А если это любовь?

      Василиса       В очередной раз открыв глаза, я увидела светлые стены, яркий свет, шкафчики с лекарствами… «Больница», — подумала я. Как я здесь оказалась?       В оче­ред­ной раз оч­нувшись, я по­няла, что на­хожусь уже не в под­ва­ле. Там был зат­хлый воз­дух, а здесь све­жий. Где я?       От­крыв гла­за, я по­няла, что на­хожусь в ка­ком-то ле­су. Ог­ля­дев­шись, я уви­дела Мар­ка и… кос­тёр? Что он, чёрт по­дери, со­бира­ет­ся де­лать?       Я по­пыта­лась по­шеве­лить­ся. Это по­лучи­лось с тру­дом. Опус­тив взгляд вниз, я по­няла, что стою при­вязан­ная к де­реву. Страх… Вот, что я чувс­тво­вала в эту ми­нуту.       — О, оч­ну­лась, ма­лыш­ка, — про­тив­но про­из­нёс Марк. — За­мёр­зла? — дей­стви­тель­но, на ули­це бы­ло не очень теп­ло. Прох­ладный осен­ний ве­терок и нак­ра­пыва­ющий дож­дик. По­года не са­мая луч­шая… — Ни­чего, сей­час бу­дет теп­лее. Сей­час сог­ре­ешь­ся…       <…>Зна­ешь, огонь, он ведь ду­шу твою очис­тит. Не страш­но уми­рать… Страш­но жить сре­ди этой гря­зи… Огонь очис­тит те­бя, и ты ста­нешь та­кая же как в детс­тве: чис­тая и не­вин­ная. Прос­ти ме­ня, ес­ли смо­жешь! — Марк за­кон­чил свою «ду­шещи­патель­ную» ти­раду, взял ка­кую-то пал­ку из кос­тра и под­нёс к мо­им но­гам. — Прос­ти!       Чёрт! Что произошло?! Я что, умерла? Нет! Если бы я умерла, то не пришла бы сейчас в себя… Тогда что со мной?       — Василиса? — прозвучало рядом со мной. Через секунду кто-то «подлетел» ко мне и стал слегка потряхивать за плечо. Сфокусировав зрение, я увидела, что этот «кто-то» — Фэш.       — В-в-оды… — прохрипела я.       — Сейчас, — Фэш отошёл от кровати, и, налив воды, вернулся ко мне. Фэш помог мне приподняться на кровати и протянул воду. Живительная влага разлилась по организму, и мне стало чуть-чуть легче. — Ты как, малышка?       — Получше. А что со мной произошло? — я говорила шёпотом.       — А ты ничего не помнишь? — удивился Фэш.       — Последнее, что я помню, это как стояла в лесу привязанная к дереву.       — Понятно, ну, слушай.

***

      Фэш       Мы с Ярисом «вылетели» из дома. Быстро сев в серебристую Lamborghini, мы куда-то помчались на всей скорости.       — Ярис, твою мать! Объясни, что происходит!       — В общем, Василиса скорее всего находится у Маркуса, Маркуса Лятича, — моё лицо стало похоже на букву «О». Что? Марк? Он-то каким боком здесь? — Да, Маркус! Они с Василисой в детстве дружили. Потом Ляхтичи переехали в Москву, и Вася вскоре забыла его. Марку же помнил про их дружбу всегда. Несколько дней назад он приходил ко мне и спрашивал про Василису. Я подумал, что он просто хочет повидать старую подругу и бывшую одноклассницу, и сказал, где Вася работает и живёт…       Сегодня мне позвонил Алексей Рознев — наш общий друг и бывший парень Василисы. Лёша сказал, что видел, как Марк вместе с Васей вышел из дома и куда-то поехал. Василиса была без сознания. Я знаю, что у Марка есть психические отклонения. Тогда я представил себе, куда Ляхтич может увезти Василису, и что с ней будет. Представив это, я позвонил Лёше и попросил его отслеживать передвижения Марка по телефону, а сам поехал к тебе.       — Что?! Что эта сволочь может сделать с Василисой?! — я кричал, а в голове уже рисовались самые ужасные картины.       — Фэш, не волнуйся! Всё будет хорошо, слышишь? Успокойся! Иначе я тебе вколю успокоительное.       — Как успокойся?! У меня девушку похитил какой-то псих и неизвестно, что он с ней сделает, а ты говоришь успокоиться?! — я уже не сдерживал себя и кричал на всю машину. Вдруг Ярис резко остановится, да так, что я «прилетел» в переднюю панель. — Ты что творишь?       — Я тебе говорю: успокойся! Всё будет хорошо! Я переживаю за Василису так же, как и ты. Я обещаю, если с её головы упадёт хоть один волосок, я лично придушу Марка. Понял? А теперь будь добр — заткнись, и поехали! — Ярис нажал на газ, и машина тронулась.

***

      Не знаю, сколько мы ехали, но вскоре мы остановились около леса. Что здесь может делать Марк с Василисой? В голове снова стали возникать ужасные картины…       Выйдя из машины, мы увидели несколько подъезжающих автомобилей. Через минуту они остановились и из них вышли люди в спецформе — ОМОН — и кинологи с немецкими овчарками.       — Василиса с Марком где-то в лесу. Найдите их как можно быстрее, — сказал Ярис, и ОМОНовцы, кивнув, направились в сторону леса. Мы последовали за ними.

***

      — Зна­ешь, огонь, он ведь ду­шу твою очис­тит. Не страш­но уми­рать… Страш­но жить сре­ди этой гря­зи… Огонь очис­тит те­бя, и ты ста­нешь та­кая же как в детс­тве: чис­тая и не­вин­ная. Прос­ти ме­ня, ес­ли смо­жешь! — услышали мы чью-то «пламенную речь». Тихо выглянув из-за дерева, я увидел, как Марк в прямом смысле этого слова поджигает Василису. Меня тогда передёрнуло. Перед глазами стали мелькать картинки из жизни. Я, зарычав, побежал к Ляхтичу.       К тому времени, как я прибежал к Марку, Василиса уже потеряла сознание от болевого шока. Я врезал Марку в челюсть и стал дальше его бить. Ярис в то время потушил Василису — она не успела сильно загореться. Пострадали только ноги до колен.       От Марка меня в прямом смысле оттянули. Он вырубился после первых трёх ударов. Пока я его бил, из моего рта летели всякие слова в его адрес, даже не хочу, говорить какие. Оттянув меня от Марка, Ярис вколол мне какое-то лекарство, и я вырубился.

***

      Очнулся я уже в палате. Быстро придя в себя, я обнаружил рядом с собой Яриса. Он лежал на соседней кровати и что-то нервно листал в телефоне. Я подскочил.       — Ярис! Где Василиса?! Что с ней?! — я опять говорил на повышенных тонах, но мне было всё равно. Главное — чтобы с моей малышкой всё было нормально.       — Не ори! Василиса в палате №8. У неё сильнейшие ожоги ног, и от болевого шока она сначала потеряла сознание, а затем впала в кому, — спокойно ответил Ярис, но в голосе всё-таки слышались нотки тревоги.       Я вылетел из этой палаты и побежал искать, где лежит моя девочка. Так… третья, четвёртая… седьмая, о, вот и восьмая палата! Чуть не снеся дверь с петель, я вбежал в палату.       Вот она, моя девочка! Василиса лежала вся бледная, к рукам были подсоединены трубочки, катетеры… Рядом находились аппараты, издавающие неприятный, монотонный звук. Я подбежал к Василисе и присел рядом. Взяв прохладную руку в свои горячие, я поцеловал её и потёрся щекой об неё.       — Всё будет хорошо, малышка. Всё будет хорошо… — прошептал я и прилёг рядом с Василисой.

***

      — Ну, вроде бы ничего не упустил. Василис, не волнуйся! С тобой всё будет хорошо! Если потребуется какая-либо реабилитация, мы всё устроим. Я обещаю! Верь мне! — говорил Фэш, а я не могла поверить в то, что у Марка какие-то психические отклонения и что он меня поджёг.       — Я верю тебе! — наконец произнесла я. Фэш аккуратно обнял меня.

***

      Прошла неделя. Меня выписали. Пока что мне больно ходить — на ногах огромные ожоги. Требуется реабилитация. Послезавтра мы с Фэшем летим в Израиль. Маринка всё это время будет с Лиссой и Нортоном.       Уже дома Фэш отнёс меня на руках в гостиную и, посадив на диван, пошёл в коридор открывать дверь. Вскоре в гостиную вошёл Ярис.       — Привет, ты как? — спросил он.       — Привет, бывало и хуже.       — Василиса, я понимаю, что очень плохо поступил с тобой. Разлучил с любимым, можно сказать насильно увёз в Испанию. Я очень виноват перед тобой. Прости, пожалуйста, за всё. Мне действительно очень жаль. Я понимаю, что не заслуживаю общения с тобой. Завтра я улетаю обратно в Испанию. Марк не сделает тебе больше ничего. Я обещаю! Будь счастлива с Фэшем. Он тебя по-настоящему любит. Береги себя и Маришку.       — Ярис, я тебя уже давно простила. Спасибо тебе за всё и удачи в Испании.       — Прощай, — сказал Ярис и вышел из комнаты.