Couple of Twins

— Он сделает Америку снова великой. — Какой-то третьекурсник держал в руке кружку горького черного кофе, смотря на изображение нового президента на телевизоре в университетском кафе. — Определенно, сделает. — Перед новым глотком на его лице появилась гордая улыбка. — Ты действительно думаешь, — Камила даже не обернулась, чтобы посмотреть этому парню в лицо: она знала, что он прекрасно услышит ее, — что Трамп способен не разрушить нашу страну? — Парень повернул голову назад, смотря на столик, за который сидели Камила и Лорен, левую руку положив на спинку диванчика. Он не видел лица Камилы, потому что она сидела к нему спиной, но он видел Лорен, на лице которой было какое-то возмущение, но он этого не понял. — Да. — Камила скрестила руки на груди после такого ответа. — Он построит стену на границе с Мексикой, избавит страну от всех этих нелегалов, иммигрантов, исламистов, — Камила уже ненавидела факт, что она сидит недалеко от этого парня, — пидоров и лесбух. Хотя, — он наигранно сделал задумчивое лицо, — лесбиянки довольно горячие.  Его неуважительные грубые слова по отношению к людям заставляли Камилу чувствовать себя невероятно некомфортно, пока она находилась близко к нему, даже если все его слова не были обращены лично к ней. Уверенность парня во время его речи вселяла в Камилу много сомнений, страха о будущем страны, будущем в общем, и о том, что такие люди, как этот парень, способны сделать, соберись все они вместе.  — Хочешь сказать, — Лорен, сидящая напротив Камилы, была возмущена его словами, — что ты дрочишь на порнуху с лесбиянками, но тебя воротит от геев? — Она ненавидела людей, использующих женщин и их влечение к своему полу, в целях своего удовлетворения, и гомофобов, не понимающих, что любовь есть любовь, и не важно, к какому человеку она направлена, в общем. — Ага. — Его лицо расползлось в мерзкой для Лорен улыбке, от которой она закатила глаза.  — Как жаль, что в этой стране есть место, для таких, как ты. — Ее слова были пропитаны отвращением, хотя она старалась сильно не грубить.  Недовольно фыркнув, парень отвернулся. После звонка на его телефон через несколько секунд он оставил деньги на столе и ушел из кафе.  Пристально глядя в кружку с чаем, Камила думала обо всем сказанном. Она не хотела верить, что у неприятных людей, имеющих деньги и получающих власть, есть сторонники и избиратели, прямо как тот третьекурсник, с которым ей пришлось столкнуться; не хотела верить, что до сих пор существуют люди, которые ненавидят других за то, что те как-то отличаются. Ей хотелось, чтобы этот день и результаты выборов оказались кошмарным сном. Лорен, которая была поражена результатами не меньше Камилы, не знала, что именно заставляло Камилу быть такой грустной сейчас, но она знала, что она должна как-то помочь своей подруге, или, хотя бы, постараться сделать что-нибудь.  — Хэй, Кэмз, — Лорен дотронулась до руки Камилы, которая лежала на столе рядом с кружкой чая, чтобы обратить внимание той на себя, — не слушай его. — Беспомощный и напуганный взгляд Камилы наконец дошел до глаз Лорен, выражающих заботу. — Таких людей никогда не стоит слушать. Все они говорят херню. Мы с тобой обе знаем, что абсолютно все, независимо от чего-то там, заслуживают счастья, да?  — Заслуживают, Ло. — Камила мельком глянула на их руки. — Но пока такие люди у власти, мы ничего не сможем сделать одним знанием того, что все заслуживают счастья и хорошей жизни. А если Трамп у власти, значит, у него есть избиратели, и их больше, если он победил на выборах, и мы в меньшинстве. А ты еще говорила, что у него нет шансов. — Некоторые считают, что Трамп-президент — хорошая идея. И почему-то это произошло. — Лорен остановилась на пару секунд, стараясь подобрать нужные слова для поддержки. — Когда-нибудь, — Лорен чуть крепче сжала ладонь Камилы, не замечая, что она делает (может быть, неосознанно, она пыталась показать, что она рядом), — все изменится в лучшую сторону.  — Одно «когда-нибудь» легче не делает. — Томный вздох вырвался меж губ Камилы. — Но, — она вскинула брови вверх, — да, когда-нибудь. — Стараясь сделать вид, что она в порядке, Камила приподняла уголки своих губ, но вышло у нее не очень убедительно.  Напряженность Камилы хорошо чувствовалась Лорен, и она хотела как-то это исправить, потому что стресс во время учебы не будет хорош для Камилы, которая, как Лорен уже успела заметить за время их общения, слишком легко и быстро расстраивается. Ей и самой не мешало бы отвлечься от реального мира каким-нибудь легким способом. — Кэмз… — Лорен рукой, которая до этого держала ладонь Камилы, провела по волосам. Как бы Камиле не нравилось это движение Лорен, ей все равно хотелось, чтобы ладонь Лорен была поверх ее собственной. — Не хочешь посмотреть что-нибудь? Отвлечемся от всего вот этого дерьма. — Лорен не могла понять, почему она так нервничает, предлагая Камиле провести время вместе, ведь просмотр какого-нибудь сериала не есть что-то грандиозное.  — Да, я только за. — Из прошлого опыта Камила знала, что Лорен сможет ей помочь уйти из мира ненадолго, не прилагая никаких усилий.  Эта легкость, которая была при общении с Лорен, позволяла Камиле оставаться собой, не беспокоясь о мелочах лишний раз.

***

— Как думаешь, — Карла наконец вспомнила о самой значимой новости за этот день для большинства людей, включая ее сестру, — многое изменится?  — Я не знаю. — Они даже не говорили об этом, но Мишель не сложно было понять, что имеет в виду Карла. — Не думаю, что меня это ебет вообще. — Она неловко пожала плечами.  — Тебя не волнует политика? — Да. Мне абсолютно все равно. Сейчас меня это все равно не очень-то и касается. Светлые неоновые огни рассекали темноты улицы своим светом. Город погружался в сон вместе с его жителями, и только некоторые компании подростков продолжали гулять в позднее время, несмотря на то, что завтра с утра их будет ожидать учеба. — К тому же, я думаю, что отсутствие власти было бы лучше для человечества. — Продолжила Мишель. — Анархия? — Карла считала это чем-то странным, из-за отсутствия раньше мысли об этом. — Разве мир стал бы лучше в хаосе? — Люди слишком драматизируют слово «анархия», когда это всего лишь безвластие. — Власть сдерживает людей от преступлений, она необходима. — Не всех. И даже с властью люди совершают преступления. Города кишат насильниками, ворами, убийцами и прочими преступниками. И ты не можешь с этим поспорить, мы обе знаем, что это правда. Даже сейчас на другом конце города может совершаться убийство, а полиция об этом узнает, только когда найдет труп. Если вообще найдет. — Слова комом застряли в горле Карлы. Ей нечего было возразить на это. Мишель завернула на парковку у первого попавшегося круглосуточного магазина. Проверив свой макияж, она открыла дверь машины. — Даже если брать что-то меньшее, чем такие преступления. — Она хотела сказать еще что-то, но передумала. Карла вышла из машины следом за Мишель. — Сейчас все сама увидишь. На кассе не было ни одного человека, и кассир уставился в свой телефон. — Пачку мальборо красных. — Мишель сказала это как можно более хриплым голосом, доставая деньги из кармана. Не говоря ни слова, кассир пробил пачку сигарет и взял деньги. Карла не совсем понимала, о чем говорила Мишель до того, как они зашли в магазин, и ждала объяснений. — Он даже не спросил, сколько мне лет. — Мишель завела машину и начала выезжать с парковки. — Хотя должен был. Сейчас это, конечно, мне на руку, но даже он хуй клал на закон. Поэтому, много ли смысла от этих законов, если остаются люди, которым просто поебать? Несколько минут, не отвечая на слова Мишель, Карла молча сидела, не понимая, как она могла всю жизнь не замечать таких очевидных вещей. — Да, брать даже меня. — Карла обратила внимание на Мишель, которая снова заговорила. — Я уже успела попробовать несколько запрещенных веществ, что карается тупыми законами. Я вообще думаю, что запрет наркотиков просто пиздец какой тупой, потому что каждый человек волен выбрать: хочет он употреблять наркотики, убивать себя ими, если он не знает меры или делает это намеренно, или нет. — Карла внимательно слушала слова Мишель, понимая, что она чертовски права. — Возвращаясь к безвластию. — Девушки были уже недалеко от их университета, заканчивая сегодняшнюю поездку. — Если бы каждый отдельный человек мог бы быть ответственен сам за себя, то тогда анархия, полное отсутствие власти, была бы возможна. Но этого сейчас нет, и людям нужен контроль. Но не всем он нужен, и не всех он сдерживает. — Если бы люди были умнее и ответственнее, им не нужен был бы контроль над ними… — Карла сформулировала эту мысль вслух. — Да, я это и говорю. — Мишель заглушила машину на стоянке. — Вот мы и приехали. Ей хотелось не выходить из машины и продолжить проезжать по улицам ночного города вместе с Карлой, но пары с утра давали отказ, делая это желание невозможным. Карла первая открыла дверь машины, выходя наружу. Прохладный почти ночной воздух прошелся по коже Карлы. Нехотя Мишель вышла из машины. — Камила должна быть с Лорен. Если она в вашей комнате, скажи ей, что я уже вернулась. — Они вошли в здание общежития. — Думаю, она и сама поймет. — Комната Хурэги находилась дальше по коридору. Карла и Мишель стояли у двери Кабейо. — Но я скажу. — Мишель хотела обнадеживающе улыбнуться, но не смогла ничего из себя выдавить. — Доброй ночи. — Ночи. — Карла махнула рукой на прощание и зашла в комнату. Усталость проползала по венам Мишель. Девушка чувствовала себя так тяжело, проходя по этим коридорам. Мишель не хотела возвращаться в комнату. Продолжить покорять разные районы города на своей машине было ее лучшей идеей. Она хотела уехать куда-нибудь, оставляя все заботы позади, не вспоминая их. Ей хотелось быть где угодно, но не в живых.  Не стесняясь громких звуков, она вошла в комнату. Лорен на секунду посмотрела на вошедшую Мишель, которая пыталась скрыть свою изнеможенность изо всех сил.  — Карла уже в комнате. — Мишель повесила свою куртку на крючок и пошла к кухне.  — Досмотрим фильм, и я пойду к себе. — Камила сидела вплотную к Лорен на кровати той.  — Опять «Гарри Поттер»? — Мишель слышала отрывки фраз из фильма. — Лор, тебе не надоело его пересматривать? — Мишель налила стакан воды. Вопрос был задан только, чтобы у Лорен, следящей за каждым настроением Мишель, не возникало мысли, что что-то не так.  — Если бы ты училась в Хогвартсе, ты определенно была бы в слизерине. — Лорен закатила глаза.  Мишель знала, что если Камила в комнате, то ее таблетки лежат не на столе, а в каком-то из кухонным шкафчиков. Лорен однозначно убрала бы их перед приходом Камилы во избежание лишних расспросов, если Камила все же заметит. В первом открытом шкафчике Мишель нашла нужный пузырек с таблетками. Боковым зрением Лорен заметила действия сестры, стоявшей к ней спиной. Вертя в руках пузырек с таблетками, Мишель неистово хотела, собрав всю силу и злость, кинуть его в случайную стену, оставляя таблетки хаотично разбросанными по полу.  Мишель знала, что Лорен видит только ее спину.  Она открыла пузырек с таблетками, но не взяла ни одной оттуда. Закрыла его. Сделала вид, что положила таблетку в рот, пусто глядя вперед, и влила в себя целую кружку воды. Пузырек она убрала на место. — Я в душ. — Бросила она, уходя в ванную комнату с чистой одеждой. Еще не сняв одежду, Мишель включила воду в душе, чтобы создать шум в комнате. Она наклонила голову над раковиной, позволяя черным волосам намокнуть капельками оставшейся там воды. Ее лицо не выражала никаких эмоций. Через приоткрытые губы воздух входил в ее легкие, чуть погодя медленно выходя. Умыв лицо холодной водой, сняв с себя всю одежду, Мишель встала, прислонившись к стене, под потоки ледяной воды. Не имея никаких сил, она скатилась вниз по стене, садясь в покрытую холодной водой ванну. Она прижала свои колени к своей груди, уткнувшись в них лицом. Ее грудная клетка разрывалась из-за сгустка черной, изничтожающей изнутри, боли. Ее кожа не чувствовала весь холод воды, под которой она сидела. Ей нельзя было задерживаться в ванной комнате, потому что тогда это было бы странно, потому что обычно она не бывает долго в душе. Лениво поднявшись, она хотела смыть со своего тела всю тяжесть, но это было невозможно для нее, и она, отчаявшись, прекратила эти попытки.  Когда Мишель вышла из ванной, Лорен в одиночку сидела за ноутбуком в своей кровати. Упав на кровать, лицом в подушку, Мишель неподвижно лежала. — Устала? — Лорен убрала свой ноутбук на компьютерный стол.  — Да. — Ответ Мишель наполовину был приглушен подушкой.  Лорен с улыбкой посмотрела на Мишель: она была рада, что ее сестра может занять себя чем-то до настоящей физической усталости.  Мишель соврала. У нее было полно сил для продолжения своих ночных приключений.  — Спокойной ночи. — Одеяло уже накрывало Лорен до шеи.  — Спокойной ночи. Ночь была бы спокойной, если бы сон в конце концов пришел к Мишель, и она не лежала бы до трех ночи, пялясь в стену. Количество бычков в пепельнице в курилке увеличивалось в четыре часа утра, когда Мишель позабыла обо всех обещаниях, данных сестре, встречая ленивый рассвет и медленно поднимающееся солнце, окрашивающее всю поверхность приятными для глаза оттенками. Проснувшись по звонку будильника, Лорен увидела Мишель, сидящую на кухне с кружкой кофе, которая была уже третьей по счету, но только Мишель это знала. Ленты Лорен в социальных сетях были заполнены новостными постами, говорящими о выборах и сообщениями о будущих митингах. — О, черт. — Лорен хотела бы иметь возможность присоединиться к этим шествиям. Она сидела за завтраком, пока Мишель мыла свою кружку.  — Что такое? — Мишель облокотилась на столешницу, скрещивая руки на груди.  — Все говорят про митинги, — Лорен не отвлекалась от телефона, — а я никуда пойти не могу. Мишель очень сильно не любила эти темы с митингами, особенно так быстро после выборов. Она никогда не знала, что можно ждать от такого, и это было слишком неопределенно для нее. Неопределенность, связанная с митингами, пугала ее. — Если бы ты могла, я бы не пустила тебя ни на какой митинг. — Беспокойство овладевало Мишель, потому что она боялась. — Почему? — Лорен надеялась, что Мишель сможет объяснить все причины. — Это опасно. — Слыша слова Мишель, Лорен внимательно ждала продолжения. — Кто знает, что там может случиться? Вдруг, что-то пойдет не так, и… — Ее глаза встревожено бегали по полу, не находя себе места. — И я не знаю, — продолжала она, — но что-то могло бы случиться с тобой, и проблема в том, что я не знаю. — Мишель начинала много жестикулировать руками, иногда проводя по волосам. — Это не безопасно, и… — Лорен, встав из-за стола, подошла к Мишель. Она подошла вплотную и, положив пальцы на щеки сестры, приподняла ее голову повыше. — Посмотри на меня. — После просьбы Лорен, Мишель подняла свой взгляд, оттенки страха в котором были слишком видны. — Ничего страшного там не произошло бы. — Откуда тебе знать? Могло бы произойти что-угодно. — Мишель старалась поверить словам сестры, но у нее не получалось, потому что огромная неизвестность была внушительнее. — Потому что все прошло бы мирно. — Вся надежда Лорен была направлена только на слова, которые она старалась делать как можно убедительнее. — Там ничего не произошло бы, ничего бы не случилось, о чем можно было бы сильно беспокоиться. Или беспокоиться вообще. — Она не хотела заставлять Мишель пить успокоительное, пока старалась сделать все своими силами. — К тому же, я тут. — Лорен не прекращала смотреть в глаза Мишель. — Я с тобой, и здесь все в порядке. Тебе не о чем переживать, да? — Мишель соглашаясь кивнула, давая понять Лорен, что та делает все правильно. Лорен притянула Мишель ближе к себе, обвивая свои руки вокруг ее шеи, поглаживая лопатки ладонями для успокоения. — Все хорошо, Мишель, все в порядке.