Couple of Twins

Никогда не думая, что будет в клубах так часто, Карла, тем не менее, была. Для нее ночной клуб был местом развлечений с тянущимся по крови алкоголем, требующими энергии танцами, снимающими стресс, ярким светом, охватывающим, в основном, танцпол, и музыкой, каждый бит которой в головах присутствующих был громче их собственных мыслей. Мишель же совершенно изменила мнение Карлы о клубах, показав ей дневную сторону, где нет всего, что она имела в своем представлении. Как бы то ни было, все это появлялось с открытием клуба по вечерам. Именно тогда Карла и Мишель позволяли себе настоящий отдых в клубе с танцами и алкоголем. Они могли себе это позволить, заметив, что все наладилось. Даже если им обеим досталось из-за их плана, Камила быстро остыла и не была зла на Карлу и Мишель. С какой-то стороны, она сама понимала, что их план помог ей и Лорен, даже если пошло все совершенно не по плану. Камила и Лорен стали свободнее друг с другом. У обеих пропал страх перед отсутствием взаимности, когда они признались друг другу. Камила больше не думала, что навязывалась и надоедала Лорен, которая, в свою очередь, перестала бояться звать Камилу куда-то за пределы университетского кампуса. Но все равно чаще всего они зависали в кампусе, в их комнатах, занимаясь там какими-то не шумными, не грандиозными делами в виде просмотра фильмов, сериалов, которые увлекали их обеих, или рисования с натуры. К какому-то времени Лорен уже имела у себя в коллекции рисунки красивых мест кампуса, особенно самого здания университета, которые она создавала вместе с Камилой, которая сама предлагала Лорен какие-то места. До этого проводя много времени друг с другом, они стали еще больше быть рядом. После того случая ни у кого из компании не оставалось сомнений насчет чувств Камилы и Лорен друг к другу. Очевидно стало хотя бы потому, как Камила пеклась о чувствах Лорен. Карла даже была горда за свою сестру: Камила, имея довольно мягкий характер, постояла за дорогого ей человека. Карла видела в этом что-то взрослое, может, зрелое. С другой стороны, из-за такого поведения Камилы, Карла подумала, что Лорен даже повезло, потому что, когда нужно, Камила сделает все ради человека, которого безмерно обожает. И Лорен была таким человеком. Камила была уверена, что сделает ради Лорен что только угодно. Лорен стала для нее чуть ли не всем. Камила знала, что Лорен это то, что ей нужно для счастья. В какой-то момент Камила думала, что ставит Лорен превыше всех остальных, и себя самой в том числе. Глядя на Лорен, рисуя ее в очередной раз, что ей до сих пор безмерно доставляло удовольствие, Камила понимала, что у нее никогда не было столько чувств к одному человеку и это просто поражало ее. — Кэмз. Лорен лежала на кровати Камилы. Слишком много рисунков стоящей или сидящей Лорен было у Камилы. Им нужен был какой-то прогресс в других позах. Именно поэтому Лорен лежала, смотря в потолок, положив руки на живот, согнув правую ногу в колене, пока левая лежала прямо. — Что, Ло? Сидя на стуле перед мольбертом, Камила перестала рисовать, откланиваясь немного вправо, чтобы посмотреть лежащей Лорен прямо в лицо. Даже спустя несколько месяцев общения, несколько десятков их занятий оп рисованию. Камила не переставала удивляться тому, какая Лорен красивая. — Кто мы друг для друга? Лорен много думала об этом. Даже после их с Камилой признаний друг другу, они не объявляли о начале отношений, не обговаривали никаких подробностей. Значило ли это, что они все еще оставались друзьями? В таком случае, друзьями, которые любят друг друга? — Что ты имеешь в виду? Убрав кисточку, вытерев, на всякий случай, руки влажной салфеткой, Камила встала со своего стула, прошла к кровати и легла рядом с Лорен, которая специально подвинулась к краю, повернувшись на правый бок, что позволяло ей смотреть Камиле в глаза. — Ну… Ты знаешь, что я люблю тебя, и… — И ты знаешь, что я люблю тебя. — Закончила Камила за Лорен, на лице которой появилась улыбка после этих слов. — Да, именно. И мы знаем, что мы друг друга любим. И вместе с этим, кто мы друг другу? Мы остаемся друзьями, которые любят друг друга? То есть, ты — человек, которого я люблю, но кем я могу считать тебя, помимо этого? Мы с тобой все еще друзья или мы можем считать, что мы в отношениях? Это не дает мне покоя. — Для меня важнее знать, что мы чувствуем друг к другу. Но я понимаю тебя. Тогда, предлагаю все упростить. — Как? Камила указательным пальцем дотронулась до подбородка Лорен и чуть приподняла его, заставляя Лорен поднять взгляд. — Ло, будешь моей девушкой? Лорен хотела этого, в какой-то степени даже была готова, но ее сердце все равно забилось быстрее, когда она услышала это наяву. — Да, конечно, я буду, Кэмз. Когда дело касалось Камилы, Лорен не могла перестать улыбаться. Она так же не могла убрать улыбку со своего лица, когда была рядом с Камилой или происходило что-то вроде такого. Лорен не могла перестать чувствовать себя счастливой рядом с ней. То, как они продвигались в отношениях, точно можно было назвать прогрессом. В какой-то степени, по сравнению с тем, что у них было раньше, они зашли весьма далеко, но Лорен все равно хотелось большего. Раз уж они сделали их отношения официальными, Лорен надеялась, что Камила не будет против. — Кэмз? — Что, милая? — Я хочу поцеловать тебя. Камила на секунду почувствовала, как задержала дыхание будто бы от удивления. Хотя, она, на самом деле, не должна была быть удивлена, ведь она сама не раз видела, как Лорен смотрела на ее губы, покусывая свои. Камила сама хотела этого, сильно хотела. И она поняла, насколько сильным было ее желание, когда она услышала эти слова от Лорен. — Тебя никто не останавливает. Камила смотрела на губы Лорен. Она уже давно могла бы сама начать делать то, что хотелось им обеим, но что-то в ней хотело, чтобы Лорен, наконец, начала действовать. Лорен для себя решила, что пора ей начать действовать и не полагаться во всем на Камилу. Даже если Лорен думала, что Камила, которая держит ту или иную ситуацию под контролем, — это весьма горячо, она хотела взять все в свои руки. Понимая, что этот момент как раз настал, Лорен положила ладонь на щеку Камилы, большим пальцем проводя по ней, после заводя ладонь на затылок, притягивая Камилу ближе к себе. Пара мгновений, и Камила почувствовала, как губы Лорен накрывают ее собственные, после чего мигом ответила на поцелуй, подстраиваясь под заданный Лорен темп. Еще пара мгновений, и Лорен думала, что могла бы заниматься этим целыми днями. Еще немного, и Камила почти застонала от чувства зубов Лорен, кусающих ее нижнюю губу. Чувство, как Лорен становится смелее в действиях, как она берет все под свой контроль, было просто восхитительным для Камилы, которая хотела, чтобы Лорен и дальше была инициатором всего. И если Лорен, чтобы быть такой, нужно было видеть, что ее никто не держит, Камила была готова показать это Лорен. Ощущая губы Лорен на своих, Камила понимала, что ни в чем не смогла бы ей отказать, как скоро бы она не захотела чего-либо.

***

— Теперь мы имеем одну пару из близнецов, верно? — Дайна заливала в кружку с чайным пакетиком кипяток. — Если бы не Карла и Мишель, Камила и Лорен как пара еще долго не видели бы свет. — Нормани все еще бросало в дрожь, когда она вспоминала, какой злой была Камила, но она все еще считала, что все пошло только лучше после того происшествия. — Мне кажется, — Дайна села за обеденный стол на кухне ее комнаты, оказываясь таким образом напротив Нормани, — мы успели бы состариться быстрее, чем они сами начали что-то делать. — Главное, чтобы мы не состарились, пока Карла и Мишель начнут что-то делать. — Одни лучше других просто. Я не понимаю, почему они так со всем тянут. — О, правда? — Нормани вспомнила, при каких условиях Дайна призналась ей в чувствах. — А сама-то не собиралась тянуть? В этот раз Дайне нечего было ответить, так что она просто закатила глаза. — Может, если Карла так помогла нам, ей тоже не помешала бы помощь? — Дайна думала, что так можно было бы отплатить услугой за услугу. — Я думала, мы решили не влезать. — Это был далеко не первый разговор, касающихся отношений их подруг, и они всегда останавливались на том, что будут в стороне. — Пустить все своим чередом и все в таком духе. — Не боишься, что на твоих волосах седина появится, когда черед дойдет? — Дайна прекрасно помнила о их решении остаться в стороне, но это все равно не давало ей покоя. — Ну и пусть. Может, не надо торопить раньше времени? Пусть у них это займет столько времени, сколько им нужно. — О нас ты так же думала? — Не совсем. — Нормани вспомнила, как мило вела себя Дайна, когда их вдвоем заперли в комнате. — Мне нравилось смотреть, как ты стесняешься. — Дайна хотела возмутиться из-за чувства, что над ней игрались все то время. — Ты была такая милая, поэтому ты не можешь злиться на меня за то, что мне нравилось. — Ты понимаешь, что это не очень связано? — Не играет роли. — Нормани беззаботно пожала плечами. — Как скажешь. — Было проще согласиться с Нормани, чем начинать спор, который мог затянуться до вечера, а закончился бы поцелуями. К последней части они и так могли прийти в любое время, а спор бы просто потратил нервы. — Как думаешь, Камила и Лорен уже начали встречаться? — В смысле прям официально? — Да, прям отношения и все такое. Я знаю, что Камилу никогда не волновали всякие ярлыки, и она была бы с Лорен и без всего этого. — А Лорен наоборот важно понимать, кем она является человеку и в каких она с ним отношениях. Думаю, если она заговорила об этом первая, то они встречаются. — Осталось дождаться, когда Карла и Мишель заговорят об этом.

***

Однако, никто из них не торопился говорить о таком. Они не бегали друг от друга, наоборот, чуть ли не все время вместе пропадали где-то, будь то курилка или какое-то заведение в городе. Кампус их университета был хорош, но девушки продолжали чувствовать себя там как взаперти. Свою свободу они находили в городе. Чаще всего, в клубе. Им там было максимально комфортно, и, скорее всего, из-за возможности делать все, что им хочется. Мишель помогла Карле вспомнить о ее любви к танцам. Она даже ходила в средней школе на занятия по танцам, но бросила это через пару месяцев, поняв, что ее душа лежит совсем не к балету и строгим дисциплинам. Хотя, возможно, ее тело требовало отсутствия ограничений, желая двигаться свободно. Карла могла себе это позволить, когда в ее крови был алкоголь, который немного раскрепощал ее, придавая уверенности в действиях. В толпе таких же пьяных людей Карла позволяла себе двигаться так открыто, как она хотела. В ее движениях не было намеренного желания соблазнить кого-то, хотя ее бедра и выглядели весьма привлекательно, когда покачивались в такт музыке, но кто-то все же невольно засматривался на нее, хотя и не рисковал подойти к такой девушке, заранее зная, что она не согласилась бы на проведение ночи вместе. Определенное преимущество в этом плане было у Мишель, которая, без единой капли совести, исследовала Карлу взглядом, глазами захватывая каждое ее движение. Каждый раз Мишель знала, что Карла уедет именно и только с ней из этого клуба, и, если бы кто-то попытался изменить это своим незапланированным появлением, она сразу бы пресекла любую попытку приблизиться к Карле. Мишель совершенно не волновало, что это делало ее собственницей, она все равно не позволила бы кому-то даже случайно прикоснуться к Карле. Она делала это строго из желания защитить девушку. Ну, может быть, из нежелания видеть Карлу с кем-то другим тоже, но Мишель ни за что не призналась бы себе в этом. И Мишель вряд ли когда-нибудь узнала бы это, но только ее взгляд был важен Карле, когда та выходила одна на танцпол. Все эти движения были только ради Мишель, и Карла прекрасно знала, что Хурэги смотрела на нее, ведь она не раз лично ловила взгляд Мишель, сидящей за столиком на верхних местах. Мишель продолжала быть единственной, кто интересовал Карлу, будь они в клубе, на улицах города или в кампусе. Наблюдение за Карлой стало чуть ли не любимым действием Мишель. Если, конечно, не считать чувства рук Карлы на теле Мишель, как в ту самую ночь, когда они позволили друг другу поддаться своим собственным желаниям. Но позволить себе много думать об этом Мишель не могла, зная, что иначе рано или поздно сорвалась бы и сделала что-то, о чем могла пожалеть. — Боже, Мишель, какая встреча. Готовая поклясться в этом, Мишель думала, что вряд ли когда-нибудь в жизни еще смогла бы услышать этот голос, Мишель слышала его на самом деле. — Меган? — Спросила она, не веря так же и своим глазам. — Могу я присесть? — Эта девушка всегда была вежливой, и, наверное, в прошлом для Мишель это было одним из любимых ее качеств. — Да, конечно. — Мишель немного была ошарашена, но быстро взяла себя в руки. — Мне Шон говорил, что ты продолжаешь здесь бывать, но я не думала, что смогу лично с тобой встретиться. Черт, а тебе идет такой цвет. — Меган точно была удивлена сменой цвета волос Мишель, но не могла не отметить, что девушка выглядит превосходно. — Просто выпиваешь или ищешь кого-то на одну ночь? Как заметила Мишель, за полтора года Меган изменилась внешне, но ее старые привычки в виде вежливости и любопытства никуда не пропали. По коже Мишель прошла дрожь после последней фразы Меган: ей было уже даже противно думать о том, чтобы проводить ночь с кем-то, кто не Карла. — Я здесь не одна. — Желая того или нет, Мишель снова бросила взгляд в толпу на танцполе, быстро находя там Карлу, убеждаясь, что она все там же. — Так значит, ты привела сюда девушку? — Это было в самом деле удивлением для человека, который знал Мишель в прошлом: Хурэги очень редко кого приводила в места, которые для нее что-то значат. — О, боже. — Меган быстро все поняла, отчего чуть не начала улыбаться до ушей. — Да ты влюблена. — Что? Нет, конечно нет. — Мишель чувствовала себя так, будто ее поймали с поличным. Ее словно раскрыли в том, в чем она не призналась даже себе. — Мик, я знаю тебя больше четырех лет. И два года мы встречались. Я могу по одному твоему взгляду понять, что ты чувствуешь. Так что давай ты перестанешь отнекиваться. Это все было правдой. Меган действительно хорошо знала Мишель, сложно было с этим поспорить. — Итак, ты просто влюблена или что-то большее? — Это заставило Мишель задуматься. Вряд ли она уже была просто влюблена в Карлу, и она сама понимала это. — Что-то большее. — Прекрати отвечать за меня. — Мне проще догадаться самой, чем ждать твоего ответа. И почему же вы все еще не вместе? Она не по девушкам или ты боишься сделать первый шаг? — Второе. — Мишель нервно отпила виски из своего стакана. Она не любила, когда ее так просто читают как открытую книгу. — Почему-то я уверена, что у нее тоже к тебе есть чувства, раз она пришла с тобой. — Господи, вечно ты во всем уверена. Ты абсолютно не изменилась. — Мишель хотела сделать это упреком, но это только потешило самолюбие Меган. — Да, и я редко была не права. Так чего же ты ждешь, Мишель? — Было бы все так просто, Мег. — Тогда скажи мне, что сложного в том, чтобы признаться человеку в чувствах? Если на то пошло, то ты так же не поменялась. — Но со стороны Меган это уже не было сказано в обиду, и Мишель знала это. — Мишель, просто будь смелее. Я знаю, ты не сделаешь этим хуже. И мне кажется, — Меган перевела взгляд на толпу, — тебе стоит поторопиться со смелостью, потому что к твоей фигуристой шатенке прижимается какой-то парень. — Как ты… — Мишель хотела спросить, как Меган узнала, кто из всей толпы и есть Карла. — Не важно. — Она в один глоток допила свой виски. — Было приятно пообщаться, — быстро проговорила она, вставая с диванчика, — но мне пора. — Вместо ответа Меган только улыбнулась и кивнула головой на прощание. Да, возможно, она была права, и Мишель в этот раз даже не было бы обидно. Возможно, Мишель даже надеялась, что Меган права, и у Карлы тоже есть чувства. С другой стороны, если бы их не было, был бы у них секс той ночью? Это звучало даже слишком логично, ведь Мишель знала, что Карла не из тех людей, кто стал бы играться такими вещами. С каждой секундой, пока Мишель приближалась к Карле, у нее прибавлялось уверенности. Буквально насчет всего. И в какой-то момент Мишель не понимала, почему у нее не было этой уверенности раньше, ведь она была самым уверенным человеком, которого знала, как бы самоуверенно это ни было И, может быть, слишком по-собственнически было вырвать Карлу из почти объятий того парня, заведя руку ей за поясницу, но Мишель было все равно, как это выглядело, и какой была бы реакция Карлы. Этот способ сработал, и тот парень сразу ушел, поняв, что полез туда, куда не стоило было, когда Мишель прижала Карлу ближе к себе. — Прости, опоздала. — Из-за громкой музыки Мишель пришлось говорить прямо на ухо Карле, но она и не была против. — А я уже подумала, ты не придешь. — Карла завела руки за шею Мишель, прижимаясь к ней всем телом. — Никогда бы не допустила, чтобы тебя трогал кто-то, кто не я. Смелости Мишель раньше точно не хватало, но после разговора с Меган это не было проблемой для нее. Мишель словно сняла с себя любые запреты на слова в разговоре с Карлой. И Карле нравилось, как это звучало. — Мне стоит начинать беспокоиться насчет девушки, с которой ты говорила? — Это моя бывшая. После этих слов Мишель почувствовала, как Карла будто усиливает хватку вокруг нее, будто прижимая еще ближе, не желая отдавать никому. И если Карла на самом деле не хотела никому отдавать Мишель, та была готова чувствовать любые цепи вокруг себя, лишь бы они связывали ее с Карлой. — Мне не нравится, что ты говоришь с бывшими. — Ты знаешь, я по-настоящему хочу говорить только с тобой. — Отвечая Карле на эти объятия, Мишель сильнее сжала свои руки вокруг талии девушки. — Карла, — Мишель решила, что настала пора быть действительно смелее, — я хочу быть только с тобой. — А это мне уже нравится. Карла немного ослабила хватку вокруг Мишель, чуть отстраняясь назад. Она хотела обернуть вокруг Мишель руки и никогда не отпускать, но еще больше она хотела посмотреть ей прямо в глаза и увидеть в них взаимность. В зеленых глазах Мишель отражался весь смешанный свет клуба, ее взгляд был заслонен туманом опьянения, но даже сквозь это все Мишель смотрела на Карлу взглядом, полным желания, которое оно еле держала при себе, полным нескончаемого обожания. Если Мишель еще держала себя в руках, то Карла совершенно не могла оставаться в здравом рассудке. Ее пальцы переместились на шею Мишель, немного ногтями задевая кожу. Карла слегка привстала на носочки, попутно притягивая Мишель ближе к себе. Хотя, через мгновение, она перестала быть уверена, что притягивает Мишель силой, потому что это было слишком легко. Скорее, Мишель сама двинулась навстречу. Понимая всю взаимность желания, Мишель решила, что нет никакого смысла сдерживать себя. Они просто сказали все друг другу без слов в этом поцелуе. Слова им и не нужны были. У них лучше получалось говорить все своими действиями. Этот случай не был исключением. Ритм, который они вдвоем создали, был лаконичнее любого предложения. Ладони Мишель, сжимавшие талию Карлы, несли в себе больше смысла, чем любое сочинение, которое она смогла бы написать. Ногти Карлы, почти царапавшие шею Мишель, были поэтичнее любого стиха, который она смогла бы сочинить. Их губы, слившиеся в одном такте, были красочнее любых эпитетов, которые они могли бы подобрать. Они обе так хорошо обращались со словами, но не могли вымолвить ни одного, когда дело касалось друг друга.