Когда шумит толпа

Сказать, что моя жизнь изменилась – ничего не сказать. Причина, по которой всё произошло, стояла в пятнадцати шагах от меня – Ангелина Лавкрафт, девушка с английской фамилией и странным имечком. Я видела её спину, длинные прямые каштановые волосы. Кожаная куртка, юбка в складку. Подумать только, если бы не её отец, она должна была быть сейчас за решёткой. За то, что сделала. Я сглотнула, перебарывая нервную дрожь, и вышла из-за угла, твёрдо ступая вперёд, легко улыбнувшись, чтобы скрыть свой страх. И неприязнь. Она обернулась, когда я окликнула её. Стоявшие рядом девчонки также вперили в меня взгляды. Замешательство отчётливо читалось в их глазах, замешательство, насмешка и неприязнь. Презрение. Только во взгляде Ангелины этого не было, разве что удивление и, на миг мне показалось, тень испуга, но её тонкие губы тут же изогнулись в неловкой улыбке. На её лице, в отличие от остальных, читалось что-то, что можно назвать… не чувством вины, конечно, но осознанием. - Ангелина, - я улыбнулась почти искренне, обрадовавшись тому, что мой голос не дрожит, но звучит вполне буднично, а также тому, что рядом не было Нины, лживой зазнобы, правой руки Лавкрафт или… кем там она в их шайке считалась? Не важно. – Можно тебя на пару слов? – я вовремя начала разговор, как раз в тот момент, когда с губ стоявшей справа блондинки с обесцвеченными волосами, собранными в высокий хвост, чуть не сорвалась очередная пренебрежительная оскорбляющая фраза. Но теперь предложение застряло у неё в глотке – так неожиданно прозвучала моя просьба. Серые глаза Ангелины на миг расширились от удивления, но, тут же прищурившись, она не менее буднично кивнула: - Конечно, - девушка сделала шаг вперёд, готовая отойти для разговора. В этот момент у меня отлегло от сердца. Я была почти уверена, что девушка откажет, оскорбит и растопчет мою едва начавшую формироваться уверенность. Я даже не сразу отреагировала на её вопросительное пожимание плечами в жесте «вот я, что хотела?». Группа за её спиной в этот момент захихикала. Не обратив на это внимания, я кивнула, предлагая следовать за мной, и пошла, снова с облегчением отметив, что пока совет психолога работает. - Ты куда, Ангелина? – кто-то крикнул вслед, и я обернулась, уже ожидая, что Лавкрафт пошлёт меня, выставит наивной дурой и вернётся к своим девчонкам. Но Ангелина, в свою очередь, не оборачиваясь и обгоняя меня, небрежно бросила: - Скоро вернусь, солнышко, - в её ласковом голосе при этом было удивительно много холода. Мы скрылись за поворотом. Теперь я поняла, почему она пошла за мной. По-видимому, ей также необходимо было показать своей банде, что она не боится меня, что не избегает прямого разговора после случившегося. Но она могла этого не делать. Только почему тогда она всё-таки..? Мы шли молча какое-то время, я уже могла расслабиться, заранее подготовленная речь на случай её отказа осталась незадействованной. Тем не менее, теперь я поймала себя на мысли, что не знала, о чём говорить с самой Ангелиной. По-видимому, в действительности я всерьёз не рассчитывала на то, что Лавкрафт согласится поговорить. Внезапно Ангелина свернула с дорожки и влезла в дыру в заборе. - Эй? – окликнула я её. - Иди сюда, здесь весело, - хмыкнула она, так же не оборачиваясь, но заходя внутрь высотного здания. Какое-то время я колебалась, не решаясь последовать за той, от которой можно ожидать всё, что угодно. С другой стороны, Ангелина была одна, да и, получив условный срок, вряд ли она попытается сделать что-нибудь, что могло бы усугубить её положение. Вздохнув, я проскользнула в дыру ржавого сетчатого забора. - А я думала, что никогда не зайдёшь, - фыркнула Ангелина. – Пойдём, - она открыла неприметную зелёную дощатую дверь и первой зашла внутрь. Пыльные ступеньки вели высоко вверх, в коридоре было узко и темно, так что приходилось напрягать зрение. Боюсь, что здесь, при желании, Ангелина могла сделать со мной что пожелает и как пожелает… но всё же я… могла бы я постоять за себя? Возможно… руки непроизвольно сжались в кулаки, я стиснула зубы и напрягла пальцы, чтобы унять дрожь. - Что это за здание? – мой психолог советовал говорить на отвлечённые темы, чтобы сохранять спокойствие. - Заброшенный отель, говорят, фундамент треснул, вот его и не достроили. - Сюда ведь нельзя, верно? - Нельзя было бы, если бы сюда не было входа. А если есть дыра – значит, здесь не так уж и опасно, - вновь хмыкнула девушка, мне оставалось только закатить глаза. Дальше спрашивать было нечего. Не знаю, сколько мы поднимались, но я успела порядочно разволноваться. Наконец коридор озарил дневной свет - это Ангелина открыла дверь - и мы оказались на крыше высотки. Я смотрела в спину уверенно шагающей к краю девушки, одежду которой развевал ветер. Поежившись, я пошла за ней, хотя в этом не было необходимости. У края Ангелина облокотилась на бордюр, отсюда, наверное, можно обозревать половину города. Хотя нет… это я загнула, не половину… Но дух захватывало при взгляде вниз. - Ну так? - Что? – я немного растерялась. - Что хотела сказать? - Наверное, я ожидала, что ты мне что-нибудь скажешь, - выдохнув, произнесла я, внезапно ко мне вернулись гнев, боль и обида. Ангелина хмыкнула: - Наверное, ты ожидала, что я буду просить прощения, да? – она бросила на меня насмешливый взгляд. - Вообще-то, нет, тем более… Хочу, чтоб ты знала: я тебя никогда не прощу. Для меня было важнее, чтобы все думали, что наш конфликт улажен, - не знаю, для чего меня понесло на такую откровенность. Я хотела бы сказать что-то, что могло бы задеть её или больно ранить, или просто опустить, но я не знала что. Да и у Лавкрафт язык подвязан и острее моего, стоило признать. - Вот как, умно. Сама догадалась или кто помог? – тут же подтвердила мои мысли сама девушка. - Скажи, есть ли у меня хоть одна причина, по которой мне не стоит сейчас сбрасывать тебя отсюда вниз? – холодно спросила я, наконец найдя те слова, которые могли выразить всю мою ненависть. Или… хотя бы её половину. Насмешка Ангелины потерялась на её лице, на всякий случай она выпрямилась и развернулась ко мне. - И что? Реально попытаешься это сделать? – слова прозвучали с вызовом, но это не имело значения, главное, я почувствовала, что Ангелина хотя бы отчасти поверила: я могу это сделать; несмотря на то что всем своим видом она пыталась показать обратное, именно это и выдавало. Я знаю насмешливую Ангелину, которая сейчас должна была перелезть через бордюр, распластать руки в стороны и предложить столкнуть её, усмехаясь и веселясь, но вместо этого она сделала едва заметный шаг назад. Наверное, это и являлось тем осознанием серьёзности своего проступка, осознанием того, что за такое иногда можно и убить… в состоянии аффекта, пожалуй. Но в том уравновешенном, ну или относительно уравновешенном, настроении, в котором я пребывала сейчас, планы мести строятся совсем по-другому. Я молчала какое-то время. Постучала пальцем по бордюру, предупреждая её следующую реплику, произнесла: - Пожалуй, я нашла причину не делать этого, - посмотрев в её серые глаза, я развернулась и пошла к ступенькам. Ангелина за мной не последовала, вероятно, не желая больше оставаться со мной наедине, что меня также устраивало, так как видеть, а тем более общаться с этой девушкой не хотелось... За своей спиной я услышала звонок, Ангелина взяла трубку и несколько раздражённо ответила: - Да всё в порядке со мной! Дальше лестница свернула, хлопнула дверь на крышу. Стало темно и даже немного жутковато, но только теперь я почувствовала облегчение, облегчение от того, что я всё-таки сделала это. Я «примирилась» с Ангелиной Лавкравт, из-за которой я провела в больнице около месяца, из-за которой я наблюдаюсь у психолога и из-за которой не хожу в школу уже половину семестра. А завтра мой первый учебный день после всего произошедшего. Мама предлагала сменить школу, но психолог сказал, что нужно побороть свои страхи, или они на всю жизнь останутся со мной. Надо сменить тактику поведения, или ярлык «жертва» навсегда прикрепится к моему имени.