассчитывал завершить мои опыты, но не смог найти нужных данных. Ты ведь знаешь, что часть моих архивов была утеряна, — Орочимару передал куноичи блокнот, с каждой прочтенной строчкой девушка расстраивалась все больше и больше. — Орочимару-сан, почему вы просто захоронили трупы, а не сожгли? Судя по симптомам, у больных может быть бешенство. — И не только оно. Смотри, болезнь имеет сходство с несколькими заболеваниями. «Не успели люди оправиться после войны, как нас настигла новая беда», — Сакура зажмурилась, текст в блокноте был мелким из-за чего у нее заслезились глаза. — Цунаде так и не удалось найти пути заражения! — Орочимару откинулся на спинку стула. — Скорее всего, потому что их много, — куноичи встала, стараясь размять затекшее тело. — Об этом и много другом мы поговорим завтра, а сейчас иди отдыхать, — мужчина прекрасно видел ее красные глаза, да и ему самому не помешало бы прийти в себя. Саннин предпочел не рассказывать о масштабах эпидемии, по крайне мере сегодня. — Вы правы, Орочимару-сан, лучше все обсудить завтра и я хотела бы провести более детально обследование, — Сакура направилась в свою комнату. Саннин окликнул куноичи у самого выхода: — Я рад, что ты вернулась! — Я тоже… — едва слышно прошептала девушка. Уже на рассвете куноичи была в лаборатории. Множество записей, десятки пометок с которыми в кратчайшие сроки она должна будет не просто ознакомиться, а еще и проанализировать и суметь найти единственно верное решение. Как теперь выяснилось, штамм бешенства действительно был нетипичным. «Хм. А вот это и правда странно… Каким образом вирус инактивировался без каких либо вмешательств? Исходя из записей ирьенины не использовали никаких дезинфицирующих растворов, того же лизола или хлорамина с формалином не понадобилось, так же как и щелочи. Не было применено и тепловой обработки… Как же так получилось, что вирус погиб не в течении обычных двух-трех недель?» Отбросив блокнот на стол, девушка направилась к секционному столу, но подойти вплотную у нее не получилось. Часть комнаты, где находился труп, была отделена специфическим барьером. — А это еще что?! — девушка провела ладонью по лицу. «Да сегодня явно не мой день!» — только сейчас ученица Хокаге заметила, что в лаборатории она была уже не одна. — Здравствуй, Сакура! — Орочимару никак не ожидал увидеть ее здесь в столь ранний час. — Доброе утро, Орочимару-сан. — Ты уже ознакомилась с имеющимися данными? И что ты можешь сказать на этот счет? — Как я поняла, часть исследований проводила Кумогакуре, здесь есть небольшая приписка на которую медики Конохи не обратили должного внимания. Смотрите, — взяв блокнот, девушка подошла к Саннину, — у нескольких больных наблюдалось увеличение лимфоузлов, а так же их покраснение и уплотнение. Спустя несколько дней эти пузыри вскрылись, а на их месте появились язвы и… — забрав блокнот змеиный Саннин погрузился в чтение, предпочитая лично ознакомится со всем, нежели слушать девушку, по правде говоря, он и сам не счел нужным прочитать записи ирьенинов из Молнии. — Вот посмотрите, — куноичи указала пальцем на одну из строк. — Они пишут, что внешне больной тоже стал меняться. Одутловатое, потемневшее лицо с черными кругами под глазами и ярко-красными конъюнктивами, наверняка указывают на чуму. — Но они этого не пишут. Смотри, фактически он умер от сердечной недостаточности. — Вообще-то интоксикация при чуме вызывает нарушение в сердечной деятельности. Куноичи обратила особое внимание на лабораторные исследования, которые провели сразу после смерти больного. «Странно, а где данные в период заболевания? Или что они даже не взяли кровь на обследование пока он был жив? Да не может такого быть». — Если, как ты говоришь, у него была чума, то почему анализы этого не показывают? — мужчина внимательно наблюдал за ученицей Хокаге Сакура вернулась к столу и облокотившись о него погрузилась в размышления. «Ладно Кумо, но где данные Конохи?» — Орочимару-сан, у вас есть еще данные о других пострадавших? — Саннин кивком головы указал на несколько небольших свитков. «Ага… В стране Мороза симптомы совсем другие. Так-так, а вот и данные из лаборатории… Шаннаро! Опять ничего! Нет ни вирусов, ни бактерий, но этого просто не может быть!» Без особого желания куноичи стала изучать новый свиток. Но даже после повторного чтения она так и не поняла о чем шла речь. «Что-то здесь не сходится…» — девушка стояла с закрытыми глазами пытаясь понять, что не дает ей покоя. — Точно! — Орочимару отвлекся от графиков по новой вакцине на возглас куноичи, девушка была очень воодушевлена. Мужчина видел, с какой скорость она пыталась что-то найти в уже прочтенном свитке. — Идемте сюда. Сакура расстелила на столе свитки. Тут же развернула и сведения, добытые ирьенинами скрытых деревень. Теперь оставалось лишь подтвердить ее догадку. — Орочимару-сан, нужно будет провести осмотр трупа, лежащего здесь, — словно во сне куноичи наблюдала за действиями Саннина. Мужчина покинул лабораторию буквально на пару минут. Вернулся он уже с защитными костюмами в руках. Харуно смогла найти в свитках лабораторные исследования всех больных на разных этапах заболевания. «Какому идиоту, пришло в голову таким образом шифровать данные? Этот способ перестали применять лет пять назад. Значит, писал ирьенин старой школы…» — Сакура, как только ты наденешь необходимый защитный комплект одежды, я сниму первую ступень печати. Как только ты окажешься в промежуточном секторе, я замкну за тобой круг, после этого ты беспрепятственно сможешь заняться вскрытием, — мужчина протянул куноичи сверток. — В этом нет необходимости, — девушка отмахнулась от Саннина. — Изучив все имеющиеся у нас данные, я с полной уверенностью заявляю, что используемые для заражения вирусы и бактерии были особого патогенеза, — куноичи пристально наблюдала за Орочимару слегка прищурив глаза, но так и не решаясь задать интересующие ее вопросы. — Надо же, не ожидал, что ты так быстро разберешься с этим. У тебя отличные аналитические способности. — Получается вы создатель… — Сакура отвернувшись замолчала не понимая, почему от этого открытия появилась странная пустота в душе. — Нет! — мужчина буквально в два шага оказался рядом с девушкой, ему не составило труда развернуть ее к себе лицом. «Ками-сама, до чего же она еще наивна. Даже не верится, что эта девочка прошла войну!» Бессознательным жестом Саннин заправил выбившуюся прядь розовых волос за ухо и пальцем приподнял ей подбородок. Впервые в жизни Орочимару захотелось кого-то успокоить, защитить от жестокости этого мира. Она смотрела на него с такой надеждой, ее огромные зеленые глаза проникали кажется в самую душу. Змеиный Саннин прижал куноичи чуть ближе к себе и продолжил: — Точнее не совсем. Я не отрицаю, что именно мои разработки по мутации вирусов и бактерий использовали в качестве основы, но, кто бы их ни украл, ему удалось еще более модифицировать исходный материал. — Пустите! Пропустите! — совсем недалеко от лаборатории кричал человек. Едва в помещение вошел самый преданный шиноби Отогакуре Осаму в сопровождении пожилого мужчины, Сакура тут же отошла от Орочимару, хотя ни от кого не укрылось это действие. Старик сразу же бросился в ноги Орочимару и со слезами в голосе запричитал: — Помогите! Господин, прошу вас, помогите! — он стоял на коленях и Сакура кинулась поднимать его с пола. — Что случилось? — девушка чувствовала, что мужчину всего трясет. — Моя семья! Они… они умирают…