Случайности

— Что здесь произошло? Сержант Донован, прекратите истерику и докладывайте по существу! — рявкнул инспектор Лестрейд, почти отчаявшийся понять, почему Холмс и Андерсон катаются по полу, угощая друг друга увесистыми тумаками и нечленораздельно рыча, а доктор Ватсон и Салли Донован покатываются со смеху. Нет, конечно, для инспектора не было тайной за семью печатями, что Шерлок терпеть не может Филиппа, и тот отвечает ему взаимностью, но не до такой же степени. Оба вроде как взрослые интеллигентные люди. Ага, вроде как, особенно Шерлок. Наконец-то Салли удалось совладать с истерическим смехом и выдавить из себя: — Ну, бля, короче, — дальше все пошло как по маслу, — Ватсон передавал Андерсону вещдоки, а фрику невесть что почудилось, и он закричал: «Эй ты, тупиковая ветвь эволюции, убери свои грабли от Джона!» Тот, естественно, сделал вид, что не понял, и вежливо поинтересовался: «Ты как назвал меня, псих?». Ну, фрик тогда пояснил: «Да, я к тебе обращаюсь, жертва лоботомии, убери руки, не то сейчас протянешь ноги!» и подкрепил свои слова парой увесистых тумаков. Андерсон в долгу не остался. В результате и произошла потасовка, свидетелями которой вы стали. — Не понимаю, что вас так рассмешило? — удивился Грегори. — Разумнее было бы попытаться их разнять. — И получить по морде от обоих? — вступил в разговор Ватсон, который намеренно задержал руку Андерсона в своей, чтобы лишний раз позлить Шерлока. Кто ж знал, что тот настолько озвереет. — Неужели неясно: Отелло рассвирепело. Пущай выпустит пар хотя бы так, если по-другому не умеет. — Кто не умеет? Я не умею? Да я лучше вас всех теоретически подкован в любой из областей знаний, — возразил Шерлок, на время оставив в покое невинно избиенного Андерсона. — Ну да, в наркотиках ты дока, как и в видах табачного пепла, но в области человеческих отношений ты ноль без палочки, — продолжил Ватсон. — Неправда, я прекрасно вижу, с кем у кого интрижка, — предчувствуя очередной камень, который вот-вот полетит в их с Андерсоном огород, Салли уже набрала в грудь воздуха, чтобы высказать всё, что она думает о консультирующих засранцах, выносящих на всеобщее обсуждение свои сомнительные умозаключения о чужой личной жизни. Однако обошлось — Холмс отпустил изрядно помятого Филиппа и переключил свое внимание на Ватсона. — А толку-то? У самого не получилось завести ее даже с мисс Адлер, хотя она вокруг тебя крутилась в неглиже. Вот и завидуешь другим, тем, кто, в отличие от тебя, способен устроить свою личную жизнь, — Джон хотел добавить: «Или женщины тебя не возбуждают?», но вовремя остановился. Он и так уже зашёл слишком далеко в том, что сначала считал всего лишь безобидным подтруниванием над другом. Шерлок вскочил на ноги с такой прытью, что Лестрейд испугался за Ватсона. — С какой это радости мне завидовать дебилам? — ноздри его раздувались, губы дрожали, а глаза метали громы и молнии, когда, замерев в паре дюймов от лица Джона, он выдохнул очередное оскорбление, считая его всего лишь констатацией факта, обижаться на которую способны разве что необразованные плебеи. — Потому что эти дебилы умеют радоваться каждому мгновению жизни и не упустят шанс, — Ватсон, уж было решивший расстаться со своей рискованной затеей, не спустил подобного и твёрдо вознамерился довести её до конца, то бишь Шерлока до белого каления. Холмс по-прежнему не желал замечать очевидного — он ревнует Джона. Теперь это было ясно Ватсону как погожий летний день. Осталось довести это откровение до сведения гениальных мозгов друга, по-видимому, на время передавших бразды правления эмоциям, доселе пребывавшим в загоне и дорвавшимся к рулю со страстью алкоголика, узревшего с похмелья стопарик водки. Знал бы Джон, к каким последствиям приведёт его план поцеловать первого посетителя, который заглянет на Бейкер-стрит…