Книги про Гарри Поттера.

— Глава 3. Письма невесть от кого — прочитал Сириус. — Ставлю сто галлеонов, что это письма из Хога! — Боже, Сири, мы и так тебе верим! — Окей.. Гарри никогда еще так не наказывали, как за историю с бразильским удавом. Когда ему наконец разрешили выходить из чулана, уже начались летние каникулы, — И почему я даже не удивлена? а Дадли уже успел сломать новую видеокамеру, разбил самолёт с дистанционным управлением и, — Лилс, а это что? — спросил Сириус, и все, кроме Люпина и Меды, с любопытством взглянули на Поттер. — Хмм... Там, наверное, еще достаточно магловских вещей? — Да. — Давайте так, вы записываете то, что не понимаете и по прочтению главы я буду разом все объяснять, а может и показывать! Идёт? — спросила Лили и, получив несколько согласных кивков, сказала. — Тогда продолжим. в первый раз сев на новый гоночный велосипед, умудрился врезаться в миссис Фигг, переходившую Тисовую улицу на костылях, и сбить ее с ног, так что она потеряла сознание. — Мерзавец! — Угу, и Туни наверняка этого не заметила! — Разумеется, Лили, как же ты могла подумать обратное?! — в притворном ужасе воскликнула Меда, чем вызвала улыбку у Лили и Цисси. Гарри был рад, что занятия в школе закончились, но зато теперь ему негде было скрыться от Дадли и его дружков, которые каждый день приходили к нему домой. И Пирс, и Деннис, и Малкольм, и Гордон — все они были здоровыми и безмозглыми, но Дадли был самым здоровым и самым безмозглым, и потому именно он считался их предводителем и решал, что будет делать вся компания. И вся компания соглашалась с тем, что следует заняться любимым спортом Дадли — охотой на Гарри. — Только пусть попробуют.       Сказал Джеймс таким тоном, что у присутствующих пробежали мурашки по спине. У всех, кроме Сириуса, и он решил продолжить. По этой причине Гарри проводил как можно больше времени вне дома, шатаясь неподалеку и думая о том, что не так уж много времени осталось до конца каникул, откуда ему светил крошечный лучик надежды. В сентябре он должен был пойти в среднюю школу и наконец-то расстаться с Дадли. Дадли перевели в частную школу, где когда-то учился дядя Вернон, — в «Вонингс». Кстати, туда же устроили и Пирса Полкисса. А Гарри отдали в самую обычную общеобразовательную школу, в «Хай Камеронс». — Ну и названия! Дадли это показалось невероятно смешным. — В этой школе старшекурсники в первый же день засовывают новичков головой в унитаз, — сразу же начал издеваться Дадли. — Хочешь подняться наверх и попробовать? — Нет, спасибо, — ответил Гарри. — В многострадальный унитаз никогда не засовывали ничего страшнее твоей головы — его, бедняжку, может и с тошнить. — Ну и Сохатик, ну и молодчина! - Сквозь смех пролаял Сириус. Он как и другие смеялся над этой шуткой. И напряжение снова исчезало, как по волшебству. Сказав это, он пустился наутёк раньше, чем до Дадли дошёл смысл сказанного. — Если этот боров вообще понял хоть что-то! — сказал Джеймс, улыбаясь. Одним июльским днём тётя Петуния вместе с Дадли отправилась в Лондон покупать для него форменную одежду, которую носили ученики Смелтингс, оставив Гарри под присмотром миссис Фигг. У неё было не так ужасно, как обычно. Оказалось, что миссис Фигг сломала ногу, споткнувшись об одну из своих кошек, и, похоже, её любовь к ним слегка поостыла. Она позволила Гарри смотреть телевизор и угостила кусочком шоколадного кекса, который на вкус был таким, будто ему было несколько лет. — Если я не ошибаюсь, то была семья с фамилией Фигг, и у них была девочка сквиб. — задумчиво сказала Цисси. — Да, я что-то помню из этих ужасных уроков «чистокровности», которые проводила моя мать. — Да, я тоже, они вроде были в очень дальнем родстве с Поттерами и Блэками. — Подожди, Меда, ты имеешь в виду тех, которых посадили в Азкабан за нарушение Статуса? — спросила Лили. — Да. — Хм, я помню она приходилась моей бабушке пятиюродной сестрой по отцу. — Тогда странно, что она, зная как обращаются с Гарри об этом никому не говорила! — Хм, — подал голос Ремус. — Нарцисса, а ты уверенна, что никто не знал?!       После этого высказывания в гостиной стало необычайно тихо. Все понимали, что если Дамблдор знал об этом, то все встаёт на свои места. — У меня появился еще один повод поговорить с Дамблдором по душам. — почти прорычал Джеймс. — Джеймс, я тоже в шоке, но может это не правда?! — Эванс, ты серьезно веришь в свои слова! — Во-первых, я уже год как Поттер, а во-вторых, у нас нет доказательств, Сири! — Хватит ссориться, есть идея получше, — прервала их Меда. — Лучше запоминайте что-то, что покажется подозрительным, и в конце книги мы все обсудим, идёт?!       Все согласно кивнули, и Сириус продолжил читать. В тот вечер Дадли гордо маршировал по гостиной в новой школьной форме. Ученики «Вонингса» носили темно-бордовые фраки, оранжевые бриджи и плоские соломенные шляпы, которые называются канотье. Ещё они носили узловатые палки, которыми колотили друг друга за спинами учителей. Считалось, что это хорошая подготовка к той взрослой жизни, которая начнется после школы. — А ну разумеется, все по улицам ходят с палками и дубасят друг друга! Как я могла забыть. - С сарказмом протянула Лили. Ей ответили мрачными ухмылками. Глядя на Дадли, гордо вышагивающего в своей новой форме, дядя Вернон ужасно растрогался и ворчливым голосом — ворчал он притворно, пряча свои эмоции, —заметил, что это самый прекрасный момент в его жизни. Что же касается тети Петуньи, то она не стала скрывать своих чувств и разрыдалась, а потом воскликнула, что никак не может поверить в то, что этот взрослый красавец — её крошка сыночек, ее миленькая лапочка. А Гарри даже боялся открыть рот. Он изо всех сил сдерживал смех, но тот так распирал его, что мальчику казалось, что у него вот-вот треснут ребра и хохот вырвется наружу.       Сейчас же у тех кто сидел в гостиной такой проблемы не было, и каждый с помощью смеха сбрасывал напряжение. — Да, все же хорошо, что у Гарри чувство юмора от Джимма! — Лилс?! — Ой, я это в слух сказала? - Спросила Лили с таким выражением лица, что Цисси и Меда, которые уже более или менее успокоились, не выдержали и начали смеяться еще громче. — Видела бы нас мама... — протянула Меда. — Эх, и не говори! — Уважаемые мадам, могу ли я продолжать? — Разумеется, сударь! Когда на следующее утро Гарри зашёл на кухню позавтракать, там стоял ужасный запах. Как оказалось, он исходил из огромного металлического бака, стоявшего в мойке. Гарри подошел поближе. Бак был наполнен серой водой, в которой плавало нечто похожее на грязные тряпки. — Что это? — спросил он тетю Петунью. Тетя поджала губы — она всегда так делала, когда Гарри осмеливался задать ей вопрос. — Твоя новая школьная форма. Гарри снова заглянул в бак. — Ну да, конечно, — произнес он. — Я просто не догадался, что ее обязательно нужно намочить. — Хех, не уверена, что Туни понимает сарказм! — А ты уверена, что она хоть что-то понимает?!       Спросила Цисси, на что Лили ухмыльнулась. — Да, блин! Вы мне значит перебивать запретили, а сами! — Ну, сейчас ты читаешь и перебить не можешь! — А ещё мы перебиваем по делу, и чтобы ты понял какого это, если тебя перебивают! Понятно?! — Понятно то, что с вами бесполезно спорить! - Сказал Блэк, закатив глаза. И продолжил чтение. — Не строй из себя дурака, — отрезала тетя Петунья. — Я специально крашу старую форму Дадли в серый цвет. Когда я закончу, она будет выглядеть как новенькая. — Подожди, у них есть дом, машина, деньги, и они не могут купить моему сыну новую форму?! Ах они су... — Джеймс! — вскричала Лили. — я полностью с тобой согласна, но вообще-то в комнате есть дамы! — Агрх, ладно! — сказал Джим и скрестил руки на груди. — Ну не обижайся милый! — Я и не обижаюсь. — Ну ладно.— сказала Лили и обняла мужа.       Когда конфликт был решен Сириус продолжил: Гарри никак не мог в это поверить, но решил, что лучше не спорить. Он сел за стол, стараясь не думать о том, как будет выглядеть в свой первый день в «Хай Камеронсе» —наверное, так, словно вырядился в обрывки полусгнившей шкуры мамонта. — После этой главы мы едем к Туни. И точка. — Спокойно произнесла Лили, но огню в глазах все поняли что Дурслям придется не сладко. В кухню вошли Дадли и дядя Вернон, и оба сразу сморщили носы — запах новой школьной формы Гарри им явно не понравился. Дядя Вернон, как обычно, погрузился в чтение газеты, а Дадли принялся стучать по столу форменной узловатой палкой, которую он теперь повсюду таскал с собой. — Ни-ка-ких манер — отчеканила Цисси. Из коридора донеслись знакомые звуки — почтальон просунул почту в специально сделанную в двери щель, и она упала на лежавший в коридоре коврик. — Что?! — Ну, у маглов так доставляют почту, поэтому они и были удивленны совам в первой главе, — ответила Лили на возглас Джима. — хотя в Средние века маглы доставляли почту голубями, но... — Лили, не устраивай тут урок истории! — перебил ее Сириус. — Я вообще могу молчать!       Вскинулась Лили и надулась, при этом она выглядела настолько забавно, что Цисси не удержалась и засмеялась, ее смех подхватили другие. — Принеси почту, Дадли, — буркнул дядя Вернон из-за газеты — Он сказал сделать что-то Дадли? Я сплю, ущипните меня! — наигранно удивился Блэк. — Ай, я же пошутил! — Пошли за ней Гарри. — Гарри, принеси почту. — Ан, нет, все нормально! — Сириус, ты умудряешься перебивать сам себя! — Пошлите за ней Дадли, — ответил Гарри. — Хех, Сохатик! — Тыкни его своей палкой, Дадли, — посоветовал дядя Вернон. — Обычный день, обычной семьи. Гарри увернулся от палки и пошел в коридор. На коврике лежали открытка от сестры дяди Вернона по имени Мардж, отдыхавшей на острове Уайт, коричневый конверт, в котором, судя по всему, лежал счет, и письмо для Гарри. — Это то, о чем я думаю? — Возможно. Гарри поднял его и начал внимательно рассматривать, чувствуя, как у него внутри все напряглось и задрожало, как натянутая тетива лука. Никто ни разу никогда в жизни не писал ему писем. Да и кто мог ему написать? У него не было друзей,... Эх сыночек... ну держись Тунья ...у него не было других родственников, он даже не был записан в библиотеку, из которой ему могло бы прийти по почте грубое послание с требованием немедленно вернуть книги. Однако сейчас он держал в руках письмо, и на нем стояло не только его имя, но и адрес. Так что сомнений, что письмо адресовано именно ему, не было. «Мистеру Г. Поттеру, графство Суррей, город Литтл Уингинг, улица Тисовая, дом четыре, чулан под лестницей» — вот что было написано на конверте. Конверт, тяжелый и толстый, был сделан из желтоватого пергамента, а адрес был написан изумрудно-зелёными чернилами. Марка на конверте отсутствовала. Дрожащей рукой Гарри перевернул конверт и увидел, что он запечатан пурпурной восковой печатью, украшенной гербом, на гербе были изображены лев, орёл, барсук и змея, а в середине — большая буква «X». — Давай поживее, мальчишка! — крикнул из кухни дядя Вернон. — Что ты там копаешься? Проверяешь, нет ли в письмах взрывчатки? Дядя Вернон расхохотался собственной шутке. — Скажи мне, Бродяга, а почему это мы не использовали эту ужасно скучную смешнейшую шутку!? — Даже не знаю друг мой, Сохатый! Гарри вернулся в кухню, все еще разглядывая письмо. Он протянул дяде Вернону счет и открытку, сел на свое место и начал медленно вскрывать желтый конверт. Дядя Вернон одним движением разорвал свой конверт, вытащил из него счет, недовольно засопел и начал изучать открытку. — Мардж заболела, — проинформировал он тетю Петунию. — Съела какое-то экзотическое местное блюдо и… — Пап! — внезапно крикнул Дадли. — Пап, Гарри тоже что-то получил! — Не, ну вот помолчать никак, да!? — Вскинулась Меда, и все были с ней согласны. Гарри уже собирался развернуть письмо, написанное на том же пергаменте, из которого был сделан конверт, когда дядя Вернон вырвал бумагу из его рук. — Это моё! — возмутился Гарри, пытаясь завладеть бумагой. — И кто, интересно, будет тебе писать? — презрительно фыркнул дядя Вернон, разворачивая письмо и бросая на него взгляд. Его красное лицо вдруг стало зелёным, причем быстрее, чем меняются цвета на светофоре. Но на этом дело не кончилось. Через несколько секунд лицо его стало серовато-белым, как засохшая овсяная каша. — П-П-Петунья! — заикаясь, выдохнул он. Дадли попытался вырвать у него письмо, но дядя Вернон поднял его над собой, чтобы Дадли не смог дотянуться. Подошедшая Петунья, большая любительница сплетен и слухов, взяла у мужа письмо и прочла первую строчку. На мгновение всем показалось, что она вот-вот потеряет сознание. Тетя схватилась за горло и втянула воздух с таким звуком, словно задыхалась. — Вернон! О боже, Вернон! — Драма – это наше все! - Торжественно произнесла Лили, встав с кресла и протягивая палец в потолок, смотря куда то в даль! За чем последовал новый взрыв смеха! Тётя и дядя смотрели друг на друга, кажется, позабыв о том, что на кухне сидят Гарри и Дадли. Правда, абстрагироваться надолго им не удалось, потому что Дадли не выносил, когда на него не обращали внимания. Он сильно стукнул отца по голове своей узловатой палкой. — Как говорится, за что боролись, на то и напоролись! — Лилс, ты меня пугаешь. — Ох, Джеймс, это просто магловская поговорка! — Ну ладно...       Недоверчиво протянул Поттер, и Сириус продолжил читать. — Я хочу прочитать письмо! — громко заявил Дадли. — Это я хочу прочитать письмо, — возмущённо возразил Гарри. — Это моё письмо. — Пошли прочь, вы оба, — прокаркал дядя Вернон, запихивая письмо обратно в конверт. Гарри не двинулся с места. — Что сейчас будет...- протянул Ремус. — Что ты имеешь ввиду? — А то что если у Гарри такой же взрывной характер как и у Джима, то сейчас что-то будет. —Эй! У меня не взрывной характер! — Неа, взрывной.       Подтвердила слова Рема Лили, а сзади активно кивали Сириус с Медой и Нарциссой. На что Джеймс надулся. — ОТДАЙТЕ МНЕ МОЕ ПИСЬМО! — прокричал он. — Дайте мне его посмотреть! — заорал Дадли. — ВОН! — взревел дядя Вернон и, схватив за шиворот сначала Дадли, а потом Гарри, выволок их в коридор и захлопнул за ним дверь кухни. Гарри и Дадли тут же устроили яростную, но молчаливую драку за место у замочной скважины. Выиграл Дадли,и Гарри, не замечая, что очки повисли на одной дужке, улегся на пол, прикладывая ухо к узенькой полоске свободного пространства между полом и дверью. — Вернон, — произнесла тетя Петунья дрожащим голосом. — Вернон, посмотри на адрес, как они могли узнать, где он спит? Ты не думаешь, что они следят за домом? — Ну разумеется, что же ещё!? — с усмешкой проговорила Меда. — Нам же совсем нечем заняться! — Подхватила Лили. — Да, на столько что мы начали следить за семьёй никчемных маглов! — Закончила Цисси.        После этой мини-сценки женщины рассмеялись, на что мужчины только улыбались. — Следят… даже шпионят… а может быть, даже ходят за нами по пятам, — пробормотал дядя Вернон, который, кажется, был на грани помешательства. — Что нам делать, Вернон? Может быть, следует им ответить? Написать, что мы не хотим… Гарри видел, как блестящие туфли дяди Вернона ходят по кухне взад и вперед. — Нет, — наконец ответил дядя Вернон. — Нет, мы просто проигнорируем это письмо. Если они не получат ответ… Да, это лучший выход из положения… Мы просто ничего не будем предпринимать… — Мда, Дурсль, логика это не твое. — Но… — Мне не нужны в доме такие типы, как они, ты поняла, Петунья?! Когда мы взяли его, разве мы не поклялись, что искореним всю эту опасную чепуху?! — Стоооп! Мне очень интересно как они пытались искоренить эту чепуху?! — Джеймс сядь.— Стальным голосом сказал приказал Блэк.— Я надеюсь что вы не забыли что этого еще не произошло!? — И надеюсь не произойдет.... — еле слышно пробормотала Лили но он ее услышал. — И я тоже, Лили, именно поэтому эти книги попали к нам в руки, что бы изменили будущее, осталось только дочитать и узнать кто нам это прислал. —И когда он стал таким серьезным?—спрашивала сама себя Цисси. В тот вечер, вернувшись с работы, дядя Вернон совершил нечто такое, чего раньше никогда не делал, — он пришел к Гарри в чулан. — Где мое письмо? — спросил Гарри, как только дядя Вернон протиснулся в дверь. — Кто мне его написал? — Никто. Оно было адресовано тебе по ошибке, — коротко пояснил дядя Вернон. — Я его сжёг. — Не было никаких ошибок, — горячо возразил Гарри. — Там даже было написано, что я живу в чулане. — ТИХО ТЫ! — проревел дядя Вернон, и от его крика с потолка упало несколько пауков. Дядя Вернон сделал несколько глубоких вдохов, а затем попытался улыбнуться, однако это далось ему с трудом, и улыбка получилась достаточно болезненной. — Э-э-э… кстати, Гарри, насчет этого чулана. Твоя тетя и я тут подумали… Ты слишком вырос, чтобы и дальше жить здесь… Мы подумали, будет лучше, если ты переберешься во вторую спальню Дадли. — То есть у их жирного, жестокого и бессовестно тупого мячика в чепчике две спальни, а Гарри живёт ЧЁРТ ВОЗЬМИ В ЧУЛАНЕ?! - Прокричала Лили. От гнева волшебницы по комнате прошёлся ветер перемешав все вещи. И во всем этом бардаке Лили с диким взглядом, выглядела устрашающе но при этом умудряясь оставаться такой же красивой. И когда уже Джейм был готов накладывать на жену Петрификус, то появилась домовиха Долли. — Хозяйка Лили, ваш сын и сын этой миледи проснулись от всплеска магии, а еще просят их по кормить!       Услышав это Лили чучуть под успокоилась и Цисси решила взять инициативу в свои руки. Она подхватила Поттер под руку и повела в детскую, надеясь что увидя что с сыном все нормально она успокоится.

***

      Когда женщины вместе с подошедшей к ним Медой, вернулись Джеймс спросил: — Все хорошо? — Да, и со мной, и с Гарри. — Ладно, но, Лилс, не надо так больше, ты меня так напугала! — Окей больше не буду. Надеюсь. - Ответила ему женщина и села к нему в объятья. На что Сириус закатил глаза и сказал. — Ну что господа женатики вы закончили?! Я могу продолжать?! — Зачем? — спросил Гарри. — Не задавай вопросов! — рявкнул дядя Вернон. — Собирай свое барахло и тащи его наверх, немедленно! В доме Дурслей было четыре спальни — одна для дяди Вернона и тети Петуньи, одна для гостей (обычно в роли гостьи выступала сестра дяди Вернона Мардж), одна, где спал Дадли, и еще одна, в которой Дадли хранил те игрушки и вещи, которые не помещались в его первой спальне. — Агрх. Гарри же хватило всего одного похода наверх, чтобы перенести все свои вещи из чулана. И теперь он сидел на кровати и осматривался. Почти все в этой комнате было поломано. Подаренная Дадли всего месяц назад, но уже неработающая видеокамера лежала на маленьком заводном танке, пострадавшем от столкновения с соседской собакой, на которую его направил Дадли. В углу стоял первый телевизор Дадли, который тот разбил ударом ноги, когда отменили показ его любимой передачи. В другом углу стояла огромная клетка, в которой когда-то жил попугай и которого Дадли обменял на духовое ружье — а ружье лежало рядом, и дуло его было безнадежно согнуто, потому что Дадли как-то раз на него сел. — Что!? Он погнул ружье задом!? Единственное, что в этой комнате выглядело новым, так это стоявшие на полках книги, — создавалось впечатление, что до них никогда не дотрагивались. — Не удивительно, что он такой тупой. Снизу доносились вопли Дадли. — Я не хочу, чтобы он там спал!.. Мне нужна эта комната!.. Пусть он убирается оттуда!.. Гарри вздохнул и лег на кровать. Вчера он отдал бы все на свете за то, чтобы оказаться здесь. Сегодня он предпочел бы оказаться в чулане со своим письмом, чем здесь, но без письма. На другое утро за завтраком все сидели какие-то очень притихшие. А Дадли вообще пребывал в состоянии шока. Накануне он орал во все горло, колотил отца новой дубинкой, давился, пинал мать и подкидывал вверх свою черепаху, разбив ею стеклянную крышу оранжереи, но ему так и не вернули его вторую комнату. — Если б я учудил что такое то моя мать шмальнула в меня Круцио... Что касается Гарри, то он вспоминал вчерашнее утро и жалел о том, что не распечатал свое письмо, пока был в коридоре. Дядя Вернон и тетя Петунья обменивались мрачными взглядами. Когда за дверью послышались шаги почтальона, дядя Вернон, все утро пытавшийся быть очень внимательным и вежливым по отношению к Гарри, потребовал, чтобы за почтой сходил Дадли. Из кухни было слышно, как тот идет к двери, стуча своей палкой по стенам и вообще по всему, что попадалось ему на пути. А затем донёсся его крик. — Тут еще одно! «Мистеру Г. Поттеру дом четыре по улице Тисовая, самая маленькая спальня». Дядя Вернон со сдавленным криком вскочил и метнулся в коридор. Гарри рванул за ним. Дяде Вернону пришлось повалить Дадли на землю, чтобы вырвать у него из рук письмо, а это оказалось непросто, потому что Гарри сзади обхватил дядю Вернона за шею. После непродолжительной, но жаркой схватки, в которой каждый получил по нескольку ударов узловатой палкой, дядя Вернон распрямился, тяжело дыша, но зато сжимая в руке письмо, адресованное Гарри. — А Гарри то не промах,— Утирая слезы смеха проговорил Джеймс. — Иди в свой чулан… я хотел сказать, в свою спальню, — прохрипел он, обращаясь к Гарри. — И ты, Дадли… уйди отсюда, просто уйди. Гарри долго мерил шагами спальню. Кто-то знал, что он переехал сюда из чулана. И ещё этот кто-то знал, что он не получил первое письмо. И все это означало, что этот кто-то попробует передать ему еще одно письмо. И на этот раз Гарри собирался его получить. Потому что у него родился план. — Надеюсь что он унаследовал эту способность от Лили! — Сказал Блэк. — Что ты имеешь виду!? — А то что твои планы всегда проваливаются, Джеймс! — Посмеивался Ремус . — Эй, это не правда! — Правда, это весь факультет знал. — Поддержала их Меда — Меда, и ты туда же! — Да это даже Слизерин знал! — Цисси! — Ну милый не расстраивайся, я же тебя люблю, даже если ты не умеешь придумывать планы. — Шутливо взлохматила Поттеру волосы Лили. — Да ну вас! - Сказал Джеймс и отвернулся, чем вызвал смех у своих друзей. Дышащий на ладан будильник благодаря Дадли неоднократно побывавший в мастерской, зазвонил ровно в шесть часов. Гарри поспешно выключил его и быстро оделся, стараясь не шуметь, чтобы ни в коем случае не разбудить семейство Дурслей. Он бесшумно вышел из своей комнаты и, крадучись, пошел вниз в полной темноте — включать свет было опасно. План его заключался в том, чтобы выйти из дома, встать на углу Тисовой улицы и дождаться появления почтальона, чтобы первым забрать письма. — Но это же хороший план! Хотя зная Джеймса... А сейчас он крался по темному коридору, его сердце отчаянно прыгало в груди, и… — А-А-А-А! Гарри буквально взлетел в воздух, потому что наступил на что-то большое и мягкое, лежавшее на коврике у входной двери. На что-то… живое! Наверху зажёгся свет, и Гарри с ужасом увидел, что этим большим и мягким было лицо дяди Вернона.       Секундное молчание и взрыв смеха, ставший уже таким привычным. Все хохотали так сильно что у Лили и Цисси заболели животы, у Джеймса выступили слезы, а у Меды болели скулы. Сириус стоя на четвереньках и бил кулаком по полу, а Ремус пытался успокоить не человеческий хохот. Спустя десять минут и 3 чайника, все успокоились. Мистер Дурсль лежал у входной двери в спальном мешке. Не оставалось сомнений, что он сделал так именно для того, чтобы не дать Гарри осуществить задуманное. И, что тоже было несомненно, он вовсе не рассчитывал, что на него наступят. После получасовых воплей дядя Вернон велел Гарри сделать ему чашку чая. Гарри грустно поплелся на кухню, а когда вернулся с чаем, почту уже принесли, и теперь она лежала за пазухой у дяди Вернона. Гарри отчетливо видел три конверта с надписями, сделанными изумрудно-зелёными чернилами. — Я хочу… — начал было он, но дядя Вернон достал письма и разорвал их на мелкие кусочки прямо у него на глазах. — Ах ты, Морж не доделанный! В тот день дядя Вернон не пошел на работу. Он остался дома и намертво заколотил щель для писем. — Не поможет, Дурсль.— Снисходительно ухмыльнулся Ремус. — Видишь ли, — объяснял он тёте Петунье сквозь зажатые в зубах гвозди, — если они не смогут доставлять свои письма, они просто сдадутся. — Я не уверена, что это поможет, Вернон. — О, у этих людей странная логика, Петунья. Они не такие, как мы с тобой,... — И слава Мерлину. — ответил дядя Вернон, пытаясь забить гвоздь куском фруктового кекса, только что принесенного ему тетей Петуньей. — Эх бедный кекс, земля ему будет кремом! - Сказал Сириус чем вызвал новую волну хохота.

***

В пятницу для Гарри принесли не меньше дюжины писем. Так как они не пролезали в заколоченную щель для писем, их просунули под входную дверь, а несколько штук протолкнули сквозь маленькое окошко в туалете на первом этаже. Дядя Вернон снова остался дома. Он сжёг все письма, а потом достал молоток и гвозди и заколотил парадную и заднюю двери, чтобы никто не смог выйти из дома. Работая, он что-то напевал себе под нос и испуганно вздрагивал от любых посторонних звуков. — Он окончательно сошел с ума. —подвел итог Джеимс.

***

В субботу ситуация начала выходить из-под контроля. Несмотря на усилия дяди Вернона, в дом попали целых двадцать четыре письма для Гарри — кто-то свернул их и засунул в две дюжины яиц, которые молочник передал тете Петунье через окно гостиной. — Весьма ... Креативно. Молочник не подозревал о содержимом яиц, но был крайне удивлен, что в доме заколочены двери. Пока дядя Вернон судорожно звонил на почту и в молочный магазин и искал того, кому можно пожаловаться на случившееся, тётя Петунья засунула письма в кухонный комбайн и перемолола их на мелкие кусочки. — Интересно, кому это так сильно понадобилось пообщаться с тобой? — изумленно спросил Дадли, обращаясь к Гарри.

***

В воскресенье утром дядя Вернон выглядел утомленным и немного больным, но зато счастливым. — По воскресеньям — никакой почты, — — Хах выкуси, Дурсль, магам без разницы какой день недели! — Лилс, все хорошо? — Все просто прекрасно! ...громко заявил он с довольной улыбкой, намазывая джемом свою газету. — Сегодня — никаких чёртовртовых писем… Он не успел договорить, как что-то засвистело в дымоходе и ударило дядю Вернона по затылку. В следующую секунду из камина со скоростью пули вылетели тридцать или даже сорок писем. — Да!!! Справедливость торжествует!!! — Лили ты меня пугаешь ! Дурсли инстинктивно пригнулись, и письма просвистели у них над головами, а Гарри подпрыгнул, пытаясь ухватить хотя бы одно из них. — Вон! ВОН! — Дядя Вернон поймал Гарри в воздухе, потащил к двери и вышвырнул в коридор. — Отцепись от моего сына, Свекла в тапочках! — Долли !Что было у нее в чае?! — Валерьянка, сэр. — И кто же тебя надоумил это сделать?! — Мистер Блэк, сэр. — Все, можешь идти! СИРИУС!! — Ну она не успокаивалась, а это первое что пришло мне на ум. — Как будто он у тебя есть. — Пробурчал Джеймс. — Нельзя ей Валерьянку, крышу сносит основательно и на целый час. Затем из комнаты выбежали тетя Петунья и Дадли, закрывая руками лица, за ними выскочил дядя Вернон, захлопнув за собой дверь. Слышно было, как в комнату продолжают падать письма, они стучали по полу и стенам, отлетая от них рикошетом. — Ну все, — значимо и весомо произнес дядя Вернон. Он старался говорить спокойно, хотя на самом деле нервно выщипывал из усов целые пучки волос. — А не проще было бы смириться и отправить туда Гарри?! — Меда ты чего!? У этих людей странная логика — Через пять минут я жду вас здесь — готовыми к отъезду. Мы уезжаем, так что быстро соберите необходимые вещи — и никаких возражений! — Эх жаль, жаль, Моржик, что, ты не знаешь того что письма ну или же совы найдут тебя где угодно? — Лилс ну тихо, ладно?! — Дааа! Он выглядел таким разъярённый и опасным, особенно после того, как выдрал себе пол уса, что возражать никто не осмелился. Десять минут спустя дядя Вернон, взломав забитую досками дверь, вывел всех к машине, и автомобиль рванул в сторону скоростного шоссе. На заднем сиденье обиженно сопел Дадли — отец отвесил ему затрещину... — Дадлику досталось?! Апокалипсис начался?! Нет? Странно! ...за то, что он слишком долго возился. А Дадли всего лишь пытался втиснуть в свою спортивную сумку телевизор, видеомагнитофон и компьютер. Они ехали. Ехали все дальше и дальше. Даже тетя Петунья не решалась спросить, куда они направляются. Несколько раз дядя Вернон делал крутой вираж, и какое-то время машина двигалась в обратном направлении. А потом снова следовал резкий разворот. — Сбить их со следа… сбить их со следа, — всякий раз бормотал дядя Вернон. — Мда, он похоже тоже валерьянки наглотался... Они ехали целый день, не сделав ни единой остановки для того, чтобы хоть что-нибудь перекусить. Когда стемнело, Дадли начал скулить. У него в жизни не было такого плохого дня. - Добро пожаловать в обычную жизнь Гарри. - фыркнула Цисси. Он был голоден, он пропустил пять телевизионных программ, которые собирался посмотреть, и он никогда еще не делал таких долгих перерывов между компьютерными сражениями с пришельцами и чудовищами. — Мне бы такие проблемы. Наконец дядя Вернон притормозил у мрачной гостиницы на окраине большого города. Дадли и Гарри выделили одну комнату на двоих — в ней были две двуспальные кровати, застеленные влажными, пахнущими плесенью простынями. Дадли тут же захрапел, а Гарри сидел на подоконнике, глядя вниз на огни проезжающих мимо машин и думая, гадая, мечтая... — Мечтатель мой маленький! — Лили, все нормально? — Да не волнуйся я уже пришла в норму. А и Сириус еще раз так сделаешь я тебя убью этой же валерьянкой! — Ну блин, я не знал!! — Ладно, но мог бы хотя бы у меня или Джеймса спросить! — Окей. На завтрак им подали заплесневелые кукурузные хлопья и кусочки поджаренного хлеба с кислыми консервированными помидорами.Но не успели они съесть этот нехитрый завтрак, как к столу подошла хозяйка гостиницы. — Я прошу прощения, но нет ли среди вас мистера Г. Поттера? Тут для него письма принесли, целую сотню. Они там у меня, у стойки портье. Она протянула им конверт, на котором зелеными чернилами было написано: «Мистеру Г. Поттеру, город Коукворт, гостиница „У железной дороги“, комната 11». Гарри попытался схватить письмо, но дядя Вернон ударил его по руке. Хозяйка гостиницы застыла, ничего не понимая. — Я их заберу, — сказал дядя Вернон, быстро вставая из-за стола и удаляясь вслед за хозяйкой. — Как же он меня раздражает! — Дорогой, не лучше ли нам будет вернуться? — робко поинтересовалась тетя Петунья спустя несколько часов, но дядя Вернон, похоже, её не слышал. Никто не знал, куда именно они едут. Дядя Вернон завёз их в чащу леса, вылез из машины, огляделся, потряс головой, сел обратно, и они снова двинулись в путь. То же самое случилось посреди распаханного поля, на подвесном мосту и на верхнем этаже многоярусной автомобильной парковки. — Папа сошел с ума, да, мам? — грустно спросил Дадли после того, как днем дядя Вернон оставил автомобиль на побережье, запер их в машине, а сам куда-то исчез. - Если тебе себя не жалко, пожалей хотя бы свою семью ! - Лилс, я правда не уверен что она думал об этом, на тот момент , серьезно он как будто реально потерял рассудок, и его главной целью было увезти Гарри. Начался дождь. Огромные капли стучали по крыше машины. Дадли шмыгнул носом. — Сегодня понедельник, — запричитал он. — Сегодня вечером показывают шоу великого Умберто. Я хочу, чтобы мы остановились где-нибудь, где есть телевизор. «Значит, сегодня понедельник», — подумал про себя Гарри, вспоминая кое о чем. - Хмм... Интересно. Если сегодня был понедельник — а в этом Дадли можно было доверять, он всегда знал, какой сегодня день, благодаря телевизионной программе, — значит, завтра, во вторник, Гарри исполнится одиннадцать лет. - Оу... Ясно. - Ну что ж давайте устроим вечеринку! - Чур я отвечаю за спецэффекты! -Джеймс, Сириус, вы серьезно?! -Да. - сказали они в унисон. - А я вам говорю нет! У нас банально нет на это время! - Ну Рыжик! - Нет Поттер, на крайний случай, после прочтения книг! - Ну лаааадно. Конечно, нельзя сказать, что у него были веселые дни рождения, — например, в прошлом году Дурсли подарили ему вешалку для куртки и пару старых носков дяди Вернона. - Что?! Они дарят своему сынку штук 40 подарков, а Гарри вешалку и старые носки?! Да что это такое?! - Цисси, я с тобой полность согласна, но все будет по другому! - Но Меда ... - Что, Меда?! Сейчас у нас просто нет времени на эти перепирательства! Сириус продолжай. Так что и в этом году от дня рождения ничего особенного ждать не стоило. Но все же не каждую неделю тебе исполняется одиннадцать. Дядя Вернон вернулся к машине, по лицу его блуждала непонятная улыбка. В руках он держал длинный свёрток, и когда тетя Петунья спросила, что это он там купил, он ничего не ответил. — Я нашел превосходное место! — объявил дядя Вернон. — Пошли! Все вон из машины! На улице было очень холодно. Дядя Вернон указал пальцем на огромную скалу посреди моря. На вершине скалы приютилась самая убогая хижина, какую только можно было представить. Понятно, что ни о каком телевизоре не могло быть и речи. - О, Мерлин! Это ведь опасно! - Чем он интересно думал когда ему пришла эта гениальнейшая Идея?! - Нет, все! Я умываю руки, этот человек безнадёжен! - Мдаа... Дальше только хуже. — Сегодня вечером обещают шторм! — радостно сообщил дядя Вернон, хлопнув в ладоши. — А этот, джентльмен любезно согласился одолжить нам свою лодку. Дядя Вернон кивнул на семенящего к ним беззубого старика, который злорадно ухмылялся, показывая на старую лодку, прыгающую на серых, отливающих сталью волнах. — Я уже запасся кое-какой провизией, — произнес дядя Вернон. — Так что теперь — все на борт! В лодке было еще холоднее, чем на берегу. Ледяные брызги и капли дождя забирались за шиворот, а арктический ветер хлестал в лицо. Казалось, что прошло несколько часов, прежде чем они доплыли до скалы, а там дядя Вернон, поскальзываясь на камнях и с трудом удерживая равновесие, повел их к покосившемуся домику. Внутри был настоящий кошмар — сильно пахло морскими водорослями, сквозь дыры в деревянных стенах внутрь с воем врывался ветер, а камин был отсыревшим и пустым. - Нет я паражаюсь, я паражаюсь*! Вдобавок ко всему в домике было лишь две комнаты. Приобретённая дядей Верноном провизия поразила всех — четыре пакетика чипсов и четыре банана.</b> - Это настолько глупо что я начинаю удивляться, как Туни с ним живёт?! После еды — если это можно было назвать едой — дядя Вернон попытался разжечь огонь с помощью пакетиков из-под чипсов, но те не желали загораться и просто съёжились, заполнив комнату едким дымом. — Надо было забрать из гостиницы все эти письма — вот бы они сейчас пригодились, — весело заметил дядя Вернон. Дядя пребывал в очень хорошем настроении. Очевидно, он решил, что из-за шторма до них никто не доберется, так что писем больше не будет. Гарри в глубине души был с ним согласен, хотя его эта мысль совершенно не радовала. Как только стемнело, начался обещанный шторм. Брызги высоких волн стучали в стены домика, а усиливающийся ветер неистово ломился в грязные окна. Тетя Петунья нашла в углу одной из комнат покрытые плесенью одеяла и устроила Дадли постель на изъеденной молью софе. Они с дядей Верноном ушли во вторую комнату, где стояла огромная продавленная кровать, а Гарри пришлось улечься на пол, накрывшись самым тонким и самым рваным одеялом. - Хм... Даже не знаю он может заболеть, ну хотя кого это волнует, меня удивляет то, что они вообще дали ему хоть одно одеялко. Агрх как же меня бесит их отношение к моему сыну!! Ураган крепчал и становился все яростнее, а Гарри не мог заснуть. Он поеживался от холода и переворачивался с боку на бок, стараясь устроиться поудобнее, а в животе у него урчало от голода. Дадли захрапел, но его храп заглушали низкие раскаты грома: началась гроза. У Дадли были часы со светящимся циферблатом, и когда его жирная рука выскользнула из-под одеяла и повисла над полом, Гарри увидел, что через десять минут ему исполнится одиннадцать лет. Он лежал и смотрел, как бегает по кругу секундная стрелка, приближая его день рождения, и спрашивал себя, вспомнят ли Дурсли об этой дате. Но еще больше его интересовало, где сейчас был тот, кто посылал ему письма. До начала следующего дня оставалось пять минут. Гарри отчетливо услышал, как снаружи что-то заскрипело. Ему хотелось верить, что крыша домика выдержит атаку дождя и ветра и не провалится внутрь, хотя, возможно, так стало бы теплее — все равно хуже, чем сейчас, быть уже не могло. - Эх бедный Сохатик! Часы Дадли показывали без четырех двенадцать. Гарри подумал, что, когда они вернутся на Тисовую улицу, вполне возможно, в доме будет столько писем, что ему удастся стащить хотя бы одно. Без трёх двенадцать. Снаружи раздался непонятный звук, словно море громко хлестнуло по скале. А еще через минуту до Гарри донёсся громкий треск — наверное, это упал в море большой камень. Еще одна минута, и наступит день его рождения. Тридцать секунд… двадцать… десять… девять… Может, имеет смысл разбудить Дадли, просто для того чтобы его позлить? - Да!! Буди! Буди! - Закричали на перебой Джеймс и Сириус, на что Лили и Меда лишь закатила глаза, а Ремус с Цисси увидев это начали хохотать, просто так для полноты картины Так сказать. Спустя время Блэк продолжил. Три секунды… две… одна… БУМ - Сириус!!! - Что, там большие буквы! Сказал он но в глазах при этом плясали черти. Хижина задрожала, Гарри резко сел на полу, глядя на дверь. За ней кто-то стоял и громко стучал, требуя, чтобы его впустили. Но кто? - Предположения ?! - Никаких! - А вот у меня есть, может Хагрид!? Под глянув на следующую страницу Сириус сказал: - Иииии это правильный ответ!! - Кто дальше будет читать?! - Кхм, Лили, могу я. - Сири передай Нарциссе книгу! - А волшебное слово?! - Хммм. Абракадабра ! - Ха Ха, очень смешно. Держи. - Спасибо, о великий волшебник! - Да, я такой! - Сказал Сириус и по комнате опять прошла волна хохота

***

*это фраза из моего любимого Мульта просьба в ПБ не исправлять!