Связанные обстоятельствами

      Прошло уже практически полгода с тех пор, как Робин и Регина последний раз общались в ее кабинете. Где Локсли позволил себе довольно грубое общение с этой женщиной. И он жалел о своем поступке, ему хотелось все исправить. Но последующие несколько месяцев Миллс не подпускала его к себе.       Они снова вернулись к началу, когда виделись лишь на собраниях, а она перестала обращать на него внимание. А случайные встречи в коридорах офиса вообще исчезли навсегда. И Локсли лишь оставалось в одиночестве обдумывать то, как все могло быть, если бы не его ошибка.       Осознавая, что отношениям с Региной конец и ничего уже не исправить, он старался забыть ее и выкинуть из головы, но это было безуспешно. Он просто был не в состоянии разлюбить ее. Поэтому, оставив попытки порвать с мыслями о ней, он начал пытаться вернуть ее. Оставлял цветы, старался находить способы встретиться с ней и поговорить, но Миллс не давала ему абсолютно никакого шанса, но, несмотря на все сложности, он продолжал. Но в какой-то момент все стало куда сложнее. Спустя пару месяцев женщина уволилась из компании и переехала, как стало известно Локсли спустя некоторое время, в другой город. По неизвестной ему причине в этом он винил лишь себя самого.       Со всеми этими проблемами в его жизни он даже забыл о существовании Эммы Свон. Он ни разу не позволял себе думать о ней. Его мысли были забиты только Региной и работой, особенно после того, как мужчина потерял абсолютно все связи с ней. Как бы он не пытался узнать, где сейчас Миллс, ничего не выходило. Никто не знал, куда она переехала, кроме мистера Голда. Но он явно дал понять Локсли, что не собирается разглашать какую-либо информацию о мисс Миллс.       Спустя еще один месяц у Робина просто опустились руки. Ничего, кроме того, что он должен забыть о существовании Регины в целом, не оставалось. Мужчина решил, лучше будет притвориться, что ничего и не было.

***

      Регина медленно шагала по улицам Бостона, держа в одной руке небольшой пакет. После того, как Миллс уехала из Нью-Йорка, подальше от Локсли, ее жизнь будто стала намного спокойнее. Ей не приходилось больше терпеть его излишнее внимание, она больше не волновалась из-за того, что мужчина может узнать о ребенке. Кроме Голда о нем никто не знает, а насчет него она не переживала. Она знала, что он никогда не предаст ее.       Миллс вернулась домой через полчаса. Она оставила пакет в своей комнате, мысленно радуясь, что дома она одна. Зелена, с которой женщина переехала в Бостон, еще была на работе, поэтому никто не будет отчитывать Регину за то, что она вновь купила немного детских вещей.       Выдохнув, женщина опустилась на диван, включая телевизор. Она очень устала, поэтому спустя несколько минут уже лежала, укрывшись тонким пледом.       На секунду Миллс уже отключилась, но звук открывающейся двери заставил вернуться ее в реальность. Приподнявшись на локтях, она сонными глазами смотрела в сторону коридора. Дверь медленно приоткрылась, и зашел какой-то мужчина, внося большую коробку в квартиру. Регина удивленно смотрела на него, чуть нахмурившись, пока не услышала голос сестры, который просил оставить коробку возле стены.       — Что это? — поднимаясь с дивана, спросила Миллс, когда мужчина ушел, взяв у ее сестры свою плату за работу.       — Это кроватка для малыша, — со счастливой улыбкой на лице ответила рыжая, подойдя ближе к сестре.       — Кто-то говорил, что еще рано покупать какие-либо вещи, — сложив руки на груди, произнесла она, с неким упреком смотря в глаза старшей Миллс, как та делала, когда Регина покупала что-то для ребенка.       — Я просто зашла в детский магазин. Я правда не хотела ничего покупать, только посмотреть и все, но, увидев ее, не удержалась. В конце концов, могу я делать подарки своему племяннику? — она улыбнулась и прошла на кухню, налив себе стакан воды.       — Твой племянник еще даже не родился, — выдохнув, ответила Регина, проходя вслед за сестрой. Она присела за обеденный стол, откинувшись на спинку стула.       — Ты же покупаешь ему игрушки и какую-то одежду, хотя твой сын еще не родился, — тем же тоном ответила Зелена, подмигнув младшей сестре.       — Ладно, спасибо, — Регина поднялась с места и ушла в свою комнату, плотно прикрыв дверь.       Миллс легла на широкую кровать, положив руки на круглый живот. Пару минут она бессмысленно смотрела в потолок, ни о чем не думая. Было уже довольно поздно, на улице стемнело, поэтому, укрывшись теплым одеялом, она прикрыла глаза и уже спустя пару мгновений крепко спала.

***

      Для Регины время пролетело незаметно. Вроде бы совсем недавно она с нетерпением ждала рождение своего малыша. А сейчас она каждый день смотрит на него и будто бы сама не может поверить в собственное счастье.       Прошло два месяца с его рождения, и Миллс никак не могла насладиться минутами, проведенными с сыном. Каждый раз держа его на руках и смотря в его голубые глаза, она улыбалась и шептала ему нежные слова, полные любви и заботы.       Регина сидела в гостиной, смотря телевизор. Хотя на самом деле она бессмысленно переключала каналы. Сестра и сын сладко спали в своих постелях, а Миллс поняла, что выспалась, когда в восемь утра ее разбудил крик малыша. Уложив его, она покинула комнату и, сделав себе чашку кофе, осталась в гостиной.       В какой-то момент на всю квартиру раздалась громкая трель дверного звонка. Регина буквально подскочила на месте от неожиданности и сразу же поднялась на ноги, быстрым шагом направляясь к двери. В этот же момент послышался громкий плач из комнаты женщины.       — Вот же черт, — тихо произнесла она, раздраженно выдохнув. — И кого только принесло в такое раннее время?       — Я успокою Роланда, открывай дверь, — послышался сонный голос сзади. Естественно Зелена проснулась от такого шума.       Регина ничего не ответила, лишь благодарно кивнула и прошла в коридор. Открыв дверь, она уже хотела быстро спровадить этого человека, который разбудил ее семью. Но увидев, кто посетил ее так рано, замерла на месте, приоткрыв рот. Она хотела что-то сказать, но потеряла дар речи.       — Привет, давно не виделись, — тихо и спокойно произнес гость с легкой и доброй улыбкой на лице.       — Робин… Что ты здесь делаешь? — женщина нахмурилась и пристально посмотрела на него, нервно оборачиваясь назад, боясь, что сейчас он узнает о ребенке.       — У меня командировка, решил зайти, — как-то неуверенно ответил Локсли, опустив глаза в пол, словно маленький мальчик, который провинился чем-то и готовился получить наказание.       — Откуда ты…       — Узнал, где ты живешь? Мне Тинк дала твой адрес. Сказала, что готова на все ради твоего счастья, даже если ты будешь ее ненавидеть, — Робин вновь улыбнулся и посмотрел в родные глаза. Он был безумно рад увидеть ее.       — Робин, я… — Миллс прервал внезапный крик сына, она резко обернулась, но через мгновение вновь перевела взгляд на Локсли, на лице которого читалось явное недоумение.       — Что это? — нахмурившись спросил он, стараясь заглянуть за спину Миллс, но она оттолкнула его, закрывая дверь.       — Тебе пора, пока, — все, что она успела сказать, выставляя мужчину за дверь.       Она сразу же заперла ее и прошла в спальню, где старшая сестра всеми силами пыталась успокоить проснувшегося племянника. Регина присела на край своей кровати и внимательно осматривала на своих родных. Когда Роланд уснул, Зелена аккуратно переложила его в кроватку и присела рядом с сестрой.       — Кто приходил к нам? — зевая, прошептала она и опустила голову на плечо Регины.       — Идем в гостиную, там расскажу. Не хватало еще, чтобы Рон опять проснулся, — так же шепотом ответила Миллс, поднимаясь на ноги. Нехотя Зелена прошла вслед за ней.       — Мне кажется, что теперь высыпаться у меня не получится, — она присела на диван, откинувшись назад. — Ну так кто это был?       — Робин, — ответила она, обреченно выдохнув. Регина прикрыла лицо ладонями. Локсли мог догадаться, что это ее сын, и такие перспективы женщине были совершенно не по нраву.       — Что? Подожди, ты хочешь сказать, что буквально пару минут назад здесь был отец Роланда? И ты выставила его за дверь? — с неким возмущением проговорила Зелена, вдруг понимая, что спать уже не хочет.       — А что я должна была ему сказать? «Привет, Робин, знаешь, у тебя есть сын, и ты только что разбудил его своим приходом»?       Зелена ничего не ответила на эти слова, она лишь закатила глаза и, поднявшись с дивана, ушла на кухню заваривать себе крепкий кофе. Она, конечно же, понимала, что прямо сказать Локсли о сыне нельзя, но почему-то именно ее мучила совесть. И объяснить эти чувства она никак не могла.       Откинувшись на спинку дивана, Регина прикрыла глаза. Ей совершенно не хотелось сейчас думать о Робине. Но как она не пыталась отогнать от себя мысли о нем, все было бессмысленно. Кажется теперь у Регины появилась одна большая проблема — Локсли, который точно не оставит ее в покое, пока находится в Бостоне. И ведь она была права.