Мечтал, но не подумал...

POVДаша Захожу в комнату, где вижу Марину Петровну с Кнопкой на руках. Эта красотка плачет будто ее режут, а Марина Петровна нервно ходит по комнате. - Внученька, ну ты чего? – спрашивает мама Егора прижимая к себе Виту. - Марина Петровна, давайте я попробую? – предлагаю я подходя к женщине. - Дашенька, я правда не знаю, что случилось. Я и так, и сяк, а она только громче кричать начала. – говорит та передавая мне Кнопку. Виталина прижалась ко мне и будто жалуясь начала скулить. Моя хорошая! - Марина Петровна, успокойтесь. Все хорошо! – постаралась я успокоить женщину но та все так же ходила по комнате. - Может я ей больно как то сделала? Так я же не хотела! - Ничего вы ей не делали, все в порядке. Малышка по привычке уткнулась мне в шею. От этого и мне спокойней как то стало. Ее дыхание стало выравниваться означая, что малышка начинает засыпать. Она так сильно вцепилась в меня своими маленькими ручками, что костяшки на ее маленьких пальчиках побелели, а сама она вспотела, что ее волосики на лбу были мокрыми. Нежно поглаживая Кнопку по спинке я стала ходить по комнате. Марина Петровна все это время наблюдала за мной, наконец-то остановившись у стены. Вита всхлипнув еще пару раз, все же успокоилась. Девочка моя! Как же я люблю это чудо! - Смотри-ка, уснула! – прошептала мама Егора. – Ей не бабушка нужна была, а мама. – я остановилась, а Марина Петровна подошла ко мне и погладила по руке, что была на спинке Виталины. – Я рада за вас! Искренне рада! – Сказала женщина, тепло улыбнувшись. - Спасибо. Мне очень важно услышать это от вас. – честно призналась я. - Давай ее положим на кровать. Я подушек принесла, чтобы не скатилась. – Марина Петровна начала суетиться расправляя постель и выкладывая подушки словно ограждение. – Ложи. – я подошла к кровати и положила на нее Виту присев рядом с ней. Та тяжело вздохнув, раскинула ручки и ножки в стороны продолжила спокойно спать. – Ой ты Батюшки, как тяжело вздыхает! Скажет, уморили вы меня со своими гостями! – по-доброму сказала Марина Петровна, присаживаясь рядом со мной. – Ну чего ты глаза опустила? Все же хорошо! Скажи честно, моей реакции боялась? – спросила женщина беря мою руку в свою. - Не только. Вообще переживала, как вы отнесетесь к этому всему – пробормотала я все еще не смотря в глаза женщине. - Вот дуреха! Ну вот скажи мне, почему мы должны плохо отреагировать на то, что вы с Егором вместе? - Я как-никак чужой человек для вашей семьи. У Егора не раз были отношения с плачевным финалом. Да и я, не знаю, совсем не похожа на тех, что были рядом с ним.Думала вы будете считать, что я как то таким способом пытаюсь выгоду какую-то для себя сделать. Не знала, что вы подумаете на этот счет. Какова будет ваша реакция… - проговорила я по-прежнему не поднимая головы. – Вот скажите мне, у вас же были такие мысли? – спросила я наконец-то осмелившись посмотреть на Марину Петровну. - Я скажу тебе одно: Перестань так много думать и накручивать себя! Но не буду врать, поначалу я была осторожна во мнении о тебе. Но после, когда я увидела как ты относишься к Виталине и Егору, да и их ответная реакция на тебя мне многое дала понять. Я поняла, что ты не играешь, что настоящая. Без всех вот этих придуманных титулов и тебе важна простота. И я безумно счастлива что ты появилась в жизни Егора. По поводу того, что отличаешься от остальных, это твой плюс! Ты проста, наивна, натуральна во всех смыслах, а это сейчас редкость. Не бойся реакции других, слышишь? Прими все так как есть! Ты сейчас счастлива? – спросила женщина прижимая меня к себе за плечи. - Очень! – ответила я прижимаясь к ней в ответ. - А это значит, что все остальное фигня, ясно? – Сказала Марина Петровна, улыбаясь материнской улыбкой. - Более чем. – улыбаясь ответила я ей в ответ. - Вот и славно! И мама ты потрясающая, что говорит то, что Витаминка только с тобой уснула! - Может быть. – неуверенно ответила я. Хотелось бы мне в это верить. - Хочешь об этом поговорить? – осторожно спросила Марина Петровна. – Может после того как выговоришься легче станет. - Ох, не знаю… Как мне все это вам объяснит? – разговор мне действительно не помешает. - Как чувствуешь, так и говори. - Я боюсь. Боюсь называть Виталину дочкой. И не знаю с чем этот страх связан. Я все думаю, как все будет складываться дальше. Не окажется ли моя опека и стремление защитить лишь страх потерять и вновь совершить ошибку прошлого... – останавливаюсь, тяжело говорить об этом. - Милая, а что было? – осторожно, боясь затронуть больное спрашивает Марина Петровна. - Я потеряла ребенка. – слышу резкий вдох мамы Егора. – Глупая тогда была, верила всем, доверяла. Мной пользовались, а я рассказать боялась. А после забеременела. Все это сложно, но ребенка я потеряла будучи на пятом месяце. Врачи сказали, что шансы если даже есть, то не больше 7-10%. А вот сейчас я боюсь, не страх ли мной движет. – давно поняла, что плачу, но вытирать слезы сейчас абсолютно не хочется. - Господи, милая! – Марина Петровна прижала меня сильнее к своей груди. А я начала еще сильнее плакать, но прикрыв рот рукой, чтобы не разбудить Виталину. – Девочка моя, сколько же всего ты пережила. Ты прости меня дуру, лезу туда куда не надо. А насчет страха, ты это брось! Видно же что любишь, любишь свою дочь, а не просто дочку Егора. И пусть, что ты не рожала ее, воспитаешь! - Я их обоих безумно люблю! И Егора, и Виталину, очень! Я просто не знаю почему я так думаю. - Дуреха потому что еще молодая! С возрастом поймешь, но ты брось себе голову ерундой забивать. Отпусти прошлое, выбрось, забудь. Оно тяжелое, плохое, больное. У тебя сейчас такое хорошее будущее! Ты только посмотри – женщина указала на Кнопку, что посапывала во сне. Я улыбнулась. – Ну вот, совсем другое дело! Не бойся назвать ее своей. Не бойся назвать родной. Она твоя дочь, слышишь? Твоя. И нет на свете ни одной женщины, что заменит Виталине мать, а Егору жену. Есть только ты у этих двоих. Только ты!Все, успокаивайся! Я тоже пойду поправлюсь и к мужчинам пойду. А ты, как успокоишься спускайся к нам. Разрешу Коле коньячку выпить, а то всю плешь проел! Выше нос милая! Все лучшее впереди! - Марина Петровна вышла из комнаты, а я успокоившись начала думать о ее словах. Да к Черту! Она права! Живя прошлым и постоянно думая о нем, я сама себя медленно но верно убиваю. Если Марина Петровна - принимает, Николай Борисович – одобряет, нужно послать и отпустить этот ужас прошлого и жить настоящим! Улыбнувшись своим решением я посмотрела на мое чудо что сладко спала. – Доченька… - совсем тихо, но я это сказала и на душе будто бабочки залетали! Ощущение будто камень что тащил меня ко дну, упал, а меня начало поднимать вверх. – Доченька. – уже уверенней. Я взяла ее маленькую ручку и наклонившись поцеловала ее. – Родная моя! – слезы вновь подступили к глазам. Но это уже от радости! Неимоверной радости внутри! Успокоившись я вышла из комнаты и направилась на кухню. Зайдя туда я увидела как семейство Булаткиных обнимались. Заметив меня Егор отстранился от родителей и подойдя ко мне чмокнул в нос и обнял. - Что это за проявление чувств? – улыбаясь спросила я. - Я люблю тебя! – пробормотал Булаткин. – Тебе не нравится? – спросил Егор отстранившись и хитро улыбаясь. - Нравиться, и по-другому быть не может! А ну быстро обними, мне холодно! – как маленькая капризная девочка я потянулась к Егору. Марина Петровна и Николай Борисович рассмеявшись позвали нас пить чай, а Егор крепко обняв меня поцеловал уже в губы. - Люблю тебя! – довольно сказал он. - А я тебя! Очень! – ответила я. - Так, я не поняла сейчас. Это что такое? – спросила Марина Петровна указывая на посудомоечную машину где лежали два бокала для коньяка. – Коля! - Етишь твою ты за ногу! Егор! Ну мог бы сполоснуть! Ой, все нужно самому делать. – раздосадовано сказал Николай Борисович. - Прости пап, я не подумал. – ответил Егор почесывая макушку. - Коля, ты от ответа то не уходи. – сказала Марина Петровна и взяв кухонное полотенце начала подходить к мужу. Тот увидев ее вскочил с места и начал обходить стол. - Мариночка, ну я ж чуть-чуть! - Чуть-чуть он, вот жешь паразит! Умей проигрывать достойно! – сказала Марина Петровна, тоже обходя стол. Картина со стороны, ну просто любой комедии достойна. В особенности учитывая, что они говорили не слишком громко, сдерживая крики из-за спящей наверху Виталины. Мы с Егором обнявшись уже смеялись во всю. - Так, я мужик или кто? – становившись сказал Николай Борисович. – Этой кислятиной я давиться не собираюсь! – и в этот самый момент он получает полотенцем. – Женщина - еще один шлепок – Ай, да ты чего творишь?! - Не собирается он, глянь на него! Ох и зараза же ты Булаткин! А я ему думаю сейчас коньячка налью, за то что такой молодец. - Я тебе собака что ли? За то что молодец похвалу ждать? Я глава семейства! - Который без головы сейчас останется! – только Марина Петровна замахнулась для удара, как Николай Борисович перехватывает ее руку и смачно целует. - Без головы меня оставлять нельзя. Тебе ж хлопот прибавится. А вот перестать меня бить и принять мои извинения, можно. – спокойным голосом проговорил Булаткин старший. - Да иди ты, ловелас недоделанный. – смеясь Марина Петровна оттолкнула мужа и направилась за кружками. - Марина, нам с тобой двоим известно, что я доделанный во всех местах. Наилучший показатель двое детей. Вон, аки красавец стоит, весь в меня! – гордо проговорил Николай Борисович указывая на Егора. - Ох Коля, Коля. - вздохнув и покачав головой сказала Марина Петровна. – И как я с тобой живу? - В мире и согласии, ну и с юмором немного! – ответил ей Николай Борисович. - Да у меня вся жизнь юморная, прям цирк бесплатный! – смеясь сказала Марина Петровна. – Дети, чего там стоите? Идем чай пить. – позвала к столу ставя кружки. - Интересно, ты в будущем такой же будешь? - спросила я Егора подходя к столу. - Поживем, увидим! - ответил мне Булаткин. Неделя в гостях у родителей Егора прошла на Ура! Но зря, что так быстро. Погода нас радовала, потому мы много гуляли. Днем с Виталиной, а вечером вдвоем. И это было нереально круто! Егор показывал такие места, которые известны только коренным жителям Пензы. Удивительное в обычном. Еще мы ходили в кинотеатр на комедию. Так там, Булаткин устроил целое представление, хорошо, что лишь для нас двоих. Мне еще никогда не было так стыдно! Но это все останется в памяти как лучшие моменты, чему я безумно рада. Мы очень сблизились с родителями Егора. Они больше узнали обо мне, а я о них. Но самое главное достижение это то что Кнопка при виде Егора сказала «Па» Не знаю, был ли это просто слог, но замерли все. А Булаткин находился будто в трансе, но после расцеловал Виталину и весь оставшийся день ходил будто кот сметаны объевшись! Я много читала и знаю, что дети начинают говорить слова около года, но могут произносить отдельные слоги. И чаще слоги наподобие «Па, ма» и т.д. означают в дальнейшем слова. Я безумно рада, что Кнопка хорошо развивается и уже начинает что то говорить. За свои восемь месяцев она сделала невозможное, чем я горжусь! Моя умница! Сейчас мы подъезжаем к дому и я возвращаюсь из мыслей в реальность. Кнопка сегодня очень неспокойная и я не могу понять отчего. Да и мне как то на душе тяжело, но вот повода так переживать и нервничать нет. Егор забирает чемодан из багажника и мы входим в лифт. - Эх, вот и закончился отпуск… Бля, как же не хочется снова выходить на работу! Хочу быть с вами! – как маленький ребенок прохныкал Егор уткнувшись мне в плечо. Виталина посмотрела на отца озадаченным взглядом, чем вызвала у меня улыбку. - Родной мой, но у тебя есть кроме нас работа и тысяча фанаток, которые очень скучают по тебе. Да и без сцены и всей прочей ахинеи, ты просто не выживешь. - Это верно… Ладно пойдемте. Кнопка сегодня не спокойная, опять зубки? – спросил Егор выходя из лифта после нас. - Нет, пока что нет, но она и впрямь сегодня… - я не договорила из-за руки Булаткина, что остановила меня. – Что случилось? – спросила я разворачиваясь к нему. Увидев, что взгляд Егора направлен не на меня, а куда-то в сторону я посмотрела ему в след. Перед дверью в квартиру Булаткина стаяла высокая, статная девушка модельной внешности. Ее взгляд был прикован ко мне, и лишь мельком она поглядывала на Виталину. От того как ядовито она смотрела меня мурашки прошлись по телу. - Ну здравствуй, Егор! – с иронией в голосе проговорила девушка. - Вика? Что ты здесь делаешь?