Слепой мотылек.

      Очередной вечер. Кийомару не появлялся несколько дней, но я продолжала верно ждать его.       Сделав все свои дела, я как обычно сидела в комнате. Настроение было чуть лучше обычного, однако я до сих пор не могла нормально есть, из-за чего нехорошо себя чувствовала.       Внезапно в мою дверь постучались. — Джена, ты здесь? — спросил Джин, — Я привел гостя.       Я обернулась. Гостя? — Да, входите! — отозвалась я, привстав.       В комнату зашел Кагетора и улыбнулся мне. — Здравствуй, Джена. — Кагетора!       Я так и подскочила. На самом деле, я была очень рада его здесь видеть. В последний раз мы встречались в замке, когда я только прибыла. Он пришел узнать, как я себя чувствую? — Не стоит так удивляться, — усмехнулся блондин, — Я принес лекарства специально для тебя. — Для меня? — В последнее время ты почти ничего не ешь… — Джин, стоящий позади в дверях, понурил голову, — И я попросил Кагетору помочь.       Он выглядел действительно обеспокоенным. — Ох, не нужно! Все в порядке! — я активно замахала руками, но это не особо их убедило. — Ты очень похудела, — заметил лекарь, — Знаешь, девушки выглядят куда милее, когда они не слишком тощие. — Ну спасибо! — я с наигранной обидой надула губы, из-за чего Кагетора рассмеялся. — Должно быть, ты сильно переживала, раз так вышло… — брат вновь погрустнел. — Тогда тебе тем более надо хорошо кушать, — добавил блондин.       Кагетора ведет себя так, будто ничего не произошло. Он ведь знает, что я была в замке? Или он перепутал нас с Кикухиме… Нет, не думаю. Он, вроде, меня тогда и по имени звал.       Внезапно юноша подмигнул мне, чего Джин, кажется, не заметил. Возможно это значит, что я должна молчать? А Кагетора не так прост, каким кажется. — Я просто хочу, чтобы ты вернулась к привычной жизни и ни о чем не беспокоилась, — внезапно продолжил брат, пристально смотря на меня. Джин… — Я все сделаю! — воскликнул блондин и полез в сумку, — Надо всего лишь смешать вот эти лекарства… — Хорошо… В таком случае, я вернусь к своим делам.       Джин удалился, прикрыв за собой дверь. Улыбнувшись, Кагетора вдруг закрыл коробку с лекарствами и отложил ее в сторону. — Это не лекарства? — я уставилась на него, озадаченно хлопая глазами. — Медицина для сердца будет лучшим лекарством.       Юноша лукаво подмигнул мне и потянулся в карман, после чего протянул мне письмо, добавив: «Это тебе». Я взяла его в руки, медленно и аккуратно развернув.       «Завтра на закате буду ждать тебя у леса. Избавься от этого как только прочитаешь.       Кийомару.»       Это он! — Ты покраснела, — негромко заметил Кагетора. Опомнившись, я всплеснула руками. — Вовсе нет! — Нет нужды скрывать это, — он мягко улыбнулся, — Ты должна быть честна со своими чувствами. Ведь это — твоя жизнь и ты сама. — Мои чувства…       Я задумалась, склонив голову. — А! И еще! — Кагетора вновь полез в сумку и достал из нее красное наливное яблоко, — Помимо Джина есть еще один человек, который искренне заботится о тебе.       Кийомару… На душе сразу стало так тепло. Желтоглазый мягко улыбнулся. — Ну, мое лечение работает? — Да! Спасибо тебе большое, — я поклонилась в благодарность ему, крепко сжимая в руке письмо. — Тогда на этом моя работа закончена, — торговец поднялся, — Береги себя, Джена. — Хорошо!       Помахав мне на прощание, Кагетора покинул комнату, и я сразу растянулась на футоне, прижимая к себе письмо. Да… Я уже понимала, что это будут самые длинные и тяжелые сутки в моей жизни.       И действительно. Ночь была бессонная, полная волнений. Зато с самого утра я работала как пчелка. Чуть солнце показалось из-за горизонта, я встала и принялась стирать все, что на глаза попадется. Краем глаза я заметила топчущегося неподалеку Сейчиро, но так и не поняла, следил ли он за мной или же просто был караульным.       День стоял солнечный — в самый раз для стирки. Белье высыхало на глазах, и это не могло не радовать. Все было как раньше. Все было так, как хотел Джин. Жаль, что это всего на один день — иллюзия прежней жизни.       Подхватив пустую корзину, я бодро зашагала в сторону дома за следующей партией стирки. И так к полудню я перестирала весь дом почти в прямом смысле. — Ты так упорно трудишься, — послышалось вдруг со стороны. Сидя на невысоком деревянном заборе, Ичиное внимательно смотрел на меня. — Наслаждаюсь продуктивным днем, — я пожала плечами, — Приходи на ужин. Я планирую приготовить что-нибудь необычное.       Глаза шатена вмиг загорелись. — Обязательно!       Я мягко улыбнулась и зашла в дом. Джина нигде не было, и тем лучше.       Здесь обошлось без лжи: я действительно вложила душу в ужин, уйдя с головой в готовку на несколько часов. Я потушила мясо, пожарила рыбу, сварила кашу, картошку и суп. Когда вернулся Джин, его так и сразил запах свежеприготовленного, который гулял по всему дому и даже проник на улицу, сражая прохожих наповал. На кухню уже несколько раз заскакивал Ичиное, но был выпихнут не менее голодным братом.       Солнце постепенно катилось к горизонту. Мне уже пора было выдвигаться, но все только начали собираться. Я старалась как можно быстрее накрыть на стол, из-за чего несколько раз словила на себе загадочный взгляд Джина, но все же удалось аргументировать свою спешку остывающей едой. Поверили.       Ичиное первый сел за стол, бегло осматривая все голодными глазами. Я бы посчитала это забавным, однако мысли мои были совсем о другом и совсем не здесь.       Когда все наконец сели, я не спеша скрылась за дверью, ведущей на кухню. Обычно я ела вдали от всех. Дело было не только в порядках — я просто не любила толпу. Но в этот раз Джин позвал меня поужинать со всеми. Интересно, он что-то чувствовал в этот момент или это было спонтанное решение. С горем пополам я все же отказалась от предложения, настояв на том, что не желаю уходить от старых привычек. Мне показалось, Джин в этот момент что-то заподозрил, поэтому я еще долго стояла в дверях и озаряла всех фальшивой улыбкой. После того, как брат вроде бы успокоился, я постаралась быстро и незаметно покинуть дом. Время сильно поджимало.       Последние лучи солнца уже совсем не грели, из-за чего я невольно поежилась, но шаг не сбавила. Деревня стала постепенно отступать, перед глазами предстала широкая дорога, ведущая в лес. Пока я добралась до этого места, небо вовсе потемнело, оставив розоватую полосу на том месте, где еще несколько минут назад горело солнце.       Увидев высокий стройный силуэт, в котором сразу же узнался Кийомару, я вовсе перешла на бег, с трудом держа длинный подол кимоно. Когда расстояние сократилось до полуметра, юноша широко расставил руки, и я, сорвавшись с места, обвила его шею руками и крепко обняла. Голубоглазый в ответ прижал меня к себе и томно вздохнул. — Джена… — прошептал он, крепче прижимая меня, после чего чуть отстранился, чтобы взглянуть на меня, — Ты так легко оделась. — Все нормально. Сейчас это совсем не важно, — я слабо улыбнулась, — Ты… Ты ведь заберешь меня? — А ты хочешь идти? — спросил светловолосый, не сводя с меня пристального взгляда. Я сначала замялась, но в следующую секунду нахмурилась. — Конечно хочу! — Хорошо, — он облегченно выдохнул и улыбнулся, — Я боялся, что ты… — Я с самого начала хотела уйти, — перебила я его, отведя взгляд, — Просто не могла… — Понимаю. Тогда, идем?       Юноша с нежной улыбкой протянул руку. Ничего не ответив, я взяла его за руку, но не выдержав, вновь крепко обняла, и робко прошептав: — Спасибо…       Кийомару ответить не успел. В эту секунду в метре от нас со свистом в землю вонзилась стрела, из-за чего я невольно вздрогнула. — Уходим, — быстро кинул ниндзя и, схватив меня за руку, сорвался с места.       Откуда-то позади послышались голоса, в которых я сразу узнала трио. Кийомару вдруг свернул с дороги, нырнул в кусты и продолжил бежать, маневрируя между близко стоящими деревьями. Периодически слышался свист и стук вознзающихся в кору или землю стрел. Сердце бешено колотилось. А если попадут? — Они там! — я услышала голос Ичиное. — Не оборачивайся, — вдруг выпалил Кийомару, видимо заметив мое беспокойство, — Сюда!       За очередными кустами показался могучий конь ниндзя, склонивший голову, иногда пофыркивая. Кийомару ловко подхватил меня и усадил в седло, после чего запрыгнул сам. В этот момент, когда конь звонко заржал и сорвался с места, в нескольких сантиметрах от меня пролетела стрела. Обхватив руками крепкое тело юноши, я прижалась к нему, чтобы не упасть. — Надо выйти на главную дорогу. Там… — начал светловолосый, но внезапно замолчал, — Черт!       Из ниоткуда выскочили несколько всадников — Ичиное, Сейчиро и Ниноками, судя по голосам, однако оборачиваться и уточнять я не стала, лишь еще сильнее сжалась. — Все будет хорошо. Не бойся, — успокоил меня Кийомару, — Но будь готова…       Из-за свиста ветра и шума позади я не расслышала конец фразы. Мимо пролетела еще одна стрела, конь несся все вперед и вперед, а преследующий нас топот стал постепенно стихать, но не прекращаться. — Джена, — вновь заговорил ниндзя очень серьезным голосом, — Конь начнет поворачивать — отпускай меня. — Что?! — тут же воскликнула я, — Я же упаду! — Верь мне, — строго отрезал он.       Я верю, но… Нет. Я верю.       Конь не сбавлял скорости. Я вдруг вспомнила, что когда жила в доме Кийомару, он называл своего друга Громом. Гром… Что бы не придумал этот парень, не подведи.       Ниндзя резко дернул за поводья, и скакун, чуть помедлив, стал сворачивать направо. Сейчас.       Стиснув зубы, я прикрыла глаза и отпустила руки, из-за чего сразу же стала выскальзывать из седла. Однако до того как я свалилась совсем, крепкие руки схватили меня. Удар. Поспешно открыв глаза, я осмотрелась. Падение оказалось мягким благодаря Кийомару, который полностью закрыл меня от падения, хоть и рухнули мы в кусты. Я поторопилась подняться, но ниндзя продолжал держать меня. — Не торопись.       Долго ждать не пришлось. Уже через полминуты появились всадники Коги и проскакали мимо, свернув за Громом, пока я недоуменно хлопала глазами. Вот оно что.       Когда топот стих, а преследователи полностью скрылись из виду, ниндзя наконец разомкнул руки. — Кийомару! Ты как? — засуетилась я, сначала подскочив, потом присев рядом и пристально взглянув на него. Юноша тяжело вздохнул и приподнялся. — Все в порядке. Нам надо торопиться, — немного холодно ответил он.       Поднявшись на ноги, светловолосый отряхнулся и подал руку, помогая встать и мне.       Так как была очень большая вероятность вновь наткнуться на трио, нам пришлось свернуть с дороги и пойти другим путем, из-за чего придется навернуть немаленький такой круг. Но оно того стоило. Если нас поймают, Кийомару может пострадать, а мне запрут в худшем случае, ибо Джин все равно не будет строг со мной.       Долго мы брели по лесу, мелькая среди деревьев. Я даже сбилась со счету времени и расстояния. Кроме шелеста листвы и хруста веток под ногами ничего слышно не было. Погони нет. — Постой, — на выдохе проговорила я, уже еле передвигая ногами, — Никого нет вокруг ведь.       Кийомару остановился, хоть и не сразу. — Устала? — тихо спросил он, чуть приблизившись, на что я слабо кивнула.       Юноша выпрямился и стал прислушиваться, в то время как я пыталась отдышаться и насладиться коротким перерывом между беготней. — Погони действительно нет, — после небольшой паузы заверил он, — Но нам не стоит долго стоять на месте. Верхом им не составит труда нас догнать. — Да…       Ниндзя обеспокоенно взглянул на меня, взяв за руки. — Мы не будем идти всю ночь, — вполголоса промолвил он и вздохнул, — Но прежде чем остановиться, нам надо уйти подальше от долины. К тому же, мы пошли в обход, поэтому до Иги еще очень далеко.       Я ничего не ответила и в какой-то момент почувствовала себя обузой для Кийомару. Если бы не я, он давно уже был бы в Иге, его бы не ранили тогда, он бы не мучился…       Юноша, видимо, заметив мое состояние, крепче сжал руку и улыбнулся. — Пойдем.       Мне немного полегчало, но чувство вины не отступало еще долго.       Еще не меньше часа мы шли по темному лесу, не нарушая тишины, но чуть позже стали доноситься какие-то шорохи, которые заставили насторожиться. После я поняла — начинается дождь. Сначала нас несильно это обеспокоило, кроны ветвисты деревьев служили хорошим навесом. Однако уже через минут пятнадцать дождь стал превращаться в сильнейший летний ливень, от которого лес никак не мог нас укрыть. Пришлось вновь перейти на бег. Мое легкое кимоно вмиг промокло насквозь и потяжелело, путаясь в ногах. Бежать было крайне неудобно, отчего я замедлилась.       Вскоре мы вышли на небольшую поляну перед крутым склоном. — Там пещера, — Кийомару указал куда-то в сторону. Его голос был едва различим из-за шума дождя.       С трудом перепрыгнув огромную лужу перед входом в убежище, мы наконец остановились. Не выдержав, мои ноги перестали держать тело, и я обессиленно рухнула наземь. Прежде чем сесть тоже, ниндзя внимательно осмотрел каждый уголок небольшой пещеры. — Вот и отдохнем, — на выдохе выпалил он и присел у большого камня.       Недовольно хмыкнув, я обернулась на непроглядную тьму леса. Свинцовые тучи заволокли все небо, из-за чего не было видно ни звезд, ни луны. Шум воды эхом отдавался от каменных стен пещеры. — Устала? — негромко спросил юноша.       Не оборачиваясь, я неопределенно покачала головой. Из-за усталости и тяжести в ногах я даже холода не чувствовала. Но это пока что. Кийомару вновь заговорил: — Могу разжечь костер, но не думаю, что его хватит на всю ночь. — Хоть какое-то тепло.       В пещере и без того не так много было веточек да листьев, а сухих еще меньше. Пока Кийомару возился с камнями и пародией на хворост, я перебралась подальше от выхода и присела у большого валуна. Долго мы сидели в тишине, которую нарушали лишь частые поцокивания камней. Вскоре послышался воодушевленный возглас юноши, и листья возле него слабо задымились, однако ждать еще пришлось много, пока это все разгорится. Наконец Кийомару облегченно выдохнул и присел возле меня. — Ночь теплая, несмотря на ливень, — промолвил он, — Но мокрая одежда сильно портит картину.       Ниндзя слабо улыбнулся. — Мое кимоно обычно быстро сохнет. Оно легкое, но… — я запнулась. Оно, конечно, легкое, но его надо расстелить или повесить. Я косо взглянула на Кийомару, чего он не заметил, — Но нет.       Я окинула внимательным взглядом светловолосого: его одежда была куда плотнее и массивнее моей. — Ты заболеешь, — едва слышно выпалила я. — Да нет, все в порядке.       Я нахмурилась и аккуратно взяла его за руку. Она была ледяной, хотя обычно я пугала всех своими холодными прикосновениями. К шее. Джин за это не любил меня, как и Ичиное, впрочем. — Ты уже замерз.       Потупив голову, он что-то пробормотал под нос и вздохнул. Немного замешкавшись, он стянул с себя плащ и весь верх одежды и, явно стараясь не смотреть на меня, разложил все возле слабо колыхающегося костра. Кийомару сел чуть подальше от меня. Похоже, это его смутило куда больше, чем меня, что не могло не веселить.       Мы вновь какое-то время сидели в тишине, погрузившись в свои думы. Костер грел слабо, но юноша выглядел уже лучше. Вдруг мне в голову пришла идея, которая меня же и смутила, но в конце концов она показалась мне разумной. Я поднялась. — Кийомару, — тихо позвала я его, но добавила прежде, чем он успел отреагировать, — Не оборачивайся.       Ниндзя слабо вздрогнул, но послушался.       Немного потоптавшись на месте, я отвернулась и вновь замерла. Неужели это я…       Глубоко вдохнув сырой воздух пещеры, я не спеша стянула с плеч тонкое атласное кимоно, которые уже успело немного подсохнуть. Пояс упал на холодный каменный пол, больше не удерживая одежду на талии, и я осталась в одном белье, прикрываясь нарядом. — Закрой глаза, — еще более тихо и смущенно попросила я. Кийомару даже не двинулся.       Я подошла к нему и, присев рядом, аккуратно накрыла нас, как одеялом, облокотившись на валун позади. Юноша открыл свои голубые глаза и удивленно взглянул на меня. — Джена… — Так теплее, — перебила я его, тем самым показывая, что не хочу это обсуждать. И без того стыдно. И к счастью, он меня понял, мягко улыбнувшись. — Узнают об этом во дворце — меня серьезно накажут, — слабо усмехнулся он.       Я решила ничего не отвечать и перевела взгляд на костер. Огонь медленно колыхался, редко потрескивая. Наверное, он скоро уже потухнет.       Завороженная медленно танцующими языками пламени, я и сама не заметила, как моя голова приземлилась на плечо Кийомару. Постепенно меня стало клонить в сон, но как только я закрывала глаза — сонливость как рукой снимало, поэтому я просто продолжала лежать на плече юноши. В какой-то момент я почувствовала теплое дыхание на лице и пристальный взгляд, и открыла глаза. — Кийомару? — тихо промолвила я. — Погубит меня это. Погубишь меня ты, — внезапно прошептал он, чуть нахмурившись, но в глазах его показалась некая тоска, — Но я готов погибнуть от тебя.       Прежде чем я осознала сказанное им, мягкие губы Кийомару накрыли мои. Я замерла. Неужели это правда? Неужели я не сплю? Не веря в происходящее, я робко ответила на поцелуй. Рука юноши мягко скользнула по моей щеке и остановилась на затылке, аккуратно поглаживая еще влажные волосы. Эти руки всегда были нежны со мной, но теперь… Теперь иначе.       Я на мгновение отстранилась от ниндзя, остановив взгляд на его светло-голубых глазах. — Если так, то я готова погибнуть вместе с тобой.       Кийомару посмотрел на меня так, как не смотрел никогда. В его глазах отражались и страх, и счастье. Я мягко улыбнулась, и в этот момент юноша вновь приник к моим губам, но в этот раз уже более уверенно, более властно. Невольно я обвила его шею руками, в то же время руки юноши спустились на мою талию и крепко прижали к себе. Меня уже не волновало сползающие кимоно, которое уже скоро упадет на пол совсем. Мне было все равно даже на горящие щеки. Все же, я никогда не была так близка ни с кем.       Я вдруг почувствовала, как Кийомару потянул меня на себя, еще сильнее прижимая к своему телу. Не разрывая поцелуй, он аккуратно приподнял меня и также аккуратно усадил на себя. — Джена, — вдруг светловолосый чуть отстранился и, коснувшись своим лбом моего в шуточном жесте «бодаемся», пристально посмотрел мне в глаза, — Я люблю тебя.       Меня как стрелой пронзило. Я замялась. — Я… — внутри все сжалось, а сердце едва не выпрыгивало из груди. Я… сомневалась? Нет. Я давно знала, что могу ответить, — И я тебя люблю.       Я мягко провела рукой по его щеке и улыбнулась. Мы вновь слились в поцелуе. Смущение потихоньку отступало, движения становились увереннее. Рука Юноши скользнула по моей спине, заставив резко выпрямиться и выдохнуть. А дышать становилось все тяжелее. С каждым касанием тело так и загоралось неистовым, неизведанным огнем. Казалось, оставшаяся одежда сдавливала легкие, и еще немного — и я задохнусь.       Кийомару опустился к моей шее, покрывая ее нежными поцелуями. Томно вздохнув, он за бедра крепче прижал меня к себе. Жарко. С каждым разом поцелуи становились все глубже, все настойчивее. И я уже поняла, что просто так мы теперь не остановимся. Слишком много терпели, слишком долго ждали. Однако Кийомару медлил. Он вдруг заговорил. — Джена. Скажи мне, — вполголоса промолвил он, обжигая горячим дыханием мою шею, — Ты боишься меня? — Я не могу бояться тебя, — сразу ответила я без заминок, — Я счастлива, что ты сейчас со мной.       Теперь уже я с жадностью впилась в его губы. Застопорившись, ниндзя выдохнул и крепко обнял меня. Его руки стали властно гулять по всему моему телу, изучая каждый миллиметр кожи, каждый изгиб. Наконец рука остановилась, а шнурок лифа резко ослаб, и я освободилась от последних оков, затрудняющих дыхание. Здравомыслие не покинуло меня полностью. Стало невероятно стыдно, что кто-то видит меня такой. Невольно я прижалась к Кийомару, чтобы хоть как-то прикрыть оголенное тело. И я почувствовала, как горело и его тело, и как оно было напряжено.       Вдруг юноша, аккуратно придерживая за спину, положил меня на мое же кимоно, служившее теперь простыней, и навис надо мной. Его губы в очередной раз приникли к моей шее, целуя ее уже несколько грубо и опускаясь ниже к груди. Поцелуи один за другим покрывали кожу, заставляя то охнуть, то затаить дыхание вовсе. Иногда появлялись сомнения, порожденные страхом перед неизведанным, но чувства были выше и сильнее. — Я хочу… — прошептал Кийомару, подняв голову и взглянув на меня. Его глаза так и сверкнули в свете костра, — Чтобы ты стала только моей принцессой. — Я и так только твоя принцесса.       Это были последние слова. Последнее, что держало нас. И все сомнения вмиг исчезли. Я хочу быть его.       Оставшаяся одежда вмиг оказалась на полу, перестав быть для нас преградой. Кровь бурлила, тело горело. Кийомару вновь поцеловал меня, и в следующее мгновение мы слились в одно целое. Тело будто пронзили. Острая боль отдавалась каждой частичкой. Около минуты юноша не двигался и не дышал, давая мне возможность прийти в себя. Дыхание нормализовалось, страсть завладела обоими. Первые тихие вздохи и стоны сорвались с уст. Две души стали одним целым.       Еще вчера я не думала, что со мной когда-нибудь такое произойдет. Еще час назад. А сейчас… Сейчас я едина с мужчиной, которого люблю. Люблю. Люблю!       Дрожь пробивала все тело. Оно не подчинялось разуму. Оно шло на поводу у сердца, опьяненного страстью. Каждое движение, каждое касание, каждый вдох и выдох были наполнены высокими чувствами. Дыхание обжигало. Внутри вовсе царила огненная геенна. Поцелуи заставляли вздрагивать.

Кийомару. Мы теперь вместе.