Альфа. Или всё же не совсем?

Автобус быстро набирал скорость, разрезая светом фар окружающую темноту, всё дальше и дальше отдаляясь от места прибытия и оставляя позади пассажиров в полном смятении. Ночь была на удивлении тёмной. Ни один фонарь не работал, тьма заволокла все вокруг. Освещались лишь лица мягко подсвеченные экранами телефонов. Резкий луч света ослепил глаза. Носителем этого луча был, как мы поняли, комендант общежития. Он извинился за причиненные неудобства, вызванные внезапным отключением света по всему району, и любезно проводил нас внутрь здания. В темноте сложно было рассмотреть фасад здания, но этажей в нем было определенно предостаточно. А для некоторых учеников приехавших из маленьких городишек, в которых самое большее можно встретить 5-9 этажный домишко их было просто немерено. Внутри нас провели к так называемому «ресепшену», где всем первокурсникам оперативно выдали ключи, сверяясь со списком, и отправили по комнатам отдыхать, обещая, что все другие формальности, такие как заполнение анкет и экскурсия — будут проведены завтра, за что им огромное спасибо. Отыскав лестничный пролет, который был к тому же довольно узким, Мэттью медленно поплёлся на второй этаж в свою комнату №23. Внутри царила тишина, нарушаемая едва различимым посапыванием в правой части комнаты. Мэтт завалился на свободную кровать. Усталость от автобусной трясучки и восьмичасового сидения на заднице в одном положении разом накатила на него. Мозг отключился ещё до соприкосновения головы с подушкой. Сон охватил целиком и моментально, не дав даже мелкой мысли проскочить в его сознании. В комнате сопело уже на одного человека больше. Разбудило мерзкое, неприятно щекочущее нервные окончания, ощущение чужого пристального взгляда. Нервно содрогнувшись, Мэтт открыл глаза. На него в упор смотрел парень с изумрудными глазами и пепельными волосами. Резко сменив выражение лица с заспанного на возмущённо-удивлённое и приподняв вопросительно бровь, Мэттью уставился на гостя. Жертва наблюдений уже хотела было возмутиться наглому взгляду соседа, но его опередили: — Утречка, Мэттью, — ухмыльнулся обладатель изумрудного взгляда. — Меня зовут Сэм. Я твой сосед и, по совместительству, наставник на путь истинный в стенах этой обители. И внемли моему первому наставлению: не спи с открытым ртом — муха залетит, да и подушку вон обслюнявил всю. — Не твое дело как я сплю, — буркнул Мэтт, отрываясь от подушки и активно вытирая рот. — И вообще, откуда тебе известно моё имя? — Увидел в списках заселившихся. Должен же я знать, чья задница будет теперь мельтешить перед моими глазами каждый день. — Удовлетворил свое любопытство? — Вполне. — Ну, тогда завянь. — Фу, как грубо. Что-то мне не нравится наше знакомство. Ты вроде как неплохой парень. Давай начнём сначала? — Ну что же, пускай. — Сэм, второкурсник и твой чудный сосед на ближайшие четыре года. — с нотками гордости в голосе выдал зеленоглазый. — Мэтт, первокурсник. — последовал короткий ответ. Скрепив слова крепким рукопожатием, мир был утвержден.

***

Приведя себя в прилежный вид, Мэтт спустился в фойе общежития. Довольно обширное помещение со светлыми стенами и высокими потолками. В центре комнаты, по обе стороны от небольшого столика, заваленного журналами разного научного содержания, расположились мягкие диванчики шоколадного цвета. То тут, то там, в укромных уголках межу вазонами с цветами и стеллажами с книгами стояли одинокие кресла. Судя по аромату свежего кофе и блинчиков, столовая располагалась где-то неподалёку. Скорее всего, туда вела слегка прикрытая двустворчатая дверь, находившаяся по правую сторону лестничного прохода. Уладив все дела, связанные с заселением в общежитие, он зашел в столовую. Быстро сжевав булочку со сладким кофе и осмотрев приличных размеров столовую, заставленную столами, парень снова направился в свою комнату. Соседа не наблюдалось. Мэтт принял душ, расслабляясь под тёплыми струйками воды, переоделся и вновь завалился спать. Бессонная ночь не прошла даром. Нужно было хорошенько отдохнуть, ведь с завтрашнего дня уже начнётся напряженная и напрягающая учёба, и расслабляться будет совершенно некогда.

***

Первый семестр пролетел совершенно незаметно. Каждую неделю, помимо основных предметов, нам преподавали еще и несколько дополнительных — пробных. В конце семестра можно будет выбрать несколько наиболее заинтересовавших дисциплин и написать заявление о углублённом изучении оных, и, так как Мэтт всегда очень увлекался химией, то и неудивительно, что он её выбрал и попутно записал себя на углублённое изучение медицины, биологии и фармацевтики. Сэм учился на инженера-архитектора. Второй семестр, как и первый, прошёл так же незаметно, как и первый. ...За прошедший год, два паренька-соседа из комнаты №23 довольно близко сдружились. Первый учебный год подходил к концу. Многие учащиеся активно собирали вещи, предвкушая домашние летние каникулы. Общежитие понемногу опустошалось. В коридорах было довольно тихо. Казалось, будто здание застыло во времени. На каждом этаже оставалось всего по несколько человек, некоторые и вовсе пустовали.  Так как родители Мэтта работают заграницей и не имеют возможности прилететь, ибо по условию контракта покидать страну работодателя запрещалось, то он был среди тех немногих, кто оставался. Эдд имел свою, довольно прибыльную, строительную компанию, а Уил был превосходным архитектором. У них частенько брали двойные заказы. Уильяму доверялась разработка дизайна и плана здания, а Эдду — воплощение задуманного в реальность. Бизнес был хороший, от недостатка финансовых возможностей семья не страдала. Но сына они не баловали. Желали, что бы он сам достиг того, чего желает, ну, а они там уж помогут, чем могут.  Сэм тоже остался. Летом никто особо не следил за проживавшими в общежитии, в последнем начали куролесить, но всё же в мерах дозволенного — вылететь никто не хотел. В разных комнатах чуть ли не ежедневно устраивались попойки, собирались картёжники и тому подобное, поэтому все уже привыкли, что кто-либо пробегает обнажённым по этажам и кричит какую-то несуразицу.   Мэтт же не особо увлекался этими увеселительными программами. Нет, он конечно довольно часто посещал их дабы посмеяться со своих пьяных вдребезги друзей, но сам в них не участвовал, уж довольно болезненно он переносил алкоголь хоть немного выпитый сверх меры. А мера его, к тому же, не очень и велика. Несколько банок пива и иди свищи здравый разум. Видимо, такая фигня досталась ему от папы-Уила.   Поэтому, юный химик-фармацевт большее время просиживал в лаборатории, которая находилась на пятом из семнадцати этажей здания общаги и занимала приличную его половину. В данное помещение вход был строго по пропускам, а их выдавали не каждому, но у Мэтта он был. Половина каникул уже оставалась позади.  Утром, хорошо выспавшись и плотно позавтракав, Мэтт собрался идти в лабораторию. Последнюю неделю он вовсе оттуда не вылезал. Проведя карточкой по считывателю, дверь открылась. За ней был небольшой коридор в котором находилось ещё три двери. Прямо в конце коридора, располагаясь на всю его ширину, была установлена большая двустворчатая автоматическая, которая вела прямиком в лабораторию. Справа — другая небольшая дверь, отделявшая ванную комнату, где после всякого рода лабораторных исследований можно было смыть с себя химию, которая так или иначе всё равно прилипала к телу. За последней же дверью находилась комната отдыха. Посереди неё располагался большой мягкий диван тёмно-зелёного цвета, по бокам которого также стояли парочка кресел в том же цвете. Вдоль боковых стен шли стеллажи с разного рода научной литературой, преимущественно, конечно, связанной так или иначе с химией.  У дальней стены располагались небольшая столешница, на которой стояла кофемашина и несколько чашек. Только нога парня собиралась сделать шаг в открытую дверь, как чья-то сильная рука дёрнула его назад за ворот рубашки, да так, что перебило дыхание. Пока Мэтт откашливался, ему завязали глаза. — Что за хрень, Сэм?! — выругался он, откашливаясь. — Кто такой Сэм? — парировал нападавший. — Прекрати паясничать. Я прекрасно различаю твой запах. — раздражённо сказал Мэтт, морщась. — Чёрт, я и забыл что твое обоняние уже развито. — ответил ему Сэм и ту же секунду на носу Мэтта уже оказался зажим. — Эй, что за шутки? — вскрикнул ослеплённый и лишённый обоняния парень, не на шутку испугавшись. — Парни, держите его. Не дайте ему вырваться. — последовал приказ мэттовского соседа по комнате. Его друга, чёрт подери! Тем временем, руки пленника уже были связаны за спиной. Вокруг была слышна возня и дикий хохот. — Вот и всё, вперед и с песней. — Куда вы меня тащите? — возмутился связанный, пытаясь вырваться, но несколько пар рук крепко удерживали его. — Это сюрприз. Наш подарок тебе на день рождения, он же сегодня? — якобы забыв, спросили у Мэтта. — Э-э-э... Ну... вроде как, да. — Ну вот. Тебе ведь уже семнадцать, а ты всё никак не пахнешь. Вон даже не растёшь из-за этого. Мы решили немного тебе помочь. Негоже тебе всё время оставаться незаметным, а то ни один омежка на тебя не поведётся. Слыхали об одном методе, но это секрет, — окружающие прыснули от смеха. — Идём-идём, не пожалеешь. Обещаю, тебе понравится. Поняв, что с этим идиотом спорить бесполезно, именинник смирился со своей участью и спокойно поплёлся за друзьями, которые уже вели его под руки по направлению к выходу. «Ничего плохого ведь случиться не может. Правда?» — подумал он. — Вот так бы и сразу, — сказал Сэм, чувствуя, что сопротивление исчезло. — Вперёд, парни, поможем нашему товарищу отыскать себя!