Petrichor

Там знания хранят истоки силы, Где в полночь четверо сойдутся у ядра. И лунный диск осветит свежую могилу, Когда склонятся те у алтаря.

***

Пару подведенных глубоко черных кошачьих глаз на чересчур миловидном, даже смазливом, личике прикрывает отросшая челка цвета темной карамели. Парень в просторной футболке, мягкой пайте на плечах, чуть потертых джинсах и качественно подделанных конверсах стоит немного поодаль очереди к вагончику с мороженым. Толпа людей никак его не радует, но девушка на лавочке – сегодня их первое свидание – ожидает лакомство, хихикает, смотря в свой телефон, пока Минсок отошел за ним. Он вынимает руки из просторных карманов пайты, демонстрируя тонкие, но плотные черные перчатки, которые сейчас не по сезону. Которые, в принципе, никогда не по сезону. Слишком бесполезны для холодов, и вовсе не нужны в теплую погоду. Абсолютно каждый новый знакомый, будь то девушка или парень, работодатель или коллега, да кто бы то ни был, считает своим долгом спросить об аксессуаре, потому встала необходимость в легенде – для чего нужны перчатки. Ким говорит, что в детстве его руки обожгло кипятком, и он вынужден скрывать изуродованные конечности, чтобы не смущать окружающих. Девушек это отпугивает, и Ли Сорен, с которой сегодня у него свидание вслепую, тактично откажется продолжать знакомство, и, несомненно, причина станет в этом. Поэтому Минсок мало верит в эти отношения, он привык к случайным связям – на большее и не рассчитывает, хотя, в глубине души желает чего-то искреннего и настоящего. Пасмурная погода сменяет солнечную, когда время близится к вечеру, а свидание – к завершению. Девушка довольно быстро испаряется в сторону автобусной остановки, откуда она уедет домой. Ожидаемо, она задала вопрос о перчатках и с трудом сдержала отвращение, на что Минсок ухмыльнулся. Ровно настолько привычно, чтобы та усмешка казалась циничной. Такая не сходит с его лица последние одиннадцать лет, с тех пор, как он носит эти перчатки и использует легенду об ожогах. Но причине, по которой он их носит, уже порядка семнадцати. Мин заходит в квартиру, оставшуюся ему в наследство от бабушки, стягивает облегающую ткань с ладоней и вылезает из обуви, наступая на задники, – подделка же. Сегодняшний вечер обещает быть полностью посвящен работе. Ким – редактор на полставки в малоизвестном издательстве, но здесь ему повезло не пересекаться с авторами и начальством, работая на дому, получая деньги переводом, лишь иногда наведываться в издательство в конце квартала, чтобы подписать кое-какую документацию из бухгалтерии. Психометрия. Так именуется его способность видеть прошлое живых людей через касание к ним. Минсоку очень сложно контролировать свой дар, потому для него это проклятие. Именно так он считает, когда случайно касается кого-то и видит то, что не хотел бы видеть. Зачастую, это картинки из жизней во время проявления сильнейших эмоций, вроде боли, гнева и страха, редко когда он может почувствовать что-то хорошее, – положительные эмоции не обладают такой силой, чтобы крепко отпечататься в памяти. И лишь пару раз ему удавалось считать память предметов. Это невероятно сложно, требует колоссальной концентрации и сильнейшей эмоциональной нагруженности. Ким не видит пользы в своих способностях, потому не развивает и не практикует их, – еще ни разу в жизни не возникало потребности в них.

***

Сегодняшний инцидент на мосту не дает покоя Луханю, потому уже несколько часов он не может сконцентрироваться на работе, так или иначе, упуская детали при анализе бизнес-плана. Он потирает переносицу, оперевшись локтями на стол и прикрыв глаза. Отец доверил ему серьезный проект, и не в первый раз – сын никогда не подводит своих родителей – потому ошибок допускать нельзя и в этот раз. Хань встает с кресла и принимается шагами измерять домашний кабинет. Было бы очень беспечно назвать ситуацию просто странной – она за рамки вон выходящая, не меньше. Читать мысли? Это абсурдно, но отец учил его предполагать невозможное, когда ищешь ответы на вопросы или выход из ситуации. С теоритической точки зрения можно предположить, что Лу прочитал мысли того странного парня. Психа – так будет вернее. Также он уверен, что это единичный случай, и прежде ему не приходилось сталкиваться с подобным, а выводы из единичных случаев делаются зачастую неверные, неточные – статистика. Но, в то же время, игнорировать ситуацию будет, как минимум, глупо – неизвестно, чем это может обернуться дальше. Если нельзя принять решение, нельзя проигнорировать – нужно расследовать и анализировать, получить больше информации. Найти того парня и проверить все еще раз – становится первым шагом в предстоящем, еще пока сыром плане, а вот отыскать его в городе многомиллионнике – первой проблемой. Но не самой крупной. –Чунмен? Да, я тоже. Как ты? – Лу по привычке натянуто улыбается, хотя этого и не видно через трубку. – Господин Ким уже вернулся из Китая? Госпожа выздоровела? Нужно будет поужинать вместе, как отец закончит дела Америке. Да. Мен, мне нужна услуга. Помоги отыскать видео с камер наблюдения, да, да. Спасибо. Я вышлю тебе локализацию. Буду должен, до встречи. Лухань кивнул сам себе, усаживаясь обратно в кресло. Он пока не представляет, что предпримет, когда найдет этого странного парня, но, очевидно, ситуация требует действий от него.

***

– Итак, что мы имеем? С помощью Чонгука или меня ты, Чимин, можешь устроить Ад на Земле, это мы уже поняли, – резюмирует Тэхен, осматривая кухню после крупного пожара, с которым они лишь чудом справились без пожарной. – Ты просто дал слишком сильный импульс, – оправдывается Пак. Ему совсем малость стыдно, что их эксперимент обернулся довольно плачевно для квартиры Тэ. – Второе, что мы поняли – это то, что ты не сам контролируешь силу, – Кивнул Ким, решая заварить чай. – Провода. – Что провода? – Провода расплавились, чайник хотел поставить, – он с задумчивым выражением лица разворачивается, уходит в комнату и говорит себе под нос. – Но ни я, ни Гук ничего не можем сделать подобного… – Может, вы просто неправильно пытались? – предполагает Пак, усаживаясь на диван к младшему. – Может, – согласился Тэхен, но понимания на его лице не прибавилось. – О чем говорит огонь? – решил подключиться Чонгук, считая, что старшие непростительно тупят. Те лишь подняли вопросительные взгляды. – Это же очевидно, – Гук закатил глаза. – Так просвети нас, раз такой умный, – не сдержался Чимин. Высокомерный взгляд Чона его раздражает. Определенно. – Где есть огонь, там и вода, и ветер, и земля. Четыре божественных элемента, на которых держится наш мир. – Что ты несешь, Чонгук? Это сказки, легенды. Неужели веришь во всю эту чушь? – Мин скрещивает руки, смотря укоризненно, а Гук начинает злиться. – Прекрати, я размажу тебя по стене, – цедит сквозь зубы Чимин, когда мышцы начинает болезненно тянуть. – Успокойся Гуки, – Тэхен, что прежде незаметно расхаживал по комнате, потрепал младшего по волосам, отвлекая от Пака. – Это может иметь смысл, Чимин. Попытка не пытка. Остались вода, воздух и земля. Я начну с воды, – он схватил Чона за руку, от неожиданности тот даже дернулся, – помоги мне. – Может, земля? – приподнимает бровь старший, наблюдая за тщетными попытками Тэхена качнуть занавеску на окне. – Я где-то видел у тебя кактус, – Чимин оглядывается, натыкаясь на искомое возле монитора компьютера. – Как банально, – усмехается Пак. – Думаешь, он помогает от излучений? – Во всяком случае, не вредит, – фыркает Ким направляясь за растением. Последняя попытка, – Гук, подойди. – Почему-то у Чона не возникает желания истерзать адскими муками Тэхена, когда тот ему указывает. Да и в принципе, он вызывает самые теплые чувства, на которые только способен бесчувственный Чонгук, потому, видимо, и признает в нем лидера. Он берет манипулятора за руку, когда тот уже принялся гипнотизировать кактус. – Это бутон? – не верит своим глазам Мин, когда наблюдает за раскрывающимся цветком. – Не знал, что он фиолетовый – он раньше не цвел, – улыбается Тэ. – Хочу, чтобы это был ветер, – говорит Чонгук. – Призову Катрину, чтобы устроить хаос. – Чем тебя наводнение не устраивает? Мы же на полуострове, – усмехается Чимин. – Вода – слишком очевидно, любое ее движение может вызвать вопросы, а вот с ветром будет забавно развлекаться. – Момент истины, – привычная улыбка маньяка на лице Тэхена сменяет детский восторг, – давай. – Он протягивает руку. – Она шевелится? – хмурит брови Чимин и подходит к занавеске. – Это сквозняк, – не то жалобно, не то раздраженно выдыхает Чонгук. Чимин медленно направляется к журнальному столику и берет в руки кружку. Немного повертев, встречает вопросительный взгляд младшего. Все проворачивается в мгновения, когда в лицо Чона летит холодный кофе, но резко, как перед стеной, замирает в воздухе. – А вы слаженная команда, – присвистывает старший, надеясь, что это не полетит обратно на него. Зря. Чунгук зло улыбается, а Пак стоит весь в кофейной жиже.