Мир для красного дьявола

***

      — Чёрт, — сдавив горло человеческой девушки, воскликнул высокий мужчина.       — Так это не шутки, — без привычного смеха, сказал юноша, тело которого было покрыто мехом обезьяны, — их души вернулись в шар перерождения.       — Ты сможешь восстановить их воспоминания? — грубым баритоном спросил другой мужчина, сложив руки на обнаженной груди.       Слон был самым высоким и плотным из них, казалось, что имея такие габариты, он будет, по крайней мере, глупее, но его рассудительность не уступала Сове.       И вот, обезьяна воспроизвела воспоминания последнего погибшего лорда — Алакина.       — Проклятие способное заблокировать всю нашу магию?! — не поверила Лошадь.       — Если пали Тигр и Змея, то и короля нет больше, — успокоившись, сказал Сова, а затем выбросил тело девушки, горло которой сдавил пару минутами ранее.       — Хм, как и войны между ними, — подметила обезьяна.       — Теперь в сокрытии не остается нужды, — кивнул Слон.       — Я не любитель солнечного света, так что всему Эллейву придется привыкать к вечной тьме, — мерно шагая к выходу из подземелья, сказал Сова, а затем посмотрел на заключенного в цепи раба, — ты сказал, что способен создать амулет, который может сохранить в себе один навык? — раб кивнул, — Тогда создайте несколько амулетов со способностью отражения любого навыка.       — Хи-хи-хи, — рассмеялся волосатый юноша, — я бы посмотрел, как этот монстр проглотит собственную магию.       Раб в цепях с ужасом посмотрел на хозяев, а затем с тревогой на мертвое тело невинной девушки, — «Да за что мне всё это?».

***

      Огонь в Удгорде стал гаснуть под ливнем, а люди были собраны в том же месте, где держали зверолюдей. Постепенно дождь стал пропадать, будто бы сделал своё дело, и ушёл.       Все зомби Ки были развеяны и обращены в пепел, лишь души остались покоиться в резервах некроманта. Феликс занял место сторожевого пса в этом пыльном складе.       — Знакомьтесь, это Феликс, — вызвав саламандру, сказала Аракити, — он не даст вам замерзнуть и сожрёт, если вы что-то выбросите подозрительное.       Все были прикованы Стивом и его молодой бригадой, которая чувствовала от этого сильное угрызение совести. Вместе с Аракити они вернулись ко дворцу, увидев, как та из ниоткуда вызывает зверолюдей.       Всё было относительно спокойно, многие пытались понять, что происходит, но тут вдруг какая-то черная точка стремительно сорвалась вперёд с обнаженным клинком. Это был Калдемин, который с воинственным кличем летел прямо в лоб Аракити.       — Чего-о-о?! — потеряв из виду своего соперника, которым должен был быть Лори, воскликнул черный волк, — Да это же…       Он признал монстра, который также слегка удивленно смотрел на него, а также и пейзаж очень знакомого ему города. Не зная и не имея вариантов, Калдемин спрятал клинок и согнулся в полёте, собираясь ногой оттолкнуться от головы Аракити.       — Извини, но мы с тобой находимся в разных мясных категориях, — невозмутимо сказала девушка, когда её грива отвесила сильный шлепок черному волку.       — Ха-ха-ха, — смущенно рассмеялись зверолюди, но затем растерянно стали осматриваться.       На лицах каждого появился след горя, которое было свежо в сознании, словно всё это было вчера.       — Окрестности рядом со дворцом, — шокировано сказала Луиза.       — С возвращением домой, ребята, — хмыкнула Аракити, заставив всех потеряно посмотреть на лидера.       Запах мокрой золы от углей и кровавый аромат был ещё стоек, после конца битвы. Стало ясно, как день, что трагедия постигла людей и город отвоевала Аракити. Однако, на лицах зверолюдей не было триумфа, который она наблюдала у людей.       — А пленные?.. — спросил Зак, надеясь, что его сестра всё ещё жива.       С надеждой все стали ожидать, что скажет их лидер. Для них этот город стал не так важен, как жизни их сородичей.       — В надежных руках, — наклонив голову, мягко ответила Аракити, — вы встретитесь с ними, но пока опасно их вызывать так, как вас.       Зверолюди серьёзно кивнули, а затем хмуро посмотрели на группу из молодых парней. Стив напрягся под их взглядами и стоял впереди, словно закрывая молодежь за своей спиной. Аракити прошлась взглядом по всем и заметила сходство между ситуацией зверолюдей и Стива.       — Нам предстоит о многом поговорить, — вздохнув, сказала Аракити.

***

      На первом этаже огромного склада, где раньше держали зверолюдей, в цепи была закована королевская армия.       — Эллейв обречен, — начали говорить паладины, — даже короля больше нет.       — Лойз, господин Салазар, великая волшебница Элама и святая ещё живы, они дадут отпор нечистым силам! — воскликнули те, кто ещё верил в победу человечества.       Буревестник равнодушно посмотрел на болтливых рыцарей, а сам стал раздумывать над всем, что услышал от дракона, — «Всего лишь обычный обращенный».       — Не думаю, — тихо сказал Ирон, но его услышали все, будто бы кто-то озвучивал их приговор, — чувство, как будто я грешен, это не спутать ни с чем.       — О чем ты говоришь, Халио? — крикнул Дери, позвав того по родовой фамилии.       — Я и до этого сильно сомневался, когда почувствовал зло в крови его высочества, но теперь, когда божий голос год назад перестал звучать во снах, и теперь, когда святые силы слабнут.       — Говори уже, Халио.       — Богиня Света отвернулась от нас, возможно, она даже не жива.       — Ч-чего? — начали возмущенно говорить рыцари.       — Боги нематериальны, их нельзя убить!       — Ирон, ты просто жалок, ты предаешь свою веру!!!       — Нет, — вдруг с ужасом сказал Буревестник, — кажется, в этом есть смысл.       — Господин Дери, вы верите ему?!       — Богиня Анастрианна, как духовная мать для героев света, наши силы начинают меркнуть, если мы теряем её покровительство. И я уж точно знаю, что она не способна на призыв героя.       — Всё так, — вздохнул Ирон, — Божьи силы помогут нам лишь слегка, но они никогда не смогут вызвать кого-то не из этого мира. Тем более, только сейчас я понял, что этот зверь получил благословение Атагро.       — Его благословение?! — воскликнул Буревестник, шокировано посмотрев в сторону жреца.       — Да, — кивнул Ирон, — и ты должен понимать, что этот любвеобильный варвар не поднимет руку против Анастрианны.       — Верно, вместо этого он бы послал очень сильную гончею, чтобы…       — Спасти Богиню Света, — прикрыв глаза, Ирон подтвердил догадки героя.       — Вы хотите сказать, что эта тварь, перебившая наших людей, посланец Бога зверей, который должен помочь Богине света? — хмыкнув, сделал вывод паладин, даже другие жрецы с неверием отнеслись к этому.       — У Атагро есть верные последователи, но он сильно покровительствует необузданному звериному духу, если посмотреть его изображенного в рукописях, то можно подумать, что это импульсивный и просто агрессивный Бог, но хитрости его нет предела, ведь присущая ему властность позволяет использовать других, даже без их соглашения.       — Тогда, если думать в этом ключе, — вздрогнув, подумал Дери, — то перед нами был не дракон, но взрослая особь иного типа.       — Альфа дрейк, — заключил жрец.       — Он появился из Запретного леса, — продолжил рассуждения Буревестник, — и про его существование не знал никто, хотя это должно было быть очевидно: такому монстру не избежать внимания.       — Но он смог, — констатировал жрец, — и говорят, что на его стороне ядовитая виверна.       — Только вот, при нападении его не было, — нахмурился герой, — погоди, хочешь сказать, что то был Галлогар?       — Это были всего лишь слухи, но на темном острове вырастили сильную виверну, которая перегрызла сотни монстров, а потом её растерзал королевский грифон до такого состояния, что ни один орган не годился для продажи.       — Да, помню, что это мне рассказывал Салазар, — вспоминал Буревестник, — тогда он сильно восхищался этим чудовищем.       — Тело виверны бросили в темную дыру, где все отходы сжирают черви погибели, но что если белая виверна, о которой нам донесли, это и есть Галлогар, но эволюционировавший до Виверны Ядовитого Облака?       — Такие эволюции хозяева темного острова пресекают убийством монстра, но может это виверна с восточного континента?       — Пролетевшая десятки тысяч километров над морем морских чудовищ и под вихревым циклом скальных дрейков? Нет, такое невозможно, даже если Атагро бы захотел.       — Но спасти полумертвую виверну из темной дыры…       — Сама выбралась? Я слышал бред в жизни и получше.       — Если это правда, то в стенах Эллейва есть враг, который смог подавить силы Анастрианны, а также заставить Атагро развернуть такой долгий план, а вот это уже и звучит, как что-то нереальное.       — И самое гнусное, что на стороне неопознанного врага было его высочество.       — И кто знает, кто ещё из наших?..       Диалог этих двоих молодых и перспективных людей не нарушал никто, поскольку до этого они игнорировали и до сих пор игнорируют других солдат.       — Я не могу говорить уверенно, но это может быть Лойз, — нахмурившись, сказал Ирон.       — И правда, — хмыкнул Дери, — маг, который создал защитные магические сооружения, как раз появился перед тем, как церковь и несколько кварталов подорвали зверолюди.       — С которыми слишком легко мы разобрались, как будто наши люди были в рядах Удгорда.       — Я тут вдруг подумал, — сглотнув, сказал Буревестник, — Почему король так трепетно не хотел подставлять меня под удар?       — Учитывая его веру в непоколебимую силу героев, — найдя вопрос интересным, сказал Ирон.       — Король отправил Вейгера в подземелье испытаний, но там ли этот парень сейчас…       — Если да, то он займёт твоё место или же это будет Салазар, но так или иначе герой нужен был темным, которым мы всё это время служили.       — Как думаешь, могут ли это быть демоны, которые правили здесь до появления четырёх рас?       — Я уже не хочу верить ни в какие легенды, Дери, — безразлично уткнувшись в пол, ответил Ирон.       Буревестник видел, как падает моральных дух Халио и исчезает его вера, которую жрец неосознанно предал. Цокнув, парень недовольно посмотрел на него.       — Тебе и не нужно верить, — сказал Буревестник, — мы взяты в плен новой легендой и мы обязательно доберёмся до правды, ты должен бороться, пока хотя бы существует надежда, что мы сможем спасти одну, а то и несколько жизней тех, кто всё ещё верит в нас.       — Ты же не хочешь предать снова Богиню? — вдруг подключились жрецы, на которых Ирон удивленно поднял глаза, — Пока жива наша вера в Анастрианну, то ни одна тьма не убьёт Богиню.       Все переглянулись, а кто-то молча стал произносить молитвы, но каждый решил довериться выводам господина Дери и служителя Богини Анастрианны. И никто не заметил, как маленькая фея воздуха спряталась на толстой цепи, подслушав разговор.