Игра на желание

Мо Гуань ожидаемо не пришел в школу на следующий день. Ровно, как на второй и третий, и даже на четвертый. А вот это уже напрягало. Видимо, Хэ Тянь слишком рано расслабился. Не стоило забывать, что Мо Гуань- это Мо Гуань, выкинуть подобное было в его духе. — Черт! — ругнулся брюнет с силой стукнул кулаком по стене школьной подсобки, около которой он слонялся всю перемену, вернее перекур. Послышался слабый звонок, приглашающий нерадивых учеников обратно в классные стены, где учителя уже ждали их, чтобы сеять доброе и вечное. Но Хэ Тяню сейчас было не до этого, потушив бычок о многострадальную стену школьного сооружения, парень щелчком запульнул его в кусты на «радость» местного дворника. Последний урок Хэ предпочел пропустить, вместо него он навострил лыжи в сторону дома Шаня. Вообще, стоило это сделать сразу, после того, как в сотый раз не дозвонился до Мо, который, как не сложно было догадаться, игнорировал брюнета, так же этот рыжий засранец не отвечал на звонки Цзяня с Чжэнси. Но телефон хотя бы работал, выдавая очередную порцию унылых гудков, и то хлеб. Хэ Тянь даже как-то занялся опросом местной гопоты, которая числились в дружках Шаня, на наличествование последнего у них, но про Мо никто ничего не слышал. Идти домой к Шаню брюнету не хотелось, чутье подсказывало, что Рыжика он там не обнаружит. К тому же, Хэ Тяня терзала совесть, которая в кои-то веки решила поднять голову из глубин его темной сущности. Парню было несколько неловко перед матерью Мо, ведь он собирался втянуть ее единственного сына во что-то не совсем правильное, вернее уже втянул. Не всякая мать оценит те отношения, в которых он видел себя и Рыжика. Но следовало бы засунуть проснувшуюся после многолетнего сна совесть поглубже, туда, где ей самое место, что бы не мешала лишний раз. «Похуй веники, — откинул терзания брюнет. — Помнится, я обещал достать крошку Мо из-под земли, вот он мой шанс претворить обещанное в жизнь, а то развел тут соплежуйство, аж тошно», — злобно усмехнулся своим мыслям Тянь. — Хэ Тянь? Здравствуй! — женщина, встретившая его на пороге дома, выглядела удивленной. — Что уроки уже закончились? В руках она сжимала небольшую сумочку и ключи, собираясь запирать входную дверь. Тяню повезло застать ее дома. — Здравствуйте! Да, с последнего урока отпустили, — улыбнулся брюнет. — «Врешь, как дышишь, молодцом», — промелькнуло тем временем у него в голове. — Куда-то уходите? — продолжил Тянь, сияя все той же «доброжелательной» улыбочкой, которая располагала к себе всех, кроме Рыжика, разумеется. — Во время я к вам заглянул. Я пришел проведать Мо. С ним все в порядке? Он не появлялся в школе вот уже четыре дня, учителя волнуются. Хэ Тянь не был уверен, что мать Шаня в курсе прогулов сына, и закладывать его перед родительницей брюнет не хотел, но другого способа вызнать в какую дыру зашкерился этот засранец у него не оставалось. Отчаянные времена требуют отчаянных мер! -Ох, значит тебя послали учителя, — женщина странно на него взглянула снизу-вверх, видимо не очень поверив словам про беспокойство учителей. — Я-я не могу сказать, когда Шань вернётся в школу, он в последнее время странно себя ведет, — запнулась женщина. «Значит она в курсе, что он прогуливает, это хорошо», — подумал Хэ. — Тянь, — мама Рыжика немного замялась, — у вас с Мо что-то случилось, вы повздорили? Опять он что-то натворил? — она смотрела на парня серьезными янтарными глазами, такими же, как у сына. Хэ Тянь заметно напрягся, слишком неожиданным оказался вопрос. Женщина подле него вздрогнула, заметив такую кардинальную смену настроения своего собеседника. «Неужели он ей что-то рассказал, — проскочила встревоженная мысль в голове брюнета. — Да нет, Шань бы не стал рассказывать о случившемся кому-либо, даже собственной матери. Гордость не позволяла. Мо скорее бы кинулся под многотонный грузовик, чем признался в причине своего „плохого“ настроения». — Вы очень проницательны, мы и правда с ним немного поругались, но вина полностью на мне, а ваш упрямый сын не отвечает на мои звонки, не даёт ни единой возможности исправиться, вот я и пришел лично заглаживать вину, — совладав с собой, уже вслух произнес Хэ Тянь, водрузив обратно свою маску пай-мальчика. — Это похоже на него, — мать Мо грустно усмехнулась, покачивая головой. — Он у меня довольно импульсивный парень, но знаешь, Шань вовсе не плохой, хотя, какая мать скажет дурное о собственном ребенке. — Я знаю, не беспокойтесь, мы с ним все уладим, если Вы, конечно, подскажите мне, где его искать, — Тянь выдавил очередную улыбку. — Шань не объяснил почему, но сказал, что какое-то время побудет у моего брата, своего дяди, вот я и подумала, может поругался с кем, — женщина тяжело вздохнула. Она коротко взглянула на часы и продолжила: — Вот адрес, — мама Мо быстро чиркнула ручкой на клочке бумаги, который достала из сумки. — Вам, детишки, стоит помириться, — женщина тепло улыбнулась, посмотрев на «детишку», который был выше нее как минимум на голову. — Спасибо! — Тянь взял протягиваемую бумажку. — Извините за беспокойство! — Все в порядке. Прости, Хэ Тянь, но мне пора бежать, обязательно помиритесь! — она кивнула, собираясь уходить. — Да, конечно, — неразборчиво пробормотал Хэ, сжимая в кулаке заветную бумажку. Однако, идти по выданному адресу Тянь не спешил. В нем боролись противоречивые чувства, с одной стороны, ему нестерпимо хотелось увидеть этого рыжего хулигана, с другой, он страшился этой встречи. Несмотря на всю свою самоуверенность и пофигизм, Хэ Тянь вполне себе неплохо осознавал, что ситуация, в которой он оказался, и в которую он загнал Мо Гуаня не блещет ванильными перспективами. Будем откровенны, он два раза насильно поцеловал Рыжика, и если первый раз был «по-приколу», то второй точно нет, еще и с признанием на бедную головушку Мо обрушился. А ведь он парень нервный… «А если пошлет? Хотя, какое к черту если?! Пошлет на три веселых буквы, это ж Шань! Догонит и еще раз пошлет красивым трехэтажным матом, как он это умеет», — угрюмо размышлял Тянь. Даже в самом укурочном сне сложно было представить, Мо Гуаня, бросающегося в крепкие объятия Хэ, после всего произошедшего. «И что делать дальше? А вот хрен его знает … — роились пессимистичные мысли в темной головушке, — бляяя». Хэ Тянь и сам не заметил, как ноги привели его домой. В квартире, как обычно, было пусто, серо и «мертво». Стянув кеды, Тянь прошел вглубь своего жилища, которое сегодня отображало его настроение, как нельзя лучше. Брюнет зашвырнул спортивку на диван, подхватил помятую пачку сигарет с кофейного столика и направился к своей любимой позиции у панорамного окна. За эти несколько дней Хэ Тянь выкурил, пожалуй, целый состав; о чем красноречиво свидетельствовала переполненная до краев пепельница. Вытряхивать было лень. «Скоро в дыме легких не будет видно» — отметил про себя Тянь, выкуривая вторую подряд сигарету. Парень прислонился к холодному толстому стеклу, и выдохнул дым. На улице уже почти стемнело. Сколько он так уже стоит, час, два? — Да блять! — Тянь резко затушил сигарету, схватил со спинки дивана спортивку, прихватив на ходу ключи и направился прочь из опостылевшей квартиры. Пора уже было взять бубенчики в кулак. Добрался до указанного адреса довольно быстро, благо шаневский родственник жил неподалёку. Обычный многоквартирный дом, в котором живут миллионы китайцев. Прежде чем подняться, брюнет присел на невысокий заборчик с очередной сигаретой, оттягивая момент встречи. Одно дело — поговорить с Мо, но совсем другое — устраивать сцены перед его дядей. Это было бы не комильфо. Тянь уже начал было замерзать, неизвестно сколько бы он ещё просидел на этом треклятом заборе в нерешительности, но удача все же сжалилась над ним. Невдалеке послышались тихие шаги. Брюнет повернулся на звук и чуть не выронил изо рта тлевшую сигарету. Видать, Фортуна решила этим вечером вывалить на него всю припасенную удачу, потому что по улице шел никто иной, как Мо Гуань Шань. Рыжик ещё не заметил поджидавший его западни, поэтому Хэ представился шанс рассмотреть его. Картина была так себе. За каких-то четыре дня Мо умудрился заметно осунутся, под глазами залегли глубокие черные тени, черты лица заострились, кожа бледная. Он шел, смотря под ноги, засунув руки в карманы. Сутулился и вид имел весьма печальный. «А ведь это я его до такого довел» — осознание больно и неожиданно кольнуло в груди брюнета. Видеть этого безбашенного рыжего засранца таким было нестерпимо, неправильно… Шань тем временем почти поравнялся с поджидающим его Хэ, поднял взгляд на помеху, перегородившую путь. Осознание пришло не сразу, но когда парень сообразил кто перед ним, в оранжевых глазах отразилось удивление вперемешку с отчаянием затравленного зверя. Мо потребовались доли секунды, чтобы развернуться на пятках и припустить во всю прыть в обратную сторону. Реакция Хэ так же была молниеносной. Не для того он тут себе зад морозил, чтобы упустить Шаня. Не в этот раз, в этот раз нужно догнать во что бы то ни стало. Тяню казалось, что если и сейчас он упустит объект своей страсти, то это будет конец. Рыжий был быстр, явно привык к такому, Тянь не уступал. Парни неслись по улице, распугивая редких сонных прохожих, сыпавших им ругательства вслед. Шань бежал зигзагами, что сраная газель, совершая виртуозные и резкие повороты в попытке сбросить преследователя. Поворот, ещё один. Сложно было сказать сколько они так уже пробежали, лёгкие жгло от недостатка кислорода. Мышцы на пределе. Очередной поворот. Забежали в какой-то темный, узкий проулок, оканчивающийся забором из сетки-рабицы. Хэ Тянь подоспел вовремя, ему удалось перехватить Мо, когда тот уже почти было перебрался на ту сторону. Брюнет с силой потянул Рыжика на себя отдирая его от сетки. Шаню не удалось совладать с хваткой брюнета. Подчинившись силе гравитации парни довольно жёстко приземлились на землю. Мо тут же почувствовал на своих плечах стальные объятия. Руки Хэ обвили его мертвой петлей, а его ноги крепко сжимали бедра Рыжика. Оба тяжело дышали, не проронив ни слова, сейчас говорить было сложно, вспомнить бы как дышать. — Пусти, — хриплый утробный голос Шаня, разрезал темноту проулка через какое-то время. — Нет, — тут же ответил брюнет, уткнувшись в плечо Рыжика и сжав руки сильнее. — Пусти, мать твою, — завопил Мо, принявшись вырываться. — Прости, Шань, но я же сказал нет. Я тебя догнал и теперь не отпущу, — брюнет говорил глухим непроницаемым голосом. Рыжик ощутил на своей шее чужое обжигающее дыхание, кожа тут же покрылась мурашками от непривычного ощущения. Становилось страшно… — Ты понимаешь, блять, что творишь? — не унимался Мо. Вот таким он больше походил на себя. — Ты больной ублюдок! Шань ощутимо надавил локтем куда-то в область ребер Хэ Тяня. Тот зашипел, но хватку не ослабил. — Несколько грубовато, но больной это точно, — Тянь издал хриплый смешок. — Точно больной, и так случилось, что объектом моей «болезни» стал ты, Мо Гуань. Рыжик в его руках неожиданно и резко притих, вслушиваясь в незнакомые пугающие нотки, прорезавшиеся в речи Тяня. — Прости, малыш Мо, но я тебя не отпущу, даже если ты против. Ты мой. Даже, если ты этого не хочешь. Мой. Не повезло тебе стать моей целью, так уж получилось, — Хэ провел кончиком холодного носа по шеи Шаня. Мо Гуань непроизвольно вздрогнул. — Ты мне нравишься. И мне плевать, если я тебе нет, — повторил Тянь. — Я достану тебя где бы ты ни был. Поэтому не смей больше убегать от меня, если будет надо, я запру тебя где-нибудь, где ты будешь принадлежать только мне. Я привык получать то, что хочу. А тебя я хочу так, что зубы сводит, — сейчас голос Хэ звучал зло, как будто не в любви тут признавался, а в зависимости. Хотя, это было не далеко от истины. Мо Гуань затрясся в его объятиях. Сложно было сказать от чего, страха или ярости. «Не хотел ведь опять доводить до такого» — подумал Тянь, он и сам был не рад своему поведению, но иначе не выходило. С ним не выходило. С ним все было на разрыв, мозга, души и ещё хрен знает чего. Его прорвало так, что не остановить. Брюнет чмокнул Шаня в многострадальную шею. Контрольный на добивание. Мо Гуань вздрогнул, в который уже раз? — Перестань, — всхлипнул Рыжик. — Почему, почему я? «Значит всё-таки от страха, — пронеслась убивающая мысль в голове Хэ, — не удивительно, сам себя пугаюсь». — Если бы я знал, может, ты был прав, назвав меня маньяком? Может, это помешательство? — Тянь ответил не сразу. — Я не знаю почему ты, но ты единственный от кого мне так сносит башню. Сам себя боюсь, детка. И если тебя не будет рядом, будет ещё хуже, поверь. Шань поверил, такому было сложно не поверить. — Мо, посмотри на меня? — попросил Хэ Тянь дрогнувшим голосом. И что-то в этом голосе, в этом пугающем, но непривычно откровенном Хэ Тянем заставило Мо Гуаня, хоть, и не сразу, но подчиниться просьбе. Парень очень медленно, боязливо повернул голову в сторону брюнета, взглянул в черные глаза, на дне которых и, правда, расплескалось безумие. — Пиздец, — выдохнул Шань. — Полнейший, — согласился Хэ, не отрывая взгляда от усталых и таких нужных янтарных глаз…