Comfortable.

Комвилл был одним из тех редких городишек, которые без спора можно назвать «уютными» или «приятными во всех отношениях». Наверное, поэтому основавшие его французы (а окончание «вилл» — исконно французское) и назвали его Комвилл, или Комфортный город. Здесь никогда не было очень холодно или очень жарко. Порой шёл грибной дождик, от которого становилось свежо; но чаще всего дул приятный ветерок с моря. В воздухе витали ароматы леса, цветов и солёной воды. Многоэтажек не было — только небольшие двух- или трёхэтажные домики, каждый из которых тонул в клумбах и других изысках ландшафтного дизайна. Неподалёку виднелось поле с несколькими мельницами, тоже купавшимися в цветах. Асфальтированные дороги не проложили — вместо них проходили каменные дорожки. Если вам нужно было попасть на другой конец города, где находились все нужные здания (больница, магазинчики, административные сервисы, кафе или театр), то велосипед — к вашим услугам. Марк Фишбах переехал сюда несколько лет назад, когда блеск гламура и фальши Лос-Анджелеса ему окончательно наскучил. И об этом выборе он не пожалел ни разу. Может, в Комвилле было не так и много занятий, но сама эстетика города завораживала и успокаивала его. В мегаполисе он постоянно бежал и торопился, но здесь… Здесь можно было не переживать о времени — в таком месте его, кажется, даже больше, чем где-либо. Да и тот факт, что в городке проживало всего два шоумена помимо него самого, его радовал: конкуренция поменьше, нет постоянного трепета и страха, что это какие-то заносчивые и невероятно известные люди. Местных он хорошо знал, даже дружил с ними и выступал в театре. В этом двухэтажном доме с балконом он обитал не один. В соседней комнате жил его лучший друг — Тайлер Шайд. Он работал официантом днём, а вечера проводил, одиноко бродя по городу или сидя за видеоиграми. Когда-то они с Марком снимали одну задрипанную квартирку в пригороде Города Ангелов, спали на двухъярусной кровати с плохими матрасами, а потом Фишбах предложил ему «отправиться хоть на край света — лишь бы подальше из этого клоповника». И как-то они наткнулись на Комвилл, этот рай на земле, и решили обосноваться здесь на последние деньги. -Каменнолицый Тайлер, что у нас сегодня на ужин? Парень напрягся, пытаясь не улыбнуться на это идиотское прозвище. -То, что найдёшь в холодильнике! — крикнул Шайд, лениво развалившись на кровати. -Я не хочу сырые яйца! -Так сходи в магазин и купи нам что-нибудь! Мой выходной не означает, что моя очередь идти! Марк фыркнул и посмотрел на приоткрытую дверь в конце лестницы. Видимо, Тайлер собирался устроить очередной марафон мультиков (или аниме с большим количеством пышных грудей и тонких трусиков — он тот ещё мультипликационный извращенец). Что ж, видимо, придётся идти за покупками одному, ещё и без списка. После этого Шайд начнёт ворчать, что из такого набора продуктов выйдет «что-то очень непредсказуемое, интересное и неперевариваемое». -А список? — крикнул Фишбах погромче. -Сам подумай. -Потом не жалуйся, что мы будем есть кукурузу с мидиями несколько дней подряд! -Плевать. Пожав плечами, Марк вышел из дома. Он больше предпочитал прогуливаться в сторону магазина, нежели нестись туда на велосипеде, на котором, по правде говоря, ездил с большим трудом, часто слетая с седла и падая на чей-то газон. Едва ли можно на скорости разглядеть все архитектурные красоты Комвилла: клумбы, пастельные здания, расползавшийся по стенам вьюнок. Как вечный курорт, с которого не хочется возвращаться в серый унылый город. Благословение жить здесь. Быстро пробежавшись по магазину и набрав пару пакетов продуктов, Фишбах направился обратно, весело крутя ручки сумок на пальцах и мурлыкая застрявший в голове мотивчик. Он только решил открыть калитку к своему дому, как заметил нечто любопытное на дороге. Донеся сумки до крыльца и оставив их у двери, Марк стремглав помчался к объекту своего любопытства. На камнях лежала тощая фигурка в грязной одежде, свернувшаяся в комочек и издававшая жалобные стоны. Карие глаза заблестели — кто мог сотворить такое с беднягой? Он подошёл поближе и критически осмотрел чужака: бледный, отощавший, с ранами на стиснутых в кулаки руках и лице, в порвавшейся испачканной одежде, в разбитых ботинках. -О боже мой… — Фишбах присел на корточки. — С тобой всё в порядке? В ответ послышалось тяжёлое хриплое дыхание и тихие стоны. Снова оглядев незнакомца с ног до головы, Марк пришёл к следующему выводу: -Судя по всему, ты долго шёл, совсем оголодал и поранился? — в голосе парня послышалась забота. — Бедолажечка. Давай помогу? Надо отвести тебя к доктору. Он поднялся на ноги и протянул незнакомцу руку, но тот зажмурился и попытался отвернуться. Возможно, он испугался напористого местного жителя. Марк покачал головой и грустно улыбнулся. -Эй, не бойся. Не нужно. Всё хорошо. Я не буду делать тебе больно, только помогу. Обняв незнакомца за плечи, шоумен попытался поднять его на ноги. Послышалось сдавленное шипение. Видимо, с руками тоже что-то не так. Приложив ещё некоторые усилия, Марк поднял его на ноги. -Фух… Так-то лучше. Перекинув руку отощавшего бедняги через своё плечо, чтобы помочь ему дойти, Марк трепетно взглянул на поникшую голову. Парнишка выглядел совсем измождённым, словно он вот-вот потеряет сознание или умрёт. Его глаза покраснели, будто он плакал какое-то время, а под ними пролегли синяки от недосыпа. Через что он только прошёл?.. Не успел Фишбах построить теорию касательно трудной жизни незнакомца, как тот споткнулся на ровном месте и едва не рухнул, как подкошенный, но крепкая мускулистая рука придержала его. Из обветренных губ вырвался мучительный стон. -Видимо, сам дойти ты не сможешь. — озадаченно произнёс Марк. — Хм… Выглядишь маленьким и лёгким. Думаю, я смог бы донести тебя. Стой и не шевелись. Попытавшись нанести как можно меньше вреда очередными прикосновениями к больному телу, Фишбах поднял парнишку и прижал к себе. Через несколько секунд у того закрылись глаза, запрокинулась голова и повисли конечности. Марк в ужасе смотрел на умирающего в его руках незнакомца, затем прибавляя шаг и уже не любуясь местной архитектурой. В его руках была судьба — если остановится или замедлится, то можно рыть могилу и ставить крест. Фишбах преодолел расстояние от своего дома до больницы чуть ли не вприпрыжку за несколько минут. Его лицо покраснело под цвет волос и клетчатой рубашки, когда он вбежал в прохладный холл больницы. К счастью, там сидел один из хороших знакомых парня, а по совместительству доктор — Мэттью Патрик. Наверное, в любом американском сериале о больницах или поликлиниках есть сногсшибательные очаровательные врачи, может, не всегда приятные и крайне заносчивые, но только не Мэттью Патрик. Это был самый добрый и невероятно обаятельный врач с широченной белоснежной улыбкой. Так всегда улыбаются люди, которые прошли через многое. И до жизни в Комвилле он повидал достаточно дерьма в жизни, пытаясь угнаться за своими мечтами в мегаполисе и практически живя в шкафу, пока, умирая от голода и выступая в самых низкопробных мюзиклах, он не решил бросить всё и, ради своей жены, переехать. На последние деньги они отправились в дорогу, пока не оказались здесь. Администрация города, узнав о грустной истории четы Патрик, дала им домик, в котором они жили и по сей день. Мэттью был повыше Марка, уже не такой тощий, как несколько лет назад, но и не разжиревший, несмотря на любовь к сладкому и диетической коле: работа не давала сильно набрать лишний вес. В его карих глазах блестел безумный гений, из-за которого он выглядел умным, но при этом таинственным. Его тёмные волосы были зачёсаны на одну сторону, а несколько прядей иногда падали на лоб, но врач возвращал их пятернёй назад. Губы часто озарялись широченной улыбкой, так что служили не более чем рамкой к белоснежным зубам. Прямой нос часто обгорал на солнце, и Мэтт несколько дней терпел, как Стэф — его жена и лучший друг — мажет его кремом от ожогов. А его подбородок словно принадлежал Элвису Пресли. -Мэтт? — позвал Марк запыхавшимся голосом. -Привет! — ответил врач приятным тенором. -Посмотри! Я… я нашёл его на дорожке у своего дома. -Стэф, дорогая, каталку! — Мэттью махнул своей жене, сидевшей на краю стола. Девушка мигом соскочила с места и так же быстро привезла то, о чём просил её муж. -Клади сюда. — Мэтт кивнул на каталку. Марк, приложив некоторые усилия, водрузил тельце сверху. Патрик взял фонарик, открыл глаз пострадавшего парнишки и посветил на зрачок. Сузился. Значит, жив. Просто без сознания. -Стэф, бери Эми и подготовьте паренька к осмотру. Можете попросить кого-нибудь из медбратьев помочь — я не возражаю. Девушка кивнула и быстро произнесла: «Да, сэр!», после чего, взяв с собой невысокую блондинку, Стэфани увезла каталку в направлении палат. -Итак… Говоришь, он был на дорожке возле твоего дома? — озадаченно спросил Патрик. -Да. Он… Просто лежал и стонал. Я думал, дойдёт сам, если помогу, но через пару метров он едва не свалился. -Интересно. — вздохнул Мэттью. В это время Стэф и Эми завезли парнишку в комнату с душевыми кабинками и принялись снимать с него старую порванную одежду. Бледная кожа была покрыта грязью, застывшей кровью, синяками и ранами, волосы слиплись, а концы чёлки прилипли к порезу на лбу. Эми, ещё не видевшая таких пациентов, вздыхала и качала головой в ужасе и сожалении о том, что случилось с парнем. Стэф же старалась справиться быстрее, чтобы не потерять жизнь, с таким трудом державшуюся в истощённом теле. Приложив немного усилий, девушки донесли пациента до кабинки и включили тёплую воду. Эми держала парнишку, пока Стэфани приводила его в порядок и оттирала грязь от ран. Некоторые из них начали кровоточить. Послышались сдавленные стоны. -Эми, полотенце. Я подержу его. Блондинка быстро достала полотенце и принесла шатенке. Они завернули пациента и вновь положили его на каталку. Стэф пошла за одеждой, оставив Эми присматривать за парнишкой. Стоило двери закрыться, как мутные голубые глаза приоткрылись. Из слегка простуженного горла вырвался глухой всхлип. -Г-где я? — спросил шёпотом пациент. -В больнице. Бедняга… Как тебя зовут и сколько тебе лет? — заботливо произнесла Эми. -Итан. Д-двадцать лет. — Нестор поёжился и попытался притянуть колени к животу. -Ш-ш-ш, не двигайся. Всё хорошо. Стэф сейчас принесёт одежду, и мы отвезём тебя к доктору. -Воды, п-пожалуйста? Не успела медсестра налить стакан прохладной аш-два-о, как Итан снова потерял сознание. Дверь открылась, и вошла Стэф со стопкой вещей в руках. -Стэффи, он пришёл в себя на пару секунд… — с жалостливой улыбкой сообщила Эми. -Сказал что-нибудь? — шатенка принялась быстро одевать Нестора в нежно-розовую футболку и светло-серые джинсы — некоторые из тех ненужных вещей, которые им приносили жители города в качестве благотворительности. -Его зовут Итан, 20 лет. -Что-то ещё? -Попросил попить. -Нужно поторопиться. Мэттью уже ждёт. Патрик выпроводил напуганного взволнованного Марка восвояси. Каталка въехала в смотровую, Патрик уже вымыл руки и надел резиновые перчатки. -Что? Готов? — спросил врач серьёзным голосом. -Вполне. Вперёд, Доктор Пэт. — Стэффани усмехнулась. -Будешь ассистировать. — шатен улыбнулся. -Кстати, его зовут Итан, 20 лет. Он очнулся ненадолго… Попросил воды, но потом снова отключился. -Истощение налицо. Придётся ставить капельницу. Ушибы… Гематомы… Раны. Либо он упал с большой высоты, либо его нехило избили. Дезинфектор, мазь и много бинтов, Стэф. Возможно, бокал вина после такой работы. А, может, и бутылку. Марк уныло брёл домой. Ни пастельный экстерьер зданий, ни архитектура, ни флора не привлекали его внимания. Все его мысли были о грязном измученном парнишке, лежавшем на дорожке возле его дома. Что с ним случилось? Почему именно здесь? Поправится ли он? А что случилось бы, если бы Марк не вышел в магазин, а вместо него был Тайлер? Наверняка просто пожал бы плечами, зашёл в дом и констатировал: «Знаешь, там, кажется, труп». Да ладно… Старина Тайлер не может быть таким бесчувственным пнём. Он, может, и каменнолицый однословный Тайлер, но у него большое сердце. И идиотский смех. Толкнув дверь боком, Фишбах вошёл в дом. На кухне слышалась возня. Шайд стоял у плиты, держа лопатку в зубах и жаря что-то в сковородке. Почувствовав, что его друг стоит в дверях и смотрит на него, Тайлер медленно вытащил предмет изо рта и искоса взглянул на Марка. -В следующий раз, когда уходишь погулять и не успеваешь дотащить продукты до дома, просто постучи в дверь. Погромче. Я спущусь и заберу. -Да, извини… -Плевать. Ничего не испортилось. — хмыкнул он. — Где тебя носило? -История странная произошла… -Ну? -Я как раз вернулся, хотел занести еду домой, но на дороге увидел что-то. Подошёл. Это оказался парнишка, совсем юнец, лет шестнадцать, наверное. Он лежал и стонал. И я решил отвести его к Мэтту. Мальчишка и двух шагов не сделал, как решил поддаться законам физики… В общем, мне пришлось нести его, а он потерял сознание по дороге. Тайлер покачал головой. Активно жестикулировавший Марк, сбивчиво рассказывающий о таком… Что может быть абстрактнее и экстраординарнее? История похожа на какую-то галлюцинацию, потому что в Комвилле нет бродяг, валяющихся на дорогах. -Эй, я знаю, что ты думаешь, что я окончательно свихнулся, но я серьёзно говорю! Он страдал. Возможно, он бы погиб, возьми я ещё минуту на раздумья! Эй-эй! Тай, неужели ты бы бросил кого-нибудь вот так умирать? Шайд отвернулся к сковородке и пожал плечами. -Да ладно. Окажись ты моём месте, ты бы точно не оставил мальчишку! Тем более, в таком состоянии! -Ты уверен, что ему нужна была твоя помощь? — отрешённо спросил Тайлер. -Конечно! Он стонал! Да ладно, не говори мне, что ты думаешь, что он мучился от похмелья! На нём живого места не было! -Если только «живого места не было». — безразлично произнёс Шайд. Марк пробормотал что-то о том, насколько несправедлив его друг, и ушёл в свою комнату. Тай снова покачал головой и тихо вздохнул. Иногда Фишбах был невыносимой Матерью Терезой.