Игра на желание

На улице совсем стемнело. Стало холодать. Тротуары опустели. Тишину нарушали лишь редкие «заспанные» автомобили, шелестевшие колёсами по асфальту. В довершении всего стал накрапывать мелкий противно холодный дождь. Но Хэ Тяня, в отличие от Мо, это судя по всему, нисколько не волновало. Брюнет продолжал молча сжимать Рыжика в своих капкано-подобных объятиях, видимо, всерьез решил выполнить свою угрозу «никуда его не отпускать». Сложно было сказать сколько времени парни провели в этом темном узком проулке, находясь в весьма двусмысленной позе. Шань тоже молчал, собственно, он в душе не чаял, что говорить и как себя вести дальше. Мо пытался принять новую систему координат, в которой он оказался благодаря Хэ ебаному Тяню. Перспективы рисовались так себе… Мо Гуань, конечно, отдавал себе отчёт в том, что его «побег» был ребячеством, что проблем это не решит, что Хэ рано или поздно найдет его, а затем притащит, если понадобиться за шкирку, обратно, не слушая и не вникая в протесты. Но 4 дня это слишком маленький срок для того, чтобы разобраться в себе. В своих ощущениях, в своих ещё неясных, но очень тревожащих чувствах. Шань хотел разобраться во всем этом, подальше от Хэ — «виновника сего торжества», но клал Хэ на все это. Тянь жил по принципу «вижу цель, иду к ней», в случае с Мо брюнет не стал делать исключений. Интересно, в какой момент все пошло к херам? Наверное, с самого начала. Их отношения начались с неприязни, возможно, даже ненависти. Ещё бы, возненавидеть Хэ Тяня было проще простого, он сделал для этого все. Сложно сосчитать сколько синяков и ссадин Рыжик получил благодаря этому ушлепку. Каждый раз, когда Мо натыкался на брюнета, который, как теперь становилось ясно, поджидал его специально, кровь вскипала в венах, а стук сердца гулкими эхом отдавал в барабанных перепонках. Но теперь… В последнее, время их отношения перешли на новый качественный уровень, особенно после случая с Шэ Ли. Хэ получил ранение, сражаясь за честь и достоинство Рыжика, как какой-нибудь сраный герой рыцарского романа, отстаивающий поруганную честь своей дамы сердца. Смешно… Но в тот момент, когда Шань увидел окровавленную конечность брюнета, стало не до смеха, внутри Мо что-то щелкнуло, что щёлкать не должно было априори. Ненавидеть Тяня теперь уже не получалось…и эта перемена страшила больше всего. Возможно, после этого случая, их можно было бы считать, если и не друзьями, то хотя бы приятелями. Однако, сейчас назвать их отношения дружбой язык точно не поворачивался, не после того, что было сказано и сделано. Это не списать на неудачную шутку, или всплеск гормонов. Даже если бы Шань попытался сделать что-то подобное, Хэ не позволил бы, парень был убежден в этом. Судя по всему, Тянь никогда не относился к нему, как другу. С друзьями не целуются, особенно, если вы оба парни! И если первый поцелуй ещё можно было списать на говняный характер Хэ, который решил проверить психику Мо на устойчивость. Второй поцелуй стал проверкой для обоих. «Дважды, я целовался с Хэ дважды! Не по своей воле, разумеется, но это, блять, на два раза больше чем с кем-либо!» — пронеслось в голове Шаня сногсшибательное откровение. Неужели Тянь все это время видел его в таком свете?! Поверить было сложно, да что там, просто невозможно! Он и Хэ?! Это какая-то комедия абсурда! Была бы, если бы этот мажористый гад, не признался ему прямым текстом. Отрезая, тем самым, все возможные пути отступления, уже не выпутаться. Сеть наброшена, а паучище вот он позади, обрушился на свою несчастную рыжую жертву. Тянь его не отпустит, догнал и не отпустит. Привычному и понятному миру Мо здесь и сейчас пришел конец, чаяниями Хэ. Мо Гуань ощутил подкатывающий к горлу неприятный ком. Хотелось заплакать, или закатить истерику, или все сразу. Вырваться, снова убежать, в попытке сохранить хоть какие-то ориентиры, но парень понимал, что все это тщетно. За него взялся Хэ Тянь, а это уже серьезно… Ко всему прочему, тело, находившееся в неудобной позе, начало затекать, руки и ноги окоченели. «Просто блеск» — подвёл окончательный мысленный итог Шань. Вслух же прохрипел. — Пусти, у меня уже задница затекла. Брюнет вздрогнул от неожиданно прозвучавшего в сырой темноте голоса. Он сидел уткнувшись лбом куда-то в основании шеи Рыжика и не шевелился до сей поры. «Отрубился он там что ли?» — недовольно подумал Шань. — Эй, слышишь меня, ты, придурок? — уже вслух произнес парень. — Слышу, — помедлив ответил Тянь. Он приподнял голову, его горячее влажное дыхание обожгло тонкую кожу шеи Мо. — Ты убежишь. Рыжик дёрнулся, послышался скрежет зубов. — Не убегу! Даже если бы хотел, не смог, у меня, благодаря тебе, все затекло к чертовой матери! Отпусти! Я замерз! — прозвучал последний аргумент. Брюнет очень не хотя, но все же поддался на уговоры, расцепив побелевшие кисти, выпуская Мо из своих объятий. Рыжик с трудом поднялся на негнущиеся ноги. Вслед за ним медленно отлепился от асфальта и Хэ, тут же перегородив проход к улице. Видимо, всё ещё не верил в заверения Шаня. — Тц… — отреагировал Мо на это движение брюнета, — я же сказал, что не убегу! Он толкнул Хэ в грудь, тот пошатнулся, но не отошёл. — А вдруг, — Тянь говорил непривычно слабым и бесцветным голосом. Стоял, опустив голову и тяжело дыша, темная длинная чёлка закрывала глаза. «Чего это с ним, как побитая собака» — подумалось Рыжику. — Эй? Тянь? — вслух позвал Мо. Видеть вечно пиздатого Хэ в таком состоянии, было несколько странно, будто и правда, попал в параллельную Вселенную. Даже злости на него как-то поубавилось. Хэ Тянь медленно поднял на него пустой взгляд черных глаз. Лицо мертвецки бледное. Складывалось впечатление, что погоня отняла у него последние силы. Словно в подтверждение смутных переживаний Мо, брюнет пошатнулся и тяжело привалился плечом к кирпичной кладке стены. — Эй, ты чего? — недоверчиво осведомился Мо, не решаясь подойти ближе. — «Да какого хрена я вообще распереживался за этого пиздюка!» — мысленно разозлился сам на себя Шань. А затем на Рыжика снизошло невъепическое озарение, что манна небесная. Хэ искал ЕГО! Гнался за НИМ из последних сил, как будто от этого зависела жизнь! Он был нужен Тяню? Сердце пропустило тяжелый глухой удар, Мо бросило в жар, щеки залил густой багряный румянец. Но Хэ, кажется, не заметил изменений в настроении Шаня, перед ним стояла более тривиальная задача — не упасть. Совладав с приливом чувств, Рыжик все же подошёл к брюнету ближе, а затем закинул его руку себе на плечо, тем самым, не позволяя Тяню оставить отпечаток своего прекрасного лика на мокром асфальте. Хэ не возражал. — Серёжка, — сипло и невпопад выдавил из себя брюнет. — Чё? — не понял Шань. — Ты ее носишь, это хорошо, — продолжил свой монолог брюнет. Свободная рука Мо непроизвольно дернулась вверх, касаясь указанного украшения, когда парень понял о чём вещает Тянь. Лицо вновь вспыхнуло всеми оттенками алого. — Ты ж блять сам заставил!!! — взъерепенился Рыжик. Хэ хотел было кивнуть в знак согласия со словами Шаня, но его снова повело, Мо пришлось перехватить брюнета за талию и плотнее прижать к себе, дабы остановить этот разброд и шатание. — Да что с тобой? — повысил голос Мо Гуань. — Переживаешь за меня? — брюнет уже более или менее пришел в себя, в голосе опять послышались насмешливые нотки. — Знаешь, детка, а я соскучился! Но ещё больше проголодался! Шань перевел на него охреневающий взгляд. — Мне это послышалось? — подумал Мо. Хэ, приподняв голову, смотрел на него с хитрой полуулыбочкой. — Так ты тут, что? Голодный обморок решил изобразить? — оторопел Рыжик. — Вроде того. Благодаря тебе, мой рацион в последние пару дней состоял почти сплошь из никотина, — усмехнулся брюнет, скорчив комично-печальную гримасу. — А желание ты так до конца и не отработал. — Ну…ты в конец охуел, — с некоторым восхищение в голосе протянул Мо. — Это да, — уже в открытую улыбался брюнет, навалившись на свою рыжую опору. — Придется тебе взять на себе ответственность за бедного голодного меня, а то почину ещё тут смертью храбрых. Шань не удержался и прыснул…уж больно нелепа была вся эта ситуация и их диалог…