Lady Rose: Бал в Королевстве Фейри

…Я взор мой устремлял в больной и мутный взор твой, И ложе уступил и бденьем истомлен, Прильнул к ногам, готов земле отдаться мертвой, Когда б ты перешла так рано в смертный сон. Землетрясенье шло и стены сотрясало, И все, как от вина, качалось предо мной. Кого я так искал среди пустого зала? Тебя. Кому спасал я жизнь? Тебе одной. И судорожный вздох спирало мне страданье, Уж погасала мысль, уже язык немел, Тебе, тебе даря последнее дыханье, Ах, чаще, чем должно, мой дух к тебе летел…*

Отстранившись от девушки, Эрик прекрасно знал, что последует дальше. Роза была готова на полном серьёзе залепить ему пощёчину, если бы он не успел перехватить её руку и снова подтащить её к себе поближе. Он наклонился к её уху и прошептал: — Тебя фиктивная помолвка устроит? — Что?! — Роза оказалась очень удивлена. — Фиктивная помолвка, — повторил он. — Такой не существует! — отрезала девушка. — Уже – да! — сказал Эрик. — По твоей инициативе теперь нам не выбраться отсюда, так что соглашайся. — Тебе. Жить. Не. Надоело? — очень-очень грозно проговорила Роза. — Цвету и пахну, — ответил он. — Завянь! — прорычала Роза. — Согласись, — продолжал он с едва заметной надеждой. — С фейри нельзя разорвать сделку, в отличие от смертных. — Ты не думаешь, что это уже слишком? — и Роза вопросительно подняла бровь. На это Эрик коварно улыбнулся. — Так ты согласна? Это лишь фиктивная помолвка. Обессилено вздохнув и опустив плечи, Роза кивнула. Эрику показалось, будто бы камень с души упал. Другого пути он просто не видел. — Согласна, — промямлила она с большой неохотой. — Тогда, сделай вид, что это тебе понравилось, — сказал Эрик. — Что именно?.. — не дав ей договорить, Эрик подтащил её к себе поближе и впился в её губы поцелуем ещё более страстным и требовательным, чем тем, который был раньше. Внезапно он почувствовал совершенно посторонние ощущения, постепенно смешивающиеся с его собственными чувствами. Словно его разделили на две части. А возможно ли это чувства Розы? Неужели она сейчас теряет дыхание от этого поцелуя, её голова кружится, она сопротивляется изо всех сил, но всё тщетно. Возможно ли, что её настоящая сущность отнеслась к своему роду подобной «нервотрёпке», как к самому простому делу. Истинная сущность не могла оказать сопротивление. Когда Эрик отпустил её, то ощутил ещё один прилив эмоций, но теперь это смущение и ярость. Роза отошла немного назад, зажав рот рукой. — Да, очень похоже! — высказался Эрик. — Отлично! А как тогда отсюда выбраться? — с сарказмом проговорила Покровительница Розы чёрная кошка Мунлайт. Эрик задумался. Он хорошо запомнил слова своего старшего брата-вампира: «…Но есть у тебя шанс сбежать от Неё: найди земную луну, отдай своей избраннице и поклянись в верности, и тогда Королева ничего не сможет сделать ни тебе, ни твоей невесте, но только если луна всё ещё будет у неё. Она бессильна против таких крепких чар…» Он сделал всё, как сказал Торн, но что-то всё равно оставалось загадкой. Он украдкой следил за девушкой перед собой. Да, королева Данилина имела достаточно хорошую внешность, но, сколько же ей лет? Тысяча? Может больше? Она давно раскрывшейся цветок лилии. Когда они очень долго стоят в комнате, то от их сладкого аромата начинает болеть голова. В королеве нет той свежести, того очарования, какое было свойственно совсем юным нераспустившимся цветам. Излишество красоты, вычурность – от этого глаза устают очень быстро, но они не могут налюбоваться юностью. По сравнению с Данилиной Роза оказалась настоящей розой. Эрик знал всё это из дворцовой жизни. Просто слышал разговоры гостей, обитателей замка. Старушки, пытающиеся сохранить свою красоту толстым слоем пудры, выглядят довольно отвратительно рядом с дебютантками на балах. Может быть, королева и не старела, но возраст двадцати пяти лет она вынуждена носить на себе вечно. А Роза… Розу он видел каждый раз в новом свете. Он едва не прослушал её слова: — Бриттани сказала продолжение того пророчества: «Когда две луны встретят друг друга лицом, Он встретит любовь свою в мире своём!» — проговорила она. Камень в перстне заблестел ещё ярче, как и луна за окном. После недолгого замешательства Роза направила его на сияющий диск. Вспышка света едва не ослепила девушку. Эрик зажмурился, но кое-как смог рассмотреть в этом сиянии блистающую арку – проход на Землю. — Получилось! — обрадовалась Мунлайт. — Мейдон! — голос королевы заставил всех обернуться в её сторону. — Ты помнишь уговор? Эрик напрягся. — Помню, а вот время покажет, — ответил он. В недоумении Роза посмотрела прямо ему в лицо. Эрик как всегда старался выглядеть спокойным. Когда Эрик взял девушку за руку, она вздрогнула. Он провёл её сквозь арку, сквозь яркий свет, назад в мир смертных. Они оказались на холме, у подножья которого бежала река, и простирался пролесок, а дальше виднелись крыши современных домов деревни Маленький Ангел. Проход мигом растворился в воздухе, оставив лишь примятую траву и растущие по кругу поганки – кольцо фейри. — Что это? — воскликнул Странник, оглядываясь по сторонам. — Это совсем близко от «Розовой Розы», — ответил Эрик и указал на холм повыше, где стоял большой дом, некогда служившей обителью матери Розы. Они там как-то раз были – прятались от вампиров. Сам Эрик спустился немного вниз и обернулся. Перед ним на фоне светлеющего неба в свете восходящего солнца стояла самая настоящая богиня. Дочь Жизни, младшая сестра луны, подруга ночи и ученица звёзд… Никакая королева не могла сравниться с этой девушкой. Удивительно, но она была полной противоположностью Данилины. Кожа Розы отдавала лёгким лунно-бледным светом, чёрные пряди длинных густых волос ниспадали едва ли не до земли красивым каскадом, полностью укрывая хрупкое стройное тело. Она тревожно осматривалась по сторонам своими потрясающе красивыми и живыми глазами насыщенного тёмно-зелёного цвета, приоткрыв распухшие от поцелуев малиновые губки. Она была потрясающе прекрасна и нереальна, словно сон. Плавной походкой она подошла к нему. Впереди неё бежал Странник. — Эй, смотрите – солнце! — радостно воскликнула Мунлайт. Роза обернулась к яркому дневному светилу, занимающему свой пост после луны. Она засияла ярким светом всего на мгновение! И тут перед ним стоит та самая девушка, которую он два дня назад водил к водопаду. Спутанные каштановые локоны до талии, светло-карие глаза и смуглая кожа. Но печальный взгляд оставался всё тем же. Узкие джинсы и порванная в некоторых местах рубашка в клеточку, заляпанная грязью обувь. Принцесса снова превратилась в Золушку до следующего полнолуния. Она тут же посмотрела на Эрика. — И как мы теперь доберёмся до дома? — спросила она немного устало. Отойдя к пролеску, Эрик подошёл к одному дереву, попутно снимая заклинание «Уголок Глаза», которое он однажды использовал в комнате Розы. — Мотоцикл?! — завопила девушка, ткнув пальцем в абсолютно чёрный байк. — Ты оставил здесь мотоцикл?! — А что такого? — удивился Эрик. — Что ты ещё тут без присмотра оставил? — не унималась Роза. — Ты сама как туда попала? — в ответ спросил Эрик. — Нас перенесла Сандра, а потом Кинебил открыл проход через Сонное озеро. И что тут такого странного? — С тобой была Сандра? — удивился Эрик. — Не только она, — ответила Роза. — Она отправила ребят назад, а потом, когда на нас напали гончие, Сандра вместе с Ленни переместилась сюда. Её ранили. Эрик нахмурился. Обычно госпожа Дубмон могла испепелить любого, кто к ней близко подходил, а тут «её ранили»! Тем временем Роза подошла ближе и вопросительно подняла глаза. — Что-то не так? — спросила она. — Ты только долг выполняла, или чью-то просьбу? — спросил он. Девушка смотрела немного недоверчиво. — Долг, — осторожно проговорила она. — Кто тебя натолкнул на такую мысль? — Мне напомнил об этом папа… Мир рухнул. Эрик не мог понять, в какую игру его затянул мистер Картер и как он ухитряется манипулировать Розой, но всё же прекрасно знал о его договорённости с Эйдоном. Сев на мотоцикл, Эрик протянул свой шлем Розе, и та с трудом надела его и неумело затянула ремень. Завёл он мотоцикл только тогда, когда она залезла на заднее сиденье и, проверив, что она нашла специальную ручку, за что можно держаться, сорвался с места. Покровители остались в деревне в качестве шпионов-разведчиков. Выехав на трассу, ведущую в Лондон, Эрик увидел светлеющее небо и розовый восход. Он прогонял тьму, тьму, в которой был заключён, и из которой его вызволила маленькая богиня, сидящая позади него. Сумрак ночи развеялся. Горизонт сиял, а облачное небо постепенно меняло цвет. Это было прекрасно! И снова ощущение, будто в нем бушуют чужие эмоции. Наверняка, Роза увидела рассвет, и её сердце трепетало. Но всё это длилось недолго. Тёмные облака затянули небо, и уже возле поместья их застал сильный ливень. Промокшие насквозь они вбежали в холл, оставляя за собой следы. Волосы Розы намокли только на концах – её спас шлем, а вот с Эрику не слишком-то повезло. Он до самого последнего не решался создать огненный щит от дождя. Теперь с его промокших волос капала вода. Но, использовав свои силы, он высох моментально. Услышав их обычную перепалку, на голос спустились остальные жильцы. Из разговора Эрик узнал, что их у поместья поджидали фейри. Он с Розой попал бы в засаду, если Сандра не предприняла какое-то странное решение. Сама она находилась в Королевском госпитале Лондона, куда её отвёз Ленни. По пересказу звонка матери Ленни, работающей в том госпитале нейрохирургом, состояние Сандры было тяжёлое. Хозяин поместья, Мистер Картер, спустился чуть позже, пригласив всех на завтрак. Собравшись в светлой столовой, все, кроме Розы (она в своей комнате приводила себя в порядок не без помощи маленькой камеристки), внимательно слушали о том, что случилось в Ином Мире. Эрик рассказал всё и на своё же удивление ничего не приукрасил и не солгал, хотя промолчал о сделке с Розой. Но мистер Картер всё же заставил его рассказывать и об этом. — Лунное Кольцо оказалось выходом из Сида, — говорил Эрик. — Мы оказались там, где я нашёл портал. — Хорошо, что всё так закончилось, — облегчённо вздохнул мистер Картер. — Я места себе не находил, хотел уже идти за вами… — Роза рассказывала об этом кольце. Она сказала, что это ответ на «Лунное Заклятие», — сказала Ким. — Значит, здесь не всё чисто, — подвела итог Стелла. — Я тоже слышала о кольце, — подала голос Акия, — и насколько я помню, то там были какие-то условия. — Какие ещё условия? — насторожился Тим. — Лунное Кольцо можно надеть только своей невесте, как ответ на заклятие, — говорила балерина. — Если девушка невестой не является, то кольцо кожу жжёт, а если она обладает обольстительной магией, то она перестаёт работать, но там было что-то ещё… — Девушка перестает быть центром внимания у мужчин, что может быть ещё хуже? — пропел Давид Морсель де’Валь. Эрик усмехнулся. Сидящая напротив него, Габриэлла сдвинул брови. — Значит, может? — насторожено спросила она. — Это кольцо может снять с пальца избранницы только тот, кто надел его ей, — расплываясь в улыбке, сказал Эрик и задумчиво добавил: — Интересно, когда она узнает о его «дефектах»? Ха-ха! Внезапно он ощутил злость и замешательство, и в ту же секунду весь дом содрогнулся от громкого крика: — МЕЙДОН!!! ТЫ – ТРУП!!! Через несколько секунд после странного грохота двери в столовую распахнулись, и в помещение ворвалась Роза в весьма скверном настроении и, по всей видимости, ужасном расположении духа. Она уже переоделась в короткое малиновое платье с собранным подолом, без рукавов с круглым не глубоким вырезом и высокие сапоги в тон. Волосы она успела высушить и причесать, убрав несколько локонов от висков назад и перевязав их длинной широкой лентой. В её солнечных глазах горела ярость. Она промчалась мимо стола на кухню, едва не сбив с ног седого дворецкого Филиппа. Он еле-еле успел её схватить за руку. — Юная леди, что стряслось? — совершенно спокойно спросил он. — Мне нужна миска с маслом! — выпалила девушка. Дворецкий протянул ей небольшую глубокую тарелочку с оливковым маслом, которое он собирался поставить на стол как соус к завтраку. Девушка без раздумий окунула туда левую руку, а когда вытащила, то попыталась снять серебряный перстень, но тщетно. Она забрала у дворецкого блюдце, поставила на стол рядом с Габриэллой и снова попытала счастье, но ничего не вышло. Усмехнувшись, Эрик сказал: — Что ты так мучаешь бедное оливковое масло? Лучше выпей его и приходи к полуночи**. Он видел, как она медленно поднимала голову и сверлила его глазами, глядя исподлобья. Девушка оставила попытки снять кольцо и, обойдя стол, схватила Эрика масляной рукой за ворот чистой белой рубашки, оставив некрасивые жирные пятна. Роза процедила сквозь зубы загробным голосом: — Сними. Его. Эрик улыбнулся. — Что? Прямо тут? Оно тебе очень идёт. Я-то думал, что ты – скромная девушка, а ты… На это Роза закатила глаза. Эрик ощутил её сильное желание что-нибудь сломать, желательно его руку или нос. — Ты о чём подумал? — разозлилась она не на шутку. — Кольцо сними! — А ты о чём подумала? — фальшиво удивился Мейдон. — Я же тоже про кольцо говорил. — Не похоже. Я прекрасно вижу по твоему лицу, оно тебя выдаёт. Ты мне нагло врёшь! — девушка находилась на грани срыва. — «Значит, это не я нагло вру, а моё лицо»,***— с насмешкой процитировал Эрик строчку из недавно прочитанной Розой пьесы, но внезапно услышал то, от чего его едва не сковал страх – мысли маленькой девочки… Когда Роза обнаружила, что не может снять кольцо, её захватили чувства. Она была готова рвать и метать. И даже сейчас, когда она ещё крепче сжала ткань белой рубашки Эрика, ей легче не стало. Она хотела задать ему большую трёпку. А когда он повторил строчку из пьесы, которую они не так давно обсуждали, девушка пришла к выводу, что живым он отсюда не уйдёт. Он улыбался ей в лицо! Он смеялся над ней! — Ты сейчас дождёшься!— прошипела она. Совсем неожиданно лицо Эрика изменилось. Он убрал её жирные руки со своей рубашки, встал из-за стола. Теперь у Розы появилось желание сбежать. Конечно, он выше её на целую голову, к тому же сильнее. Что может бедная семнадцатилетняя девушка? Эрик повернул голову в её сторону. На его лице читалось замешательство и что-то ещё, чего Роза не могла разобрать. — Ты исполнила долг дворянина по собственной воле? — спросил он. — Да, но с напоминанием отца, — ответила Роза. — У меня было желание оставить тебя там, но дворяне так не поступают. — Вот как? — и Эрик изогнул правую бровь. — Не думай, что я о тебе плохого мнения. Я могу его и изменить, если ты прекратишь надо мной издеваться и неуместно шутить, — очень вежливым тоном проговорила она. — Ты хочешь спасти всех своих друзей, слуг? — спросил он. — Да, я без раздумий могу подставить им своё плечо! — с какой-то гордостью произнесла девушка. — А спину? — не отставал Эрик. — Да, а что? — А меня закрыть спиной? — снова спроси он и отвернулся от неё. Это очень насторожило Розу. — Если подумать, то – наверно, да, а что такое? — Тогда у тебя сейчас появиться долг предо мной, — сказал Эрик. Когда он, опрокинув стул, рванул к ней, Роза испугалась. Особенно когда слух поймал свист и странный хруст, а потом вздох и тихий еле слышный стон Эрика. Он шагнул вперёд, прямо на Розу и оттолкнул её к стене, а сам, опершись об неё рукой, медленно опускался на пол. Когда он упал на колени, то перед Розой открылась картина: маленькая Цветана заворожено глядя на свою хозяйку, держала в руках арбалет Джеймса. Никто не решался встать. Выйдя из кухни, позади девочки оказался младший брат Акии Юджин. Он медленно подкрался к ней и произвёл захват, разоружив Цветану. Только тогда все смогли подняться со своих мест. Всё-таки не зря Юджина отправили в военно-морское училище. Оторвалась Роза от этого зрелища, только тогда, когда почувствовала, что за подол платья что-то ухватилось. Опустив глаза, девушка наткнулась на более ужасающее зрелище: в левую лопатку Эрика был вонзён арбалетный болт. На белой рубашке уже успело расползтись большое алое пятно. Роза опустилась рядом на колени. — Не шевелись, я её сейчас вытащу, — сказала она. Она прекрасно помнила, когда он точно так же закрыл её от такой же стрелы. Тогда стоило Ленни вытащить её, рана тут же заросла. — Нет, — прохрипел Эрик, — это серебро. — Это же… — больше Роза не могла вымолвить ни слова. Серебро для таких существ, как Феникс, или вейл был смертоносным, чем обычный металл. Попади он в жизненно важные органы Феникса, то ему уже не успеть восстановиться. — Единственный, кто мог вытащить стрелу, так это Ленни, но его где-то черти носят, — прохрипел Эрик, пытаясь подняться. — Эй! Я отвозил свою родственницу в больницу. Я хоть и полукровка, но не обладаю такой скоростью, как настоящие оборотни, — проговорил знакомый голос за спиной. — Ленни, помоги скорей! — закричала Роза. Охотник опустился рядом на колени и сразу же предупредил: — Я постараюсь быть осторожнее. Он крепко сжал в руке болт, сделал глубокий вдох и резко дернул в сторону. Эрик только зашипел, пытаясь сдержать рвущиеся проклятья и ругательства. — Только не обижайся друг! Я сказал это нарочно, — тут же проговорил Ленни, поднося арбалетный болт к глазам. — Так, что тут у нас? Серебро, притом наше, какая ирония! — Заткнись! — прошипел Эрик, пытаясь встать на ноги. — Я тебя за это иногда просто тихо ненавижу. — Судя по твоей реакции, то довольно громко, — хохотнул Ленни. — Элла, мне нужна ваша помощь! Шелестя длинным подолом коричневого платья, Габриэлла тут же оказалась рядом. Она присела на пол и заглянула за воротник приспущенной рубашки. — У меня есть отвар. Он должен помочь заживить рану. Ленни, помоги ему дойти до… до хоть куда-нибудь, — взволнованно проговорила она. — Я сам дойду, — возразил Эрик. — Скорей всего ты и доползти не сможешь, — хохотнул Ленни, помогая своему упрямому другу. Дождавшись, когда они покинут столовую, Роза поднялась с колен и спросила у своей тёти: — Что случилось с Цветаной? — Она попала под чары вампира, — ответила та. — Столетний «комарик» постарался. Он заговорил её на момент, когда ты окажешься рядом с Эриком. Это довольно странно. — А можно ли узнать, кто именно это сделал? — просила девушка. Тётя лишь пожала плечами. — Они автографы на заговорённых не оставляют, — ответила она. — Я лучше пойду. Нужно срочно помочь Эрику, а не то он крови может много потерять. Вздохнув, Розе пришлось проводить Джеймса, несущего Цветану на руках, до спальни камеристки. Когда девочка проснулась, то тут же схватилась за голову, взъерошив светло-розовые волосы. Она находилась в страшном ужасе. Она не могла поверить, что едва не убила свою «хозяйку», и что из-за неё едва не погиб Мейдон. Девчушка заливалась слезами. Но Розу напрягло то, что она назвала его «господином». У юной хозяйки поместья в голове замелькали сомнения. — Ты знаешь Эрика Мейдона? — настороженно спросила она. С какой-то подозрительной осторожностью девочка кивнула. — Я видела его пару раз, когда он приезжал к моей сестре Флоретте, — говорила Цветана. — Моя мама сказала, что может предложить ему только кандидатуру принцессы Варды Трефоэл из «старых семей-правителей» на роль его невесты. Если, конечно её не выберет принц Арбесский. — У него есть невеста? — переспросила Роза, нахмурившись. — Принцесса Варда только кандидатка. Но её никто не знает. Даже я ни разу не видела. Говорят, она – отшельница. — Если я не ошибаюсь, то все ваши имена означают той или иной цветок, а что означает имя «Варда»? — спросила Роза. — Я не знаю. Мама сказала, что оно земное. Царицы цветущего царства, лежащего в песках. Эта царица песков была очень красива. Но она имела несчастную судьбу. Она покончила с собой из-за гордости и чести. И слово «Варда» сравнивают с ней, как суть красоты. Вы знаете эту царицу? — Знаю. Я проходила историю Древнего мира. Эту женщину зовут Клеопатра. Мою маму назвали в её честь. Но «Клеопатра» значит «слава отца». — Королева так и сказала: «Эта девушка приносит своему отцу славу, ведь она его единственный цветок». Странно звучит, вы не находите? — Лучше никому не знать, что означает это имя, — тихо произнесла Роза. — А теперь тебе нужно отдохнуть. Роза укрыла девочку покрывалом и вышла из её маленькой комнатушки. На выходе она столкнулась с Джеймсом. — Тебя зовёт Габриэлла, — сказал он. — Хорошо, а где она? — спросила Роза. — В правом крыле, в комнате Эрика, — беззаботно проговорил её друг. — ГДЕ?! — вскрикнула Роза, едва не сшибив с ближайшей тумбы в коридоре китайскую расписанную вазу из фарфора шестнадцатого века. Она едва успела её поставить на место, иначе она бы очень тихо пролетела до пола и с громким грохотом разбилась бы вдребезги. Оказавшись у дверей спальни Эрика, Роза с неохотой постучала. Голос тёти пригласил её войти. Всё та же приёмная с панелями из красного дерева, с натянутым красным шёлкам на стенах и потолочным плинтусом с узорами. С тем же самым тёмным паркетом и мягкими персидскими коврами, с люстрами в форме свечей и с тяжёлыми портьерами на окнах. Но, как и в прошлый раз, в прошлый день рожденья, когда Роза заглянула сюда, стену над кожаным диваном, украшали различные виды колющего оружия: мечи, шпаги, кинжалы. Дверь в спальню оказалась приоткрыта, и Роза осторожно заглянула внутрь. Посреди комнаты на банкетке оббитой тёмно-синим сукном с серебряными узорами с закрытыми глазами сидел Эрик, причём до пояса обнажённый! Роза едва не споткнулась об порог. Он лениво открыл глаза и смотрел на девушку больше минуты, пока его не отвлёк голос Габриэллы, суетившейся между ним и письменным столом, над которым висел огромный щит с изображением дракона и феникса в языках пламени и девиз: «Огонь – наша стихия!» — Готово! — радостно сказала тётя. — Осталось только перебинтовать, и можешь быть свободным. — Это моя комната! — сказал Эрик с наигранной обидой. — Ладно, я свою работу выполнила, так что давай, Роза, помоги мне: перебинтуй его раны, — совершенно спокойно сказала Габриэлла на выходе из комнаты. Роза застыла как громом пораженная. В ужасе она перевела взгляд на Эрика, который ей грустно улыбнулся, и опустила плечи. На столе как раз лежали бинты и вата. Глубоко вздохнув, Роза смело направилась к нему с видом разъяренного быка. Она, схватив бинт, со злобой посмотрела Эрику в глаза, едва сумев избежать их плена. Сам он перестал сутулиться, выпрямился. Его блаженный вид, словно в него попала не стрела, раздражал Розу до невозможности. Она, хрустнув костяшками пальцев и стараясь думать о чём-нибудь другом, наложила тонкий слой бинта. От пристального взгляда Эрика ей становилось ещё больше неудобно, чем видеть его хорошо сложенную фигуру и развитую мускулатуру. Она посмотрела ему в лицо исподлобья. — Ты чего на меня так уставился, как дьявол на душу грешника?! — прорычала она. — Меня больше волнуешь ты. Такое чувство, будто сейчас по стенке размажешь, — совершенно спокойно проговорил он. — Значит, инстинкт самосохранения у тебя хорошо работает! И почему ты решил, что «будто»? — сказала Роза. — А чего тебе не нравится? — удивился он. — Прекрати на меня так смотреть! — и Роза туго завязала бинт. — Создается впечатление, словно я – кусок мяса, а ты какой-то голодный кот. — И почему ты решила, что «словно»? — фальшиво удивился Эрик, изогнув бровь и ухмыльнувшись. — Поэтому прекрати на меня пялиться, пока я не начала читать тебе лекцию о том, чего делать не следует, — взвилась девушка. — И что это, по-твоему? — удивился Эрик. — Рисковать из-за меня своей жизнью, — тихо проговорила она. Эрик растянулся в довольной улыбке. — Я просто исполнил свой долг, — сказал он, на что Роза удивилась. — Я тоже обязан следовать nobilis officium. Девушка замерла на месте. — Ты тоже знаешь про Долг Дворянина? — удивилась она. — Что в мире Энери, что на Земле – я являюсь аристократом. Как ты думаешь, мне можно это избежать? — вкрадчиво спросил он её. — Я не пыталась, — печально ответила девушка. — Но всё-таки зачем? Повисло молчание. В этой тишине Роза положила кусок бинта на стол и тяжело вздохнула одновременно с Эриком. Она обернулась к нему. Тот поманил её подойти ближе. Теперь она на полторы головы стала его выше. Эрик заглянул ей в глаза. Медленно и очень плавно спустившись на колени с банкетки прямо перед Розой, он обнял её одной рукой за талию, а другую – положил на плечо, обвив её спину. Девушка растерялась. — «Зачем»? — повторил он вопрос. — Это твоя вина. Это целиком и полностью твоя вина! — Почему – моя? — удивилась она, ведь это ввергло её в заблужденье. — Я не просила меня спасать ни разу. А ты это делал. Так в чем моя вина? — Ты меня ещё спрашиваешь? Я пытался забыть про Долг, но ты все карты мне спутала. Я хотел просто всё бросить, а ты меня ставишь на место. Кто ты вообще такая?! Как тебе удается?! — и Эрик сильнее прижал Розу к себе, что она едва могла вздохнуть. — Я ничего не делала, — тихо прошептала она. — Да что ты говоришь?! — возмутился Эрик. — Между прочим, это после встречи с тобой я стал таким… безрассудным… сумасшедшим… Меня больше удивляет то, что тебя совсем не надо спасать – это ты меня спасаешь… — Это комплимент или наезд? — ядовито спросила Роза. Хватка Эрика ослабла. Не зная как поступить в такой неловкой ситуации, девушка провела по его волосам, немного взъерошив их. Роза сравнила их мягкость с шерстью кота. Но когда она случайно задела его ухо и коснулась кончиками пальцев его шеи, он тут же убрал свои руки от неё. — Не делай так больше! — совершенно спокойным тоном сказал он, поднимаясь с колен. Роза недоуменно посмотрела на него. — Что опять? — растерянно проговорила она. — Тогда ты хочешь стать «куском мяса», и ждёшь, чтоб я стал «голодным котом»? — и он вопросительно изогнул бровь. — Только не говори, что я… — девушка вспыхнула. — Да, — улыбнулся Эрик, — а это для меня – атомный взрыв после бесконечных часов разгребания бумаг. — Заведи себе подружку! — гневно бросила она, вспомнив про кольцо, но её отвлёк стук в дверь. В дверном проёме показалась голова Стеллы, и лицо у неё было очень печальным. Она тихо-тихо смогла выговорить только два слова: — …бабушка… умерла…

«…За мною шла ты сквозь ту тьму, Что путала дороги, Я не забыл, тебя одну Я не оставлю, помни…» Вдруг слёзы, что текли рекой Исчезли без следа, Дева вскричала, что одной Была она всегда. Но он, смеясь, обнял её, И в верности поклялся, Поправил Лунное Кольцо И в путь засобирался.

*Фрагмент стихотворения «Любовь и Смерть» Джорджа Гордона Байрона. Перевод А. А. Блока. **В Греции существует поговорка «оливковое масло пей и на ночь приходи, а сливочного масла съешь — и как колода, спи…». Местная древняя медицина считала оливковое масло афродизиаком, возбудителём. **«Значит, это не я вру, а моё лицо» – фраза героя из комедии Пьера Бомарше «Безумный день, или Женитьба Фигаро». В оригинале: «Значит, это не я лгу, а моя физиономия».