4- Вустерширский соус
10 августа 2017 г., 23:30
Я обернулась на голос: Тони стоял в двух футах от меня, как всегда, одетый с иголочки. Его стилисту нужно отдать должное - он наверняка заказал для Тони этот идеально сидящий по фигуре темно-синий костюм у известного кутюрье, а туфли - если не у Moro Monk Strap, то явно у не менее известного дизайнера - уж в обуви я разбиралась весьма неплохо.
— Конечно, мистер Старк, я с радостью приму ваше приглашение, — ответила я шутливым официозом, скрывая тем самым нервозность.
Когда он устроил мою ладонь на сгибе своего локтя, мы отправились к танцующим парам. Тони повел в танце под ненавязчивую приятную джазовую мелодию, кажется, из тридцатых. Я встретилась с ним взглядом и слегка улыбнулась, стараясь не обращать внимания на окружающих нас людей. Казалось, что на нас сейчас смотрят абсолютно все. Предельно осторожный, Тони не касался моей травмированной руки - возможно, из-за того, что я не могла положить руку ему на плечо, наша пара выглядела довольно странно, но мне было плевать. С ним мне было комфортно, и в какой-то момент всё вокруг как будто исчезло - люди, столы, даже музыканты. Я перестала слышать музыку, наслаждаясь обществом мужчины, к которому, стоит признать, меня тянуло магнитом. Однако в какой-то момент периферическим зрением я заметила Эшли, её глаза при виде моего кавалера достигли практически идеально круглой формы. Теперь вопросов не избежать.
— Как твоя рука? — непринужденно спросил Тони, однако не разрывая зрительного контакта.
— Намного лучше, спасибо, но носить бандаж, — я указала на него взглядом, — придётся ещё по меньшей мере две недели.
— Тяжело быть супергероем, — шутливо вздохнул он, чем вызвал ответную улыбку.
— Жаль, у меня не завалялся розовый железный костюм в гардеробной, а то я бы им показала.
— Могу это устроить, — поддержал он, одобрительно усмехнувшись.
— Ненавижу розовый цвет, на самом деле я бы предпочла золотой, — серьезно призналась я, продолжая игру, и он поддержал меня новой улыбкой - необремененный смыслом легкий разговор был тем, что нужно; уверена, если бы мы разговаривали о радужном пони - эффект был бы тот же.
"Феромоны творят страшные вещи, разжижая мозг, чтобы люди могли размножаться", — мелькнула у меня мысль, из-за которой мне с трудом удалось сдержать смешок.
Приглашённая вокалистка оказалась просто находкой. Под её нежное сопрано Тони уверенно вёл меня в танце. Мы были так близко, что я могла ощущать рельеф мышц его груди под тонким слоем ткани пиджака. Отвлекая меня от завистливых взглядов манхэттенских хищниц, он непринуждённо рассказывал, как провёл последние три дня, пока я валялась в отключке, о чем он не забыл упомянуть, жалуясь на то, что ему пришлось в одиночку справляться с журналистами. Смеясь, он описывал Шерил, которая после взрыва, изображая жертву и имитируя травму ноги, постаралась сделать всё возможное, чтобы покинуть здание на его руках. Я поинтересовалась, удостоил ли он ее подобной чести, на что получила в ответ, что столь важная миссия была возложена на плечи его охранника. Я поблагодарила его за букет и спросила, как он узнал мой любимый цветок. Он лишь подмигнул, сохранив интригу.
Недолгая песня, сопровождавшая наш танец, закончилась, и послышался голос ведущего. Он пригласил гостей к столам, возвестив о появлении одного из основателей фонда. Сейчас снова будет длинная речь. Просто прекрасно. Мы с Тони остановились, и я, возможно, слишком долго не решалась отпустить его ладонь, а он - мою талию, но нам пришлось разрушить этот интимный момент, чтобы не привлекать еще больше внимания. Не желая расставаться с этим притяжением, не желая отступать и отпускать его, я набралась мужества, сделала вдох и задала вопрос как можно более непринужденно:
— Ты бы хотел выпить со мной чашечку кофе на этой неделе где-нибудь в городе? Я так и не поблагодарила тебя за свое спасение.
Его неожиданное молчание показалось мне вечностью. Неужели я получу отказ?
— С удовольствием, но это я должен был первый предложить, — он улыбнулся своей ослепительной белоснежной улыбкой, — но не кофе, я хочу полноценный ужин и знаю для этого отличное место, что скажешь? — он лукаво улыбнулся, кажется, скрыв в своей фразе некий подтекст.
— Я буду рада составить вам компанию за полноценным ужином, мистер Старк, — ответила я, мысленно отмечая победу, что прямолинейность и смелость принесли свои плоды.
Внезапно я почувствовала прикосновение к правому плечу и испуганно отшатнулась - после произошедшего в больнице я стала немного дерганой. Это оказалась Эшли, подкравшаяся со спины наверняка ради звездного интервью.
— Привет, Ди, не знала что ты будешь на этом приеме, — сразу же солгала она и загадочно посмотрела на Тони, который, впрочем, как будто не заметил ее, продолжая глядеть на меня. — Ты не представишь меня мистеру Старку, Ди?
— "В вопросе уже содержится ответ, Эш", — услужливо подсказало подсознание.
— Мистер Старк, — невзирая на мысли, я была предельно дружелюбна и вежлива, — это моя подруга детства и журналист издания Fortune* - Эшли Грин, — она протянула руку, и Тони ее машинально принял.
— Очень приятно, мистер Старк, — Эшли улыбнулась своей профессиональной улыбкой, и затем продолжила: — Не знала, что вы знакомы с Ди.
— О, доктор Эйвери недавно провела мне замечательную экскурсию по своей больнице. Думаю, вам известно, чем она закончилась, — подловил он ее лже-неосведомленность и задорно мне подмигнул; я не смогла сдержать улыбки, что не укрылось от любопытных глаз Эшли.
— Мистер Старк, — сделала вид, что не заметила подкола Эшли, — если бы вы только могли ответить на пару коротких вопросов для журнала «Fortune», я была бы вам очень благодарна...
К моему счастью, договорить ей не дал ведущий, который как раз под бурные аплодисменты вышел на сцену.
— Думаю, стоит занять свои места, — произнесла я с намерением занять свое место за столом, избегая неловкостей, но не тут-то было.
— Возле меня есть свободное место, — произнёс Тони не терпящим отлагательств голосом и быстро увлёк меня за собой под удивленный взгляд Эшли, — оттуда будет лучше видно сцену.
— Раз ты предлагаешь, — только и смогла тихо прошептать я с небольшим опозданием.
Мы оказались почти перед самой сценой. За столом уже сидели две элегантно одетые пожилые дамы, один молодой мужчина со своей барби-спутницей и Генри Нэшвиль. Я узнала в нем известного ведущего программы "Игры на выживание". Когда-то она была очень популярна, но у меня никогда не хватало свободного времени, чтобы ее смотреть. Оказывается, Генри тоже жертвовал средства в фонд UNICEF. Тони поздоровался с ним коротким рукопожатием, остальным он подарил фирменную улыбку. Я быстро представилась и заняла свободное место по левую руку от него.
Свет погас и моему взору вновь предстала яркая сцена и ведущий сегодняшнего вечера - Стэн Шоу. Он объявил о внеплановом выступлении основателя программы "Врачи без границ", успевшем на мероприятие с запоздавшего рейса из Дамаска, тот после недолгой речи передал слово исполнительному директору фонда Генриетте Х. Форе - невысокой женщине преклонного возраста в белом брючном костюме, которая поблагодарила всех за вклад в развитие фонда и, назвав еще несколько непосредственных участников программ фонда UNICEFF с труднопроизносимыми фамилиями, предложила продолжить наслаждаться музыкой и общением. Все одновременно подняли бокалы и дружно и стройно повторили за ней девиз сегодняшнего благотворительного вечера и последней социальной рекламы фонда: «Детские мечты не должны умирать».
Я попробовала определенно заслуживающего внимания Prosecco. Ещё с начала выступления главы программы "Врачи без границ" я украдкой следила за Тони. Ему явно было неинтересно, что происходило на сцене, потому что он смотрел куда угодно, только не на сцену. Уже к началу выступления Генриетты, он успел выпить порцию виски, совершенно не притрагиваясь к еде. Я начала подозревать о наличии у него некоего синдрома недоверия к пище и питью, о которых он ничего не знает. Бутылка виски неизвестной мне марки возле него была в единственном экземпляре и выглядела дорогой. Ни на одном столе таких бутылок я больше не заметила - видно ее заказали лично для Тони.
Я не стала себе отказывать в закусках и решила кое-что попробовать. Первое, что стояло ближе всего, оказалось среднестатистической, хотя и нежной на вкус гусиной печенью с черносливом - самое вкусное фуа-гра я пробовала только единожды - на дне рождении кузена, у его семьи был замечательный повар-француз, и с тех пор вся остальная фуа-гра казалась мне недотягивающей до его шедевра. Местный повар, на мой взгляд, не особенно заморачивался при готовке этого блюда.
Приглянувшийся мне салат из листьев романо и курицы оказался просто восхитителен, и я наслаждалась им до тех пор, пока не почувствовала характерное покалывание на языке и знакомое ощущение онемения на губах.
— Подскажите, пожалуйста, что это за салат? — негромко поинтересовалась я у официанта, сделав глоток воды и начиная подозревать неладное.
— Цезарь с куриной грудкой, — ответил тот, склонившись ко мне.
С курицей... Это хорошо, но не объясняет реакции моего организма.
— А что это за соус, Рудольфо? — решила я копнуть глубже, прочитав иностранное имя на его бейдже.
— Смесь домашнего майонеза с вустерширским соусом, — не став раскладывать все ингредиенты, ответил он.
— Спасибо.
Его ответ, конечно же, не удовлетворил меня, но я стала судорожно вытаскивать из памяти сведения о вустерширском соусе, и когда до меня дошло, в чем проблема, меня уже била крупная дрожь.
— Вот черт, — тихо выругалась я.
В гребаном вустерширском соусе есть анчоусы! Все бы ничего, если бы у меня не было аллергии на рыбу! Капли пота, моментально выступившие на моём лбу, недвусмысленно намекали на то, что я влипла. Старк в этот момент был занят опустошением второй порции виски, параллельно беседуя с симпатичной блондинкой, сидящей справа от него. Не подавая виду, я тихонько поднялась со своего места и, петляя между столиков, начала лихорадочно соображать, как быстро и незаметно покинуть ставший душным зал. Справа в тридцати футах от меня, за плотной темной шторой я заметила указатель на туалет, ознаменовавший конец моих поисков. Так как моя аллергия - очень специфична и опасна, пришлось ускорить шаг, что не спасло меня от любопытных взглядов. Из-за нехватки воздуха, а точнее, невозможности полноценно вздохнуть, я закашлялась, а лицо покрылось красными пятнами. Если срочно не вколоть эпинефрин и не принять антигистаминное средство, желательно преднизолон, лёгкие и горло начнут отекать, и я попросту задохнусь. Помню, как такое впервые случилось в младшей школе. Тогда родители ещё не знали, о существовании у меня аллергии. А "диетическое" меню частной школы испортило мне целые две недели долгожданных каникул. С тех пор я всегда ношу с собой в сумочке маленький автоинъектор с эпинефрином. Нужно только выйти и вколоть его. Всё просто.
Быстро выскользнув за дверь, я, не теряя времени, бросилась вдоль по коридору в сторону дамской комнаты. Если чьи-то любопытные глаза увидят, как я себе что-то колю, пойдут ненужные слухи. Ну почему уборная так далеко от зала? Начиная паниковать, я поняла, что до уборной дойти у меня попросту не хватит сил - я задохнусь по пути. Дрожащей рукой открыв клатч, я едва не рассыпала все содержимое, ища автоинъектор. Как некстати, что вторая рука плотно стянута в бандаже...
— Что происходит? — услышала я тревожный голос из-за спины; видимо, Тони вышел из зала следом за мной.
— Все нормально, возвращайся в зал! — хрипло ответила я, не желая, чтобы он видел мою слабость, но, заметив мои трясущиеся руки и очевидный испуг, он никуда не делся.
— Говори, — он был непоколебим; его тёмные глаза смотрели на меня так серьезно, что я сдалась - на гордость уже не хватало времени.
— Анчоусы, в соусе были анчоусы, а у меня сильная аллергия. Нужно срочно вколоть эпинефрин, — мои нервы сдавали.
Не медля ни секунды Тони взял меня за руку, выхватив свободной рукой мой клатч, и потащил куда-то за собой. Ноги ослабели и норовили подкоситься, но я держалась, чтобы не упасть прямо на глазах у гостей вечера. Мы свернули за угол и, хвала всевышнему, оказались возле женского туалета. Тони, не раздумывая ни секунды, толкнул дверь первый и, проверив, чтобы никого там не было, оплавил ручку, активировав перчатку от костюма Железного Человека. Я начала задыхаться и сползать по стене вниз, понимая, что вот-вот отключусь, но он не позволил мне упасть и, быстро подхватив на руки, усадил между раковинами, благо позволяло пространство.
— Что нужно делать? — надо отдать ему должное - он не испугался и в экстренной ситуации выглядел решительно, но спокойно.
— В моей сумке автоинъектор с желтой этикеткой, — я сделала шумный вдох и продолжила: — Достань и вколи мне в плечо.
Придерживая меня одной рукой в вертикальном положении, Тони ловко расстегнул застежку сумки, достал необходимое и, не теряя ни секунды, зубами сорвав колпачок, сделал инъекцию. Было практически не больно. Я прикрыла глаза, оперевшись лбом ему в грудь и старалась восстановить дыхание. Все хорошо, Даниэль, всё обошлось. В следующий раз буду думать, прежде чем есть что попало. Переведя дыхание, я открыла глаза и подняв голову, посмотрела на Тони.
Убедившись, что я могу самостоятельно держаться в вертикальном положении, он отошел к противоположной стене, давая мне пространство и время, чтобы прийти в себя.
— Кажется, обошлось, — я постаралась улыбнуться. — И снова ты меня спас.
Он ничего не ответил, лишь продолжал сверлить меня нечитаемым взглядом. Я заметила, что на нем нет пиджака. Вместо него была светлая рубашка, две верхние пуговицы оказались расстегнуты, открывая небольшой кусочек смуглой груди. Почувствовав, что хочу увидеть больше, я поспешно отвела взгляд.
— О чем ты вообще думала, когда ела цезарь, все знают, что в его соусе есть анчоусы, —
кажется, он злился, что вогнало меня в легкий ступор.
— Я, — я аж немного запнулась, замолчав, не зная, что ответить, ведь вместо того, чтобы следить за тем, что ем, я наблюдала за ним одним, игнорируя реальность.
Внезапно он оторвался от стены и направился в мою сторону одним длинным смазанным движением, не прерывая зрительного контакта. Я не успела возмутиться, что он слишком близко, как Тони оказался вплотную и устроился между моих ног - признаться, я вообще не поняла, как позволила такому случиться. В другой ситуации я бы посчитала это очень сексуальным, но сейчас мне стало как-то не по себе. Словно окаменев, я смотрела на него, ожидая следующих действий, и Тони коснулся моего подбородка пальцами, а его губы оказались так близко, что я забыла, как дышать.
— В следующий раз будь осторожнее, Даниэль, — прошептал он как-то интимно. — Ты заставляешь меня нервничать.
— Прости... — машинально сорвалось с моих губ.
Дыхание никак не хотело восстанавливаться, хотя всему виной была уже отнюдь не аллергия, а близость мужчины. Его пальцы, мягко касающиеся моего подбородка, внезапно исчезли. Когда он опомнившись снова отступил и позволил мне спуститься на пол, я бросила короткий взгляд в зеркало. Рядом с великолепным Тони Старком я выглядела бледно и слегка испуганно, красивая прическа, сделанная феями Линды, растрепалась - пришлось вытащить шпильки и заколку и распустить волосы, что немного спасло ситуацию. Производя манипуляции с волосами, я заметила в отражении взгляд Тони. Его бездонные глаза буквально пожирали меня сквозь зеркало.
— Все, теперь готова, — удовлетворившись внешним видом, хрипло сказала я; он лишь кивнул и двинулся в сторону двери, пряча улыбку.
Когда мы вернулись в зал, на сцене уже что-то с возбуждением рассказывал ведущий, видно заполняя паузу. Взглянув на время, я поняла, что речь Тони должна была начаться ещё пять минут назад, только мы подошли к столу, ведущий пригласил его на сцену для финальной речи. Свет прожектора упал на наш стол и мы оказались в центре всеобщего внимания. Тони мгновенно натянул свою фирменную улыбку и, захватив со спинки стула свой пиджак, неспешно двинулся в сторону сцены под бурные аплодисменты. Как только он взял в руки микрофон, в зале повисла тишина.
— Добрый вечер, дамы и господа, — его уверенный голос зазвучал из всех колонок вызвав у меня толпу мурашек, — должен сказать, что не удивлён, что именно меня выбрали закрывать сегодняшний вечер, — поделился он, — так как самая крупная сумма средств утекла в UNICEFF со счетов Старк Индастриз.
В зале послышался смех. Тони выдержал паузу. Умеет же играть на публику. Уютно устроившись на своем месте и больше не притрагиваясь к пище, я сделала большой глоток воды, пытаясь успокоить все еще горящее огнем горло.
— Не буду повторять те пламенные речи, произнесённые до меня, уверен, вы уже немного пресытились ими, — тем временем продолжил мужчина свое выступление. Кто-то в зале фыркнул. — Давайте поговорим о цифрах, а точнее, о числе жертв в Сирии... — он кликнул пультом, показав графики смертей в текущем и предыдущих годах, на которых была заметна динамика снижения гибели детей к настоящему моменту; Тони рассказал о том, над какими непосредственными проектами UNICEFF взял шефство, и, понимая, что подобная речь могла немного утомить приглашенных, завершил её в несколько эксцентричной манере: — Все же, я бы хотел сказать, что мир очень суров даже для людей в броне, — он коснулся своей груди ладонью, — а для детишек из Сирии он порой просто невыносим. И у нас есть уникальная возможность облегчить их судьбы. Ваши средства идут на благое дело. Не обязательно носить красно-желтый железный костюм, чтобы стать героем, запомните одно: для этих детей каждый из вас - супергерой, и нас объединяет одна общая цель, мы хотим одного, — он снова выдержал паузу и окинул взглядом зал, ненадолго задержавшись на мне, — окончания войны и безопасности для будущих поколений! Так положим же мы этому начало прямо сейчас, в эту самую секунду! Мир вам, — он показал свой излюбленный знак мира, сложив два пальца в букву “V”, и спустился со сцены под бурные овации.
Наконец-то включили свет, и гости продолжили общение. Тони разговаривал с кем-то возле сцены, после его презентации многие хотели обсудить свой вклад в UNICEFF. Генриетта Х. Форе разумно держалась возле него, понимая, что мистер Старк для фонда был просто золотой жилой.
— Мисс Эйвери, вам, вероятно, придется немного поскучать в одиночестве. Генриетта вцепилась в вашего спутника мертвой хваткой, — произнесла весьма ухоженная женщина преклонного возраста за моим столом, кажется, ее зовут Кэтрин Хоуди - ее семья владеет самым крупным сетевым брендом по продаже мебели. — Не могу не заметить, что вы с мистером Старком весьма гармонично смотритесь вместе.
— Спасибо за комплимент, но мы с мистером Старком просто друзья, — я мягко улыбнулась в ответ на её очевидное любопытство, прикрытое комплиментом, но затем, в ожидании Тони, мы довольно долго беседовали.
Кэтрин Хоуди жертвует в разные фонды сотни тысяч долларов. Благодаря сыну, принявшему бразды правления ее корпорацией, отныне она может наслаждаться старостью и тратить огромные деньги, которые в начале пути доставались кровью и потом. Кэтрин оказалась весьма умной женщиной, а из-за того, что она родилась и выросла в среднем классе - вполне простой и легкой в общении. Разговор показался мне весьма интересным, но довольно затянутым. К сожалению, после того, как я беспощадно бросила подругу и не поспособствовала интервью с Тони, она больше не подходила ко мне, наверняка, скрывая обиду. Я любила Эшли, она была замечательной подругой, но как только в ней просыпалась ушлая журналистка, она начинала меня дико раздражать.
Некоторые уже начали расходиться по домам. Я взглянула на часы. Ну конечно, уже было далеко за полночь; не считая разговора с Кэтрин Хоуди, время пролетело незаметно. С мыслью о необходимости вызвать такси я засобиралась домой и поднялась из-за стола, и по закону жанра именно в этот момент рядом со мной материализовался Тони.
— Ты уже уходишь?
— Время позднее, — констатировала я, как будто ничуть не обидевшись на его длительное отсутствие.
— Отлично, я тебя подвезу.
— Я и сама в состоянии вызвать такси.
— Это был не вопрос, доктор Эйвери, — уверенно парировал он.
— А вы оказывается тиран, мистер Старк, — шутливо заметила я, и быстро добавила: — Спасибо.
Захватив клатч, я отправилась вместе с Тони к выходу, бесконечно прощаясь со встречающимися по пути знакомыми спутника. Еще в зале церемоний, взглянув за панорамное окно, я заметила, что Нью-Йорк поливает, как из ведра; ситуация оказалась еще хуже, когда мы вышли на улицу. Зонта, конечно же, с собой не было. Проезжая часть терялась в потоке воды - ливневки явно не справлялись. Тони махнул шоферу и черный роллс-ройс фантом, словно небольшой катер, поднимая воду колесами, медленно подплыл прямо ко входу. И все же, как ни старался водитель подъехать ближе, между нами и машиной было два метра стены из воды. Тони, недолго думая, быстро сняв пиджак, накинул мне его на голову и плечи. Водитель, успевший промокнуть за считанные секунды, открыл перед нами дверь, и я быстро забралась внутрь. Следом в салон залез мокрый почти до нитки Тони. В салоне было тепло и звучала приятная расслабляющая музыка. Я назвала водителю свой адрес, и мы влились в общий поток на пятой авеню, словно черепахи "наслаждаясь" пробкой. В салоне пахло терпким сандаловым парфюмом Тони.
То ли из-за этой расслабляющей атмосферы, то ли из-за введённого мне лекарства, дополненного двойной дозой преднизолона, меня вдруг дико потянуло в сон. Я не смогла долго бороться с собой и через пять минут уже спокойно дремала. Когда машина входила в поворот, сквозь сон я почувствовала, как начинаю сползать набок, но тут же появились теплые руки - Тони устроил мою голову у себя на плече. Даже сквозь падающее в приятную дрему сознание я ощущала правильность момента - мне было уютно, тепло и комфортно, и не хотелось, чтобы это заканчивалось.
Примечания:
*Fortune - широко известный американский деловой журнал, который издается компанией Time Inc, особенно известен своими ежегодными рейтингами крупнейших (по размеру выручки) компаний США и мира.
Текст главы прошел лексическую, стилистическую и художественную обработку. Редактор: Anya Shinigami. https://ficbook.net/authors/156130
