Можно выйти, мистер Роджерс?

1 сентября, 15:17, Школа, кабинет истории.

Оливия и Голди стоят в коридоре возле класса. Оливия держит все тот же ватман, Голди — коробку красок. Оливия: Зайдешь первая? Голди: Ну уж нет! Оливия: Да почему я-то должна? Голди: Ну, давай я постучусь, а ты будешь говорить. Оливия: Вот уж спасибо, помогла. Голди: Ну что тебе стоит! Оливия: Лучше б ты в классном чате такой скромной была. Голди: Ты же знаешь, разборки — это наше все. Оливия: Твое все. Не путать. Голди заговорчески улыбается и стучит в дверь. Оливия открывает дверь, и девушки заходят. Стив сидит за столом среди бумажек и заполняет документы. Оливия: Мистер Роджерс? Мы хотели закончить расписание, чтобы оно завтра уже висело. Можно нам здесь дорисовать? Не помешаем? Стив обреченно смотрит на гору учебных планов. Стив: Помешаете точно не больше, чем все вот это. Оливия и Голди сдвигают парты и раскладывают все краски. Голди оценивающе смотрит на зеленые буквы. Голди: Как-то бледно у нас все. Оливия: Да. Поэтому тут мы обводим, а вот здесь добавляем теней. Девушки молча обводят буквы черным маркером и приступают к теням. Оливия: А я говорила, что не умею рисовать? Голди: В первом классе. И я уже тогда запомнила. Оливия: Ну так конечно, мы уже тогда с плакатами косячили. Голди: ЭмДжей бы сюда. Стив (заинтересованно отрываясь от бумажной работы): А ЭмДжей хорошо рисует? Оливия: Она потрясная художница. Карикатуристка, в основном, но просто невероятно талантливая. Голди: Однако, у нее не допросишься. Мы все не ее сорта люди. Стив встает и подходит к ватману. По-хозяйски берет из пенала Оливии простой карандаш и начинает ретушировать край буквы «Б». Стив: Это несложно. Главное — нажимать на карандаш с одинаковой силой и отступать равное расстояние от каждой буквы. Стив передает карандаш Голди. Оливия берет второй. Голди: Не знала, что вы умеете рисовать. Стив: Я был иллюстратором раньше. До войны, в смысле. Оливия раскрывает рот от удивления и чуть не роняет карандаш. Оливия: Что, серьезно? Стив (улыбаясь): Абсолютно. Кстати, а чего ради вы все это рисуете? Оливия: По доброте душевной, на самом деле. Стив одобрительно кивает. Голди: Ну, а мне нужна рекомендация в колледж от миссис Гэмб. Стив: Тоже неплохо. Голди и Оливия продолжают дорисовывать плакат, Стив возвращается к столу. В класс без предупреждения и стука влетает смеющаяся Эйприл со спортивной сумкой в руках. Голди: Дай угадаю, ты пришла не помогать. Эйприл: Мне просто нужно переодеться, я мигом. Эйприл подходит ко второй парте и снимает с себя чирлидерскую майку, оставаясь в кружевном лифчике. Стив удивленно и деликатно отворачивается. Оливия, только взявшая в руки бутылку воды, проливает часть на платье. Голди переходит в режим «Голди крушить». Голди: Тебя вообще ничего не смущает? Эйприл (отбрасывая назад пышные темные волосы): А чего мне стесняться? Я-то белье не на рынке беру. Эйприл натягивает блестящий черный топ и двигается к двери. Оливия провожает ее недоуменным взглядом. Эйприл: Ох, спасибо, а то там раздевалки закрыты. До завтра, мистер Роджерс! Эйприл поворачивается к Оливии и Голди. Эйприл: И вам всего хорошего, девочки! Стив не находит, что ответить, до того, как дверь закрывается. Оливия смотрит на Голди. Оливия: Когда она в последний раз говорила нам «всего хорошего»? Голди: Никогда. Но я сейчас этой шкуре из Виктории Сикрет столько хорошего… Стив: Мисс Николсон, выражения подбирайте! Голди: Да я весь месяц готова после уроков оставаться, чтобы сейчас все этой шалаве высказать! Голди выбегает в коридор. Оливия смотрит на Стива. Оливия: Опережая ваш вопрос: да, это всегда так. Думаю, мне пора отнести расписание миссис Гэмб. Оливия сворачивает плакат в трубку и выходит с ним из кабинета.

1 сентября, 15:39, Школа, коридор.

Голди догоняет Эйприл возле шкафчиков. Эйприл оборачивается. Эйприл: Хотела что-то сказать? Голди: Ты это специально, да? Все кабинеты открыты и свободны, а ты пришла в этот! Эйприл: Николсон, тебя это касается в последнюю очередь. Голди: Это впечатление, которое ты создаешь обо всем нашем классе! Эйприл: По-твоему, ты создаешь впечатление лучше? Взгляд картошки, грация картошки? Голди: Вообще-то, говорят «взгляд КОШКИ, грация картошки». Эйприл: Не в твоем случае. Голди краснеет от злости. Голди: Как же я тебя ненавижу! Эйприл: Значит, боишься еще одной любовной неудачи? Привыкай, черт возьми! Голди: Что? Ты думаешь, я запала на Капитана Америку?! Эйприл: Ну, это не я тут кипиш из-за него развожу! Голди (уходя): Со своими похождениями сначала разберись. Эйприл: Взаимно! Голди (крича на весь коридор): Да пошла ты! Разгоряченная Голди сворачивает налево, взбирается по лестнице и подходит к кабинету истории. Входит внутрь, чтобы забрать все краски. Голди: Я быстро все возьму и смоюсь, как будто меня здесь не было, ладно? Стив (отрываясь от синей папки Фьюри): Ну, можешь попробовать. Голди пытается быстро собрать вещи. Ее руки дрожат. Она закрывает глаза и выдыхает. Стив: Николсон, иди сюда. Голди обреченно садится на стул рядом со Стивом. Голди: Вы правда решили оставить меня на месяц? Стив: Знаешь ли, ты ругаешься буквально на всю школу. Голди скрещивает руки на груди. Стив решает, что сейчас лучший момент начать большой допрос десятого класса. Стив: Но я не хочу начинать год с этих голубых листочков. Так что считай, что ты отделалась. Голди неловко смотрит на Стива, покусывая губу. Голди: Спасибо. Стив: Скажи мне лучше вот что: Эйприл давно с вами учится? Голди: Почему вы ей интересуетесь? Стив усмехается. Стив: Поверь, я интересуюсь ей совсем не в том ключе, в каком она интересуется мной. Голди: Вас не интересуют лифчики школьниц, мое уважение. Стив: А на следующий день мы увидим газетные заголовки «Капитана Америку посадили на восемь лет за развращение несовершеннолетней». Голди: От эксклюзивного корреспондента Лиама Коллинза. Стив: Ну, а вообще, после разъездов по штатам в 42-м в компании двадцати дам лифчики уже не особенно вдохновляют, знаешь. Голди: Ладно, я расскажу. Эйприл перешла к нам где-то год назад. И мы дружили сначала. Но, так получилось… вы обещаете не рассказывать? Стив: Разумеется. Голди (изучая взглядом свои кроссовки): Я была влюблена в Джордана Сета. Она тоже. У меня с ним все шло отлично, как вдруг он переключился на нее просто за один день! Через пару месяцев то же самое случилось с некоторыми парнями и девушками из одиннадцатого класса. По очереди. Мы с Оливией назвали это «парадокс Эйприл Маклин». Не знаем, как она это делает. Просто все вдруг стали без ума от нее. У нее сразу все в гору пошло. Стив: Получается, вы дружили раньше? Голди: Ну, до того момента — да. А потом вдруг выяснилось, что я для нее слишком картофель. Стив: Слишком картофель. Голди: Именно. А потом она скинула в фейсбук все мои неудачные фотографии с ее телефона. Ну, знаете такие, когда берете у подруги фронтальную камеру и развлекаетесь. Стив: Если честно, не знаю. Голди: Никогда не делайте так. Стив: Соблазн велик, но я попытаюсь. Голди (вздохнув): Так что да, я ее ненавижу. Стив: За то, что ее любят? Голди: Да нет, ее не просто любят! У нее за пару недель произошел резкий подъем из грязи в князи. Стив: Вот что я могу тебе посоветовать: не называй себя грязью для начала. Голди: Вау, мне такие шикарные комплименты только Лив делает. Стив: Это не комплимент, а объективная оценка. Голди улыбается и смущенно вытирает руки об штаны. Голди: Спасибо. И за тени на плакате тоже. Голди встает и, прижимая к себе коробку с красками, отходит к двери. Стив (смотря ей вслед): Имейте в виду, мисс Николсон, сегодня я к вам не придираюсь, но домашнее задание завтра должно быть при вас! Голди: Кажется, мне впервые в жизни придется вовремя сдавать историю. Голди выходит. Стив достает диктофон. Стив: Итак, у меня есть теория…