Я слышу тебя

По вашему мнению…

       С той прогулки ничего не изменилось: Лу по-прежнему ничего не знает, а Сехун продолжает выдумывать проблемы. В один момент он попросту запутался. Что хуже — сказать о самой важной, самой главной новости в последний день, или не сказать о ней вовсе? Наверное, он слишком драматизирует ситуацию, ведь нет ничего сложного, а уж тем более чего-то страшного в том, чтобы просто рассказать всё, как оно есть. Лухань, как никак, лучший друг. Он всё поймёт. Но чем дальше — тем хуже будет его реакция. Он может посчитать себя оскорблённым, если вдруг узнает о том, как Сэ долго скрывал (действительно скрывал) от него такую новость.        Но времени больше нет. Сегодня пятница, а значит, что её вечер — это последний шанс поговорить. Пока идёт урок, а Лухань не занят своим телефоном, от которого с появлением Дживон он практически не отрывался, О наконец решил действовать. Когда учитель повернулся к классу спиной, чтобы записать заголовок новой темы на доске, Сехун успел написать записку с довольно кратким содержанием, а после передал её соседу.        — Сходим сегодня в кафе? — да, то самое кафе, в котором они иногда появляются в свободное от всех дел время. Сэ посчитал это самым лучшим вариантом: живая обстановка вокруг не позволит «Оленю» наброситься на одноклассника с воплями (он правда может начать просто вопить).        — Предлагаешь отдохнуть перед матчем? — написал Лу на обратной стороне листочка. И лучше бы он ответил как-нибудь по-другому, ибо стоило О прочитать это, как его будто бы холодной водой окатили. Теперь ему нужно не только всё обговорить, но ещё сходить на игру, и в этот же день успеть на рейс. С последним лучше постараться.        — Да и не только поэтому. Просто так, — второпях писал Хун, пока была такая возможность. Лучше больше не медлить ни с чем, особенно сейчас, раз уж он вздумал поднять тему именно на уроке, а не позже на перемене. — Или ты сегодня с Дживон?        — Без. Помнишь, мы гуляли недавно? Она тогда поздно домой вернулась, хоть я всегда провожал её к этому времени и её папа никогда не был против. Но тогда он был не в настроении, как я понял, потому что она уже несколько дней никуда кроме школы не выходит, — получив бумажку с таким ответом, Сехун малость напрягся. Он поднял взгляд на соседа, чтобы посмотреть, всё ли в порядке, или вдруг он сильно огорчён случившимся. Но «Оленёнок» всегда улыбается. А если и не улыбается — то всё равно находится в приподнятом настроении. Если его что-то тревожит, то он не будет играть в молчанку, закрываться от всего мира и замыкаться в себе и собственных проблемах. Он либо обсуждает это с родителями, с которыми он не стесняется поделиться чем-то таким (хотя про свой первый раз вроде он умолчал), либо расскажет об этом О, как человеку, которому он доверяет.        Место на листе кончилось, и Хун собирался полезть в рюкзак за новым, но учитель, который всё-таки заметил, что ребята совсем не тему записывают, тонко дал понять, что стоит заняться учёбой, несколько раз слабо топнув ногой по полу. Так он обратил на себя внимание не только двоих друзей, но и всего класса в целом, поскольку преподаватель (и не он один) часто использует подобный манёвр как раз для всеобщего привлечения.

***

       После урока одноклассники договорились встретиться ближе к шести часам. За всё свободное время до вечера они буквально успеют переделать все свои обязанности по дому, если постараться. Поэтому, Лухань не торопился бежать домой и в суматохе готовиться к выходу. Он дошёл спокойным шагом, да и настроение было предрасполагающим для небольшой прогулки. Достаточно просто пойти другим путём, более длинным.        Многие ходят в наушниках и любят воображать из себя героя клипа. Кому-то просто нравится слушать различные песни, поднимающие настроение, а кто-то таким образом пытается заглушить внешний мир, дабы никого, кроме себя и музыки, играющей на максимальную громкость, которую позволяет смартфон, не слышать, и иметь возможность полностью отдаться собственным мыслям. С этим у Ханя проблем нет.        Ему не нужны наушники, чтобы не слышать других, и не нужна музыка, чтобы петь. Достаточно просто иметь голос и фантазию. Он любит дурачиться, пытаясь что-то завывать. Практикуя собственную речь, ему также нужно работать над своим голосом. Это как достать старую-старую книжку, залежавшуюся в пыли: раз подуешь — вроде немного почище станет. Но всё равно нужно подуть как минимум ещё два раза, а лучше и вовсе протереть её чем-нибудь, чтобы обложка избавилась от накопившейся серости и можно было прочитать название. То же самое и у Лу.        Опорной точкой стал тот момент, когда у него «сломался» голос. Родители, услышав его, реагировали по-разному: папа, кажется, был горд тем, что его сын становится мужчиной (это очень важный переход!), а мама испугалась, услышав чей-то другой голос, который больше не был малость ломким и писклявым, как у большинства мальчишек до определенного возраста. Как раз таки тогда Лухань и понял, что ему нужно развиваться. Низкий, басистый голос многим придаёт уверенности в себе. Кто-то им даже всерьёз гордится. Вот и «Оленёнку» тоже хочется гордиться не только тем, что дала ему природа (равно как и лишила его слуха), но и тем, что даже несмотря на это, он может общаться с социумом на равных.        Вот и сейчас он шёл и тихонько мычал выдуманную песню, совсем не стесняясь окружающих. Подумаешь, услышат проходящие мимо него. Да, набор нот неидеальный, в большинство из них не попадает. Но кому вообще есть дело до этого? Луханю нравится ощущать вибрацию от собственного голоса, а дурацкий мотивчик очень даже веселит, поддерживая и без того хорошее настроение.        Но беспечность быстро сменилась удивлением, стоило Ханю зайти в свою комнату. Мало кто привык видеть незваных гостей у себя дома. А вот девушку с красной помадой не смущал тот факт, что она пришла к Лу, не осведомив его. Посчитала, что если её пропустила его мама (которая была занята на кухне и не успела предупредить Луханя), то всё в порядке. Конечно, он не злится, да и за свои похабные журнальчики не переживает, ибо очень надежно их спрятал, но как минимум не шибко рад подобной встрече в подобном месте.        — Сходим по магазинам? — сходу спросила Дживон, болтая ногами на чужой кровати. Лицо девушки не горело особым энтузиазмом и больше выглядело так, как будто ей просто не с кем больше идти и она от безысходности обратилась к «Оленю».        — Ты разве не дома сегодня? — полушепотом вопросил Лухань, озвучив только половину предложения, при этом помогая себе жестами. С подружкой, которая плохо понимает язык своего парня, довольно проблематично общаться одними жестами, как и вечно переписываться, находясь в метре друг от друга. Поэтому, общение с Дживон в какой-то степени, положительно сказывается на Лу, ведь ему приходится часто говорить.        — А, это… — огорченно протянула Джи, подперев голову рукой. — Там планы поменялись. Оппа сказал, что не сможет сегодня со мной пойти, потому что… — она продолжила что-то говорить, но Лухань не стал слушать её дальше, перестав следить за красной помадой.        — Оппа? — переспросил он уже в полный голос. По его прищуренным глазам довольно просто понять, что его кое-что смутило. Что ещё за оппа? Каким образом он появился, если девушка, при отказе встретиться со своим донсеном (он же Лухань), ясно и понятно указала причину того, почему она не сможет выйти из дома ещё долгое время? Лу даже не получается заревновать её, потому как он ещё даже не может разобраться, что происходит.        — Тебе показалось, — девушка тут же напряглась, как только поняла, что проболталась. Она знакома со многими друзьями Ханя, в том числе с его футбольной командой и с Сехуном. С первыми ребятами она ладит в разы лучше, чем со вторым, и, наверное даже лучше, чем с самим Лу. Не зря она ходила на его тренировки. — Меня уже простили. Мы пойдём или нет?        — «Я занят», — Хань слабо махнул рукой и качнул головой. Как бы ему сейчас не хотелось продолжать беседу и отвечать на будущие вопросы, которые Дживон, как и любой другой на её месте, не оставила бы без внимания, Луханю всё равно приходилось присматривать краем глаза за девушкой, мало ли она начнёт что-то говорить, а узнав, что «Оленю» не очень-то интересно — может развиться небольшая ссора. Иногда всё именно так и происходило.        — И что это значит? Хочешь сказать, ты занят? — Джи бросила недоброжелательный взгляд, выгнув одну бровь. Получив на свой вопрос короткий жест, обозначающий кличку «Кирпич», она тяжело вздохнула. Одно лишь упоминание о занудном парне, что всегда ведёт себя так, будто бы его каждый поголовно обижает, заставляло Дживон закатывать глаза. Она всё никак не могла понять, как её молодой человек может общаться с таким. С ним разве интересно? — Брось ты его. Всё равно он скоро уедет в Сеул, разве нет?        Если Луханю и правда могло что-то не так показаться в рассказе про какого-то оппу, то уж точно не здесь. Он нахмурился в слабом недоумении, уже и забыв, что собирался сделать. У Джи всегда получается создавать интригу, которая обычно выражалась в чём-то непристойном, а-ля «я одна дома и вся моя одежда в стирке», но конкретно сейчас парню было не до смеха.        — Что? Он тебе не говорил? — Лу отрицательно помотал головой. — Какая неприятность, — хмыкнула девушка, вспоминая конфликт с младшей сестрой своей знакомой, по-совместительству одноклассницей Ханя. После того, что Дживон от неё услышала, она лишь ещё больше стала презирать О и считать его «плохим другом, не только мешающим их любви, но и портящем жизнь Луханю». У неё нет никаких аргументов и она никак не сможет доказать всё, что сейчас говорит, но она намерена «отстоять своё счастье». — Он осведомил только Субин, а на тебя забил. Как думаешь, что это значит?        А значило это одно. Дживон сейчас же уйдёт. К оппе, не оппе — Луханю не важно. Достаточно. Джи нагло повела себя не только тогда, когда пришла в чужой дом и по-хозяйски разлеглась заняла комнату, но и когда решила, что ей можно говорить всё, что вздумается. Лу может и глухой, но не слепой и не тупой, чтобы как-то неправильно понять всё сказанное ею и не заметить, как она пытается настроить его против Сехуна, клевеща. По крайней мере, конкретно сейчас. Как долго она уже настроена против его одноклассника — для Луханя это пока что остаётся вопросом.        — Уходи, — холодно произнёс рыжеволосый, точно таким же взглядом смотря на девушку. Сегодня она как будто показала себя с другой стороны, или же себя настоящую. Лу не будет разбираться с этим. Ему нужно поподробнее узнать, что девушка имела ввиду под «Забил» и «Скоро уедет», но явно не от неё. Лухань всё узнает сам, а не будет пытаться вытянуть что-то из Джи.        — Ты чего? — девушка неуверенно поднялась на кровати, будто испугалась. Возможно, Хань для неё тоже показался другим. За всё это время он впервые отказал ей, а теперь ещё и прогоняет.        — Уходи! — Лу неожиданно для себя сорвался на крик, чем привлёк в свою комнату маму, которая услышала его сквозь шум воды, отдаваемой по всей кухне звучным эхом.        Под непривычно недовольным взглядом бойфренда и абсолютно ничего непонимающей взрослой женщины, Джи ничего не оставалось, как сделать то, о чём её просят. Казалось, он не оскорблял её и не поднимал руку, не делал ничего ужасного. Просто повысил тон. Но даже подобное крайне редко можно застать у такого неконфликтного человека. Поэтому простое «уходи» из уст Ханя звучит как «проваливай».

***

       Но на одном всё не закончилось. Долгожданным вечером Лухань отправился в кафе, впритык к назначенному для встречи времени. Пока он добирался до него, то вспоминал всё произошедшее на этой неделе. В частности он думал о Сехуне и о том, сколько времени они провели вместе за эти неполные пять дней. Кажется, что они виделись только в школе. Лу был занят своей «дамой сердца», а что делал Сэ?        Зайдя в тёплое помещение, наполненное запахами различной выпечки, чая и кофе, парню не пришлось долго искать Хуна среди многочисленных столиков. Он всегда выглядит как чёрное пятно на фоне цветных диванчиков. Если бы не белая кожа с непонятным оттенком, отдаленно напоминающим мертвеца (всё из-за того, что Сехун мало получает солнечного света, постоянно скрываясь под капюшоном и редко выходя на улицу просто так), то его бы вообще нельзя было увидеть в тёмное время суток.        — «Это правда?» — нервно произнес Хань одними губами, перед этим вынудив брюнета посмотреть на него, просто постучав по поверхности стола. Лухань сидел напротив своего друга, пристально пялясь на недоумевающее лицо.        Сехун почувствовал, как ему внезапно стало жарко, но не от духоты, а от волнения. Всё пошло не по плану. Ожидая друга, он не переставал переживать о том, как подберётся к теме и что будет говорить, а сейчас ситуация ухудшилась в несколько раз, буквально вводя Хуна в тупик. Через несколько секунд, когда О понял, что врать бесполезно и бессмысленно, он виновато опустил взгляд на свои руки, тем самым молча отвечая «да».        — Какого чёрта?! — «Оленёнок» подскочил с места и набросился на Сехуна, чего тот очень не хотел. Он вцепился в его плечи, полностью отказываясь ему верить. Лу так надеялся, что Дживон сказала неправду, что она это специально выдумала, чтобы парень пошёл с ней по магазинам, как она хотела. Но Сэ лгать смысла нет.        — Прости! — так же не сдержавшись крикнул О, не осознавая это ровно до того момента, пока присутствующие в кафе не стали ошарашенно смотреть на них с Ханем. Со стороны это выглядит странно: парни до этого молчали, а потом внезапно закричали. Лу сжимал в руках ткань чужой толстовки, но ни в коем случае не тряс одноклассника, а просто замер в этом положении. Сехун же дышал так прерывисто, будто бы сейчас заплачет. Не от страха, а от осознания того, что он сделал всё хуже, чем оно могло быть, разозлив и обидев своего лучшего друга.

***

       Очень скоро пришлось покинуть кафе, дабы не пугать посетителей и не создавать проблем персоналу. Да и неудобно это — выяснять отношения у всех на виду. Пускай ребята не собирались ссориться и довольно быстро пришли в себя, оставаться там они бы уже не смогли. Как минимум потому, что они были в центре внимания.        Друзья долгое время молчали, почти не пересекаясь взглядом. Каждый хотел спросить, куда же они идут, но никто так и не решался. Лухань был элементарно расстроен тем, что от него скрыли такую информацию, а Хун никак не мог понять, где он так просчитался, что «Олень» оказался в курсе всего, не дождавшись вечера. Может, если бы всё-таки всё получилось так, как О планировал, то нынешняя обстановка не так напрягала. Или нет. Он не знает и не хочет больше думать об этом.        Когда они дошли до перекрестка, разделяющего их пути по своим домам, Лухань резко остановился. Он жаждет объяснений и никуда не уйдёт, пока не получит то, что хочет. Прошло достаточно времени, и, по его мнению, они уже оба успели собраться с мыслями и переварить это всё.        Вопросы, а за ними же и ответы, сыпались одни за другим: «Как долго?» — «Две недели»; «Почему сразу не сказал?» — «Не получалось»; «Почему?» — «Не хотел мешать тебе и твоей девушке»; «Почему тогда она знала?» — а вот это Сехуну тоже интересно, поэтому он только пожал плечами. Наверное, им обоим предстоит провести расследование по этому случаю.        — «Когда уезжаешь?» — спросил Хань, неуверенно меняя жесты. Странное ощущение. Несколько минут назад он был ужасно зол на Сэ, но сейчас чувствовал себя виноватым перед ним. Совсем забылся в своих отношениях с Дживон, и был настолько «ослеплён любовью», которой даже нельзя так назвать, что не видел и не воспринимал реальность.        — «Завтра вечером» — коротко ответил Сехун, совсем немного обнадёжив одноклассника. Игра пройдёт днём, и Хун её ни за что не пропустит, как и не пропускал все предыдущие. Даже если он молча сидит где-то среди кричащей толпы, поддерживающей ту или иную команду, Лу всегда было спокойнее от простого присутствия О.        Лухань кивнул и снова повисла неловкая тишина. Атмосфера напоминала какую-то драму: солнце уже почти село, вот-вот польёт дождь, парней пробрал осенний холод. Сейчас они должны либо помахать друг другу рукой и сказать «до завтра», либо поцеловаться как герои романтического фильма. Второе отпадает сразу же, а первое рыжеволосый меняет по-своему, потому как решил, что будет неплохо остаться на ночёвку у друга. Делает он это крайне редко, поэтому, почему бы и нет? Раз уж так сложились обстоятельства, то можно расценивать это как последнюю попытку побыть вместе подольше, пока это возможно. Родители Сэ почти сразу одобрили идею. Почему «почти»?        Потому, что все вещи уже были собраны, а большая часть мебели накрыта белой тканью, прямо как в заброшенном доме из какого-нибудь фильма ужасов. Комнаты опустели, весь уют пропал, а коридор был забит коробками, сумками и чемоданами. Черри периодически спал во всей этой куче, иногда ломая «крепость», которая с грохотом разваливалась и будила всю семью О.        Кстати, кот Сехуна как раз таки являлся самой главной причиной, почему Хань редко гостил у одноклассника. У «Оленёнка» аллергия. Он может погладить и потискать Черри, но стоит тому начать мыться, как глаза рыжеволосого начинают слезиться и сливаться с цветом волос, а нос беспощадно зудеть. Всё это в сопровождении с бесконечным чиханьем.

***

       Спать они легли поздно. Забыли закрыть дверь, и Черри воспользовался шансом проникнуть в комнату сразу же после своего кошачьего «душа». Лухань расчихался так сильно, что несколько раз случайно толкнул Сэ локтем, а тот проснулся из-за этого. Пришлось потратить уйму времени на то, чтобы найти «какую-то там брызгалку в нос, которая должна остановить этот ад». Их труды не прошли даром и, найдя нужный им препарат, Хань наконец-таки смог заснуть, а Сехуна больше не избивали.        Под утро вскочили оба: Лу из-за того, что он должен был сбегать домой за формой, и желательно придти на стадион пораньше, чтобы успеть размяться, а Хун просто за компанию, ведь ради этого они и спланировали ночёвку.        Собралось столько народу, что все трибуны, хоть их не много, были заняты от и до. Даже Соён с Субин пришли, от чего Сехуну было не так одиноко. Они быстро окружили его вниманием, пока ребята готовились к игре. С Су они больше не виделись с прошлого раза и, пускай девочке было не очень приятно вспоминать один момент из той прогулки, сейчас она была позитивно настроена. Старшая сестра всё пыталась немного успокоить её, чтобы Субин перестала опять задавать всякие неуместные вопросы, но О был не против на них отвечать. Он понимал, что сегодня они видятся в последний раз, а когда наступит следующий — ещё неизвестно.        Лу, пускай и еле-еле, но успел сделать всё то, что планировал, и потому был на сто процентов уверен в себе и в своей команде. Ему удалось вычислить взглядом в толпе своих друзей, когда они дружно замахали. Хань разгуливал по полю ровно до того момента, пока к нему не подбежал один человек из его команды и не предупредил, что игра вот-вот начнётся.        Раздался свист, и Субин, услышав его, сразу же «отлипла» от Сехуна и перевела внимание на начавшуюся игру. Соён вместе с Хуном не растерялись и поступили абсолютно так же, как, в принципе, весь стадион.        Невзирая на небольшой недостаток в виде слуха, Луханю он не мешал вести мяч. Его уровень мастерства можно запросто сравнить с любым другим и найти различие лишь в том, что он может оказаться чуточку лучше других, потому что парень действительно старается, и у него всё получается.        Сэ, пускай не является поклонником спорта, и в футболе не видит ничего особенного, всё равно искренне болел за друга, то радуясь забитому голу, то наоборот расстраиваясь из-за его пропуска. Запомнив минимальное количество правил игры, постоянно посещая тренировки Ханя и обсуждая их с ним после, Сехун вполне понимал, что происходит и как всё работает, а вдобавок иногда даже объяснял правила Субин, в перерывах от матча.        Времени оставалось немного. Лухань устал, но всё равно наотрез отказывался уходить на скамью запасных, чтобы там перевести дух. Ему действительно нравится играть, и он бы пропустил финал только в том случае, если бы остался без рук и ног. А пока все части тела на месте и он всё ещё может ими управлять, Лу не покидает поле.        Щёки уже давно стали красными, волосы намокли так, будто бы с них в любую секунду потечёт рыжая краска. Но капал только пот. Дыхание было сбито, в отличие от реакции. Парень соображал быстрее любого умника на викторине, действовал быстро и смело. Перебегал то в одну точку, то в другую, что кроссовки собрали всю росу с травы вместе с размякшей грязью.        Команда Ханя полностью оправдала своё звание, вытянув счёт в свою пользу под конец. С последним, завершающим свистком и громким провозглашением победителей, большая часть болельщиков подскочила и радостно запрыгала, и в их число входили друзья Луханя. Он же, увидев, как его союзники бурно аплодируют своему достижению, не скрывая эмоций, сам широко заулыбался, смеясь. Это то самое чувство, которое больше всего любит человек. Чувство, что ты не зря старался. Чувство, что ты поставил себе новый рекорд. Чувство, что ты справился с собственным вызовом. Чувство, что ты доказал, что можешь то же, что и все.

***

       Народ постепенно расходился. Кто-то уходил разочарованным, и среди них была Дживон, никак не ожидавшая проигрыша своего оппы из противоположной команды, а кто-то не мог нарадоваться за своих друзей и одноклассников, которые получили по грамоте за победу и за участие. Довольной скромный приз не сравнится с тем, что они получили в процессе игры, а красиво оформленные бумажки будут выступать исключительно в роли напоминания об этом дне.        Троица сразу подбежала к Лу, чтобы поздравить его с успехом. Рыжеволосый долго отнекивался от объятий, стесняясь того, что он весь вспотевший и «некрасивый», но быстро сдался, когда Субин защекотала его. Когда очередь дошла до Сэ, Лухань малость помрачнел. Вовсе не от того, что он якобы не хотел с ним обниматься. Игра закончилась, а значит, что Сехун совсем скоро уедет, и это «совсем скоро» означает, что прямо сейчас ему нужно бежать на остановку.        — «Время», — беззвучно пробормотал Лу. Друг понял его и тут же потянулся за своим телефоном. Экран показал, что остался всего час, а пропущенные звонки от мамы, вперемешку с сообщениями, лишний раз показывали, что парню следует поторопиться.        Побежали они целой компанией. О наивно полагал, что его просто таким образом хотят проводить, но друзья прямо с ним зашли в автобус, найдя какую-то мелочь для оплаты проезда. Так просто никто не хотел его отпускать.        Родители ждали Сехуна в холле аэропорта. Кричать из-за того, что он славно потрепал им нервы своим долгим отсутствием, не стали. Кажется, их тронуло то, что вместе с ним приехали ребята, чтобы попрощаться. Поэтому они специально отошли в сторонку, позволив «детям» поговорить.        — Прости, — первой начала Субин. — Я случайно подслушала разговор твоей мамы по телефону, когда отошла мыть руки. А потом случайно проболталась Дживон, — сказав это, девочка удивила не только Сехуна, но и Лу тоже. Но так Хань понял, откуда Джи это знала, а Сэ — откуда это узнал «Олень».        — «А мне Су просто так сказала», — добавила Соён, смутив сестру и О. Во всей этой спешке он даже не подумал о том, почему одноклассница так спокойно отнеслась ко всему происходящему, поехав с ними. Сейчас, когда всё встало на свои места, парень смог выдохнуть с облегчением.        Сехун наклонился к Субин и обнял её, совсем не злясь. Всё в порядке, какой в этом смысл? Может, даже хорошо, что всё сложилось именно так. Он ведь вообще никому не говорил о переезде, и сейчас бы могла быть крайне неловкая ситуация. В чём-то О даже благодарен девочке. Зря он игнорировал её. Но и она не была обижена. Скорее, просто расстроена тем, что её потенциальный жених совсем скоро покинет этот город.        «Но ведь не навсегда, и это главное» — именно с такой мыслю Соён обняла О. Она не любит прощаться и считает, что в такой момент нужно как можно быстрее разойтись, дабы их следующая встреча произошла так же быстро. Тем не менее, девушка отправилась вместе со всеми в аэропорт и не уйдёт, пока Сехун не скроется где-то среди толпы.        Больше всех будет скучать, конечно же, Лу. Он помнит тот период времени, когда друг загорелся желанием о смене школы, и даже тогда немного переживал о том, что так они будут реже видеться. Здесь же совсем перестанут. Страшно ли Ханю? Немного. Он будет переживать за Сэ? Да. Но он очень рад, что его мечта всё-таки исполнится, и он будет учиться там, где хочет. Ему будет тяжело, но Лухань верит в него и будет поддерживать, как его будет поддерживать О.        Женский голос с колонках, установленных по аэропорту, оповестил, что самолёт Сехуна скоро взлетит, а бедный Черри сидит в своей переноске совсем один (этот момент тётенька опустила). Родители помахали друзьям Хуна, перебросившись парочкой слов-жестов.        Прошло ещё немного времени, и от «четверых» осталось лишь «трое».

Прощаться — тяжело?