Агхеэра для двоих

      Ледяная вода мгновенно потушила бушующее внутри желание и заставила меня оторваться от Даррэна.       Оценить обстановку получалось плохо, но сработавшим инстинктам участие мозга не потребовалось. Тело машинально совершило несколько гребков, и я оказалась на поверхности. Судорожно глотая воздух, завертелась, пытаясь найти магистра. Но долго искать не пришлось. Он вынырнул рядом и тут же прижал меня к себе.       — В порядке? — кивнула, стараясь не смотреть в глаза.       Неловко и стыдно... Не надо было его целовать. И самое ужасное — поцелуй можно спихнуть на неустойчивое психическое состояние, но как объяснить тепло в груди и желание повторить... И Риан...       От угрызений совести отвлекли крики. Только сейчас дошло, что в воде находимся не только мы с демоном.       Картина предстала довольно мрачная: потерпевший крушение корабль медленно, но верно шёл когда дну. Между досками и кучей различного хлама пытались удержаться на плаву бывшие пассажиры. Земли, насколько хватало глаз, видно не было, как не было и горизонта. Небо везде сливалось с водой, образуя угрожающе-синюю пелену.       Но надежда у утопающих все же была. Скорее всего, корабль сел на мель, которая то поднималась к поверхности, то вновь уходила под воду. А метрах в двадцати вообще возвышалась над морем и представляла собой небольшой островок светлого песка, лишенный жизни. Самые смышленые пассажиры уже направились туда, подхватив часть вещей, остальные постепенно тянулись за ними.       Рэн внимательно осмотрел их нестройные ряды, а после кивнул мне:       — На первый взгляд опасности нет. Можем присоединиться.       Я лишь кивнула, не тратя больше силы. Их и так оставалось немного после купания в ледяной воде, а ведь ещё доплыть до мели надо. Просить помощи у демона и сейчас не хотелось, ведь это - одно из самых лёгких испытаний. Магистр уже достаточно спасал меня и, скорее всего, ему ещё придется не раз делать это в будущем...       Добрались мы быстро. Народ здесь был разношёрстный и на нас никто внимания не обратил. Основную массу составляли люди и гномы, но были также оборотни, вампиры и парочка эльфов. Что-то царапнуло, какая-то нестыковка, но понять, что именно меня смущает, не получалось.       Даррэн скинул вещи, сел рядом с ними и повернулся ко мне:       — Чего хмуришься, прелесть моя?       — Не знаю... — задумчиво протянула и ещё раз осмотрелась в надежде все же поймать мысль. — Ничего странного не замечаешь?       Магистр пристально вгляделся в бывших пассажиров лайнера, отчего у проходившего мимо вампира начал нервно дёргаться глаз, а оборотень несколько раз споткнулся.       Ко мне магистр Смерти обернулся уже с усмешкой и пояснил, вставляя преподавательские нотки:       — Тут много гномов. А наши почти никогда не ездят на кораблях.       Точно, как я могла забыть, у них же сразу морская болезнь начинается! Вообще, по морю и даже по реке вести торговлю куда быстрее и выгоднее, но в этом вопросе их природная скупость пропадает. И даже несмотря на переплату, гномы пользуются перевозками.       Долго размышлять на эту тему мне не дали. Окружающие вдруг начали собираться в кучку и мы поспешили ближе. Труда пройти сквозь толпу и оказаться в первом ряду не составило, потому как перед магистром расступались мгновенно.       В центр вышел эльф, мало чем отличающийся от представителей нашего мира. Такой же красивый, гордый и самоуверенный. Подождав, пока присутствующие замолчат и обратят на него внимание, бархатным голосом произнес:       — Господа и леди! Мы попали в крайне неприятную ситуацию, но не стоит отчаиваться. Я уже отправил послание собратьям и объяснил случившееся. Скоро нам помогут. Однако проблема в том, что открыть портал сюда не получиться — по непонятной нам причине тут нестабильное магическое поле. Поэтому максимум к завтрашнему обеду нас найдут.       Эльф замолчал, ожидая реакции, но ее практически не было. Присутствующие ещё не оправились от кораблекрушения и сами пока не поняли, долго ли это - до обеда. С одной стороны, ночь посреди океана на лоскутке суши - это много, с другой - надо вообще радоваться, что выжили и скоро будут дома.       Через несколько секунд напряженной тишины Младший Перворожденный продолжил:       — Мне кажется, столь небольшой промежуток времени можно провести в мире и не создавать конфликтных ситуаций, правда?       Люди и нелюди утвердительно закивали.       Мы же с Эллохаром немного удивлённо переглянулись, явно думая о том же — в этом мире, оказывается, даже эльфы адекватные, лишенные привычной нам спеси и самодовольства...       Последующие часы прошли спокойно — все обустраивали ночлег и сбивались в кучки возле костров.       Даррэн также развел костёр, возле которого мы разложили мокрые вещи и устроились сами.       Вскоре к нам, спросив разрешения, присоединилась супружеская чета гномов, вампир и тот самый эльф с братом.       Мы как-то единогласно не были против, кажется, что у меня, что у магистра не было желания оставаться сейчас наедине. Ведь тогда придется как-то объяснить друг другу тот поцелуй... А мне сказать было нечего. Точнее, я сама уже запуталась в том, что хотела бы сказать беловолосому магу. Что это было ошибкой? Просто хотелось почувствовать, что я жива и не умерла в той пещере от ужаса? Или что в тот момент я впервые в жизни не чувствовала робости и тяжести воспитания и сделала то, что давно хотела сделать, но боялась? Я не знаю ответа, поэтому и говорить ему мне нечего.       Странно, что Рэн не требует объяснений. Ведь мой поступок как никогда должен был дать ему надежду...       Компания оказалась веселой и уютной. Чай был только у нас, зато гномы принесли пряностей к нему, эльфы — печенья, а вампир угостил шоколадом. На вопрос, как же все это сохранилось в воде, гости лишь пожали плечами и объяснили, что на большей части продуктов наложено непортящееся заклинание по случаю путешествия.       Все вокруг ощутимо приходили в себя после кораблекрушения.       Зажигались новые костры, слышался весёлый смех, звон кружек, где-то даже раздались мелодичные звуки лютни. Атмосферы добавлял плеск волн и опустившиеся сумерки. Я даже начала забывать, что мы посреди огромного океана на малюсеньком участке суши. И не я одна, думаю, все присутствующие на островке расслабились и наслаждались вечером.       Наша маленькая компания решила кидать жребий и тот, кто его вытягивает, рассказывает историю. И не скучно, и время быстрее пройдет. Первым выпало Рэну. Меня это обрадовало, надо же как-то компенсировать прошлый вечер без сказки.       Мужчина устроился поудобнее, притянул меня ближе и начал:       — В одном древнем подводном царстве жил водяной. Его очень манила земля. Точнее даже не земля, а девушки, которые на той земле обитают. — Поправился магистр под общие смешки. — И решил он взять в жены одну из принцесс — Лилофею. Она не смогла отказать красивому, богатому мужчине в свидании под звёздами на берегу моря и в итоге оказалась супругой владыки без права покидать замок. Там же, под толщей солёной воды Лилофея родила семерых сыновей. Много времени прошло с ее заточения. Однажды приснился девушке сон — зеленеющая трава, солнечные лучи, щебечущие птицы. В общем, грусть напала на бедняжку, начала просить мужа на денёк отпустить ее к родителям. Долго сопротивлялся водяной, говорит, мол, не вернёшься обратно, обманешь. Но Лилофея клялась, детей обещала не бросать. Поверил ей владыка и отпустил. Принцесса, выйдя на берег, вспомнила, как прекрасна земля — и солнце, и луга, и леса — не увидишь такого на дне морском. Зашла Лилофея домой, встретила родителей, те от радости расплакались, ведь были уверены, что любимая дочка утонула. В общем, не захотела девушка выполнять обещание. Муж поставил ей в укор материнские обязанности, Лилофея ответила, что забирает четверых сыновей, а троих оставляет владыке. Не согласен был водяной с таким раскладом, говорит, если делить, то честно: я возьму троих, и ты забираешь троих, а последнего нам необходимо поделить поровну — и ноги, и руки. Лилофея, долго не думая, вернулась к мужу, решив самой сгинуть в морском царстве, чем загубить ребенка [1].       На концовке рассказа волосы встали дыбом. Я не сдержалась и толкнула магистра локтем под ребра, на что тот расхохотался. Остальные весело его поддержали. И лишь я сидела, надувшись. Рассказчик нашелся!       Даррэн, отсмеявшись, наклонился когда мне и таинственно прошептал на ухо:       — Это ещё не самая жестокая концовка. В более распространенной версии водяной...       — Вот даже слышать не хочу! — воскликнула я, за что получила ещё одну усмешку и быстрый поцелуй в нос.       — Ой, как же вы вместе смотритесь! Загляденье! Сразу видно — по любви, душа в душу живёте! — запричитала гномиха Рошлена.       Пришлось согласно улыбнуться и кивнуть.       В Бездну тот миг, когда мы с Рэном, не желая вызывать лишних вопросов, представились молодоженами. Нам подобное и от гнома выслушать пришлось, и от эльфа, и от Рошлены уже седьмой раз... Как будто жизнь окружающих зависела от того, пожелают ли они нам любви до гроба.       — Так вот, значится, иду я по саду, а прям на меня летит...— Гном «для друзей просто Прам, а после сегодняшнего мы все здесь друзья», на секунду драматично замолчал. — Зверюга! Зубищи — как моя рука! Глаза красным огнём горят! Когти...       — Да хорош уже заливать, герой! — Со смехом оборвала гнома супруга, шутливо дёрнув его за рыжую бороду. — Это ж кошка была, соседская. До настоя валерианы добралась, вот и стала бегать ежели безумная.       Прам возмущённо засопел на столь бесчестную выходку супруги, но махнул рукой и раздраженно выдохнул:       — Эх, бабы, что с них взять!       — Вот вы говорите, что кошка — не страшно, а знаете, как бывает? — улыбаясь, вступился за гнома эльф. — Был я в одной деревушке на окраине Ксетрии. И все там вроде тихо было, как вдруг начали куры дохнуть. Хозяева понять не могут, что случилось. Маги приезжие лишь руками...       Внезапно раздался полный отчаяния крик:       — Сирены!       И повисла гробовая тишина, которая разрезалась лишь тихим женским пением, доносящимся с моря. И это пение приближалось, становясь все ближе.       — Тушите костры!       Окружающие моментально отмерли и принялись засыпать огонь песком. В их движениях сквозило отчаяние.       Наш костёр Даррэн погасил магией, а после притянул меня к себе. Стоя прижатой к груди магистра, я наблюдала за паникой вокруг. Смена произошла неожиданно, потому мозг ещё не смог поверить в реальность происходящего. Все вокруг метались, пытаясь что-то предпринять, и только вампир стоял и пустыми глазами смотрел в воду:       — Поздно. — Его голос был спокойным, даже смирившимся. — Уже поздно. Похоже, и корабль не просто так утонул... И магическое поле тут нестабильно именно из-за этих тварей.       — Неужели ничего нельзя сделать? — Мысль о том, что ситуация смертельная, все никак не хотела укрепляться.       Вампир лишь посмотрел на меня и хмыкнул. Безнадежно, как смертник перед казнью. И в этот момент его взгляд перестал быть осмысленным, глаза наполнились обожанием, а губы растянулись в искушённой улыбке.       Я посмотрела на других. Паника стихла, теперь мужчины все как один, безумно улыбаясь, шли к морю. Рядом с ними бежали жены, сестры, дочери и плача, уговаривали остановиться. Они цеплялись за руки, ноги, одежду, но те как будто не замечая усилий любимых, продолжали путь. Девушки ломали себе ногти, рвали на них одежду — результата никакого.       На другом конце пути их уже ждали прекрасные русалки. Молодые, с огромными глазами цвета лазури, тонкой талией и полной, ничем ни прикрытой грудью — они выглядели как королевы. А искрящиеся золотом на поясе чешуйки лишь дополняли им волнительности.       Я онемело наблюдала, как первая жертва дошла до сирены, и та, не ожидая больше, прекратила петь и вгрызлась в горло молодого оборотня. В миг, когда красивое лицо искривилось, покрылось морщинами и посерело, втыкая отросшие клыки в подставленную шею, мое оцепенение как рукой сняло.       — Рэн, давай помож... Рэн? Даррэн?!       Страх появился в тот момент, когда я увидела затуманенность в синих глазах. Нет, он ещё не срывался идти и кормить собой морских дев, но все таки под чары пения попал.       — Бездна, нет! Даррэн!       Магистр перевел взгляд на меня и встряхнул волосами. С каждым мгновением сопротивление в нем угасало.       — Маленькая, я...       — Рэн, пожалуйста, не сдавайся!       Я остервенело посмотрела вокруг, пытаясь найти шанс на спасение. Но увидела лишь кровавую бойню вокруг. Одни русалки все ещё пели, притягивая оставшихся жертв. Некоторые сирены лакомились добычей прямо здесь, другие утягивали несопротивляющиеся тела под воду, видимо, стесняясь.       Женщины, которые пытались им мешать, плавали недалеко с распоротыми от острых когтей животами. Остальные, посмотрев на участь несчастных, рыдали и бились в истерике на песке.       От этой картины появилась лишь одна мысль — «Не отпущу!». Ещё не знаю как, но Рэна они не получат. Он мой.       Не думая, кинула проклятиями острого поноса в самых голосистых русалок. Не знаю уж, каким образом оно на них действует, но те заткнулись и нырнули в воду. Продолжила выбивать их по одной. Постепенно пение становилось тише, а сирен — меньше. К этому моменту мужчин уже не осталось ни на суше, ни в море — сирены решили закончить ужин подальше отсюда.       Те же, кому еды не досталось, удвоили рвение. Около десятка оставшихся морских тварей усилили чары. Их голос мощнейшей волной снёс нас с Даррэном с ног.       Магистр упал на спину, я же приземлилась на него. Ни капли не стесняясь и не думая о своем моральном облике, уселась на нем сверху.       — Не поможет. Эти твари никого живым не отпускали. Так что не трать силы, девка. — Раздалось с боку. Чуть обернувшись, я заметила девушку немногим страшно меня. Она сидела на песке и ненавидящим взглядом буравила морских обитательниц. Видимо, своего мужчину ей остановить не удалось...       С каждой нотой песни глаза Даррэна окутывала пелена безумия, а мышцы расслаблялись. И пропорционально этому убывала моя уверенность в своих силах. Сирен становилось все больше, и они пели громче и громче. Похоже, это уже было не просто желание перекусить, они почувствовали сильную добычу, которой хотели обладать.       Демон дернулся подо мной, собираясь скинуть. И тут я наотмашь ударила его по лицу. От пощёчины синие глаза вспыхнули вполне осмысленно. Я не сдержала истеричного смешка — надо же, даже сейчас гордый!       И ударила ещё раз пять.       Послышался рык. Мою руку, занесенную для следующей порции, перехватили, а потом и вовсе магистр Смерти перекатился, подмяв меня под себя. Я же, не дав ему опомниться, быстро сказала:       — Даррэн, пожалуйста, призови огонь для перемещения.       — Дэя, я... Не могу... Я должен идти.       И он попытался встать. Я обняла его руками и ногами, сцепив их за спиной. Если выберемся, буду долго краснеть от этого воспоминания.       Демон замер в напряжении. И тут пришла мысль сменить тактику, раз крики не помогают.       Я дотянулась до уха демона и прошептала:       — Не надо, Даррэн. Не ходи, пожалуйста.       Его дыхание сбилось, вызвав прилив ликования.       Но радовалась я не долго. Сирены, видя, что проигрывают, начали петь ещё громче. Эллохар дернулся и резко сел, я оказалась у него на коленях. Сжала ногами талию мужчины, крепко обняла за шею и поцеловала. Медленно провела языком по сжатым губам, заставляя приоткрыть рот. И как только Рэн это сделал, вложила весь свой опыт в поцелуй. Но скоро мне оставили лишь возможность наслаждаться. Напор демона все увеличивался, окуная в пучину наслаждения. Я на секунду даже забыла, что вокруг твари, жаждущие крови. И лишь осознание, что жаждут они именно крови целующего меня мужчины, привело в чувство.       Даррэн же останавливаться не собирался. Одна его рука удерживала меня ниже спины, вторая скользила по моему телу, даря невыразимое наслаждение. Я хотела окликнуть его и тут поняла одну вещь — даже если мне потребуется сейчас заняться с ним любовью и лишиться девственности, чтобы спасти от сирен, я на это пойду.       Конечно, я попробую ещё что-нибудь сделать, но если не получится — у меня есть вариант. Наверное, не самый хороший и вряд ли нравственно правильный, да и вообще у меня жених есть... Но я без раздумий сделаю это.       Потому что моя девичья честь и несостоявшаяся свадьба не стоят жизни Даррэна.       И тут обратно вмешались русалки. Бросив взгляд на воду, я увидела, что сирены окружили наш островок, взявшись за руки. Они уже не пели, а кричали, с каждым словом все громче.       Даррен уже хотел несколько раз встать, было видно, что его сопротивление на пределе и я решила сделать ещё одну попытку достучаться до магистра:       — Рэн, ты слышишь меня? — после того, как он остановился, продолжила, — Огонь для перемещения. Призови его на секунду, пожалуйста.       Демон замер, собираясь выполнить мою просьбу, но тут русалки вложили в пение всю свою силу. Бездна, когда же у них связки-то лопнут!       Эллохар оттолкнул меня и решительно поднялся, собираясь идти на верную смерть. С моря его поддержал торжественный клич. Но отпускать мужчину я не собиралась. Я обняла его за ноги, стоя на коленях перед демоном. Однако унижения не чувствовала, было лишь единственное желание — не отпускать его. Всеми силами удерживая его, крикнула:       — Стой!       — Я должен...       — Нет! Ты же умрёшь!       Мужчина безразлично пожал плечами и выдохнул:       — Мне незачем жить.       Я не знаю, почему он разговаривал сейчас со мной. Остальные ведь никак не реагировали на своих женщин. Внутренняя сила держала его здесь, но надолго ли ее хватит...       — Есть. У тебя много причин, Даррэн. Школа, родные. Остановись!       Но он уже не слышал и, повернувшись к берегу, рассматривал хищных красавиц. Понимая, что у меня есть лишь последний шанс, попросила:       — Ради меня.       — Дэя... — Выдохнул демон и чуть наклонившись, нежно провел пальцами по моей щеке. — Маленькая Дэя... Так будет лучше для всех. Прощай. Я люблю тебя.       Вскочив, я использовала уже проверенное средство — пощечину. Потом ещё одну. И ещё.       — Магистр, хватит! Остановитесь! Придите в себя, лорд Эллохар!       Не знаю, что именно повлияло — удары или обращение на вы, но на лице демона появилась осознанность происходящего. Встретив его прямой, лишенный одурманенности взгляд, я попросила:       — Призовите огонь, магистр.       И быстро, не теряя ни секунды впилась в его губы. Ощутив сначала рев пламени, а после активацию браслета, облегчённо расплакалась прямо во время поцелуя.