Petrichor

Когда тебе кажется, что ты поймал удачу на удочку -

скорее всего, поймали тебя,

скорее всего, и не удача вовсе.

***

Тэхен подходит к двери, ведущей внутрь ожившего эксперимента Шредингера - двое внутри как бы живы, и как бы нет - условия определённо подходящие сложились. Он рефлекторным движением задвигает Луханя за свою спину, когда нажимает на дверную ручку с искривлённым замком. В квартире стоит мертвая тишина, и ассоциация с мертвой Киму абсолютно не по душе. Из кухни тянет тонкая ниточка сигаретного дыма, - видимо кто-то все же ещё жив. Чимин как раз делает последнюю затяжку окровавленной рукой и тушит бычок рядом со своей босой ступней о чистый подоконник, если не считать нечеткий алый след от руки у самого края, - а кто-то, возможно, уже мертв. Временный хозяин квартиры в лице Тэхена довольно быстро справился с последствиями пожара на кухне, и последним драил как раз подоконник потому почти незаметно на мгновение прикрыл веки, обнаружив перед собой такую картину. На самом деле ему самому абсолютно не ясно, откуда у него столько выдержки и контроля, когда он рядом с этими двумя. Или это лишь на контрасте так кажется? - Где он? - Тэ судорожно выкладывает на стол из карманов пачку сигарет, зажигалку, с полдесятка карт с разными именами, выгравированными под наборами цифр. - Спит. Крепко, - не поднимая глаз на Тэ, Чимин шепчет, но определённо точно уверенным тоном, без капли сомнений или сожалений, - а вот медсестра, скорее всего, уже скончалась от боли. - Ты вызвал сюда скорую? - скорее флегматично уточняет Ким. - Соседка сверху, - наконец бросает взгляд в сторону недавно вошедшей пары человек, - я как раз уже решил оставить его умирать, а тут она, в больничной одежде... - он соскакивает бесшумно с подоконника и с интересом начинает изучать новое лицо. Ну, как новое, Луханя-то он видел на различных баннерах, плакатах, иногда в новостях проскакивал, но обнаружить его здесь, при таких условиях - немного неожиданно. - Гук жить будет? - уже в более привычной повелительной манере задаёт вопрос манипулятор. На что Чимин издает немного презрительный хмык: - Этого говнюка так просто не прикончить, - он делает небольшую паузу, как будто смакуя следующие слова, - даже не знаю, нравится мне это или нет.

***

Сначала Чонгук чувствует тупую головную боль, после, немного бредовое состояние, - видимо, конская доза обезболивающих, иначе череп бы просто раскалывало на части. Он на ощупь в темноте пытается найти край кровати, чтобы максимально осторожно встать с нее и двинуться в сторону тонкой полоски света в дверной щели и приглушенного шума оттуда. Он очень медленно ступает по кафелю, которым покрыт весь пол в квартире Тэхена, пока не наступает на обмякшее тело у самого выхода. "Похоже она уже не дышит", - промелькнуло в его голове, он переступил преграду и открыл дверь из спальни в гостиную. На небольшом диване буквально на полтора-два человека Гук натыкается на смутно знакомого подростка. Где видел, вспомнить не может, да и не хочет, собственно. Он падает рядом с ним довольно резко, о чем тут же жалеет, - голова начинает невыносимо пульсировать. - Ты четвертый, что ли? - Гук приподнимает бровь, смотря на парня лет пятнадцати с высоты своих двадцати. - Что умеешь? Вопрос о четвертом Лухань пропустил мимо ушей, слишком уж был занят недовольством тем, что его так грубо дёрнули на таком крошечном даже для двоих диване. - Профессионально притягиваю психов в свою жизнь с недавних пор. Лухань, будем знакомы, - он вежливо протягивает руку, как велят въевшиеся под корку манеры, которую Чонгук с успехом игнорирует, откидываясь назад и пытаясь воспроизвести все подробности вечера в голове. Голова, кстати, перевязана, понимает он, когда поднимает руку, чтобы уложить немного растрепавшиеся волосы. Кажется, перевязывал ее уже Чимин, медсестра тогда, как раз хрипела на полу от боли. Кстати, о боли. Гук попытался заставить кожу на руках этого парня гореть болью, как от реального огня, но тот лишь почесал обе тыльные стороны кистей и потянулся за тарелкой с начос на журнальном столике. Хань вообще не обратил никакого внимания на инородные импульсы, настолько незаметны они были. Через несколько мгновений в комнату властным шагом входит Тэхен и оценивающе пробегается по двум парням и вновь повторяет рефлекторное движение, которым задерживает идущего следом Чимина немного позади. Кажется, Чонгук их даже не замечает, продолжая сражаться с довольно сильной головной болью, откинувшись назад. - Уже познакомились? – Ким проходит в комнату, чтобы разместиться на подоконнике напротив дивана. Чимин следует туда же, не обнаружив иных свободных поверхностей для своей задницы. - Можно и так сказать, - Лухань поджимает губы и делает шумный выдох. Наедине с Чонгуком находиться было довольно сложно, да еще и аллергия какая-то на руках проявляется, чешется все время не прекращаясь, кожа уже заметно порозовела от трения, но следов аллергии, все же, пока еще нет. - Что с руками? – спрашивает Тэ, косясь при этом на Чонгука. Его нужно держать под контролем, пока не ясно, как дальше будет разворачиваться ситуация. И, вероятно, этот вопрос вырывает его из борьбы с головной болью, он смотрит на трущего руку об руку паренька сбоку и вопросительно хмуриться, склоняя голову на бок. - Понятия не имею, - жмет плечами самый старший из всех присутствующих, хотя, возможно еще не все здесь это отразили, Чонгук все еще уверен, что тому лет пятнадцать, а Чимин никогда не интересовался новостями о семье Лу в целом, а потому может только предполагать. – Химия, может какая у тебя здесь, давно химчистку дивана делал? – Теперь Гук уже перевел взгляд на внимательно изучающего его Тэ с еле заметной хитрой улыбкой на губах, наполовину прикрытой рукой в том же изучающем жесте. - Так вот, - довольно громко начинает Ким, - что умею я, мы все здесь уже поняли, - он повернулся к оставшемуся без внимания Чимину и тот рефлекторно кивнул, и кажется только сейчас Гук напрягся, обратив на того внимание, он все еще сильно рассеян. Тэхен грациозным движением спускается с подоконника и выходит в центр комнаты, - теперь ты Чонгук, покажи, что ты можешь, - Ким уверен, что он сейчас довольно слаб, а потому позволяет использовать себя для демонстрации. Чону дважды повторять не нужно, и в следующую секунду Чимин начинает сгибаться на подоконнике и корчиться от боли. – Достаточно, - Тэ одергивает младшего рукой и тот прекращает. – Чимин, - он делает небольшую паузу, повернувшись к тому, - подумай дважды, прежде чем что-то делать, - тот пару секунд смотрит угрожающе на Чонгука, но в следующее мгновение тарелка начос из рук Луханя взмывает вверх, обронив пару слайсов с края тарелки на его колени, после чего она плавно двигается и опускается в руки Паку, и он приступает к еде с энтузиазмом, кажется, кроме сигарет и кофе за сегодня у него во рту ничего не побывало. Все это время Лу смотрит оторопело и с приоткрытым ртом. - Понятие не имею, что там было сначала, - Хань сглатывает ком в горле, - но вот это, - он раскрывает ладонь кверху, как велят его манеры, чтобы продемонстрировать почти опустевшую тарелку в руке Пака, - это выглядит, как полное безумие, - он расширяет глаза на последнем слове. На что Гук только недовольно хмыкает, понимая, что не произвел должного впечатления. - Так, а ты у нас с чем? – он уже во второй раз интересуется у смутно знакомого Луханя. - Чимин, попробуй пошевелить его конечностями или поднять его на ноги, - обращается Тэхен не оборачиваясь, продолжая смотреть на наследника семьи Лу. Тот хватается за предплечье, как будто кто-то его задел там, но больше ничего не происходит. – Ты Гук, уже проверил, так что полагаю, что все всё поняли, - он возвращается на свое место на подоконнике и конфискует у Чимина тарелку с остатками начос в ней, соуса, конечно, уже не осталось. - Вроде того, - теперь уже Чимин спустился со своего места и неспеша подошел к Луханю, взяв его за руку, - а со мной что сможешь? – тот непонимающе уставился на Кима на подоконнике в ожидании объяснений, Пак в это время опустился рядом со старшим на подлокотник, не выпуская его руки. - Представь, что ты можешь управлять ветром, и попробуй раскачать занавеску, например, - Ким отодвинулся от нее немного, упираясь в стену и оставляя поле для действа Луханю, и… ничего не произошло. Абсолютно. Чимин, кажется, расстроился. - Не наш, - резюмирует Чонгук, - он знает теперь слишком много, значит нужно его прикончить, - после чего скрещивает руки на груди. - Вперед, - усмехается Чимин, - посмотрим, как быстро до тебя дойдет, - в конце фразы Гук вскинул руку вперед и ввинчивающим движением сжал ее в кулак, испепеляя Мина взглядом, но… ничего не произошло. А Пак перевел взгляд на все еще держащего его Лу и непонимающе хлопнул ресницами пару раз. – Да ты мой хороший, - воскликнул он резко, что оба на диване дернулись от неожиданности, - какой полезный навык, - он закинул свободную руку, что ближе к Лу, ему на плечи, пресекая все попытки того сопротивляться почти дружескому жесту. Гук только коротко хмыкнул и откинулся на спинку дивана. - Нужно еду заказать, - чуть помедлив Чон добавил, - и труп вынести. Хоть Лухань и не подает никаких признаков стресса, но его эмоции зашкаливают от событий за сегодняшний день. Он выучено держит себя в руках, при том, что внутри просто взвывает от страха, легкого шока и где-то там глубоко, еще и от удивления, магия, как никак, тут какая-то творится.