Сыворотка правды

      Не люблю винить в своих проблемах других, но не могу не сделать этого. Ебаный Джонни!       Ладно, спокойно, Юта. Джонни тут вообще не причем. Это я, блять, начал раз за разом какую-то поеботину творить. Это я позволил ему тогда у себя остаться. Это я виноват в том, что он забрал мои ключи. Это я съебал, заперев его в своей хате. Это я тогда решил забухать с ним в клубе. И это я на следующий день завалился спать, как пришел с учебы, сбив себе нахер режим.       Кто мог подумать, что один дневной сон так все испортит.       Лечь спать в тот вторник было откровенно плохой идеей. Я проснулся ночью, до утра ебланил, пошел на пары, казалось бы, все хорошо. В среду весь день ходил убитый, но терпел; думал, что собью себе режим, если лягу опять днем, проснусь ночью. Не, и без того уже сбил себе все. Завалившись спать ночью — утром тупо не встал. Досыпал бессонные сутки. Даже не услышал будильник.       Я стал слишком часто пропускать пары, и это очень плохо, потому что я рискую потерять свою драгоценную стипендию. Блять. Да что за хуйня в последнее время творится, почему все через жопу?       А вот тут я могу уже обвинить других, я считаю. Все через жопу, потому что в моей жизни появились люди. Джонни, Сычен. Из-за этих двоих моя стабильность канула в бездну. То одно с ними, то второе. Кун такую хуйню не творил. Широебился со мной в Сыпре да доебывал меня по выходным, но на мою учебу никогда не влиял. А из-за этих двоих все по пизде.       Смотрю на время; уже идет четвертая пара, я проспал даже ее. Что же, в универ можно не собираться.       Бля. Мы же с пидорком должны были сегодня идти к нему после пар. Должен ли я собраться и отправиться к нему? Наверное, да. Договорились же, что позанимаюсь с ним.       А че, если он подумал, что я его киданул и решил построить себе другие планы? Приду сейчас, а его дома не окажется, че тогда? У меня даже его номера же нет. Вот говно.       Может, позвонить Куну, попросить? Нет, нет, нет, нет, нахуй Куна. Интересно, я вообще когда-нибудь сам ему звонил? Сомневаюсь. Он охуеет и доебет меня.

***

      Когда я звоню по домофону в нужную квартиру, мне никто не отвечает. Остается лишь понадеяться, что парень еще просто не вернулся с универа. Поставив себе лимит, что полчаса — это максимум, сколько я буду ждать, я сажусь на скамейку возле подъезда, закуриваю.       Остается лишь понадеяться…       Хочется в очередной раз задаться вопросом, почему я вообще трачу на этого китайца свое время, но сил моих на это нет. Потому что все это самокопание такая хуйня, на самом-то деле. Если тебя цепляет человек, то ты можешь вечность размусоливать его минусы, не понимать, в чем здесь фокус, чем тебя человек так привлек; будешь считать его последним придурком на этой планете, но все равно думать о нем.       Не сказать, что я много думаю о Сычене, нет, совсем нет, но он получает моего внимания намного больше, чем кто-либо другой. Хоть в личную книгу рекордов Накамото Юты его заноси за такое. Да можно даже памятник ставить за то, как много моего внимания он получил.       Парень долго ждать себя не заставил, и когда сигарета была выкурена почти до фильтра, недалеко показался знакомый пидорковатый силуэт.       Он подошел ко мне с настолько восторженным видом, что я почувствовал себя Санта Клаусом, в которого парень давно перестал верить, а тут, оп — и вот он я.       — Ну и хули ты лыбишься?       Увы, я даже близко не веселый и не жизнерадостный дед с прелестной бородой, который приносит людям радость и подарки. Я уебок, и меня сейчас стошнит оттого, как светится парень в восторге, ибо это сейчас никак не вписывается в ситуацию. Или вписывается? Мой настрой сейчас не таков, чтобы я оценил эту улыбку.       — Не ожидал, что ты придешь, — продолжает он улыбаться и подходит к двери подъезда, достает ключи.       В последнее время я все чаще и чаще слышу в свою сторону что-то вроде: «не думал, что ты», «не ожидал, что ты»… Вообще-то, и правильно — не надо от меня ничего ожидать, ибо ожидания ваши не оправдаются, скорее всего. Но, тем не менее, сейчас все происходит иначе. И когда люди не возлагают на тебя надежды, а ты идешь им навстречу — они приятно удивлены. И Сычен сейчас тоже приятно удивлен. Главное, чтобы он не привыкал к подобному, потому что все это прекратится, как только эта трата времени мне надоест.       — Ты голоден? — спрашивает парень, когда мы уже поднялись в его квартиру.       Не помню, кто помимо этого пидора в последний раз спрашивал меня о подобном. Уж не знаю, откуда у него уложено такое чувство заботы, но это вроде как даже приятно, пусть и на вопрос я отрицательно качаю головой.       Мы устраиваемся на кухне, ибо за столом на кухне места больше, чем за его рабочим столом. Парень ставит чайник, приносит все свои конспекты и лекции. Пока он заваривает чай, я листаю его тетрадки, чтобы понимать, что они уже прошли да какой примерно у парня уровень.       На самом деле, я понятия не имею, что мне вообще надо делать, говорить, с чего начинать, чем я могу ему помочь. Думаю, из меня выйдет просто отвратительный репетитор. Но я уже подписался на это.       — Так, ну и что тебе непонятно, что тебе нужно объяснить? — спрашиваю я, закуривая. Жду пока остынет чай — не могу пить горячим, не люблю.       Парень начинает заметно смущаться и мнется, когда отвечает.       — Ну… многое.       — А конкретнее можно? Че там с твоим коллоквиумом? Покажи, посмотрю хоть, что ты знаешь, а что нет.       Парень роется в тетрадях и достает из одной листок, протягивает мне. Мне достаточно одним глазком пробежаться по листку, чтобы понять, что парень не шутил, что объяснить ему нужно многое. И я становлюсь еще больше не уверен, что вообще могу ему чем-то помочь.       — Я даже не знаю, как посмеяться над тобой. Плакать хочется.       Плакать действительно есть с чего. Парень не знал нихуя. Ничегошеньки. Абсолютно.       Разница между тем, что успели изучить я и он просто огромная. И если он не справляется уже сейчас, когда они ничего серьезного-то не проходят, то это пиздец.       В его работу были включены самые основы, первые темы. Но все, на что смог ответить Сычен — что такое информационная безопасность, перечислить три базовых свойства ИБ и дать их определения. Успех ли то, что он понимает, в чем заключается его специальность? Нет, это провал, потому что это единственное, что он понимает. И то, определение доступности, которое написал парень: «информация должна быть доступна», надежд не внушает, хоть тут и не поспоришь.       Пидорок путал идентификацию с аутентификацией, не знал, что такое авторизация — настолько простецкие вещи! Если он не знает этого, то я абсолютно не удивлен, что он не в состоянии сформулировать и перечислить задачи межсетевого экрана, написать классификацию сетевых атак и многое иное, хотя для меня это вещи просто элементарные.       Я изучал его работу и откровенно охуевал. Не хотелось даже смеяться с того, что на вопрос «перечислите требования безопасности к паролям», он написал: «пароль должен быть длинный и сложный».       — Как ты сдал прошлую сессию? — с серьезной интонацией спрашиваю я.       Сычен заметно нервничает; прикусывает свою губу. Я, блять, ударю его скоро за это, честное слово.       — Не очень хорошо, — тихо говорит он.       — Удивительно, что сдал вообще, — делаю я последнюю затяжку и выкидываю в пепельницу окурок. — Зачем тебе все это? Ты не думал попробовать себя в чем-нибудь другом?       Парень молчит, опустив голову, и это раздражает. Я ему не мать, а он мне не провинившийся ребенок. Я хочу нормального ответа на свой вопрос, я не пытаюсь его ни в чем упрекнуть, я серьезно интересуюсь, потому что вижу, что эта специальность не для него, если он не знает вещей, которые… Блять, которые вообще не надо учить, как я считаю. Это твоя специальность, ты будешь работать и практиковаться постоянно с этими вещами, и ты должен понимать сам, что это, иметь представление о том, что ты, блять, делаешь.       Это тебе, блять, не текст по английскому на уроке в школе, где ты можешь его выучить, наизусть рассказать, но нихуя не понимать, что ты своим языком городишь.       Хотя парень не делает даже этого.       — Ты понимаешь, что здесь, — я чуть двигаю лист в его сторону. — Все основные определения, все основы? Это самые простые вещи, которые только можно было выделить. Если ты сейчас не можешь гребаные требования к паролям перечислить, что ты дальше делать будешь? Тебя еще три курса впереди ждет. Думаешь, ты вытянешь?       Парень обхватывает себя руками, будто замерз, и отворачивается от меня. Что у него за дурацкие, детские повадки?       — Сычен, я серьезно, — я пытаюсь говорить с парнем ровной интонацией. Я просто хочу донести до него то, что он не понимает, кажись. — Подумай хорошо над этим. Вот честно скажи мне, это то, что тебе интересно? Ты хочешь заниматься этим и дальше?       — Я не уверен, — все так же тихо отвечает он.       — Тогда зачем оно тебе? Зачем тратить на это деньги, время, силы? Чтобы ни к чему не прийти в итоге?       — Я буду стараться, — более уверенно говорит он, хотя получается плохо, и обращает на меня свой взгляд.       — Человек по-настоящему хорошо будет делать лишь то, что он хочет делать. Во что у него есть желание вкладываться. Во что он будет вкладывать это самое желание, свои силы, что будет приносить ему удовольствие от проделанной работы. И только тогда будет отдача, будет результат — хороший результат. Понимаешь? — Сычен смотрит на меня неотрывно, продолжая покусывать губу. — Мне все равно, что ты будешь делать. Я помогу, если тебе нужна будет помощь. Но, тем не менее, я советую тебе очень хорошо обдумать, нужно ли оно тебе.       Парень молча кивает с взглядом, полном отчаяния.       — Что там с лабораторными? - вздыхаю я, понимая, что дальше явно будет все еще хуже.