Separate Worlds

Впервые за семь недель Йен проснулся, ничего не чувствуя в прежде сломанной руке. Абсолютно ничего. Он не сдержал улыбки. Больше никакой боли! Ура! Сев на постели, он зарылся ступнями в плюшевый ворс ковра и пошевелил пальцами. Кажется, сегодня будет замечательный день. Йен потянулся и подошел к их общему гардеробу. Он надел темно-синие спортивки, которые Микки недавно купил, но они такие мягкие, что быстро стали любимыми штанами Йена. Он надел тапочки с кроликами, – Микки не переставал смеяться над ним за их покупку, но Йен любил их, потому что они очень удобные, – и стал спускаться вниз. — Синди? — позвал он, зайдя на кухню. — Доброе, Йен. Йен улыбнулся девушке и открыл холодильник, заглянув внутрь. Он взял первое попавшееся на глаза яблоко и откусил от него. Он скривился, когда холодный фрукт вызвал небольшую боль в деснах, но быстро привык и стал медленно жевать, наслаждаясь вкусом сладкого сока. — Завтрак? — Уже накрыт на веранде, — ответила Синди, счищая кожуру с моркови. Йен кивнул и вышел из кухни. Он направился прямо к кабинету Микки и тихо постучал. — Войдите, — он услышал ответ Микки и вошел. Лицо Микки выражало сосредоточенность, но в ту же секунду, как он увидел Йена, его губы растянулись в широкой улыбке, отчего у рыжего запорхали бабочки. — Тебе не надо стучать. Сколько раз я уже повторял? — мягко спросил Микки. Йен пожал плечами и подошел к столу, сев лицом к своему парню. — Знаю. Но ты у нас весь в трудах и все такое… — Но ты мой парень, — настоял Микки. — Я всегда рад тебе. Они оба вспомнили случай, когда между ними произошло огромное недопонимание и Йен решил, что Микки выгнал его. И хотя они помирились и этот инцидент давно в прошлом, Йен помнил о нем, словно это было вчера, и не хотел, чтобы между ними когда-нибудь повторилось подобное. Но он знал, что теперь все по-другому. Они все обсудили, и Микки запомнил никогда больше так не обращаться с Йеном, а Йен, в свою очередь, никогда больше не надумывать всяких глупостей. — Как ты спал? — спросил Микки, поглаживая бедро своего парня. — Мог бы и лучше, если бы мне не пришлось просыпаться одному. Микки хохотнул. — Я никогда не сплю до обеда. Никогда. Йен нахмурился. — Ты спал до обеда, когда мы только познакомились. Я почти месяц просыпался рядом с тобой. Микки наклонил голову вбок. — Это потому что я просыпался раньше, чем обычно, чтобы утрясти важные дела и нырнуть обратно в постель к твоей удивительно сонливой жопке. — Ну разве можно быть таким милым? — искренне удивился Йен. Микки отвел глаза, сосредоточив внимание на своей руке, что продолжала ласкать бедро Йена. — Без понятия, — вздохнул он, снова посмотрев на своего парня. — Даже не знал, что умею это, пока тебя не встретил. Эта сторона, о существовании которой у себя Микки даже не подозревал, но был бесконечно благодарен Йену за то, что он познакомил его с ней. Он всегда удивлялся, как люди могут просыпаться с одним и тем же человеком каждый день и не устать от него. Как у людей, которые не изменяют, получается оставаться такими верными. Как люди, которые любят друг друга до самой старости и седых волос, до дня, пока смерть не разлучит их, как они умудряются быть вместе все эти годы. Теперь Микки знал. Он всегда считал, что такие люди остаются друг с другом из чувства долга, или из страха начать с кем-то новым, или еще что-то типа того. И пока, возможно, этой было причиной в некоторых отношениях, теперь Микки понимал, что можно любить человека всем сердцем. Проводить с ним каждый день и быть не в состоянии насытиться им. Любить так сильно, что, кажется, грудь разрывается. К этому осознанию он пришел только благодаря Йену и никогда в своей жизни не был более признателен за возможность испытать что-то подобное. Это красивое, удивительное чувство, и Микки ни за что не хотел отказываться от него. Ни за что не хотел потерять его. — Хочу в клуб сегодня поехать, — голос Йена вырвал Микки из мыслей. — Еще не придумал, как назовешь его? Йен помотал головой. — Нет еще. Но я хочу посмотреть, какого прогресса они успели достичь. Микки кивнул. — Поговори с Шейном. Он заправлял там всем, пока ты был в отпуске, — Йен потупил голову. — Ты уверен, что будешь в порядке? Это может подождать, — предложил Микки, будучи неуверенным в том, как Йен почувствует себя, вернувшись туда, где подвергся нападению Маркуса. Йен кивнул и встал со стола. Он наклонился, прильнув к губам Микки крепким поцелуем. Микки охотно открылся для него, всегда готовый к поцелуям своего парня. Их языки несколько мгновений переплетались, затем Йен отстранился. — Все будет хорошо, зай. Я позвоню в случае чего. — Смотри мне. Микки шлепнул Йена, и рыжик громко засмеялся на обратном пути из кабинета. Он остановился у двери и оглянулся. — Ты хотя бы позавтракаешь со мной? Микки виновато улыбнулся. — Не могу. Прости. Йен вздохнул. — Ну ладно. Люблю тебя. — И я тебя.

***

— Доброе утро, Йен, — поприветствовал Кэл сразу же, как Галлагер вышел из особняка. Кэл, Брюс и еще один телохранитель уже дожидались его. Кэл указал в сторону парня, имя которого Йен не знал, но должно быть, это кто-то из многочисленной вокруг охраны. — Это Кенни. Сегодня он будет сопровождать тебя вместе с нами. Йен вскинул брови. — Вас будет трое? — Да, — Кэл кивнул. Йен нахмурился. — И ты и Брюс едите со мной? — Именно. — А еще Шейн ждет меня в клубе? — Да, — продолжал Кэл. Йен тяжко вздохнул. — Ну нетушки. Так не пойдет. — Приказ босса. Йен сердито посмотрел на Кэла. — Где Эдди? — спросил он, надеясь, что охранник, который ему более привычен и нравится больше остальных, хотя бы будет рядом. — Отстранен. — За что, твою мать?! — закричал Йен. Теперь настала очередь Брюса вскинуть брови. — А хули ты думаешь? Йен фыркнул и яростно ворвался обратно в кабинет Микки. На этот раз он не стучался. Приняв во внимание состояние своего парня, Микки отложил все бумаги и откинулся в удобном кресле. — Ну что я сделал на этот раз? — Верни Эдди. Микки сложил руки на груди. — Это невозможно. Йен сердито уставился на него. — Ты не можешь уволить Эдди. — Он не уволен. Он отстранен до поступления дальнейших указаний. — Это же… Нет! — упрямо возразил Йен. — Это же то же самое, что уволить его. Микки вздохнул, смотря на своего парня в надежде, что он поймет его позицию. — Ты получил серьезную травму под его присмотром. Ему повезло, что я всего лишь отстранил его. — Ты имел в виду уволил, — Микки похлопал глазами. — Это была не его вина. Откуда ему было знать, что Маркус башкой нахер тронется и нападет на меня?! — Потому что это его работа, блять! — рявкнул Микки так яростно, что даже вскочил с кресла. — Это его блядская работа – предупреждать опасность. Его работа – быть уверенным, что ты вернешься ко мне в целости и сохранности, — он постучал пальцем по столу. — Он проебался, — Микки вздохнул. — А этого я с рук не спускаю и спускать не буду. Особенно теперь. Йен немного успокоился, начиная видеть здравый смысл в доводах Микки. Как он вообще смеет винить своего парня за то, что он заботится о нем? — А что теперь? Микки не спеша подошел к Йену, потерев свои плечи. — Люди знают о тебе. А я не могу позволить, чтобы мои враги использовали тебя в попытке добраться до меня. Йен вспомнил, как между ними состоялся разговор о том, что он теперь под ответственностью Микки. Что он его слабость. — Прости, зай. Микки покачал головой. — Перестань. Просто мы должны быть крайне осторожны. А это значит усилить твою охрану и увольнять некомпетентных телохранителей. Йен опустил ладони на плечи Микки. — Мик, малыш. Ну ладно тебе, Эдди классный парень. Он хорош в своем деле. И семинедельное отстранение… Я уверен, он усвоил свой урок. Ну же, пожалуйста. Ну ради меня, а? — Йен умолял, хлопая на Микки своими большими зелеными блюдцами. — Ну пожалуйста? Микки закатил глаза. — Ты просто хочешь, чтобы он вернулся, потому что у вас с ним какая-то особая связь или фигня типа того. Йен пожал плечами, даже не пытаясь отрицать. — Он был первым, кого ты приставил ко мне с самого начала. Конечно он мой любимчик. Микки громко вздохнул, сдавая позиции. — Только ради тебя, — предупредил он перед тем, как взять телефон, чтобы набрать номер Эдди. — Ура! — Йен чмокнул Микки в щеку. — И еще. Ты не можешь отдать мне всех своих лучших людей. И так как Шейн в клубе, я возьму с собой этого Кенни и еще двух парней. Но Кэл и Брюс останутся здесь с тобой. Как и всегда, — Микки открыл было рот, чтобы запротестовать. — Не обсуждается, — строго отрезал Йен, и Микки быстро захлопнул рот обратно. Он покачал головой, наблюдая, как его рыжик второй раз за утро покидает его кабинет.

***

— О боже! — ахнул Йен; его сердце в панике грозилось выпрыгнуть из груди. — О боже. О боже, о боже, о боже, — он выронил из рук все еще дымящийся пистолет и смотрел, как он упал на землю. Кенни взглянул на него; глаза телохранителя округлились, пока он переводил их между Йеном и раной на своем бедре. — Все хорошо, — Кенни сглотнул. — Не волнуйся об этом. — Что ты несешь?! Я только что подстрелил тебя! — Я знаю, — Кенни кивнул, пытаясь улыбнуться, но улыбка вышла скорее похожей на гримасу. — Но все в порядке. Ты, амм… блять. — Я могу что-нибудь сделать? — шумно дыша, спросил Йен. Кенни больше не мог держаться на ногах и повалился на землю, хватаясь за свое окровавленное бедро. — Нет, — он поморщился. — Но будет неплохо, если ты и твой парень перестанете меня подстреливать. — Вот черт, — пробормотал Йен, опустившись на колени рядом с Кенни. — Мне так жаль. Я… я… я… я не хотел… не хотел… правда. — Я знаю, Йен. Просто перестань паниковать и вызови Доктора Смита. Хорошо? — Кенни выглядел так, будто вот-вот отключится, но вел себя так, словно Йен не подстрелил его только что. Как он может быть тем, кто пытается успокоить его, хотя сам сейчас истекает кровью на полу? Йен кивнул и потянулся за телефоном. Он слишком дрожал, поэтому несколько раз выронил мобильник. Но Кенни был совсем плох, поэтому он попытался взять себя в руки и набрал Микки. — Че как, Галлагер? — Микки звучал так любяще и нежно, что Йен почти боялся сказать ему о том, что натворил. — Йен? — позвал Микки, когда он ничего не ответил. — Амм… — Йен рвано выдохнул и взглянул на Кенни, который медленно моргал. Слишком медленно. — Что случилось?! — потребовал голос Микки, в нем ясно слышалось волнение. — Мик… — Да? Йен, говори со мной. Давай же, ну. — Зай, — Йен шмыгнул носом, — я облажался. Три часа назад…