Как в сказке 2

Рыжие цветки огня свечи ритмично покачивались из стороны в сторону и медленно меркли в голубых глазах уставшей кошки. Горячие капли воска еле-еле стекали по чуть сморщенной свече желтовато-белого цвета и застывали на пыльном голубоватом блюдце. За окном усиливающийся ветер раскачивал гибкие молодые ветви и терзал тёмную листву. Маленькие блестящие точки стали одна за другой меркнуть на небе — их закрывали собой серо-лиловые тучи, пригнанные ветром откуда-то с юга. В воздухе витал запах приближающегося дождя. Сон стал одолевать кошку, и она, покорно сдавшись, прилегла на ковёр около девочки и, лишь прикрыв глаза, провалилась в забытье. Она не слышала, что стало происходить вокруг спустя час… Чернота вокруг стала расползаться в стороны, тихо шипя, словно рассерженные змеи. Перед Арси, принявшей во сне свой нормальный человеческий облик, раскинулась тропинка из приглушённого бледно-синего холодного света. Будто зачарованная, девушка ступала по ней непривычными ногами, спотыкаясь на ровном месте. Судорожно выдыхаемый ею горячий воздух превращался в полупрозрачный пар и быстро таял в окружающей тьме. Она не знала, сколько уже идёт неизвестно куда. Пару минут? Час? Вечность? Но вдруг ей в лицо дунул тёплый воздух, пахнущий чем-то далёким, знакомым и приятным. От наслаждения Арси прикрыла голубые глаза, угольные зрачки которых всё ещё оставались суженными, кошачьими. Чуткий слух уловил звук падающей воды и лёгкий шелест листвы вдалеке, а ещё чьё-то спокойное дыхание и тихие, почти неслышные шаги мягких лап. Впереди показался огромный силуэт идущего прямо к ней животного. Испуганная девушка затаила дыхание и закрыла лицо руками, которые были украшены тонкими чуть изогнутыми белыми коготками. Тишина. Ни звуков, ни запаха кругом. Синеволосая опустила отяжелевшие руки и посмотрела перед собой, и её сердце пропустило удар. В паре метрах от неё стоял исполинских размеров белый тигр. Зверь с минуту смотрел на неё ярко-синими глазами, а затем неожиданно исчез… Вместо него появилась прозрачная гладь запотевшего зеркала. Решительно Арси провела ладонью по нему, стирая белую пелену, и ужаснулась — её отражения там не было, хотя девушка точно знала, что сейчас стоит перед зеркалом. Но, опустив взгляд, она поняла, что к чему — волшебное зеркало показывало кошку. Маленькую, серую, голубоглазую… и на её тонкой шее красовался розовый ошейник. А через миг по зеркалу как будто кто-то сильно ударил с «той» стороны и, покрывшись многочисленными трещинами маленькими и большими, стекло разбилось на тысячи острых осколков, разлетевшихся во все стороны. Резко вдохнув прохладный свежий воздух, кошка проснулась. Вокруг было темно, лишь еле видные полосы света из окна говорили о том, что это не сон. Уняв прерывистое дыхание, Арси села и вновь оглядела пустую комнату: ни стола, ни ковров, ни подушек не было, как и старухи с девочкой. Зэма тоже не было видно. — Эй! Есть кто-нибудь?! — её испуганный, чуть хриплый голос эхом отскочил от голых стен. Лишь удары начинающегося дождя прерывали тишину. Арси всем своим тельцем прижалась к пыльному бетонному полу и зажмурилась. В груди зарождалась истерика. В глубине сознания проснулась клаустрофобия — захотелось немедленно выйти из помещения, на свежий воздух. Кошка взглянула на окно — оно было заколочено старыми трухлявыми досками, а рыжие шляпки ржавых гвоздей почти сливались с гнилой древесиной. Определённо, оно было забито очень давно. Но ведь ещё вчера вечером этих досок не было! И снова она закрыла глаза. Усиливающийся шёпот дождя и листьев напомнил ей о звоне осколков разбившегося зеркала из сна. Почему и зачем ей это приснилось? Вряд ли её уставшее сознание могло самостоятельно нарисовать эти образы. После слов старухи Вадомы всё казалось ей каким-то другим, всё имело потаённый смысл. Теперь она не верила с совпадения. Осталось разобраться, что же происходит в том доме и, в частности с ней. Капли воды стали бить сильнее по дырявой крыше. Арси решила выйти из этой комнаты, заметив несколько дыр в потолке. Холодный тёмный коридор встретил её запахом недавнего костра и воска. Значит, цыгане ей не приснились. Они были здесь и разжигали огонь. — Но куда они пропали? — оглядываясь, спросила тишину кошка. Тишина ответила ей приглушённым эхом. Голубоглазая вышла на порог дома. Старая древесина успела намокнуть. Дождь набирал обороты. В вышине громко и тоскливо завывал ветер, срывая сухие ветви и слабые листья с деревьев. Арси прикрыла глаза, снова вспоминая сон. Несколько капель упало ей на мордочку. Они были вовсе не холодными, а такими тёплыми, как… как тот ветер из сна. Она улыбнулась и подсела ближе к краю, подставляя себя под ласковый летний дождь. Вокруг царил хаос: грязь, лужи, чёрное заплаканное небо, но в голове у кошки летали приятные, тёплые, как этот дождь, мысли. Скоро всё наладится. Это она знала точно. Странный лязгающий звук отвлёк её от размышлений — кто-то, громко шлёпая по лужам, направлялся прямо во двор дома, на пороге которого и сидела сейчас Арси. Уже через полминуты через дыру в заборе показалась тёмно-рыжая собачья морда. Кошка нервно сглотнула. Пёс, прыгнув в небольшую лужу, оказался во дворе, в двух десятках метров от неё. В дыре показались ещё две морды: грязно-белая с чёрным пятном вокруг правого глаза и чёрная с желтоватыми пятнами. Голубоглазая чуть не задохнулась — это были те самые три собаки, которые напали на неё в первый день, тогда её от них спас Оптимус… Сияющие глаза белого тигра напомнили ей о синих глазах Прайма. — Эй! Грязныешавки! — неожиданно даже для себя выкрикнула Арси. Адреналин бушевал в её разгорячённой крови. Три небольших, но опасных дворняги показались каким-то маленьким пустячком. — Что застыли? Поймайте меня! И она ринулась к забору, в противоположную сторону от собак. Разгневанные псы тут же погнались за нахалкой. К счастью, их ненадолго остановил забор, что дало немного времени кошке, чтобы отбежать подальше. Грязные, уже не серые лапы шлёпали по лужам, которые казались Арси тёплыми, словно парное молоко, а брызги от них и сами капли дождя ласковыми солнечными лучами. Она сошла с ума? Возможно. Возможно, просто тёплый летний дождь опьянил её рассудок. Но что-то, какая-то неведанная сила вела её, защищала от собак, которые были всё ближе и ближе. Голубоглазая резко свернула на другую улицу и чуть не задохнулась от радости, неожиданно наполнившей ей грудь — она была на той самой улице, уже почти близко к тому самому дому…

***

Странные видения из прошлого, что пришли к Оптимусу во сне, не дали парню как следует выспаться. Он долго ворочался в кровати, смотря то на потолок, то в окно, слушая, как меняется погода на улице. «Наверное, будет дождь», — подумал Прайм перед тем, как, наконец, закрыть глаза и вновь провалиться в царство Морфея. На этот раз ему ничего не приснилось. Проснувшись утром, Оптимус почувствовал жуткую усталость. Он не выспался. Но, тем не менее, парень всё же нашёл в себе силы встать. Размяв руки и шею, он направился в ванную комнату, где в зеркале его поприветствовало собственное замученное отражение. Умывшись ледяной водой, синеволосый немного пришёл в себя и спустился в кухню. Судя по часам, его брат и отец уже позавтракали. Пустота в голове преследовала его от кровати и до кухни. Ему казалось, что он забыл, что такое чувства. Апатия. Позавтракав безвкусной пищей, парень вернулся к себе в комнату и сел на незаправленную кровать. «Что со мной происходит?» — мысленно спрашивал он пустоту, нехотя натягивая джинсы и лёгкую куртку. Было довольно прохладно. Неожиданно его душу посетило неясное тревожное чувство, которое тут же, завладев его телом, повело его на улицу. Оптимус вышел на порог, и тут же на ему на лицо упало несколько капель. Они не были холодными, совсем наоборот — они были тёплыми и приветливыми, и тоже звали его за собой. И парень, больше не пытаясь сопротивляться, вышел за двор. Не замечая луж, он не спеша ступал по мокрому асфальту. Приятный звон капель успокаивал. Но сладкая пелена спокойствия треснула вместе с собачьим лаем и громким шлёпаньем. Звуки приближались, и меньше, чем через полминуты, на перекрёстке показался серый кошачий силуэт. Она не видела, куда бежала, но знала, если остановиться — смерть! Дождь всё ещё был тёплым, но уже не казался таким приятным: шерсть намокла и отяжелела, лапы скользили по грязи, а капли мешали глазам. Перед собой она увидела человека и, подчиняясь вспыхнувшим инстинктам, бросилась к нему. С трудом перескакивая очередную лужу, Арси поскользнулась и почти упала, но её поймали горячие осторожные руки и подняли над землёй. Собаки грозно зарычали. — Фу! Кыш от сюда, псины! — услышав знакомый голос, голубоглазая вымученно улыбнулась: — Опять ты? — А кто ж ещё? — усмехнулся Прайм, прижимая уставшую намокшую кошку к груди. — Ты надеялась, что сможешь так легко от меня отделаться? — От тебя отделаешься! — закатила она глаза. Тёплый дождь стал утихать. — И кстати, чего это ты под дождём гуляешь?! Заболеешь — сидеть с тобой не буду! — Могу сказать тебе тоже самое, — смеясь, ответил Оптимус. Они ещё немного постояли на улице, посреди дождя, а потом, чуть замёрзнув, пошли в дом.