О скелетах в шкафу

Два человека появились из ниоткуда у старого двухэтажного дома в пригороде Лондона. Дом был кирпичный, с серой крышей, припудренной снегом. Почти все окна ярко горели, из трубы приветливо поднимался дым. Во дворе, прямо напротив окон гостиной, стояла большая ёлка, украшенная мелкой белой гирляндой. Под ней расположился будто бы волшебный Вифлеем. Если бы прохожий присмотрелся, то заметил, что малыш Иисус сладко посапывал в колыбельке под сияние звезды и тихое пение Девы Марии. На дубовой входной двери висел еловый венок с большим красным бантом. Высокий мужчина постучал в дверь. Из дома тут же раздались радостный визг и топот детей. Дверь распахнул черноволосый мальчик девяти лет: — Северус! — завопил мальчик, — Я выучил весь состав зелья шатания! — Северус! — это уже второй мальчик, на два года младше брата, — Шахматы! Сыграешь со мной? — Пустите меня! — закричала бойкая рыжеволосая девчушка, расталкивая братьев. И дождавшись момента, когда Северус закончил пожимать мальчикам руки, потянулась к нему. Когда он с лёгкостью поднял её на руки, она привычно обхватила его за шею и поцеловала в щеку. — Я очень по тебе скучала, — проворковала она, доверчиво прижимаясь к нему. — А я по тебе, — слегка улыбнувшись, ответил Снейп. — Северус, представляешь, Эдриан научился делать на метле пике! Прям пшшш! Пыфпыфпыфпыф! — Майкл забегал по комнате перед проходящими в гостиную Северусом с Гарри, изображая полёт старшего брата. Джеральдина захихикала и прошептала на ухо Северуса: — Вообще-то он чуть не упал. Мама его остановила в полёте почти у самой земли. — Ябеда! — возмутился Эдриан. Сестра показала ему язык. Эдриан в долгу не остался. Комфортно доехав до гостиной, девочка слезла с рук и побежала к наряженной красными бантами и шарами ёлке. — Здравствуй, — поздоровалась с гостем Джинни. Она махала палочкой, заставляя посуду и салфетки вальсировать в воздухе. В камине ярко горел огонь. Пахло мясом и свежей выпечкой. Гостиная была просторной, с большим бежевым диваном, парой глубоких кресел и старым дубовым столом. На многочисленных окнах, выходящих в припорошенный снегом сад, висели тяжёлые бежевые шторы. — Я думала вы раньше будете, уже все готово, — сказала Джинни. — Небольшие дела, — пояснил Гарри, тут же начав расскладывать столовые приборы руками. Левитировать острые ножи и вилки в комнате с детьми было плохой идеей. — Надеюсь, все в порядке, — обеспокоенно произнесла Джинни, украдкой поглядывая на окружённого детьми Снейпа. Она знала его не первый год, и легко определяла, когда он бывал не в духе, а когда по-настоящему взбешён. — Вполне, — буднично ответил Гарри. И Гарри с Джинни понимающе переглянулись. Пока они накрывали на стол, Джеральдина притащила гигантскую красочную книгу сказок и довольно вручила её Северусу. — Почитай, мне, пожалуйста, — кокетливо захлопала она глазами, забираясь к нему на колени. — Ты же уже сама умеешь. — Я хочу, чтобы мне почитал ты, — хитро улыбнулась Джеральдина и прижалась к груди Северуса. Эдриан и Майкл, пререкаясь и споря, кто следующий играет с Северусом, устроились на подлокотниках его большого кресла и затихли, слушая старинную Рождественскую сказку. Закончив накрывать на стол, Гарри ждал начала ужина. Огонь уютно потрескивал в камине. Снейп тихо читал, неспешно шурша страницами. Дети слушали, затаив дыхание. В гостиной было тепло, уютно и светло. Последнее стало решающим при выборе нового дома. Когда родился Эдриан, Гарри и Джинни поняли, что дом на площади Гримо совершенно не подходит для маленьких детей. Угрюмый, холодный, тёмный. После месяца тщательного выбора, они, не раздумывая, купили этот старый дом в двадцати минутах езды от Рона и Гермионы. И ни разу не пожалели о своём выборе. Комнат было достаточно, чтобы разместить троих детей и ещё задержавшихся на ночь гостей, что случалось довольно часто. Иногда Джинни грозилась достроить еще большую веранду и пару этажей, но у неё все не доходили руки. Гарри же хватало и того, что было. Это был его собственный, а потому особенно любимый, дом. Тихий размеренный голос Северуса убаюкивал, и Гарри почувствовал, как расслабляется в тепле тело. Но не хотел торопить к столу. Дети любили Северуса, но редко называли дедушкой. Гарри и Снейп предпочли оставить информацию о родстве максимально секретной, а потому никак и нигде не афишировали её. Детей же посвятили в члены сверхсекретного общества, главой которого был Северус Снейп, а главным правилом: никогда не упоминать о родстве с главой секретного общества. Следуя этому правилу, Гарри не стал менять фамилию, хотя и переживал некоторое время, что вызывать у отца ассоциации с ненавистным школьным врагом не лучшая идея. — Перспектива объяснять всем, что же произошло между мной, Лили и Им нравится мне куда меньше, — ответил на эту обеспокоенность Снейп, безразлично пожимая плечами. По-началу ему комфортнее было называть сына просто по имени, избегая любых ассоциаций с Джеймсом. А пару лет назад иногда стал обращаться "мистер Поттер" в моменты ворчливого настроения. — Я знаю тебя под этой фамилией уже больше времени, чем Его, — пояснил тогда Снейп. — Мистер Поттер — это ты. Снейп редко называл по имени Джеймса, а Гарри не возражал. Он с уважением и благодарностью относился к Джеймсу, как человеку, отдавшему за него жизнь. Но особой симпатии ввиду понятных причин не испытывал. Когда закончилась сказка, пришло время ужина, а затем вручения долгожданных подарков. Гарри с Джинни уютно устроились на диване и с улыбкой наблюдали, как нетерпеливо пританцовывают дети около Северуса, призывающего подарки из небольшого бархатного мешочка. Эдриан Гэри получил серебряную ложку с длинной ручкой размера номер 3, о чем сразу рассказал всем. А потом весь вечер гордо расхаживал с ней в руках, планируя, когда и где применит. — Ура, — прокомментировала подарок Джинни, — а то он у меня уже все ложки столовые перетаскал для своих экспериментов. Снейп усмехнулся. Эдриан был невероятно дотошным мальчиком с очень богатой фантазией. Он желал докопаться до сути всего, что видит, в результате чего часто попадал в передряги. Снейп подозревал, что из Эдриана выйдет отличный зельевар, если тот научится чаще думать головой. Майкл Алан тут же уткнулся в подаренный иллюстрированный Травник Шотландии. — Лонгботтом сказал, что первый тираж раскупили за пару часов, — пояснил Северус. В отличие от брата, Майкл был спокойным любителем почитать. Гарри даже считал его излишне осторожным во многих вопросах. Однако был он и более чутким и внимательным к другим. Если Эдриан мог обидеть, не подумав о последствиях, то Майкл обдумывал чуть ли ни каждое слово. С возрастом он становился все более замкнутым, и чаще проводил время за книгами. Джеральдина Эванна завизжала от восторга при виде подаренной куклы, схватила и убежала к себе в комнату, не забыв при этом поцеловать Северуса в благодарность. Она была настоящим рыжим ураганом. Бойкая, озорная, самодостаточная. Она легко находила общий язык с людьми и завоёвывала их сердца за пару минут. Она умела читать в свои пять лет, даже варила пару зелий вместе с мамой. Но в то же время буквально искрилась детской непосредственностью и теплотой души. А ещё она была любимицей Снейпа и всегда щедро одаривала его поцелуями. — А это тебе, — Снейп протянул Джинни небольшой бумажный пакет. В нетерпении потирая руки, Джинни достала из пакета бумажный сверток, внутри которого оказались сухоцветы. — Австралийская календула! — обрадовалась Джинни. — Спасибо, она как раз закончилась. Мальчишки вечно травмируются. Снейп слегка улыбнулся, внимательно наблюдая, как Джинни извлекла из пакета небольшую деревянную шкатулку. Внутри сверкала россыпь перламутровых камней. — Полуночный лунный камень. Если я не ошибаюсь, — тут Снейп хмыкнул, — а я не ошибаюсь, его стружка широко используется в создании талисманов. — Спасибо! — Для тебя всегда. Джинни подмигнула ему, и он слегка улыбнулся. С ней его связывала отдельная история. Он был благодарен за открытое, но не навязчивое отношение к себе, высоко ценил ее умение парировать сарказм и слушать. За прошедшие годы было всякое, и счастливое, и тяжелое, но Джинни не изменяла своим принципам, оставаясь надежным другом для Гарри. Она была искренней, эмоциональной, но в нужные моменты умела собраться. Снейп мог придумать с десяток достоинств Джинни, но предпочитал не говорить о них. Просто всегда помогал советом или делом, когда ей требовалось. Миссис и мисс Поттер он отказать не мог. Да и не хотел. Гарри не успел до конца раскрыть свой подарок, когда в гостиную вбежала Джеральдина, прижимая к груди новую куклу. Она деловито уселась к Северусу на колени, посадила куклу перед собой и серьезно ей сказала: — Вот, Эмма, познакомься, это мой дедушка. Она лопотала что-то еще. Но Снейп ее не слушал. Он аккуратно провел рукой по длинным рыжим волосам и легонько поцеловал в макушку. Конец.