Брат короля

Я только сейчас… Только сейчас, блин, понял! Как оно там? Прошли через шкаф и вышли в Нарнии? И я в этой «Нарнии» сраной по самые уши завяз. Двести лет ОН фантомов не видел, Антон, который БРАТ КОРОЛЯ ВАМПИРОВ, оказывается, Ванька в истерике и я сам… Кто же мы теперь? Еще утром были людьми, вроде? Но если и есть где-то дверь, что ведёт назад, в повседневность и мир готовых решений, я закрою ее с этой стороны, вдруг совершенно отчётливо понял Константин. Потому, что давно в этом дурном мире людей мертв. Если вообще рождался и жил. Вот оно, самое настоящее фантомное бытие — плыть по течению к неизбежному финалу старости среди мусорных куч и всяческого отребья! Вроде на каторге срок отбывал… Эх! Дрожь в руках взять под контроль так и не удалось и Костя стиснул их что было сил — до хруста и синяков. Нет, ребята, теперь только вперед! И Тошке будет ой как непросто вытянуть такой подарочек вампирский, зуб даю! Костик невесело хмыкнул и вдруг резко вскинул голову, будто бы примерил на себя иной костюм вместо простых джинсов и стандартного китайского полувера. Одежду, что дает право гордиться собой. И пусть для людей не изменилось ничего в его облике, не страшно. Константин почувствовал себя сопричастным крови Кайрана, повелителя вампиров. А вот ЭТО уже меняло абсолютно все. И душа Кости раскрывалась навстречу Кайрану как бутон, долгое время лишенный солнца. Или тьмы… Словно цветок лунной розы в садах Рэдэнгарда. — Навсегда я твой, во веки! Слышишь меня? — едва различимо прошептали губы. — Свет… Никакой свет не сможет ослепить моей души, Кай… — Костя? — нерешительно позвал его Юрча. — Что ты делаешь? К нам сейчас полстраны набежит, соблазнившись твоей силой. Прекрати! Привычная обстановка, музыка, бассейн, люди… И Костя словно очнулся от глубокого сна, в котором был подле Повелителя вампиров, среди десятков тысяч нереальных бордовых роз… А цветы… Цветы говорили с ним голосом Антона, шептали сладкие и непонятные речи о Луне… Правильно, Тошка! Парень все еще без сознания, а Костик позволил себе плыть по течению грез! — Так, минутку, Юра! Давай разбираться! — перестал он тянуть время, пытаясь вернуть себе душевное равновесие. — За нами следят, а ты не человек. И ещё всем нужна кровь Повелителя Кайрана. — Ну? — согласился с ним Юрча, набычившись. — Ты — вампир? Но больной, раз охотники тебя не засекли? Юрчины глаза широко открылись, когда мужчина услышал про «больного», а губы, наоборот, плотно сжались таким себе рефлекторным движением. Он резко втянул воздух на вдохе и покачал головой из стороны в сторону, безмолвно отрицая обвинение. Потерял дар речи от Костиной прямоты, не иначе. — Нет? Не больной? — не смог затормозить Константин «на повороте». — Тогда… Как это лучше сказать, а? ИСПОРЧЕННЫЙ жизнью? Некондиция? Применение терминов эпохи технического прогресса по отношению к своей особе повергло Юрия Ивановича в шок. — Блядь, Костя! Сам себя послушай! — не вынес Юрча издевательств, пусть и невольных. — Некондиция! Да я тебе, что, изделие машинно-тракторного завода?! — А про «вампира» не отрицаешь, значит? — И не летучая мышь, заодно, да! — зашипел приятель, сжав кулаки. — КРОВЬ на тебе, благодари Тьму! ЕГО кровь. Иначе бы шею свернул, не думая! — Да я просто понять стараюсь, чего завелся? Ну, действительно, гад! Ты с ЭТИМ родился и хрен знает сколько лет живёшь уже, раз двести на памяти, как минимум. А я… Я — полным идиотом себя чувствую сейчас. — Ещё скажи — «с истекшим сроком годности», как в супермаркете! — продолжил кипятиться этот якобы «бомж». Господи! Неужели все бомжи мира — это «испорченные» вампиры? Константина накрыло таким вот диким откровением в раз. И он упал в чёртов шезлонг, старательно зажимая себе рот рукой. Ибо ржал, неконтролируемо и страшно, представив, до чего докатились Повелители крови за тысячелетия жизни рядом с человеком. Князь Дракула — бродяжка с центрального рынка! Да! Бомжик города N! И налоги платить не нужно совсем. Удобно? Идеальная маскировка! А графиня Батори собирает бутылки из-под пива в злачных местах скопления молодежи. Костя захлебнулся дурным смехом, не в силах остановиться. А Юрча молча ждал. Подобрался, словно хищник на охоте, и взирал на Костика с высоты собственного роста, не подумав сесть, следуя общему примеру. Бдел на страже, не иначе. — Юр, чего стоишь? — смог выдавить из себя Костя минут через пять. Истерический смех сменила икота и ему пришлось глотать воду через каждое слово. — Я? Почему стою, говоришь? — Юрча плавным движением перетек вплотную к Константину. Вот прям как дух или призрак! Только был перед глазами и уже, гад, за спиной обретается! — Да ты, идиот, не соображаешь совсем нихрена! В голову кровь Повелителя бьёт! А все туда же! Почему Я стою! Сердце у Кости сбились с ритма окончательно — то вскачь неслось, не менее двухсот ударов в минуту, то резко замирало на месте, выдавая сложный и рваный ритм. Словно два сердца в одной груди билось одновременно… Два?! Его и Короля? Или — Антона? Или? — Юрчик, подай таблетки, будь другом, — едва прошептал Костик. — Меня сейчас приступ накроет. Наверное. — Тебя уже НАКРЫЛО! Только вот — почему? — задал сам себе риторический вопрос «испорченный» вампир. Вытащил лекарство из кармана своих (!) брюк и быстро выдавил две таблетки на ладонь! — Держи, болезный! — Если Ключ — Антон, то кто Я тогда? Просветишь?! — Да хрен же Я знаю, ребята! — снова взъярился Юрий Иванович. — Никогда в жизни не только Короля не видел, но даже и аристократа чистокровного, не говоря уже о Стихиях! Сплошные полукровки да квартероны вокруг… — Стихию?! Какую стихию? — если сердце и перестало нестись сумасшедшим галопом, то Костя не заметил особых изменений в своем состоянии. Голова кружилась, в ушах стоял треск и навязчивый звон слышался на фоне. … Я так устал без тебя, Таари… Мне холодно одному во тьме… Вернись… — Вернись, Таари, ко мне, — не думая, повторил за голосом, едва различимым среди звона, Константин. Юрча вылупил на него глаза и отступил на шаг с ошалелые видом. Быстро пришел в себя и занял исходную позицию, заслоняя Антона от посторонних взглядов. — Везёт нам, что это VIP зона и никто соваться не рискует, даже обслуга! И гости скребутся у бара за дармовой выпивкой, не иначе. Вампир (!) шумно перевел дыхание и осторожно прикоснулся к плечу Константина пальцем. — Мать твою, Костя! Таари! Это имя… Часть имени! Его рискует произносить только Повелитель Кайран! А ты — вот так… Просто присел на минуточку, таблеток тяпнул и выдал на гора! — Я… Я услышал ГОЛОС в пустоте… А ты, Юра, слышишь этот звон? Как шум в голове, как плеск волн у моря, как шелест травы в степи? — выразить яснее свои ощущения Костя не сумел. Растерянность, ужас перед неведомым и дикая уверенность в правильности происходящего укрывали его разум поочередно. А «неведома зверушка» Юрча вдруг представился якорем в этом мире тьмы, некой точкой отсчёта, абсолютным нулем в начале координат! Вот и сделал я круг во времени, вернувшись к началу, понял вдруг учитель. Бывший учитель, точно. Какая теперь школа, блин! Как и тогда, стою перед дорогой в неведомое. И перед спуском в Юрчин подвал так стоял, понимая, что пути назад больше не будет! Но там, внизу, у странного типа в квартире, были Тошка и Ванька! Значит, нужно было идти и ему — старшему товарищу, выручать сорванцов! Ну, а что сейчас?! «Мне холодно без тебя, Таари…» Вот и все. Приехали! — И кто ОН, Таари этот ваш? Бог, наверное? Вампирский? Только для Короля,— ляпнул Костик, выйдя из оцепенения. — Почти! Растерзанный людьми возлюбленный Повелителя! Жертва крови, Костя. И не стоит с этим именем шутить! — мрачным тоном просветил приятеля Юра. — Тот, чью душу несёт в себе Антон. — Бляяяяяя… — Много хуже, Костя! Намного! — «Спаситель» для вампиров? Да мы все рехнулись, скопом! Жертва крови, смотри! Вампир — «некондиция» тронулся умом. На почве веры и благочестия! Низкий гемоглобин? С витаминами плохо? Да Михаил Иванович вроде смотрел за его питанием достаточно серьезно! Надо же — религиозный фанатик! Смешно то как… Или это я совсем уже с катушек съехал, в одиночку, предположил Костя, захлебываясь водой. Излишки образования вот и вижу хрень всяческую за каждым углом. Возрождающийся из смерти мессия — разрушитель! Долой старый мир и новый мы построим, вместе с Кайраном и Таари этим! «Небесный град» для вампиров. Дайте мне хороший кусок мяса, наконец. С кровью! Нужно пожрать по-человечески и все проблемы предстанут в ином свете. А то виноград у них с персиками тут, вроде и мужиков не водится в округе! — Давай так! Разбудим Антона, закажем нормальной еды, а ты, в это время, расскажешь подробно о себе! — внёс рациональное предложение Константин. — А уже потом решения принимать будем — на сытый желудок! Юрий Иванович ничего не ответил. Просто стоял себе мраморной статуей, памятником неизвестному вампиру, павшему в борьбе с человеческим миром, а из глаз его катились безмолвные слезы. — Юрча? Ты чего? — Звон… На фоне… Словно шум травы в степи… Едва различимый гул… Костя, Костя, — шептал Юра, не останавливаясь. Снова и снова — одно и тоже, без конца. — Костя… — Да что с тобой, урод?! — Константин встал и ухватил Юрчу за плечи, потряс, совершенно не думая о том, как они выглядят со стороны. — Зов… Повелителя Кайрана… С той стороны вечности… И ты, человек… С ЕГО кровью… А я… Я не слышу ничего! Полностью глухой! Вампир… — Антон… — Не трогай! — Юрий Иванович быстро встал между Костиком и Тошкой, раскидывая руки для уверенности. — Нельзя будить, он в мире грез! Иначе волки придут за нами… В мире грёз? Не… Костя отчётливо понял о себе одну вещь. Еще секунда такой неопределенности и он, спокойный интеллигентный человек, схватит этот грёбаный стол за ноги и пойдет крушить чёртов клуб направо и налево, не разбирая дороги. В нос явственно шибануло острым и сладким ароматом, одновременно схожим с запахом розовой воды и свежепролитой крови. Ну, мама курицу пару раз в присутствии Костика зарубила. Вот и вспомнился дух кровавый ему от стресса. Наверное… — Всё! Грёзы, волки, зов! Достал, мать твою! Говори! — Я — заблудшая душа, Константин! Последний предводитель отверженных от крови! Доволен теперь?! Юрий И́ванович гордо выпрямился, фактически вытянувшись перед другом во фрунт. Губы его сжались в тонкую линию, побледнели до синевы в этом заметном даже со стороны усилии держать лицо. — Стихии не принимают нас как равных. А люди… Люди нам чужды по определению! Тысячи лет мы правили, используя их, словно скот. Тупую рабочую силу! А теперь вынуждены согнуться, растеряв былое могущество! Мы — жалкие полукровки! Вот кто! В последний миг до полуночи оставили наши предки Цитадель, не признав власти человека с кровью Повелителя… Завал… — Это Отступники, Костя, — раздался вдруг хриплый голос Антона. Он выдохнул, пытаясь восстановить сбитое дыхание, закашлялся и предпринял попытку встать, судя по шелесту одежды и скрипу шезлонга. Безуспешную попытку. Как я смог все ЭТО услышать? Едва различимые звуки? Изумлению Костика пределов не нашлось. Шелест одежды, серьезно? — Господин? — обернулся к Тошику Юрча. — Ты… — Только потомок, господин, тех убогих, что ушли от Повелителя Риайриина! — склонил голову вампирский князь, не решаясь посмотреть Антону в глаза. — Квартерон от человека. — Скорее, от вампира уже, — тихо уточнил Тошка. И добавил, вытянув руку, — воды мне! Как ни странно, но такой вот Антон — мальчишка с резкими повелительными замашками, всегда приводил Константина в состояние дичайшего умиления. В отличается от Ивана, да. Тому просто хотелось шлёпнуть линейкой по рукам. Знай, мол, свое место, мелочь! Не отрывая глаз от пола, Юрий Иванович, будто в кино замедленном, идиот, двинулся к столу, захватил бутылку с водой и, едва не на цыпочках, приблизился к Антону. Остановился, не дойдя шага до Тошкиного шезлонга. Подумал и опустил воду в протянутую руку, согнувшись с намеком на полупоклон. О чём там думал неведомый фантом-наблюдатель, черти его знают! Но вот Костя от такого представления тупого просто охренел! А перед внутренним взором вдруг встал сегодняшний случай — Тошкин выпендрёж в Мишанином джипе. С тем же надменным видом он сидел и ждал, пока ему дверь снаружи откроют, точно барышня! Плебейские дело, мол, не для барских ручек! Но ведь прошлым летом Антон, ни минуты не задумавшись, записался волонтером в хоспис. И отработал положенное время, даже зубами не скрипнув! Без жалоб и истерик возился с умирающими убогими стариками! Почему? — Вот оно, твое знаменитое «время разделения», Юрча? — тем временем продолжил беседу Антон, вливая в себя минералку мелкими глотками. — Когда каждый будет искать свою потерянную сущность, взыскуя крови Короля? — Позвольте… Позвольте мне узнать, господин… Голос явно Юрию Ивановичу отказал. Он запнулся в начале фразы, пару раз открыл рот, но без результата. Поднял руку и сдавил горло так, что лицо залила багровая краснота. Помогло, наверное? — Да? — ответствовал Тошка, созерцая потуги взрослого, во всем превосходящего его мужика. Включая габариты! — Волки… Белые волки! Вы видели ИХ?! Среди ваших грез… — Видел. Миражи духа, хоть и звери из плоти… Прекрасные дети Луны! — согласился парень, впившись в лицо Юрчи внимательным взглядом. — Легенда моего рода, ставшая былью! Воистину — сущность и лик — разные вещи! — выдал загадочную фразу наш вампир. — И ты хочешь восстановить сущность повелителя крови, разделив свое естество? — не дал увести себя от темы Антон. Такой прекрасный даже в слабости, уверенный в своем праве отдавать приказы. — Я хочу вернуть свой народ в Цитадель, под крыло Короля Кайрана! И понимаю, что не каждому открыт будет путь через Врата, даже с ЕГО кровью на устах. Но пусть! Ибо в мире людей нас ждёт верная смерть. Всех! — Тогда говори, князь Отступников! Время дорого! — распорядился мальчишка Повелитель (!). Воцарилось тягостное молчание. Костик приготовился внимать, подавив сожаления о том, что не успел заказать сытный обед. Хотя желудок ощутимо тянуло! Крови, что ли, блядь, глотнуть? Вон сколько народу неоприходованного топчется! Баранье стадо… Антон закрыл глаза, утомленно откинув голову на изголовье. Юрча так и остался на ногах. Собирался, не иначе, поразить друзей правдивой историей из жизни полукровок-изгнанников! Или они сами ушли, так вроде? — У нас не осталось ничего! — наконец решился сбросить груз с души Юрча. — Только свет! Свет и люди, что фактически поработили нас, разбавили кровь, искалечили сердца! Связавшись с человеками, мы сами! Сами не оставили себе даже крох от былого могущества детей Стихии… Он замолчал, пытаясь совладать с эмоциями. Сильная личность, что ни говори. Готов унижаться и жертвовать собою ради всех остальных! Хотя, если Антон — брат Повелителя вампиров, о каком унижении речь? Человеческие штампы мышления, вот оно! Константин успокоился и подумал, что именно сейчас балансирует на самой грани, готовый принять столь чуждую для него, дитяти двадцать первого века и всеобщего разгула страстей, логику. Преклонение перед господином по праву рождения, а не… Не перед нуворишем, до макушки набитым деньгами и дерьмом в перемешку! — Нет… Нет больше ни памяти, ни знаний, ни золота чувств… Даже достоинства и чести повелителей крови! Мы искали спасения в процветании вне Цитадели, но оказались отрезаны от изначальных сил, только и всего! На пару со столь презираемыми нами людьми! — Сколько боли в тебе, взывающий, — отозвался мужчине Антон. — И что дальше? — Дальше? Только моя ожившая мечта, единственный путь домой! Или во мрак забвения… Потому, что лунная стая не примет Отступников в свои ряды. Никогда! *** Его облегчение, столь явное, радость и надежда будят во мне противоречивые чувства, признаю. Чувства человека! Печаль и разочарование, боль и горечь, и нежность, как ни странно это звучит. Сейчас Юрча — словно прибившееся к чужой семье дитя, так мне хочется обнять его, утирая слезы, и наказать за ослушание — одновременно. Он, как и Костя, все еще не со мною. Печально. Да, я не могу на них обоих положиться — вот прямо сейчас! А так хочется ответственность разделить. Но… В том сумраке, что стал сутью моей души пару часов назад, я чувствую себя правильно, в итоге. ЭТО приносит долгожданный покой сердцу и, заодно, телу ... А ТАМ — только рдяные цветы, замёрзшие в снегах одиночества и отчаяния… И еще — ГОЛОС во тьме… Граница! Грань миров, в которую люди, обладающие силой и властью, упорно долбятся головой. Власть так и не дала им владычества над собою! Сила не заменила бессмертия! Что им моя жизнь, Ваньки или того же Юрчи? Кровь и могущество Цитадели, за которые имущие мира сего готовы платить любую цену! Чужими жизнями, будем честны. А Я снова здесь, в реальности людей, блин! Вернувшийся из мира грез… Но голоса волков — вой белых призраков, всё ещё звучат в моей голове! Боже! А есть ли ты вообще? Стоило ли мне соглашаться, столь быстро и опрометчиво? Бездумно, только на инстинктах?! Сам, словно зверь… «Безумье рдяных роз, что среди снега спят, во сне я увидал. Но сон тот — ярче жизни, укрытой мглой вчерашних дней. Они — как пепел от мечтаний, сгоревших среди света будней… А розы, что во льдах, поют мне о любви…» Любовь… Что это такое, а? И зачем она существует? Ради детей, следующего поколения, как часто любит повторять отец, втирая житейскую мудрость за бокалом виски? — Не стоило мне соглашаться прямо сейчас! — вот просто так озвучил свои мысли, не удержался, идиот. И две пары глаз уставились совершенно синхронно с выражением вселенской обиды и боли! Ага. Замучил я, бесстыжей Карабас, двух маленьких щеночков — утопил в луже, не иначе! Всё понял, каюсь… Хотя… Никчемные из вас помощники, ребята! Да и ты, Юрий Иванович, на предводителя заблудших ой как непохож! — Стоило?! Тогда давай все сначала и по существу, Юрча! Пора пришла выложить карты на стол — рассказать нам с Костей правду! Не хочу я в одиночестве работу эту жуткую за вас, не пойми кого, делать! Открой кровью, закрой кровью… Гони информацию! А что? ОН водил нас за нос годами, пытаясь вычислить проклятый Ключ, скрытый в человеке! Не убудет от мужика за пару минут. Ещё этот его вид побитый и скорбный, да виноватый голос не дают покоя мне! Ой, есть за ними маленький такой грешок, точно говорю. И просчет — огромный, есть тоже — в прошлом! Так может Отступникам этим, вампирам-полукровкам, место в забвении? Или дать им шанс? — Мы ждали тебя давно, — тем временем продолжил Юрий Иванович, — так давно, что уже отчаялись услышать зов. Отвергнутые женской сущностью, стихиями льда, смешались с людьми, век за веком теряя лицо. Так, в гордыне и отчаянии, прошли тысячелетия! И кровь князей ночи почти мертва в нас, её вытеснила суть человеческая, оставив нам лишь долголетие и здоровье. С тех пор, как закрылись врата Цитадели, живём мы иллюзиями и болью… Гнев ударил мне в голову моментально! Ну что за смена настроений, словно я — девушка на сносях. Так у Светки — одногруппницы моей, настроение меняется по пять раз на дню. А ей до родов четыре месяца осталось, вроде. Беременный парень? Но ярость мне подавить не удалось. — Вот как! Это я, значит, виноват, что не позвал вас раньше, да?! Пока вы там, бедняги, вкушали прелести жизни среди чужих — вдали от Повелителя! Ведёшь себя, Юрча, словно подлый змей со мною! Вертишь хвостом в обе стороны! Значит и твои «люди» — такие же? Из этой, совершенно непостижимой для меня обиды, вдруг родилось желание… Мне захотелось раздавить его, подчинить немедленно и выбросить! Как же много в этом существе от НИХ… ТЕ… Они тоже считали меня обязанным… Ненавижу! Преданная любовь? Кем? Почему? Снова — любовь! Смутил я вспышкой гнева Юрия немало. Он даже назад подался, пытаясь уйти из зоны досягаемости руки. Блин! Да я встать сейчас не могу без посторонней помощи, не то, чтобы мужику в полном расцвете сил врезать! — Я… Нет! Мы заслужили, господин! И я ничего не прошу… Раз поклялся идти за вами вопреки всему — не отступлю от своего слова даже в вечности! Ибо лишь Повелитель Кайран сможет спасти нас от тлена. Он, все же, позволил себе присесть в моем присутствии. Наверное ноги перестали держать, приняв львиную долю нервной нагрузки. Вот так сказывается происхождение от людей, князь! — Говорят, что в Цитадели Рэдэнгарда предки наши черпали силы свои только в нем! В Повелителе, в силе королевской крови, что управляла миром и небесами напрямую! Но, клянусь, что не знаю причин, вынудивших этих вампиров уйти… Он горестно заломил руки, пытаясь найти правильные слова. — Из-за людей? Из презрения к их слабости и амбициям? Не желали брать себе в пару глупых рабов, что растерзали возлюбленного Кайрана, Кейтаара — прямо у него на глазах? Предания содержат намеки… Крупицы знаний о странном времени, когда вся сила повелителей крови была в руках дитя снов — человека, которого считали вампиры братом Короля. — Человек и брат Короля, самого Повелителя! Не могу я уложить твои откровения, Юрчик, в голове! — таки встрял Константин. — И я цельной картины из осколков собрать не могу! — отозвался Юрий Иванович. — Вот уже полторы тысячи лет, Костя, пытаюсь. — Э… Да… Нет! — внятного ответа Костик так и не родил. — Князья ночи, три клана поочередно, ушли в земли Востока, отказавшись признать власть сновидения, — не дождавшись возражений, вернулся к своему рассказу Юрча. — Именно ЭТИХ вамиров и нарекли отступниками те, кто остался в Цитадели. Так я, через тысячелетия, унаследовал их проклятие и кровь... Безнадежность бытия среди чуждой нам рассы! — Полторы! Да сколько ты живёшь на свете, мать моя — женщина! Три? Пять? — Костя все не мог успокоиться, проникнувшись невероятным, с точки зрения человека, возрастом вампира. — Две триста всего, — печально отозвался Юрий. — Но не в этом суть! А в одиночестве! Две тысячи триста лет я одинок! Полукровке встретить пару — огромная удача! И удержать… А у квартерона надежды уже нет! — И что?! Каждое столетие — новая! Круто же! — Тупой, как сибирский валенок, — вздохнул князь, только махнув в сторону Кости рукой. — Ничего, Костя, время тупость «лечит»! Поймёшь! Даже встретившись с вами, тремя, я словно выполз из колодца безнадеги к чистому воздуху лесов! Кровь… ЕГО кровь заговорила во мраке моей души… Впервые! А ты… — А я? — Заткнись, Костя! Я хочу услышать его рассказ до конца! — жестоко, но со вкусом! И он заткнулся ведь! Сразу. — Поэтому Я здесь, господин. Другие… Мои «люди»… Там дела обстоят ещё хуже! Они смогут, я надеюсь, услышать пробудившегося Повелителя, но только в одном случае… Если он дарует МНЕ кровь и прощение. А я уже верну их домой — вопреки воле предков… Так что… — Не, ну даёте! Две триста и никаких зацепок с Ключом? — все не унимался Константин, наплевав на мою просьбу помолчать. — Я плохо слышу, Костик, дорогой! Даже твою кровь, а ты сидишь вот в метре от меня! И зовешь Таари голосом Кайрана! А услышать того, кто спит за пределами мира — вовсе не реально для нас! Это они о чем? Таари… Голосом Кайрана?! Удавлю! — Ребята, я должен стать равным по силе нашим предкам, обязан возродиться как дитя ночи… И только Вы, господин, способны нам помочь… А мы — мы способны отдать самих себя, расчищая вам путь к Цитадели! Цитадель… — Предатели! Вы получили по заслугам, в конце концов. Ну да ладно! Мне от тебя сейчас нужен Архив. Посмотрим, что возможно извлечь из этих документов такого, что Михаил Иванович сатанеет, только представив себя владельцем! — В вашем распоряжении, господин! И архив, и моя жизнь. Ох, всё с тобой понятно Юрча, князь отверженных… — Ещё одно! Как сила Повелителя оказалась у человека, которого ты назвал «дитя снов»? — Что Я тут сказать? Мой отец вспоминал рассказы своего о брате Короля, носителя силы крови. А больше мне не ведомо… Он явился из леса вместе с лунными волками и вернул могущество, украденное людьми у Кайрана. Но вскоре исчез и сам. А Повелитель Ночи больше не покидал дворец… Звали этого человека Рийариин… — Риайриин — душа Кейтаара, воплощённая в крови Кайрана! — выдал Костя на одном дыхании. Поэтому и брат! По крови! Ты… — Константин! — резко бросил Юрий Иванович. А Юрча может быть полезным, если захочет, вот как. Но почему из всех возможных кандидатов в носители тайн нам достался отступник? Где же верные подданные Короля? Дела… И Рийариин. Живой ключ к Цитадели. Душа… Ключ к сердцу Повелителя Кайрана, вот что… Человек с кровью вампира. Как и я? *** «… Мой брат, возлюбленный, прошу — прости меня! Но ухожу я снова в белый снег. За горизонтом спишь, но помнишь — знаю я. Есть ночи без Луны и пусто небесам… Во тьме средь снов — ответь моим мечтам! Звезда лишь дремлет, ждёт во сне любя…» …Дождись меня, Кай, в своем холодном сне…