Painkiller

Всё корежит тебя, пульсирует, муку длит, Будто это душа, или карма твоя плохая Или черт знает что еще внутри у тебя болит. © Вера Полозкова

Что такое смерть? Противостоит ли она жизни или главенствует над ней? Мы никогда не сможем понять весь смысл бытия, не поборов неразгаданную тайну. Смертных пугает вечность… И правда, какой смысл существовать на протяжении многих веков, если рядом никого нет? Мы боимся умереть, но разве волочиться по избитым дорогам постоянства лучше? Каждый выбирает сам, но только допустите на секунду, что с вами нет никого, кто знает, любит, понимает, ценит, заботится. Без всего этого сойдешь с ума и проклянешь бесконечность, которая сопутствует неувядающим существам… Конечно, объективно, жизнь любого живого творения дойдет до логичного завершения когда — либо. Но ведь и жизнь, и смерть — особенны. И все-таки, последняя вспышка сознания — прощание с жизнью — может быть необыкновенной, яркой и незабываемой! Перед смертью обязательно вспоминаются самые радостные и неважно-глупые моменты прошлого. Но от этого они более ценны и уникальны. Предел достигнут… Грань скоро будет нарушена… Страх испарился и просто ушел. Девушка нисколько не боялась. Ее сердце разрывало от немыслимой тоски и печали. Было ощущение, что она попала под пресс и не может нормально вздохнуть, под тяжестью невидимого груза. Скоро все пройдет. Несколько минут физической боли подарят покой навсегда. Все закончится. Никто и никогда больше не сможет сделать ей больно. Ведь она будет мертва. Ну, где же этот рассвет, который подарит необходимую свободу от идеального, но порочного мира?

***

Бывают в жизни моменты, когда эмоции захлестывают до краев, и решив, что оставаться внутри им вовсе не обязательно, они выходят за пределы самоконтроля. Держать себя в руках не получается, и нужно сделать что-либо, чтобы избавиться от гнева. Когда внутри происходит землетрясение, мало что может помочь… Стены маленького домика сотряслись от ударов. Ник в порыве неконтролируемого бешенства разбивал о стену кулаки, словно требуя у них ответа, куда пропала Форбс. Боли он не чувствовал, но кровоточащие ссадины на руках говорили о том, что пора остановиться. Все вещи вокруг словно кричали, что они принадлежат белокурой принцессе — ее куртка, телефон, расческа, блокнот… Все это напоминало девушку, но никак не могло заглушить опасение потери. Голову разрывало на малейшие атомы только от мысли, что может произойти. Нужно было найти ее. Вот только где? Сейчас Ник очень сильно пожалел, что Мистик Фоллс такой большой. Вот будь здесь две улицы, было бы проще. В любом случае, в доме делать было нечего, и через несколько секунд машина рванула с места, скрываясь в предрассветных сумерках… Небо постепенно светлело, словно издеваясь над взволнованным молодым человеком. У него оставалось не более двадцати минут, чтобы найти маленькую Кэрри. Если бы кто-то мог управлять временем, то Ник бы сделал все, только бы вернуть время обратно. Он бы никогда больше не ударил ее, не выгнал бы. Он стал ценить только тогда, когда потерял! Только сейчас Майклсон понял, что любит… После прочтения записки, он почувствовал дикую боль в сердце, которая превосходила физическую в десятки раз. Кровь стучала в висках, пульс превышал все допустимые пределы. Хотелось кричать от раздирающей пустоты. Чувство безысходности покорило весь разум целиком. У парня было предположение, что Форбс могла пойти на небезызвестный мост, где произошла трагическая авария. Тогда погибли родители Елены Гилберт. Ник не знал, почему, но был уверен, что именно там эта отчаянная актриса ожидает последнего рассвета. Мысль о том, что он все же ошибся, напрочь отметалась сознанием, как абсолютно недопустимая… Раздался резкий визг тормозов, и машина остановилась в нескольких десятках метров от одинокой блондинки, которая стояла посередине моста. Ветер безжалостно трепал волосы, раздувая их. От всей ее фигуры веяло болью и нескончаемым одиночеством. Страдание навсегда сохранилось в когда-то радостной девушке, и виной тому был Клаус, который сейчас очень остро это осознал. Взгляд ее был устремлен вперед, к востоку. Оттуда должна была прийти ее смерть. Сказать, что Ник был рад — это ничего не сказать. Он не видел ее всего несколько часов, но соскучился по ее прелестным чертам лица, по волшебному голосу и уверенному сердцебиению. До появления главного светила оставалось еще немного времени. Парень вышел из машины, подошел к девушке и встал рядом с ней. — Зачем ты пришел? — тихо спросила Кэролайн, не отрывая взгляда от кусочка небосвода, который должен был озарить первый луч. — Полюбоваться рассветом. Знаешь, люблю наблюдать за возрождением солнца, — иронично ответил Майклсон, пытаясь разорвать повисшее здесь напряжение. — Сегодня у тебя бонус и ты будешь любоваться моей смертью, — возразила Форбс ледяным тоном. А вот после таких слов стало еще хуже. Конечно, эта принцесса уверена, что Нику было наплевать на нее, что он не сожалел о содеянном. Неужели она и вправду так думает? Неужели она слепа и не видит очевидного? Все сознание парня было окружено колючей проволокой вины и отчаяния. Они оба хорошо потрудились, чтобы находиться сейчас здесь. — Я надеюсь, что ты не допускаешь даже мысли, что я позволю тебе умереть, — гневно заявил Ник, одолевая неимоверное желание схватить в охапку эту блондинку и увезти отсюда. — Но я же позволила тебе умереть, — эти слова выбили воздух из грудной клетки Первородного. Он растерял все свои аргументы и веские доводы. Ему нечего было сказать этой девушке, которая решила, что виновна во всех проблемах Майклсона. — Это… Это совсем не то, — категорично сказал Николаус, наблюдая за блондинкой, которая сейчас явно находилась в состоянии полного оцепенения. — Почему ты приехал? — внезапно спросила Форбс. У Майклсона был выбор — солгать и засунуть эту обезумевшую в машину, или же сказать правду и дать ей возможность самой принять решение… Выбор должен был быть сделан немедленно, а то потом будет поздно. Две сущности боролись внутри. Эгоист твердил, что надо свернуть шею этой красотке, надеть на нее кольцо, и только потом выяснять, кто был прав, а кто нет. Вот только непонятное чувство подсказывало, что надо быть искренним. Здесь и сейчас. Плевать, что он покажется слабым и жалким. Игра не стоит свеч. Он не простит себе, если она умрет… — Я люблю тебя. Неужели ты этого не видишь?! — он принудительно развернул Кэрри к себе лицом. — Мне все равно, что ты сейчас думаешь про меня. Ненавидишь? Да пожалуйста! Презираешь? Хорошо. Вот только, если ты меня не любишь, то скажи мне это. Скажи, и я уйду… Парень крепко сжимал в руках запястья девушки, доставляя ей неприятную физическую боль и в то же время, так необходимую близость. Его холодные ладони касались кожи и усмиряли душевную боль. Только одно прикосновение и несколько искренних предложений вернули чувство реальности. Через несколько минут она умрет навсегда. Эти мысли зародились в голове, но тут же были жестоко уничтожены. — Люблю, — прошептала девушка хриплым голосом. — Но из-за меня ты слаб. А я из-за тебя. Мы слишком зависимы друг от друга, чтобы мирно сосуществовать на этой земле… — голос оборвался. Кэролайн знала, что она хотела сказать другое, но гордость диктовала свои собственные условия. — Я прошу тебя, уйди, — закончила девушка. Из глаз катились маленькие слезы, медленно стекая по горячим щекам, неприятно щекоча кожу. Это был признак ее слабости… Если душа у Майклсона все же существовала, то сейчас он бы отдал многое, чтобы ее не было. Только для того, чтобы не чувствовать раздирающую пустоту от ее слов. Парень искренне не понимал девушку. Она же любит. Черт возьми, как все сложно. Нужно было принимать решение, немедленно. Он попробовал последний раз достучаться до ее сознания. — Ты понимаешь, что сейчас умрешь? — внешне равнодушно сказал Майклсон, пытаясь скрыть истинные чувства. — Уходи. Уходи, если не хочешь это видеть! — закричала она, разворачиваясь к Майклсону лицом. Их взгляды пересеклись. Сейчас эти глаза были похожи, потому что выражали одинаковый спектр эмоций. Они умоляли друг друга остаться рядом еще на мгновение, на крошечную секунду. Не уходить, не расставаться, а просто чувствовать присутствие человека, стоявшего напротив. Дыхание у обоих сбилось и было больше похожим на хриплые стоны. Сейчас они были близки в духовном плане, их души были обнажены в предрассветном тумане. Форбс знала, что если сейчас даст слабину, то проиграет эту битву… — Прошу тебя, уйди… — это должно было прозвучать грозно, но выглядело просто жалко. Она умоляла его отпустить ее, но при этом сама же этого не хотела. Майклсон резко притянул девушку к себе и впился в ее губы страстным, и в то же время нежным поцелуем. Кэрри сжала руки в кулаки и попробовала отстраниться, но у нее это получалось вяло и без особого энтузиазма. Ей и самой не хотелось останавливаться сейчас, и она прижималась к Никлаусу еще сильнее, только чтобы чувствовать его присутствие здесь. Знать, что он рядом, и он в ее власти, так же, как и она в его. Зависимость была общей. Потребность была сильной. Для их любви этого было достаточно. Чувства захлестнули с головой и унесли в непонятную разуму истому… Ненавидеть не получалось. У любви есть хорошее свойство — менять. Вот и сейчас был факт изменения чувства тотальной мести на абсолютное прощение. В голове у обоих была одна мысль… Не отпускать… Никогда не отпускать. Ни при каких обстоятельствах. Всегда быть рядом и неконтролируемо любить собственное обезболивающее. Этот поцелуй длился всего лишь несколько секунд, но сам по себе расставил все по своим местам. Они поняли. Приняли все ошибки и простили. Оторвавшись друг от друга, молодые люди молча смотрели в глаза напротив стоящего. Слова были излишними сейчас. Да и кому они по-сути нужны, если взгляд красноречивей миллиона звуков. Майклсон достал из кармана знакомое кольцо и взял блондинку за руку. — Кэролайн Форбс, я люблю тебя. Я уверен в этом абсолютно. Я предлагаю тебе целую вечность и свое собственное сердце, которое и так принадлежит тебе. Пронзительно-искренний взгляд Майклсона выбил почву из-под ног. Он не врал. Честность пришла в их отношения и поселилась там навсегда. — Как и мое тебе, — тихо ответила девушка, протягивая руку человеку, которого любила. На пальце почувствовался легкий холодок метала, который свидетельствовал о возвращении кольца на законное место. Форбс не могла больше сдерживать свои эмоции и просто уткнулась в плечо парня. Он прижал к себе самое ценное в этой жизни и поклялся никогда больше не оставлять ее одну… Первые лучи солнца прорезали серость летнего неба. Птички начинали петь веселые трели, а пятый океан постепенно светлел. Начало вечности для этих двоих было назначено на сегодня… Пройдут дни, недели, месяцы, годы, столетия и века, но любовь будет жить вечно в пламенном сознании людей, которые просто физически не умеют существовать без сердца, которое бьется в унисон.

***

От Автора: Уважаемые читатели! Всё в этом мире имеет логическое завершение и мой первый фанфик не исключение. Я безумно благодарна всем людям, которые не только читали, но и оставляли свои отзывы. Спасибо вам. Вы вдохновляли меня на создание этого произведения. Отдельную благодарность хочу выразить пользователям: Lightblack, Керри…лунная, Karolina_2013, Пламя и Rebbeka13. Девочки, спасибо вам за то, что вы меня подталкивали к моему творчеству. Надеюсь, что эта работа не оставила читателей равнодушными, не смотря на ванильность и наигранность. Благодарю. Всем вдохновения!