My gentle wolf.

      Чанель очнулся через пару часов после того, как Бекхен и Югем ушли. И какого было его удивление, когда рядом с собой, вместо спасенного им омеги, он обнаруживает Минсока.       - Что ты тут делаешь? Где Бэкхен? - голос альфы хрипел. Говорил он тихо, так как был еще достаточно слаб.       - Он ушел куда-то. Не знаю, в шутку или нет, но сказал, что хочет на людей посмотреть.       Услышав про людей, Пак буквально подскочил на кровати. Плечо резко зажгло, отчего волк заскулил.       - Да тише ты, тише. Он же шутил. Думаешь, он настолько идиот, чтоб правда туда пойти? Его же вычислят на раз-два, - Минсок попытался уложить младшего на кровать, но Чан оттолкнул его и, как мог быстро, направился на улицу, кинув по дороге "Идиоты. Оба".       Выйдя из домика, альфа сразу же перевоплотился в волка. Он старался бежать быстро, но рана мешала. От этого он частенько падал, бороздя мордой землю. Чанель торопился, стараясь догнать омег. Ему было важно перехватить их до того, как они окажутся в деревне. Не дать им попасть туда без него. Рана болела, жгла. Но альфа, сжав зубы, торопился. Правда, иногда все же приходилось делать передышки.       Оборотень шел по запаху. Запаху двух омег. Уже приближаясь к реке, Пак замедлил ход, а вскоре и вовсе остановился. Стоило принять человеческий образ, чтоб не быть тут же убитым. Перевоплотившись, альфа поправил на себе вещи, обнаружив удивительный факт. Все его лицо было в земле. Спустившись к реке, он быстро умылся холодной водой. А заодно и взбодрился. Благо даже в человеческом образе нюх действовал чудесно. Поймав след ушедшего из стаи Югема, Чанель двинулся в деревню. Он шел довольно быстро, стараясь не привлекать к себе внимания.       Бен с любопытством разглядывал каждую вещь в доме. Для него все было ново, интересно, непонятно. Каждый раз, видя какую-то непонятную вещицу, омега хотел было спросить Югема для чего она, но видя, как тот собирается, просто молчал.       Пока любопытный Бэкхен рассматривал человеческое жилище, Югем собирал все необходимые вещи. Все пытался не забыть чего-то важного: кто знает, возможно, он тут последний раз. От этой гнетущей мысли омега тихо, устало вздохнул. Здесь он жил довольно долго. На секунду даже хотелось поддаться слабости и расплакаться. В какой-то мере парень боялся таких перемен.       - Можешь себе что-то прихватить... Сувенир, что ли... - Югем улыбнулся уголками губ и продолжил сборы.       - Могу, правда? - в глазах оборотня блеснули огоньки. Это был прекрасный подарок. Но... Что взять? Осмотревшись вокруг, Бэк выбрал для себя несколько привлекательных вещей: кухонную лопатку, солонку и кое-какие приправы (те, что были приятны ему на нюх). Позже он спросит у другого омеги что это. А сейчас лучше не отвлекать его. А то вдруг еще забудет чего. Югем с неким интересом наблюдал за Бэкхеном. Ему было очень любопытно, что именно привлечет внимание оборотня. Выбор омеги был весьма забавным. К тому же, все относилось так или иначе к еде. Может именно это его привлекает? Разнообразие еды?       - Я почти все собрал, так что скоро пойдем обратно... Может Чанель уже проснулся, - не очень громко добавил омежка, складывая выбранные предметы в кожаную сумку, отложив в сторону лук и стрелы.       - Может быть. И я больше чем уверен, что он будет на меня зол. Ну, что увел тебя.       И что не удивительно, Бэкхен оказался прав. Потому что стоило им с Югемом выйти из домика, как перед ними буквально из под земли вырос Чанель. Злой и слегка уставший. Или точнее сказать болезненный. Плечо ныло. Ноги слегка подкашивались. Но, несмотря на это, Пак уверенно стоял, перегораживая омегам дальнейший путь.       - Я с тебя три шкуры спущу, Бэкхен, как только мы вернемся в деревню. А ты, - альфа перевел взгляд на Ю. - Зачем ты пошел с ним? Думал, он поможет тебе сбежать от меня? Я что, так противен тебе в роли твоего альфы?       Несколько секунд Югем слегка растерянно смотрел на альфу своими темными глазами. А вот последние заявления Чана заставило сжать челюсти от недовольства. Будь он лошадью, то, скорее всего, взбрыкнул бы. Но Ю всего лишь человек и реагировал болен сдержанно.       - Во-первых, я еще ничего не решил. Во-вторых, не ори на меня! В-третьих, мы за необходимыми вещами ходили, только и всего. В-четвертых, я смотрю тебе уже намного лучше, раз ты сюда прискакал. А теперь пошлите быстрее, пока мы не привлекли чужое внимание, - резко, но в тоже время довольно тихо, ответил Ю альфе. Тихо вздохнув, он поправил объемную сумку и мельком посмотрел на предплечье Пака, где под одеждой скрывалась рана. Насколько быстро такого рода ранение заживет на оборотне? Обычный человек бы еще лежал в постели, стонал бы от боли, а Чан уже на ногах, хотя было заметно, что сейчас он не в лучшем состоянии.       На недовольные восклицания омеги Чан тихо рычал. Не так, как рычат от недовольства люди. Он рычал тихо и утробно, как рычат только волки.       - Я не могу не повышать голос. Видишь ли, волки, в отличие от людей, очень преданы тем, кого любят. Если бы ты ушел и не вернулся, я бы умер от тоски по тебе, - Чан говорил на полном серьезе. Но после этой его фразы, Бен недовольно фыркнул, бросив едкое: "Зато знаешь, какого мне". - И на кой черт вы поперлись в деревню без меня? Это же опасно. Две омеги. Без защиты!       Югем еле сдержался, чтобы не закатить глаза. Если быть до конца честным, то он все еще не верил Чанелю. Ему казалось довольно абсурдным то, что можно вот так просто заявлять другому человеку, что, фактически, любишь его. Они знакомы от силы два дня. За такое короткое время невозможно определиться в своих чувствах. Но в тоже время хотелось понять Чанеля, ведь он был не совсем человек. Альфа был совсем другой расы, у которой свои порядки заведены. Может их понятие любви чем-то отличается от человеческого.       В любом случае, Ким решил, что сейчас не лучшие время и место для громких ссор. Почему-то он был почти уверен в том, что вернувшись к стае оборотней, они все же продолжат этот неприятный разговор.