Insurgent

— Вы идиоты? — Я толкнула Трис. — Какого хрена вы стреляли? — Ты не заметила, что мы не попали по твоему ненаглядному? — Трис оттолкнула меня. — Я должна сказать «Спасибо»? — Выкрикнула я ей в лицо. Меня всю трясло. С ярусов с товарами стали спрыгивать Изгои. — О! Вы умеете эффектно появиться. — Сказал один из них. Мы стали оглядываться. Они окружили нас со всех сторон. — Изгои. — Сказал Фор. Я вздохнула. — Как будто без твоего комментария это было непонятно. — Фыркнула я. — Дружелюбные? — Спросил все тот же Изгой. — А держитесь как Бесстрашные. Кроме вот этого. И он указал на Калеба. Я тихо засмеялась. Изгой скользнул по мне взглядом. — Нам нужно только попасть в город и все. — Сказал Фор. — Ну, прости. Мест нет. — Ответил Изгой. — И вы повредили наш груз. — А это ведь ткань для одежды Отречения? — Подскочил к нему Калеб. — Калеб. — Простонала я с вымученной ухмылкой. — А вы ведь Изгои, да? — Спросил Калеб. — Калеб! — Позвала его Трис. — Я был в Отречении. Да его не заткнуть. — Мы использовали такую же ткань для прошива вашей одежды. — То есть мы крадем у тебя одежду? — Спросил Изгой. Кажется, Калеб выводит его из себя. — Нет. Нет, нет! — Затараторил Калеб. — Я больше не в Отречении, так что вы не у меня крадете… То есть вы ни у кого не крадете. Я засмеялась. Трис скосила на меня недовольным взглядом, который я проигнорировала. — В смысле… По моему, это вопрос семантики. — Сказал Калеб. — Воровство это или благотворительность. — Воровство? — Переспросил Изгой и схватил Калеба за шею. — Отвали от него. — Трис оттолкнула парня. — Успокойтесь все. — Сказал Фор. — В общем, я вас понял. Мы сойдем с поезда. Ясно? — Да уж. Успокойтесь, парни. Не дергайтесь. — Сказал Изгой, осматривая своих, а после посмотрел на нас.– А вы пока можете подышать. И толкнул Калеба. Калеб вывалился сквозь дверь поезда, ухватился за стенки вагона и залетел обратно внутрь. Я напряглась. Фор ударил Изгоя в живот. Трис затянула брата в вагон и прижала к стене. — Прости. Я пытался помочь. — Сказал Калеб. — Замолчи. — Шикнула на него Трис и посмотрела на меня. Я больше не смеялась. — Веселая будет поездочка. — Сказал Изгой. — Давайте все успокоимся. Хватит. Ладно? — Сказал Фор. Трис обернулась к Изгою и стала в боевую позицию. Фор схватил ее за руку. Она посмотрела на него и перевела взгляд на меня. Я кивнула. Трис налетела на Изгоя. Я ударила того, кто находился ближе ко мне. Парень отлетел в конец вагона. Фор словно проснулся и тоже стал драться, откидывая Изгоев одного за другим от себя. Я вырубила парня, который летел на меня, ударив его головой о железную стену вагона, и подбежала ко второму, ударив его с колена в живот, а потом и головой о мое колено. Калеб перебежал в параллельный вагон и спрятался там. Один из Изгоев ударил меня по затылку, я резко обернулась, схватила его за шею, ударила головой о бочку, которая стояла рядом и сбросила с поезда в траву. Увидела как один из Изгоев рванул к параллельному вагону, в котором прятался Калеб, побежала за ним. Стала как вкопанная, увидев как Калеб до смерти забивает его арматурой. Вбежала Трис и еще одна девушка Изгой. Прайер оттолкнула ее и та упала под колеса поезда. Трис посмотрела на Калеба, в руках которого была окровавленная арматура, а под ногами лежал труп Изгоя. Он бросил железку и заплакал. — Калеб… — Тихо сказала она. В этот момент на нее налетел тот самый Изгой, с которым началась перепалка. Она упала, ударившись о стену вагона головой, и повалилась на пол, пытаясь из последних сил отбиться от него. Калеб стоял как вкопанный, даже не пытаясь помочь сестре. Я стояла в нерешительности, не зная, что делать. Спасать ту, которая два раза чуть не убила моего любимого и один раз моего лучшего друга? Но и умереть я ей позволить не могла. Это было несправедливо. Она этого не заслуживала… Рванула к Изгою, обкрутив его шею рукой и пытаясь оттянуть назад. Он вскинул руку, ударил меня по лицу с такой силой, что я отлетела, в последний момент вскрикнула «Фор!», ударилась головой о железные полки вагона и без сознания повалилась на землю. Очнулась я от того, что кто-то легко хлопает меня по щекам. Голова жутко болела. Я медленно открыла глаза и отпрянула, готовясь в любой момент подняться и нанести удар. Надо мной стоял тот самый Изгой. — Тихо. Тихо. — Сказал он, вскинув руки. — Я не буду тебя трогать. — Уже тронул. — Пробурчала я, прикасаясь к запекшейся крови на голове, а после и к кровоточащей губе, которую он мне разбил. — Клэр, все нормально. Мы все решили. — Сказал Фор. Я перевела на него непонимающий взгляд. — И что же вы решили? — Мы пойдем с ними. Они нас не тронут. — С чего ты это взял? Изгой рассмеялся. — У нас договор. — Какой еще договор? — Спросила я. — Сама увидишь. — Он подмигнул мне и выглянул на улицу. — Готовьтесь. Мы подъезжаем. Подал мне руку. Я проигнорировала этот его жест и встала сама. Он лишь ухмыльнулся. — Прыгать сможешь? — Ты мне не ногу сломал. — Я зыркнула на него и выскочила из вагона, повалилась на бок, прокатилась по щебени и поднялась. Голова загудела от жуткой боли. Чуть дальше от меня выскочили Фор и Трис. Калеб, кажется, подвернул ногу, прыгая. — Ты как, Клэр? — Ко мне подошел все тот же Изгой. Я фыркнула и пошла к входу в большое, с виду заброшенное, здание, в которое входили Изгои. — Твою ж мать… Ты меня хорошенечко припечатал. Голова раскалывается как после пьянки. — Ты где таких словечек набралась? — Он ухмыльнулся. — А ты как думаешь? — Бесстрашная? — А не видно? Он засмеялся и протянул мне руку. — Эдгар. Бывший Бесстрашный. — Ясно. — И прошла мимо, проигнорировав его жест. — Клэр, ты как? — Ко мне подошла Трис. — А тебе не плевать? — Я пошла дальше, игнорируя ее. Спустя несколько секунд меня догнал Эдгар. — Как мне загладить свою вину? — Он ухмыльнулся. Я посмотрела на него и на пару секунд задумалась. — Сигареты у вас есть? — Конечно. Полно. — Твою вину заглажено. — Я ухмыльнулась, посмотрела перед собой и тихо засмеялась. Здание изнутри оказалось большим жильем Изгоев. Оборудованные из чего попало комнатушки, выглядели очень даже уютненько. Людей было навалом. — Изгои живут здесь? — Спросил Калеб. — Это безумие. — Что? Слишком скудно для Эрудита? — Фыркнула я и прошла дальше. Спустя несколько метров, пройдя сквозь толпу вооруженных людей, я остановилась и оторопела. Передо мной стояла мать Тобиаса, которую все считали мертвой. Но как это возможно?.. Я сама была на ее похоронах. — Тобиас. — Сказала Эвелин Итон. — Мама. — Тихо сказал он и обошел Эвелин. — Я думал, она умерла. — Прошептал Калеб на ухо Беатрис. — Я тоже. — Ответила та и пошла вслед за Фором. Нас завели на второй этаж, накрыли стол, полный еды, и Эвелин села во главе длинного стола. Фор сел напротив нее. Я приземлилась напротив Трис и Калеба и откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. Все молчали. Никто не прикасался к еде. — Может кто-нибудь объяснить, что происходит? — Спросила Трис, опершись локтями о стол. — Я бы тоже хотела знать. — Сказала я. — Отец Тобиаса издевался над нами. — Начала рассказ Эвелин. Я ухмыльнулась. — И я поняла, что единственный способ расстаться с ним — это исчезнуть навсегда. В Отречении мне помогли сымитировать смерть. Лишь бы только не навредить имиджу Маркуса. — Но его Вы оставили с Маркусом. — Сказала Трис, указывая на Фора. — Я была молода. — Ответила Эвелин. Я тихо засмеялась. — Что-то не так, Клэрис? — Она перевела взгляд на меня. — Мне льстит, что Вы помните мое имя, но теперь меня зовут Клэр. — Сказала я. — И да. Не так. Отговорка «я была молода» звучит глупо и неубедительно. Знаете, женщина либо является матерью изначально, либо никогда ею не становится. Это закон жизни. Мать Трис любила и принимала ее любой. А самое важное: она до последнего защищала ее. И умерла ради спасения своей дочери. Моя мама растила меня одна всю жизнь, потому что мой отец, в отличии от вас, действительно умер, а не увиливал от своих родительских обязанностей. Моя мать знала, что я — Дивергент и защищала меня как могла. Теперь она осталась в Дружелюбии, над которым поработали Бесстрашные и Эрудиты, и я даже не знаю жива ли она. Маркус, которого вы считаете жестоким, не побоялся лезть на рожон лишь для того, чтобы защитить сына. А что сделали вы? — Год назад я решила разыскать его. Хотела наладить отношения. — Спустя столько лет? — Я хмыкнула. Фор рассмеялся. — Я же твоя мать. — Тихо сказала Эвелин, глядя на Фора. — Нет. — Сказал Фор. — Моя мать умерла. И я был на ее похоронах. Он замолчал. — Вы серьезно думаете, что сумеете наладить отношения после стольких лет лжи и предательства? — Спросила я. — Отношения здесь ни при чем. — Ответил Фор. — Она хотела использовать меня. Впрочем, как и сейчас. — Зачем? — Спросила Трис, глядя на своего парня. — Ей нужна армия. — Ответил он. — Армия? — Калеб обернулся и посмотрел на Эвелин. — Мне нужен союзник. — Ответила она. Я засмеялась. — Ты просто хочешь отомстить. — Фор выходил из себя. — Дело не во мне. — Сказала Эвелин. — Нужно уничтожить систему, которая считает, что одна группа людей достойнее другой. И пусть наш город обнесен стеной, но он не должен превращаться в тюрьму. — Это преувеличение. — Сказал Калеб. — Система фракций не идеальна, но это точно не тюрьма. — Дай угадаю. Эрудит? — Я был Эрудитом. — Сказал Калеб. Она тихо засмеялась. — Вы хоть слышите себя? — Встряла я. — Вы отсутствовали всю его сознательную жизнь. — Я указала на Фора. — А она у него была не безоблачная. Вы хоть знаете, через что ему приходилось пройти? Вы хоть представляете себе, какая у него была жизнь в школе, как к нему относились сверстники? Вы хоть раз задумывались над тем, как с ним ведет себя Ваш бывший муж, который, как Вы говорите, был жесток с Вами? А теперь Вы нашли его и говорите о союзниках? Даже не пытайтесь больше доказать, что у вас благие намерения. Лично я Вам не поверю. И думаю, что Фор тоже. Она промолчала. — Вы хотите убить Джанин? — Спросила Трис. Я возвела глаза к потолку. А эта реагирует только на слово «убийство». — Безусловно. — Ответила Эвелин. — Когда я была женой Маркуса, мы много общались. Поверь мне: эта женщина способна на все. Но, думаю, ты и так это знаешь. — Вот только не надо преувеличивать. — Я практически закричала. — Она бывает жестокой. И методы ее паршивые. Но у нее есть грань. Она потеряла ребенка при родах и опекалась мной как родной, не смотря на то, что у меня была родная мать. Так что уж точно не Вам ее судить. — Я зло ухмыльнулась. — Оу. Ясно, Клэрис. — Клэр! — Выкрикнула я. — Да. Клэр. Теперь ясно почему ты такая дерзкая стала. С кем поведешься… — Эвелин ухмыльнулась. — Не смей. — Тихо сказал Фор, глядя на мать. — Я такая дерзкая, потому что я — Дивергент. — Выпалила я. На несколько секунд повисла тишина. — Трис. — Тихо сказал Фор, заметив, как та смотрит на его мать. — Ей нельзя доверять. — Может быть, она знает что… — Начала Трис. — Мы с тобой похожи, Трис. — Эвелин перевела взгляд с меня на Трис и говорила в частности ей. — Я — Изгой, потому что не подхожу ни одной фракции, а ты — Дивергент, потому что подходишь ко всем. Я тихо засмеялась. — Но мы обе — угроза для Джанин. — Продолжала Эвелин. — Мои люди готовы воевать, если потребуется. — И что дальше? — Спросил Фор. — Мы лишим их власти. — Ответила Эвелин. — А после этого? — Продолжал он. — Когда вы убьете Джанин. Кто придет к власти? Эвелин молчала. Я засмеялась. Фор посмотрел на меня и кивнул, после перевел взгляд на Трис. — Видишь. Она специально как будто забыла упомянуть об этом. — И вновь перевел взгляд на мать. — Я не поверю, что у тебя нет личных интересов. Ты думаешь только о себе. — Я знаю, где прячутся остальные Бесстрашные. — Сказала Эвелин. Вот тут я оживилась. Родная фракция. То, по чему я так сильно скучала. — Где? — Спросила Трис. — Они укрылись у Искренних. Насколько я знаю, они все еще там. Только представьте: если мы объединим силы — Изгои и Бесстрашные. Мы будем непобедимы. Я тяжело вздохнула. Надоел этот бессмысленный поток ее планов. — Этому не бывать. — Сказал Фор. — Спасибо за гостеприимство, но утром мы уйдем. — Фор, может стоит… — Начала Трис. — Что? — Спросил Фор. Эвелин их перебила. — Тобиас, прошу тебя, подумай… Фор громыхнул ладонью по столу. Я подскочила от неожиданности. — Не смей меня так называть. — Выкрикнул он и немного успокоился. — Меня зовут Фор. Встал из-за стола и ушел. Эвелин посмотрела на Трис. — Хочешь, я помогу его уложить? Трис промолчала, поднялась и пошла за Фором. — Ладно. — Сказал Калеб, взял вилку и нож и стал есть. Я пренебрежительно скривилась глядя на него. — Спасибо. — Кстати говоря, Эвелин, у меня для Вас новость. — Я ухмыльнулась. Она нехотя перевела взгляд на меня. — У Вашего бывшего мужа появилась любимая женщина… Моя мать. И, к слову говоря, он даже голос на нее не повышает. Так что, может, дело было в вас? Помнится, ходили слухи о том, что Вы изменили Маркусу. — Я тихо засмеялась. — Интересно. Я встала из-за стола, взяла бокал с вином и залпом выпила. Эвелин молчала. Я оперлась руками о столешницу. — Приятного аппетита, Калеб. Взяла бокал Фора, к которому он даже не прикоснулся, и вышла, спускаясь по лестнице вниз. Внизу стоял Эдгар. Я подошла к нему. — Ты достал сигареты? — Естественно. — Он ухмыльнулся и протянул мне целый блок. Я улыбнулась и взяла желанное приобретение. — А спасибо? — Эх, воришки. — Пробурчала я. Эдгар улыбнулся. — Ты имеешь что-то против? — Честно? — Я посмотрела на парня. — Ничего. И улыбнулась. — Где у вас можно курить? — Выйди на улицу. Уже стемнело. Тебя никто не увидит. — Спасибо. Я развернулась и пошла к выходу из здания. На улице села на одну из каменных плит и закурила, попивая красное вино. А после тихо запела: All my friends tell me I should move on. I’m lying in the ocean, singing your song. Ahhh, that’s how you sang it. Loving you forever, can’t be wrong Even no you’re not here, won’t move on. Ahhh, that’s how we played it. And there’s no remedy for memory Of faces like a melody If won’t leave my head. Your soul is haunting me and telling me That everything is fine, But I wish I was dead. Every time I close my eyes It’s like a dark paradise. No one compares to you. I’m scared, that you Won’t be waiting on the other side. Every time I close my eyes It’s like a dark paradise. No one compares to you. I’m scared, that you Won’t be waiting on the other side. All my friends ask me why I stay strong Tell ‘em when you find true love it lives on. Ahhh, that’s why I stay here. And there’s no remedy for memory Of faces like a melody If won’t leave my head. Your soul is haunting me and telling me That everything is fine, But I wish I was dead. Every time I close my eyes It’s like a dark paradise. No one compares to you. I’m scared, that you Won’t be waiting on the other side. Every time I close my eyes It’s like a dark paradise. No one compares to you. But that there’s no you. Except in my dreams tonight. Oh oh oh oh, ha ha ha ha. I don’t wanna wake up from this tonight. Oh oh oh oh, ha ha ha ha. I don’t wanna wake up from this tonight. There’s no relief, I see you in my sleep. And everybody’s rushing me, But I can feel you touching me. There’s no release, I feel you in my dreams Telling me: «I’m fine»… — Я в порядке. — Послышался знакомый голос из темноты. В руках человека зажегся фонарик, и он подошел ко мне, крепко меня обняв. Я зарыдала. Он стал успокаивать меня, поглаживая по спине. — Как ты… Как ты здесь оказался? — Я стала немного успокаиваться. Он отступил на полшага, придерживая меня руками за плечи. — Я выследил вас. Когда вы сели на поезд, мы вернулись к своим машинам и поехали к городу наперерез. Мы добрались до станции рядом с Искренностью. Поезд уже был пуст. Я понял, что вы где-то на этом отрезке пути… Они вас выслеживают. Ты должна быть просто благодарна судьбе, что я услышал твои песнопения, а не кто-то другой. — Я благодарна судьбе. Я безумно ей благодарна. — Я снова его обняла. — Я думала, что никогда тебя больше не увижу, чёрт. — Все хорошо, чертёнок, я с тобой. Послышались шаги и голоса людей. — Это одна из групп, ищущих вас. — Он снова взял меня за плечи и отодвинулся. — Прячься в здании. Они не знают, что это логово Изгоев. Я рад, что увидел тебя. Рад, что с тобой все хорошо. Теперь я спокоен. Я люблю тебя. Он поцеловал меня и отошел. Я помедлила несколько секунд и побежала к входу в здание Искренних. Остановилась за стеной, прижалась к ней спиной и попыталась отдышаться. — Эрик, ты что здесь делаешь? — Выслеживаю Дивергентов. Как и ты, тупица. — Ответил Эрик. Я ухмыльнулась. — Я прочесал всю площадь, начиная от леса. Их здесь нигде нет. Ты не видел их дальше? — Нет. Там точно нет их. — То есть, ты хочешь сказать, что я невнимательный и глупый пропустил их из виду? — Эрик повысил тон. — Нет. Нет. Наверное, это мы ошиблись. — Послышался голос другого человека. — Тогда завтра вы должны будете снова исследовать каждый дюйм площади, которую обошли сегодня. Вам ясно? — Так точно. — Ответили они хором. Шаги стали отдаляться. Я постояла так еще немного, чувствуя вкус его губ на своих губах и утирая слезы, которые были на грани и отчаяния, и счастья, и ушла в комнату, отведенную мне на эту ночь.