Щепотка ревности

Дни неспешно сменяли друг друга. Универ. Домой. Встретиться с Тимом. Размеренная жизнь Ники была в самом разгаре. Макс, наоборот, попал в самый эпицентр событий, активно вычисляя подноготную одной организации. Он настолько погрузился в поиск нужных людей, зацепок и фактов, что, казалось, совсем забыл и про девушку, и про учебу. Одним воскресным утром его разбудил звонок телефона. Макс сонно щурясь, недовольно оглядел свою гостиную, недоумевая почему уснул здесь, а не в кровати, и, наконец, разглядел черненькую панель сотового. - Мааакс...- раздался взволнованный голос. Сон как рукой сняло. - Леха? В чем дело? Тот прерывисто вздохнул и быстро протараторил: - Я ехал с работы в автобусе и оставил там свою барсетку...! Макс поморщился, ожидая худшего. - Что в ней было? - Всё! Деньги, карточка, ключи, документы... Всё! - И паспорт? - И паспорт...! Парнишка едва не рыдал. На заднем фоне было слышно трение шин об асфальт. - Как добраться до дома не знаю, как в квартиру попаду тоже... - Ты где-то на трассе? - Да, Северный обход. - Надеюсь, телефон хоть не разряжен? - Нет, еще сорок процентов... - Понял, сейчас выезжаю. Перезвоню ближе к тебе. Мотоцикл, его верный конь, множество раз им лично пересобранный, мчал по пустынным улочкам. Восходящее солнышко светило прямо в лицо, а холодный майский ветер так и норовил сбросить наездника. Поворот влево, байк кренит на сорок градусов вбок, желая придавить к земле, но мгновение и они вновь несутся в вертикальной плоскости, как ни в чем не бывало. Как же это Максу нравилось. - Я на объездной,- прокричал брюнет в блютуз-гарнитуру,- Ты где? - Неподалеку от лукойловской заправки. За ней отворот еще есть. - Понял. Друг, увидев приближающийся мотоцикл, замахал руками. Хотя нужды в этом уже не было - тот и так уже сбавлял скорость. В голове Макса вертелось несколько подколок, но заметив дрожащие руки рыжеватого, он их придержал. - Макс... - Тебе только зареветь не хватало. Возьми себя в руки и поехали. Леха медленно кивнул и сел сзади. - А куда? Макс тронулся с места. Леха действительно был как ребенок. Столь же наивно ждал помощи от окружающего мира. Вот что бывает, когда растешь в уютном домашнем мирке, куда тревоги попросту не пробиваются. И вот, что случается, когда оказываешься один на своем попечении. - А тебе куда надо? - Я думал, ночь подождать, а утром понедельника подать заявление в полицию. Рука Макса непроизвольно сжалась на тормозе, и их резко тряхнуло. Брюнет выровнял байк, а после все же съехал на обочину. - Лех. Ты хоть понимаешь, что потерял ключи вместе с паспортом. В котором указана твоя прописка. И что, если барсетка попала в плохие руки, то квартиру уже может быть грабят! Об этом ты не подумал? А ты собираешься ждать целый день?! Рыжеватый, судя по округлившимся в ужасе глазам, впечатлился и домой заторопился. - И что делать? Выбить окно на балконе? - Я бы для начала в депо позвонил, может барсетка так и лежит в автобусе. А потом - да. Либо дверь, либо окно. И смену замка, на всякий случай. Про банк не забудь. Ту карточку надо заблокировать. Леха снова понятливо кивнул. - У меня через час еще одна встреча, а после я подъеду. Договорились? *** - Ань! Я, кажется, нашла! Белокурая девчонка тут же подлетела к компу, чуть не облив Веронику горячим чаем. - Ну, Аня! Аккуратнее! - Пей, это тебе, специально с малиной заварила. На экране была открыта вкладка со стильными мужскими часами в металлическом корпусе. Аня придирчиво прищурилась, всматриваясь. - Ник, вроде это те самые... Как на витрине... Да! Точно, они! Ты нашла!!! И девушка, восторженно вскрикнув, бросилась подруге на шею. - Тише ты, задушишь! - Как думаешь, они понравятся Вите? - Думаю, да. Только часы ведь на день рождение не дарят. - Значит, мой подарок точно не повторится! - широко улыбнулась Аня,- Сама же знаешь, народу в клубе соберется много, а я хочу, чтобы именно мой подарок запал в душу. - Анют, эти часы великолепны. Я б на его месте прыгала до потолка, а тебя, обладательницу столь идеального вкуса, позвала на свидание. Кстати, красотка, что у тебя с платьем? Аня насупилась. Подходящее платье она в этот Новый год облила красным вином. А когда заметила, то отстирать не смогла. Пятно смотрелось черным на фиолетовом шёлке, и было в области солнечного сплетения - то есть в самом центре. - Надо новое покупать, старое я испортила. Блин, тогда на часы может не хватить... - Надень, я посмотрю. Аня ускакала за платьем, а Вероника поморщилась - голова так и не проходила. Ныла, сдавливала со всех сторон, ежесекундно напоминала о себе. - Вот, смотри. Видишь, пятно небольшое, но заметное! Однотонное темно-фиолетовое платье прекрасно сидело на девушке, выделяя и хорошую фигуру, и светлые прямые волосы. Чисто-белый пояс перетягивал талию и волной свисал до края воздушного подола. Но пятно все портило. Ника перевела взгляд на старенькую кружевную тюль на окнах. Подошла к ней, оттянула в сторону. - А если, мы его немного изменим? - Платье? Как? - Найдем белую, в цвет к поясу, плетеную сеточку с рисунком, ну там с бабочками или цветами... И аккуратно пришьем сверху на лиф, - Ника показательно прислонила тюль к темному шелку платья, оценивая,- Одно из украшений разместим над пятном и его не будет видно. Что думаешь? - А низ? - спросила опешившая девушка. - А низ оставим однотонным. Как и рукава. - Я плохо представляю, что получится, но я знаю, что ты плохого советовать не станешь. Ника расплылась в довольной улыбке. - Итак, я рада, что вы заказали платье в нашей фирме "Криворучка"... Подруга вовсю хохотала, едва не падая на диван. - Для предоставления услуг вам необходимо, во-первых, снять платье, чтобы не вылить на него что-нибудь еще вроде чая, а, во-вторых, внести предоплату в виде одной таблетки цитрамона. Аня сразу же посерьезнела. - Значит чай не помог? Ника отрицательно мотнула головой: - Не парься так, это из-за погоды. Завтра обещают похолодание до минус пяти. - Блин, только ветровку достала... Минут через двадцать девушки были в ближайшем текстильном магазинчике, где приятного вида женщина разложила по всему прилавку кружева из различной ткани и всевозможных цветов, а еще через тридцать довольные покупкой вышли на улицу. Солнышко радостно озаряло своими лучами город, поднимая всем настроение. На небе медленно плыли белые чистые облака, похожие на странных зверей: пузатых, воздушных. - Давай погуляем? Вопрос прозвучал так естественно, звонко оставив в воздухе свежий весенний след. - Давай. Вдруг зазвенел мобильный. Ника взглянула на экран: мама. - Мама про торт вспомнила,- с улыбкой пояснила Ника, вспоминая сегодняшнее утро. Мама вскочила ни свет, ни заря и сразу начала печь торт. Кастрюли гремели, ложки снова и снова падали на пол, хлопал дверцей холодильник... Так было всегда, когда мама увлекалась каким-либо грандиозным блюдом. Это был ее творческий порыв. Разбуженной дочери она объяснила, что не хочет идти в гости с пустыми руками, а еда из магазина - "без души". А погрузившись в создание шедевра, женщина забыла про время, и когда настала пора выходить - носилась по квартире, не хуже биатлонистов, но вот торт в итоге оставила в холодильнике. На звонок не ответила, и Ника написала, чтобы звала гостей к себе домой, на чай. - Алло, мам, так пригласи... - Добрый день, вы дочь владелицы этого телефона?- в трубке раздался властный мужской голос. - Да... - Как ваше имя? - Вероника... А... - Присядьте, пожалуйста. Ваша мать в настоящее время находится в реанимации третьей городской больницы. Вы не могли бы подъехать? - Что с ней?- беззвучно прошевелила губами Ника: голос исчез, но девушка этого даже не заметила. А мужской голос продолжал говорить в трубку. - Мне нужно, чтобы вы привезли ее полис и другие медицинские выписки, если они у вас есть... Девушка, вы меня слышите? Перед глазами стелился ровный туман. Да и сама она была погружена в него. А иначе как объяснить, что голос из сотового звучал все глуше и глуше. И все вокруг замедлилось. Пакет с тканью, как-то заторможенно долетел до земли, выпав из ослабевших рук. Аня, как в замедленной съемке, дергала Веронику за плечи. Не будь этого странного оцепенения, Ника бы даже оценила кадры...с творческой стороны. Но пустота съедала все эмоции. - Шеверёва? Внезапно чья-то крепкая рука прижала ее. Вторая начала поглаживать по голове, но не чувственно, а так непосредственно, как само собой разумеющееся, словно успокаивала маленького неразумного ребенка. Макс? Мелькнула в голове мимолетная безумная мысль. И сразу стало спокойней. И уверенней. И горы, как бы, стали по плечу. И если бы она сейчас была в себе, а не в том тумане, то сразу же отогнала эту маленькую мысль, запретила себе даже думать об этом. И чувствовать этот подъем сил. И эту легкость. Но... туман и пустота. - Все хорошо. Все будет хорошо,- приговаривали рядом. Ника подняла голову, всматриваясь в мужчину, пришедшего на помощь, и медленно возвращаясь в сознание. Николай Николаевич, преподаватель, которому "надоело читать лекции", невозмутимо отстранился: - Ну как? Тебе лучше, Шеверёва? - Да... - Ты не бойся. Я смотрю - моя студентка стоит, вся бледная и едва в обморок не падает. Что случилось, расскажешь? Вероника отрицательно мотнула головой. - Извините, мне бежать надо. Спасибо. *** Кабинет был освещен неравномерно. На ту часть для посетителей, что располагалась ближе ко входу, уходило до девяносто процентов света. И совсем малая часть, поддерживаемая двумя тусклыми светильниками, и то висевшими на стенах, оставалась хозяину комнаты. Это было удобно, так как даже редкие посетители, ослепленные яркими красивыми лампами, не видели полностью лица, если только его очертания. Так что Герман и в прямом, и в переносном смысле всегда оставался в тени. И даже сейчас, когда перед ним находился его же секретарь ничего не менялось. - Босс, мы сделали все, что могли, но ничего не изменилось, - Влад заискивающе улыбнулся и спросил,- Может пора ее убрать? Герман задумчиво молчал, призывая секретаря продолжать. - Она ставит под угрозу все наше существование! А этот мальчишка! Он же пытается обвести вас вокруг пальца! Устроил спектакль с подставными актерами. И играет в него до сих пор! Внезапно Герман его прервал. У него был неторопливый тихий шелестящий голос, но очень проникновенный, даже, казалось, что он раздается не от человека, а сразу напрямую в голове. Интонация чаще тоже отсутствовала, он говорил ровно, холодно, безжизненно. И это пугало. - Так ты боишься, что тебя изобличат? Он не собирался высказывать своего мнения. Но собирал чужие и делал из них выводы. Чтобы в последствие долго-долго анализировать. И сделать верный ход. Или резко ударить разозленной коброй. - Я боюсь, что раскроют не только меня, но и нашу кампанию. Вы же знаете, я за нее горой встану... Герман кивнул головой, запоминая, чтобы когда-нибудь вернуть ему его же слова. - Я на все готов, чтобы "Кровь" процветала...- он говорил что-то еще в подобном духе, не особо имевшем смысл,- Надеюсь, Вы еще вспомните мои заслуги. - Непременно... Это все? Влад озадаченно приоткрыл рот. - А... что делать с Максом и его девкой? - Девушку не трогать до моего приказа. Макса я выслушаю. После посмотрим... Все, можешь идти. И дождавшись, когда вновь останется один, он продолжил повисшую неоконченной фразу: - На парня у меня слишком большое будущее. *** В больницу Ника вбежала не сбавив шага, стрелой поднялась на третий этаж и позвонила в звонок у запертой двери отделения реанимации и интенсивной терапии. Внутрь не пускали. И не важно в бахилах она была, в халате ли... Не положено, и точка. Врач вышел к ней сам. - Вы - Вероника?- практически утвердительно спросил мужчина голосом из телефона. Ника кивнула: - Что случилось с мамой? - У вашей матери случился крупноочаговый инфаркт миокарда в то время, когда она была на улице. Ей и вам крупно повезло, что ее состояние заметил неравнодушный гражданин и вызвал скорую. Вы принесли документы? Ника вздрогнула. - Да. А как сейчас она себя чувствует? - Состояние постепенно стабилизируется. Проводится плановая терапия. Ведется постоянное наблюдение за гемодинамикой. Он объяснял это не в первый раз, даже не в сотый. И раз за разом вкладывал в свои слова максимум вежливости, профессионализма и авторитета. Но Вероника это слушала впервые. - Я не понимаю...- убито прошептала она. - Девушка, успокойтесь. Самое страшное уже позади,- заговорил врач обыденными словами, - Скорую вызвали вовремя, а в этом диагноза самое важное - время. Ваша мама поправится, но сейчас ей необходим полный покой. Как физический, так и душевный. - Значит я не могу ее увидеть? - Увы. Несколько дней она пробудет здесь, позже я подниму вопрос о переводе в кардиологическое отделение. А сейчас, извините, но я должен идти. Документы, пожалуйста. Ника протянула пакет с документами, слепо вверяя их ему, и уже собралась уходить, но еще один вопрос (один из многих) сильно мучил. - Простите. А кто вызвал скорую? - Этого мне неизвестно. Поблагодарив доктора, девушка покинула больницу. Спасибо тому человеку, который позвонил! - эйфорично взлетела мысль, чтобы тут же быть пораженной другой: что было бы если он просто прошел мимо... В большинстве люди, замечая упавшего на землю прохожего, ссылаются на чрезмерно выпитый им алкоголь, особенно если одет он неприглядно. На наркотики. На неопределенное место жительства. И идут дальше. Или думают, что им и так помогут. Только кто-нибудь другой, а не они сами. И спешат по своим таким неотложным срочным делам. Которых даже жизнь не стоит. А как бы поступила Ника?