Исключение из правил

Ужин прошел более менее сносно. Брайан кое-что раньше слышал о политике Джима Стоквелла, занимающего должность шефа полиции Питтсбурга. Он занимался негласной пропагандой провозглашения всех бет как класса над альфами и омегами, которых кандидат в мэры в глубине души попросту ненавидел. Открыто он этого, конечно, никогда не говорил, но всегда считал принадлежащих к альфа- и омега-статусу недостойными гражданами общества. И хотя альф и омег и так было меньшинство, по сравнению с бетами, Стоквелл всеми возможными способами старался еще больше сократить их количество. Кинни краем уха слушал Стоквелла: эти разговоры о политике и экономике всегда его утомляли. Ему хотелось уже поскорее закончить ужин и пойти домой, где с удобством устроившись на своем итальянском белом кожаном диване, с бокалом Джим Бима, сможет, наконец, прочитать личное дело своего… да уж, как ни прискорбно это осознавать – но, увы, своего альфы. Когда все условности были соблюдены и ужин подходил к своему логическому завершению, Кинни из последних сил сдерживался, чтобы не рвануть на улицу к своему джипу, мило улыбался и проклинал в глубине души Ванса, как вдруг звонок сотового вывел его из этого кошмара с затянувшимся прощанием с Стоквеллом. Брайан, сославшись на срочный разговор, быстро выскочил на улицу и, перебегая дорогу, одной рукой нажал на кнопку принятия вызова, а второй щелкнул кнопкой сигнализации. Звонил Майкл и просил срочно приехать в кафе к его матери, потому что: «Планета остановится, если ты не приедешь и не узнаешь самую потрясающую новость на свете!» Кинни чертыхнулся, но, несмотря на острое желание как можно скорее оказаться дома, вырулил со стоянки и поехал в сторону кафе Дебби. Брайан любил Майкла, с которым вместе учился в школе, любил как брата и никогда не мог по-настоящему ни сердиться на него, ни отказать в просьбе. Через десять минут Кинни уже входил в кафе, где сразу увидел своего друга и его мужа за столиком, загроможденным несметным количеством тарелок с разной едой и суетящуюся возле них Дебби, как в следующий миг запах - словно разряд молнии среди ясного неба - пронзил его мозг… Тот самый запах – пряный, с ноткой корицы, но одновременно и ванильно-медовый, со сливочным послевкусием… в нем было столько граней, столько неуловимых ноток, но они не смешивались, а переливались всеми своими ароматами, заполняя, подчиняя, унося в небытие... это был самый необычный, но в то же время и самый притягательный запах на свете. Последнее, что Брайан увидел перед тем, как погрузиться в спасительную темноту, где не было этого съедающего его разум запаха, были широко раскрытые от смеси ужаса и страха голубые глаза… - Брайан, Брайан, что случилось? Что с тобой? Брайан, очнись, ну же, пожалуйста, Брайан! – Голос Майкла слышался как будто из-под воды, глухо и нечетко, но постепенно сознание все же начало возвращаться к брюнету. …Дождь, мокрый и холодный, от него не было спасения, нужно уйти, нужно спрятаться, идти туда, откуда его зовут, под воду, только бы не лежать под дождем… зонт… нет, столб… бежать, скорее бежать… к фонарному столбу…там ответ – только там… чертов дождь… Брайан рывком подскочил, отчего голова отозвалась жуткой болью и непереносимым звоном в ушах. Первое, что он увидел – расплывающееся лицо Майкла и руку Дебби, которая брызгала на его лицо холодную воду. «Черт, черт… это просто невероятно, я так больше не могу, надо что-то делать… делать… быстрее!» - Где он? - Кто, детка? Брайан, ты потерял сознание, как только вошел в кафе. Мы вызвали врача, ты слишком переутомляешься, тебе нужно больше отды… - Дебби, какого хуя? Не нужен мне никакой врач. Где мальчишка? - Брайан, о ком ты? Я тебе звонил… - Майкл, Брайан имеет, наверное, ввиду Джастина? Ты знаком с ним? Он выскочил из кафе, как только ты упал в обморок, – Дебби вместе с Беном помогли подняться Кинни, а Майкл отряхнул его одежду. - Когда? – голос брюнета был охрипшим и непривычно низким от волнения. - Минут пять на… - Дебби не успела закончить фразу, а Брайан уже выбежал за дверь. - Что это было, мама? – Майкл был в полном недоумении, за более чем пятнадцать лет, что он знал Брайана, Навотны впервые видел друга в таком состоянии. А Кинни, едва выскочив из кафе, готовился уже бежать, сам не зная куда, но во что бы то ни стало отыскать маленького, невообразимо нестандартного альфу, как его взгляд наткнулся на предмет своих поисков всего метрах в трех от припаркованного на обочине джипа. Блондин, оперевшись на парапет, согнулся почти пополам и, судя по всему, пытался восстановить дыхание. Он широко открывал рот, воздух со свистом покидал легкие, казалось, сейчас его всего скрутит судорогой, так напряжены были все его мышцы. Брайан в одно мгновение подскочил к нему сзади, схватил за шиворот и прямо на глазах у удивленной толпы, состоящей из Дебби, Майкла, Бена и почти всех посетителей кафе, выскочивших вслед за Кинни, затолкал мальчишку в джип, сел за руль и через секунду сорвался с места. Хорошо, что в машине не было крыши – встречный воздух на большой скорости врезался в лицо, что не давало шанса окончательно свихнуться от запаха прямо за рулем. В лифте было сложнее сдерживаться, но Брайан собрал в кулак всю свою выдержку, чтоб не сорваться, потому что надо было решить эту проблему и желательно без членовредительства, потому как просто избежать её уже явно не представлялось возможным. Кинни отодвинул в сторону тяжелую дверь лофта и сразу же прошел в сторону кухни, на ходу стягивая с себя майку. «Надо остыть… надо собраться…», - думал брюнет, выливая себе на голову ледяную воду из только что вынутой из холодильника бутылки дорогой питьевой воды, которая тонкими струйками стекала по лицу, волосам, длинной шее, стройной, в меру накачанной груди, спускаясь все ниже, забираясь в ямку пупка, прокладывая дорожку за пояс джинсов… Как вдруг его взгляд упал на мальчишку, которого от этого зрелища всего затрясло, кадык его судорожно заходил, зрачки расширились, и весь вид блондина говорил о том, что он находится на грани срыва. И Брайан опять поплыл… «Это все химия, чертовы феромоны… это не я, не я… не я…» Как они срывали друг с друга одежду, как они оказались возле кровати – вычеркнуто из памяти, потому что здравый разум сейчас отдал свою власть над ситуацией совсем другим органам чувств – обоняние правило балом. Ноздри мальчишки раскрывались, как у быка на корриде, готового сорваться в любую секунду, накинуться на тореадора, машущего перед ним красным плащом, подмять под себя, поработить, подчинить… А Брайан… Брайан хотел, чтобы с ним сделали это – впервые в своей жизни его тело желало не брать, а отдавать. - Ты… ты когда-нибудь… - Брюнет с трудом смог оторваться от мягких и таких сладких губ своего альфы, чтобы задать тот самый, мучающий его последние десять минут вопрос – единственное, что еще осталось в сознании, - с кем-нибудь был? Хоть знаешь, что делать? - Не…нет, - парень как-то сразу сник и растерялся, - мистер Кинни, я… простите меня, я лучше пойду… мне… - Куда собрался? Блядь, да что ты за альфа такой? Мне тебя что, еще учить всему надо? Пиздец, ну что за кошмар такой? Я хочу проснуться! Это бред… я сплю, точно – я просто сплю, - и тут Брайан почувствовал уже такое до боли знакомое жжение, и сразу же простынь под ним медленно, но уверенно начала намокать… «Началось…» Блондин, уже успевший отползти на край кровати и даже взяться за джинсы, вдруг резко остановился. Если еще секунду назад каким-то чудом он еще мог сопротивляться зову своего тела, то теперь, услышав сладкий и дурманящий аромат начавшейся течки своего омеги, он был уже полностью подчинен инстинктам. - Вы… ты поможешь? – мальчишка, вернувшись на кровать, нежно провел по длинным и стройным ногам Кинни от ступней до бедер, аккуратно, едва касаясь, осторожно, чтобы не испугать и, что весьма не маловажно, не испугаться самому своих желаний, - А ты когда-нибудь... уже? - Нет, еще не хватало! Я похож на омегу, который раздвигает ноги перед первым встречным? - Брайан взорвался негодованием, но не отстранился, а наоборот, потянулся, отвечая на такую искреннюю ласку, - ты хоть в теории знаешь, что делать? Подготовить меня сможешь? Хотя… уже, наверное, это не актуально. - Ты вообще не похож на омегу, но вызываешь во мне столько эмоций, - никто раньше никогда так на меня не действовал… я попробую, я очень хочу. Сил нет как… перевернись, пожалуйста. Брайан хотел возмутиться, в очередной раз показать свое превосходство, но взглянув в совершенно мутные от желания глаза сдержался и нехотя, но выполнил его просьбу – и тут же застонал, запрокинув голову от нестерпимого удовольствия, когда язык мальчишки начал не спеша опускаться по его позвоночнику от шеи вниз, на поясницу, к копчику и… ниже… Эти неумелые ласки возбуждали так сильно, что Кинни со всей силы вдавил в матрас свой каменный член, чтобы пережать и сбавить эрекцию, но тут горячие ладони ухватили его за бедра и приподняли вверх, а в следующее мгновение маленький, юркий язык коснулся сжавшихся мышц ануса. Сначала легонько, пробуя, слизывая постоянно вытекающую смазку, увлажняя и размазывая, потом – более уверенно, осмелев, горячий язык сильно и глубоко врывался вовнутрь. Мальчишка был не в себе, он полностью отдался своим инстинктам, вылизывал, слегка прикусывал нежные, пульсирующие края раскрывшегося от стимуляции и течки отверстия, то нежно поглаживая, то уверенно проникая вглубь, в жар такого желанного тела, не в силах остановиться, не в состоянии прекратить – пока Брайан на пике оргазма не излился, так ни разу к себе и не прикоснувшись, громко закричав от судороги экстаза, сковавшей его тело. Но этого было мало, невозможно мало – сейчас, когда рядом был возбужденный альфа, его альфа, источающий потрясающий запах, хотелось большего, хотелось почувствовать его член в… да, в себе - Брайан окончательно сдался на милость желаниям своего тела. Он медленно перевернулся на спину и обвел взглядом тяжело дышащего мальчишку – он был почти на грани, но страх все равно плескался в глубине глаз – блондин не знал, что ему делать дальше. «Дожился, теперь буду учить этого недоальфу тому, как правильно меня трахать… кому сказать – пиздец! Как такое может со мной происходить?» - Там, на тумбочке, презервативы, и никакой самодеятельности! Будешь делать только то, что я скажу! – Кинни попытался собраться, чтоб выглядеть серьезным и строгим, но когда он взглянул вниз, на стоящий член парня, то все волосы на его теле сразу же встали дыбом – такого размера от столь мелкого мальчишки Брайан совсем не ожидал!