Insurgent

Разбудил меня Фор. Он постучал в мою комнату и сказал, что пора идти. — Я тут тебе одежду принес. Думаю, что в этом ты будешь чувствовать себя уверенней. — И он повесил что-то на спинку стула, стоящего у двери. — Подождите меня внизу. Я спущусь через пять минут. — Сонно сказала я. Фор кивнул и вышел. Не смотря на то, что уснула я только часа за два до рассвета, я чувствовала себя бодрой. Осознание того, что я вчера, пусть и почти не видела его в темноте, но разговаривала с ним, прикасалась к нему и ощущала его губы на своих губах, полностью пробудило меня. Я подошла к двери и сняла одежду со спинки стула. Улыбнулась. Черно-красное. Одежда Бесстрашия. Черная майка с красными вставками, такая же черная жилетка и черные брюки. Наверное, Изгои ограбили один из поездов, который переправлял одежду Бесстрашию. Переоделась. Спрятала пачку сигарет, которую мне дал Эдгар, в карман брюк. Платье Дружелюбия скомкала и бросила под стул и вышла из комнаты. Фор, Трис и Калеб ждали меня у выхода. — Пошли. — Сказал Фор, и мы направились в сторону фракции Искренних. Когда мы пробирались по завалам одного из разрушенных зданий, Калеб огорошил всех новостью. — Я не пойду с вами. — Громко сказал он. — Что? — Спросила Трис. — К Искренним. Я с вами не пойду. — Но почему, Калеб? — Трис подошла к нему. — Потому что струсил, что не понятно? — Сказала я. — Помолчи. — Фыркнула на меня Трис. — Какой у вас план? — Спросил Калеб. — Вы найдете Бесстрашных и что потом? Нападете на Эрудитов? Убьете Джанин? Начнете войну? Простите, но я не гожусь для всего этого. Я не такой как вы. Лучше я вернусь в Отречение. Посмотрю, что там с нашим домом. Может что осталось. — Калеб, Отречения больше не существует. — Сказала Трис. — Да. — Тихо сказал он и ушел. Трис так и стояла, смотря ему вслед. Мы с Фором переглянулись. Я сдвинула плечами. Странно это все было. Очень странно. — Трис, нам нужно идти. — Тихо сказала я. Она кивнула, повернулась к нам с Фором, и мы пошли дальше. Стало виднеться здание с эмблемой весов. Но пробираться к нему нужно было еще километра два. На пути то и дело появлялись новые препятствия: поваленные дома, стены, через которые нужно было перелезать. Обычно Фор взбирался на них, перепрыгивал, а потом снимал Трис и меня. Иногда все вместе перепрыгивали. Дорога выдалась не из легких. То, что показалось коротким путем, растянулось на долгих три часа. Трис всю дорогу молчала. Лишь однажды остановилась под одним из мостов. Фор кивнул мне и подошел к ней. Я отошла чуть дальше и остановилась, не подходя к ним. Не слышала, о чем они говорили, но видела насколько подавлена Трис. Простояли так около минуты. Я услышала шум приближающихся машин. — Фор, Трис. — Крикнула я. Фор и Трис догнали меня. Я замерла на какую-то долю секунды, вслушиваясь в трансляцию громкоговорителя. Введен комендантский час? Не удивлена. Догнала Фора и Трис. Спустя пятнадцать минут мы уже подходили к большому белому зданию Искренности. На пороге толпились Бесстрашные. Я чуть не задохнулась от счастья и осознания того, что практически дома. Но в следующую секунду осознание того, что мы не дома, что все мы здесь беглецы, сильно ударило меня по голове. — Мы их нашли. — Радостно сказал Фор. — Фор! — Закричал Гек, девятилетний мальчик из нашего Бесстрашия, и побежал к нам. — Трис! — Кристина подбежала к подруге и крепко обняла ее. Я стала осматривать толпу, понимая, что друзей у меня тут почти нет и никто не радуется, увидев меня. Предательские слезы выступили на глаза, и я встряхнула головой, отгоняя совсем нежеланную слабость. Я стояла немного подальше ото всех и разглядывала носки своих ботинок. Не слушала, о чем говорила Трис, но на вопросе Кристины «Ты что-нибудь слышала о Уилле?», я вскинула голову. — Нет. — Ответила Трис. — Ничего? — Спросила Кристина. — Нет. — Снова сказала Трис. — Значит, с ним что-то случилось. — Крис опустила голову. — Он бы давно уже меня нашел. — Привет. — К Трис подошла Тори. Я улыбнулась. Я, правда, рада была ее видеть. — Клэр! — Гек бросился ко мне и стал меня обнимать. Я аж оторопела. — Привет, малой. — Я улыбнулась. — Как ты? — Я скучал по тебе. Я потрепала его по волосам, улыбнувшись. В это время ко мне подошла Кристина. — Привет, Клэр. — Она обняла меня, и я обняла ее в ответ. — Ты как? — Нормально. — Я попыталась улыбнуться. Крис сдавлено улыбнулась и отошла. — Клэр! — Тори подскочила ко мне. Я сильно обняла ее. Это единственный человек, рядом с которым сейчас, возможно, хотелось находиться. — Тори. О, Боже. — Я рада тебя видеть. — Тори легко улыбнулась. — И я тебя. — Как ты? Все в порядке? Я замотала головой, сдерживая слезы. Она вопросительно посмотрела на меня. — Давай позже. Ладно? — Спросила я и попыталась улыбнуться. Тори кивнула, и мы пошли к входу в Искренность. — Сколько здесь Бесстрашных? — Спросил Фор у Тори, когда мы шли по холлу здания. — Сто семьдесят пять. Всего. — Сто семьдесят пять? — Практически выкрикнул парень. — Так мало? — Остальные ушли с Максом. — Ответила Тори. — Нам не хватает людей, чтобы… — Стоять! — Послышалось у меня за спиной. Мы все (Трис, Фор и я) достали оружие, которое захватили у Изгоев и направили на людей, которые нас окружили. — Брось оружие! — Закричал мужчина, приставив пистолет к затылку Трис. Я ощутила на своем виске ствол. Прикинула, что нужно сделать, чтобы выстрелить первой. За мной стоял Фор. Так что, если я увернусь, могут попасть в него. Значит нужно сдвинуть руку противника вправо, тогда пуля из его ствола попадет в стекло, и выстрелить первой… — Успокойтесь. Они с нами. — Сказала Тори. — Мы знаем кто вы. — Сказал мужчина, который стоял позади Трис. — Я не шучу. Опустите оружие. Трис посмотрела на меня, я легко сдвинула плечами, и мы обе перевели взгляд на Фора. — Ладно. — Сказал тот. Наклонился и положил пистолет на пол. Трис и я повторили за ним. Нас повязали. — Эй! А можно без рук? — Выкрикнула я. — Полегче. — Тихо сказал Фор, обращаясь к нежданному «конвою». Нас повели к лифту, и мы поднялись на последний этаж. К нам вышел темноволосый мужчина в черном костюме и белой рубашке, держащий в руках пульт. — Я — Джек Хан. — Сказал он. — Лидер этой фракции. — Да. Мы в курсе. — Ответил Фор. — Мы вам не враги. — Ну, мое мнение может не совпадать с вашим. — Сказал Джек. — Одно я знаю точно: что всех вас разыскивают. За вооруженный мятеж и организацию нападения на Отречение. Он нажал кнопку на своем пульте и над передавателем появился экран с нашими фотографиями. Мы все трое переглянулись. — Это ложь. — Сказала Трис. — Будь вы Искренними, я бы поверил вам на слово. — Но мы — Дивергенты. Значит и Искренние тоже. — Сказала я. — По результатам теста во мне 20% Искренности. — Но ведь не 100%. — Сказал Джек. — Ни что не идеально. — Я ухмыльнулась. — Кстати, если уж говорить об идеальности… Мне например не нравится, что меня сюда притащили такие охранники. Вы могли выбрать кого-то покрасивее? Охранник, который вел меня сюда, напрягся. Джек тихо засмеялся. — А Вы всегда говорите то, что думаете? — О, да. — Ухмыльнулась Трис. Джек внимательно посмотрел на меня. — Возможно, для Вас не все потеряно. Но в нынешних обстоятельствах я вынужден передать вас совету. Вы сможете там выступить в свою защиту. — Лучше убейте нас сразу. — Сказала Трис. — Если Джанин найдет нас — до суда мы не доживем. — Она не посмеет пренебречь мнением совета. — Ответил Джек. Я зло ухмыльнулась. — Вы в этом уверенны? — Спросила Трис. — И кто же ее остановит? Вы? — Необходимо следовать букве закона. — Сказал Джек и махнул рукой охранникам, которые вновь схватили нас и повели к выходу. — Ясно. — Растеряно сказал Фор, а после обернулся. — Я могу задать вопрос? Его остановили, схватили за шею и осадили. Один из охранников наставил на него винтовку. Я напряглась. — Всего один вопрос. — Сказал Фор. Джек обернулся. — Джанин считает, что Эрудиты достойны власти, потому что они самые умные. — Быстро затараторил Фор. — А вам надо доверить суд как самым честным. Так? — Не могу с этим не согласиться. — Ответил Джек. — И выходит, что суд, проведенный в Искренности, будет справедливей, чем суд, проведенный у Эрудитов? Джек махнул рукой и вернулся к столу. Фора подняли и подвели ближе к Джеку. — Мой ответ — да. — Сказал Джек. — Суд Искренних имеет больше шансов вынести справедливый приговор. Так мне запросить у совета исключительных судебных правомочий? — Нет. — Сказал Фор. — При посвящении в Искренние вы вводите сыворотку правды. Верно? — Мы не обсуждаем это с членами других фракций. — И Джек направился к выходу. — Вы уклоняетесь от ответа. — Уклоняться — не значит врать. — Но и не значит говорить правду. — Сказал Фор. Я улыбнулась. — Да. — Сказал Джек. — У нас есть эта сыворотка. — Введите ее нам. — Сказал Фор. Мы с Трис переглянулись. — Фор. — Обеспокоенно сказала Трис. — Окажемся виновными — сдадимся совету. Ладно? — Спросил он, переводя взгляд с Трис на меня. После посмотрел на Джека. — А, если нет, то вы спасете три жизни. И обретете верных союзников. — Фор. Я могу сказать всю правду, касающуюся этого дела и так. Но под действием сыворотки я скажу все, что думаю. Это не будет полезно для некоторых. — Я посмотрела на Трис. — У нас нет другого выхода. — Сказал Фор, посмотрев на меня, и снова взглянул на Джека. — Так что скажете? — Хорошо. — Ответил Джек. — Но действие сыворотки может быть болезненным. Она была разработана для инициированных, склонных к честности. — Он посмотрел на Трис и перевел взгляд на меня. — Не всем легко раскрывать свои тайны. Я тяжело задышала. Охранники повели нас к выходу. По другую сторону стеклянной стены здания шла Кристина. Я понимала, о чем думает Трис. — Не стоит этого делать. — Сказала Трис. — Придется. — Ответил Фор. — У нас нет секретов, ради которых стоит умереть. — За себя отвечай. — Сказала я. Фор промолчал. Нас завели в зал судебных дебатов. И ввели инъекцию сыворотки Фору в шею. — Пусть правда освободит вас. — Сказал Джек. Фор вышел на середину круглого зала, вокруг него стояло четыре зеркала, а по периметру собрались Искренние и Бесстрашные. Я старалась не смотреть на Трис, хоть она и стояла в метре от меня. — Тобиас Итон. — Громко сказал Джек. Я заметила, что Фора бросило в жар, и он стал тяжело дышать. Он вскинул голову и посмотрел на Джека. — Вы обвиняетесь в сговоре с другими Бесстрашными и нападении на Отречение. Это правда? — Сговор нет. — Сказал Фор. — Нападение — да. Это была симуляция атаки под управлением Джанин и других Бесстрашных, которых она подкупила. Трис нашла меня. Ей удалось вытащить меня из этой симуляции и вместе мы… Вместе мы смогли выбраться. — Вы утверждаете, что Джанин управляла этой атакой? — Спросил Джек. — Да. — Ответил Фор. — Последний вопрос. — Сказал Джек. — Если вы подозревали, что Джанин подкупила Бесстрашных, почему не ушли? Зачем Вы остались? — Я хотел уйти. — Сказал Фор. — Но влюбился в Трис Прайер. Я не мог ее бросить. Осознание всей схожести ситуации набросилось на меня снежным комом. Я еле удержалась, чтобы не заплакать от безысходности. Джек посмотрел на Трис и обернулся к Фору. — Спасибо за честность. — Сказал Джек. «Спасибо за честность» — Повторила вся фракция. — Тобиас Итон, суд вынес приговор. — Громко сказал Джек. — Вы признаетесь невиновным в нападение на Отречение. Фор отошел в сторону и стал рядом с выходом из зала. — Мисс Прайер, прошу. — Сказал Джек. Сделали укол Трис. — Пусть правда освободит вас. Она вышла в центр зала. — Трис Прайер. — Обратился к ней Джек. — Мистер Итон сказал, что Вы его вывели из состояния симуляции. — Да. — Сказала Трис. — Значит, на вас моделирование не действует? — Нет. — Как такое возможно? — Потому что я — Дивергент. Зал стал перешептываться. Джек и так знал это, поэтому не особо удивился. — Ясно. — Сказал Джек. — Вы не причиняли вреда никому из фракции Бесстрашие или Отречение? Я вздрогнула и отвела глаза. После снова посмотрела на Трис. Трис тяжело задышала, обняла себя за плечи. Я видела, что ей тяжело. Она закивала. — Да. — Сказала она. — Причиняла. И отвела глаза, стиснув зубы. — Кому? — Спросил Джек. Трис вся сжалась. — Моей маме… Я смотрела как она умирает… А затем погиб отец. Они умерли, пытаясь спасти меня. Еще… Я причинила вред любимому человеку моей подруги… Я… Я ранила его… — Она посмотрела на меня, и я отвела глаза. — И… Я… Она вся сжалась. Стиснула зубы. Застонала. — Чем сильнее Вы сопротивляетесь — тем болезненнее действие сыворотки. — Сказал Джек. Трис вздохнула. Она не плакала. Рыдала. — Мой друг… — Сказала она. — Я убила своего друга. Он пытался застрелить меня. И я… выстрелила первой. — Как его звали? — Спросил Джек. Я быстро перевела взгляд с него на Трис. — Не надо. — Простонала Трис. — Как его звали? — Громче спросил Джек. — Уилл… Я убила Уилла. Я перевела взгляд на Кристину, которая побледнела и заплакала. — Так всегда происходит с близкими мне людьми. — Она посмотрела на Фора. — Они страдают или умирают. Перевела взгляд на меня. Я снова отвернулась. — И я не могу простить себе. — Сказала Трис. — Спасибо за честность. — Сказал Джек. «Спасибо за честность». Трис посмотрела на Кристину и отошла к Фору. — Трис Прайер, суд постановил, что Вы признаетесь невиновной в нападении на Отречение. — Мисс Смит. — Тихо сказал Джек. — Ваша очередь. Я тяжело вздохнула, ощущая весь ужас того, что сейчас скажу и подошла, чтобы мне сделали укол. После вышла в центр. — Клэр Смит, вы, как я понимаю, тоже являетесь Дивергентом? — Спросил Джек. — Да. — Просто ответила я. — Вы имеете причастность к нападению на Отречение? — Несомненно. Зал загудел. — Какое именно? — Спросил Джек. — Я знала о запланированном нападении на Отречение за день до того, как это случилось. Говорить правду оказалось не так сложно, как я думала. — Почему тогда вы не сбежали? — Я не могла сбежать. Я не могла бросить своего любимого человека. И не могла не отправиться в свою прежнюю фракцию. Я должна была убедиться, что с моей мамой все хорошо. — Почему тогда Вы не предупредили Отречение? Почему не сбежали со своим любимым человеком? — Отречение предупредил мой парень за два дня до нападения. — Я тяжело сглотнула. — А сбежать мы не могли, потому что он перешел на сторону Джанин. Ради того, чтобы защитить меня. — О ком идет речь? — Спросил Джек. В этот момент я ощутила, как напрягаются мои нервы и боль разливается по венам. Сжала зубы, замотала головой. — Назовите имя, мисс Смит. — Спокойно сказал Джек. — Эрик. Эрик Коултер. Зал стал перешептываться. — Насколько я знаю, это один из лидеров Бесстрашия. — Сказал Джек. — По-вашему, он должен быть предателем. Я замотала головой. — Нет. Он не предатель. Именно он предупредил мою мать о запланированном нападении и сказал ей вывести людей из фракции. Он знал о том, что я Дивергент и никому не сказал. Даже больше: он знал, что Трис тоже является Дивергентом. И не причинил вреда никому из нас, в отличие от… некоторых. Я снова сцепила зубы. На глаза стали наворачиваться слезы. — Что Вы имеете в виду? — Спросил Джек. Я быстро замотала головой и заплакала. — Пожалуйста, хватит. — Что Вы имели в виду, мисс Смит? Я зарыдала. Стиснула зубы. И зло сказала, продолжая плакать: — Я ненавижу Фора за то, что он сделал со мной в школе. За то, кем он меня сделал… Грубой, обозленной девчонкой… Я ненавижу Трис Прайер за то, что из-за нее я лишилась всех близких мне людей… Я не могу быть с любимым человеком, из-за нее ушел Питер — мой единственный лучший друг… Она убила Уилла — моего друга… И из-за нее погиб Эл, который являлся самым добрым человеком, которого я знала… Я ненавижу ее за то, что моя мать осталась в Дружелюбии, над которым поработали Эрудиты, и я теперь даже не знаю жива ли она… Я ненавижу ее за то, что у нее есть Фор. За то, что она не одинока… Я ненавижу ее за свое одиночество… Но еще больше я ненавижу себя за это же одиночество и за свои слабости. Я просто… себя… ненавижу. Джек молчал, а я плакала без возможности остановиться. — Спасибо за честность. — Сказал Джек. «Спасибо за честность». — Клэр Смит, Вы признаетесь невиновной в нападении на Отречение. Я развернулась и вышла через дверь. Прошла через весь холл и вышла на улицу. Остановилась у лестницы и дрожащими руками достала сигареты. Села на каменный парапет лестницы. Закурила. Стала вытирать слезы. — Привет. — Послышался голос приближающегося человека. Я подняла заплаканные глаза на Тори. — Привет. — Тихо сказала я охрипшим голосом. — Как ты? Я замотала головой. — Лучше не бывает. — Ухмыльнулась. — Это то, что ты хотела мне рассказать? — Тори села рядом со мной. — Да. Правда, не так подробно. — Я грустно засмеялась. — Знаешь, терять близких людей — это сложно. Наверное, для тебя особенно. Я думаю, что каждый раз, когда ты вспоминаешь о том, что ты Дивергент, ты ненавидишь это знание. Я кивнула. — Я знаю какого тебе. Когда брат умер, я несколько месяцев пыталась найти того, кто это сделал. Я не хотела видеть в этом причастность наших лидеров. Надеялась, что это был чей-то личный мотив. Но потом призналась сама себе и поверила в правду. Я удивлена, что среди наших лидеров оказались люди, которые не убили тех Дивергентов, о которых знали. Я снова заплакала. — Клэр. Я посмотрела на нее. — Это не вернет Уилла и Эла. Я думаю, что они бы не хотели, чтобы ты так за ними убивалась. А мама твоя может быть жива. Нужно верить в лучшее. Если нам повезет, мы вернемся в Дружелюбие, и ты отыщешь ее. А с Эриком нужно смириться. Он выбрал свой путь. — Он выбрал его, чтобы защитить меня. Он вчера нашел меня. У входа в жилище Изгоев. Мы практически не успели поговорить. Появились Бесстрашные, и я должна была прятаться. Эрик прикрыл меня. Он легко обвел их вокруг пальца и увел подальше от того места, где находились я, Трис и Фор. Они могли бы с легкостью нас убить. Но он этого не сделал. Теперь я понимаю, что это был последний раз, когда мы виделись. Я снова заплакала. Тори обняла меня, взяла у меня сигарету, сделала затяжку, и мы просидели так молча еще пару минут. — Скоро отбой. Нужно идти. — Сказала Тори. — Ты иди. Я еще посижу. Спать не хочется. Она кивнула, поднялась и вошла в здание.