История, которую занесло снегом

      Высокий блондин уверенно вел за руку дрожащую от холода девушку по узкой тропинке в снегу. Он защитит Нами-сан от чего угодно! Даже сейчас, когда на ночь глядя сломался автомобиль девушки, и они оказались одни посреди снежной бури. Нами-сан везла в свой город знакомить со строгой родней набивающегося в женихи парня, но когда автомобиль внезапно заглох на пустынной заснеженной дороге, они оказались в ловушке — без связи, без тепла, за два часа по дороге не проехала ни одна машина. С самого утра мело, и, с трудом разлепляя глаза от снега, они смогли разглядеть чернеющий на фоне ослепительной белизны старинный особняк чуть поодаль от дороги. — Санджи-кун, так холодно! — пожаловалась девушка, и он отдал ей свои кожаные перчатки поверх ее тонких трикотажных. Сам блондин терпеть не мог мерзнуть, худой и длинный, он постоянно страдал от холодных пальцев и вечно мерзнущих ног, но он может потерпеть, да и сигареты согревают, а Нами-сан того гляди заболеет. Девушка благодарно улыбнулась, и это согрело его сильнее любых перчаток.       Представший перед ними огромный особняк пугал своей мрачностью: тяжелые дубовые двери, старинный фасад, каменные колонны, будто из фильмов про жуткие семейные тайны и проклятия. По спине Санджи пробежали мурашки, он сглотнул, но решительно взялся за старомодный надверный молоток и постучал. Тишина. Никого. Он постучал еще раз, и еще, но прошло полчаса у входа, и никто и не стремился открывать. — Давай я, — Нами тихо подошла сзади, извлекла из копны роскошных волос шпильку и повозилась в замке. Дзынь — с легким скрипом дверь приоткрылась, сразу выпуская наружу порцию тепла. Блондин нервно закусил фильтр сигареты: если внутри было тепло, значит особняк кто-то топил. Хозяева были здесь. Долго ждать не пришлось, послышались стремительные тяжелые шаги. — Кто посмел без спроса ворваться в мой дом?! Взломать замок?! — в гостиной, из которой была видна прихожая, показался высокий накачанный мужчина. Его властный голос, уверенные, почти агрессивные движения, а также шрам поверх закрытого левого глаза придавали ему поистине жуткий вид. Если бы не всклокоченные зеленые волосы, явно говорившие о том, что их обладатель только что дрых после обеда, как восьмилетка. Нами пискнула от страха и прижалась к спине Санджи, уже не думая, что вскрыть дверь было удачной идеей. — Это… это сделал я, за что вынужден искренне извиниться, — взял на себя ее вину Санджи. — Мы со спутницей так замерзли, что не могли больше оставаться снаружи. Мы все починим, мы только просим вас… — Телефона нет, — рыкнул зеленоволосый, изучая одним зелено-золотистым глазом парочку незваных гостей. — В пятницу будет приезжать доставка еды на неделю, она вас вывезет. — В пятницу… — огорошено пискнула Нами, — но ведь сегодня воскресенье…       Зеленоволосый кивнул: — Дни недели знаешь, рыжая. Это все, чем я могу вам помочь. До свидания, — и негостеприимный хозяин дома сложил на груди мускулистые руки, всем своим видом показывая, что пора прощаться и уходить. — Постойте! Позвольте… позвольте нам остаться у вас до пятницы. Нам некуда идти, там жуткий холод. Мы отплатим вам за проживание. Я шеф-повар, приготовлю на заказ любое блюдо! — Я и сам себе готовлю, — пренебрежительно цыкнул хозяин. — И что-то жидкая плата за то, чтобы я терпел двоих лишних шумных людей в моей берлоге. Я не для этого уехал за сто километров от цивилизации.       Повисло тягостное молчание. Санджи панически соображал, как обеспечить Нами-сан живительное тепло, когда тут такой упрямец. Но изучавший их пристальным взглядом упрямец вдруг вновь заговорил: — Хотя раздевайтесь, у меня есть для вас свои условия.       И вот они сидят на дорогом бархатном диване в обитой дубом гостиной, жмутся к друг другу боками, как снегири, и ждут своей участи. Чтобы приободрить девушку, Санджи аккуратно взял ее за руку. Зеленоволосый хмыкнул. — Я владелец этого поместья Ророноа, меня зовут Зоро. Как вы поняли, людей я не люблю, в помощи и компании не нуждаюсь, так что вам тут не рады, хоть неделю в машине живите и согревайте друг друга теплом своих тел или как там у вас принято, — он замолчал и смерил притихших гостей суровым взглядом. — Но есть кое-что, чего мне в дали от цивилизации все же не хватает.       Притихшие Санджи и Нами все обратились в слух, вот их спасение! — Тут нет людей, и я скучаю по сексу, — зеленоволосый увидел, как хором вздрогнули двое. — Мне плевать, с кем именно, вы это сами между собой решите. Девка, конечно, предпочтительнее, но на таком голодном пайке и парень сойдет. — Чт… ЧТО?! — Санджи тут же вскочил с места и схватил за грудки наглеца. Да, у него есть особняк, у него есть тепло, но всему должны быть границы! — Как ты смеешь предлагать такое Нами-са… Он только сейчас увидел, что ему в горло упирается острое лезвие катаны. Черт, и когда этот зеленоволосый успел ее достать? — Остынь, парень. Это мой дом, мои правила, не очень вежливо нападать на хозяина. Тем более, — и тут Санджи почувствовал прикосновение второй катаны. Она ласково прошлась по щеке, он не мог двинуть головой, так как первая катана все еще была у горла, потому вторая легко оставила небольшой порез-напоминание, из которого по щеке покатилась капля крови. — Не устраивает, никого не держу. Я даже добрый, можете сегодня переночевать здесь, но чтобы в девять утра я вас тут уже не видел, если не согласны. Иначе познакомлю с моими катанами поближе.       Санджи яростно сверлил взглядом зеленого наглеца, тот отвечал ему уверенной усмешкой. В итоге он ощутил, как за пиджак сзади его потянула Нами: — Не следует нападать на владельца дома, который впустил нас погреться. Мы же не преступники. Давай переночуем сегодня здесь в гостиной, а завтра уйдем, хорошо, Санджи-кун? — Нами просила кротко и ласково, глаза Санджи тут же превратились в два сердечка. — Как прикажете, Нами-сан!       Зеленоволосый буркнул что-то вроде «решайте», убрал катаны и ушел к себе в спальню на второй этаж. Он совсем не боялся, что его ограбят, видимо, бежать при сломанной машине отсюда и правда было некуда, и хозяин это знал лучше всех. Парочка гостей разместилась прямо здесь в гостиной, Нами достался диван с пушистым пледом, но больше тут мебели для сна не было, а предлагать спать вместе девушке, с которой у него только начинался конфетно-букетный период, было для Санджи кощунством. Но он не жаловался, он так мерз, что был счастлив возможности лечь спать на шкурах прямо возле горячо растопленного камина. Что же делать завтра? Куда податься? Разрешит ли хозяин особняка остаться внутри хотя бы Нами, если Санджи будет готовить ему лучшие блюда и уходить потом на улицу? За его блюдами в ресторане старика очереди выстраивались… Нами на диване чихнула, и сердце Санджи сжалось, девушка сегодня так замерзла. Еще один день на ветру и морозе, и она точно заболеет, и серьезно. О себе он не думал, он думал об условии зеленоволосого… Через два бессонных часа он тихо-тихо поднялся со своего места, накрыл шкурами слегка похрапывающую из-за заложенного носа Нами и мягкой кошачьей походкой отправился наверх.       Спальня хозяина нашлась сразу — оттуда раздавался могучий храп. Санджи аккуратно прикрыл дверь, чтобы все происходящее здесь навсегда осталось в пределах комнаты, и стянул с себя брюки. Рубашку решил оставить, в ней теплее, да и какая разница этому извращенцу. Он неслышно проскользнул на кровать и уставился на лицо хозяина в слабом свете луны. Оно было спокойно и умиротворено, лоб не хмурится, волевая челюсть расслаблена, губы слегка приоткрыты, во сне тот не казался жутким. Скорее… сильным и одиноким? — Эй, — Санджи легонько потряс Зоро за плечо. — Эй, просыпайся… — Э?! Чего?! Кто здесь?! — сказать, что хозяин особняка был ошарашен, ничего не сказать, он ошалело озирался спросонья в своей комнате. — Это я, твой гость. Я не могу позволить Нами-сан вернуться на мороз, она плохо переносит холод. Но я не хочу, чтобы она за меня переживала. Потому я согласен на твои условия, но ты не должен говорить Нами-сан. Она наверняка заставит нас тут же покинуть особняк и заболеет! Потому, все, что сейчас случится, — секрет… — с этими словами Санджи припал ртом к губам все еще смотрящего как сова спросонья хозяина кровати. Санджи очень боялся передумать и сбежать, потому поцелуи получились стремительными, торопливыми, почти требующими у хозяина — действуй же! Санджи никогда не спал с мужчинами, но порой находил своих знакомых привлекательными (в тайне от друзей, конечно же!). Потому он закрыл глаза и заставил себя думать, что это все добровольно и как раз тот «новый опыт в постели», о котором он иногда подумывал. Его руки скользнули на плечи хозяина, тот спал с голым торсом, потому Санджи легко смог нащупать бугристые мышцы спины, такие приятно горячие на ощупь, рукам было тепло…       Проснувшийся наконец от неожиданной побудки хозяин сообразил, что к чему, и ответил на поцелуй, почти сразу запустив руку под рубашку блондина и поглаживая его поджарый торс, обводя большим пальцем чувствительные соски. От этих касаний и жара чужого тела голова у Санджи поплыла, и он с облечением отметил, что переступить через себя ради Нами будет не настолько отвратительно и больно, как он рисовал себе два часа, что собирался с духом на шкурах перед камином.       Рука хозяина опустилась ниже, дошла до талии и упокоилась на голой ягодице Санджи, внутри тот всхлипнул, но заставил себя успокоиться и не дрожать. Он делает это ради Нами-сан. Усилием воли Санджи заставил себя перенести вес и усесться на живот нежеланного любовника, ощущая, как жестче сжимаются чужие пальцы на его бледной коже ягодиц, но не прерывая поцелуя. Нечего с этим тянуть.       Он подался назад только чтобы уткнуться задницей в уже вставший от поцелуев и петтинга член шантажиста. Заведенной за спину рукой он высвободил его из свободных пижамных штанов и поймал ладонью, зеленоволосый мужчина рыкнул прямо ему в губы, одобряя такую решительность. Решительность, ха. Санджи понятия не имел, как занимаются сексом двое мужчин, потому что если бы имел, то ни за что бы не согласился. Он приставил чужой член к заднему проходу и попытался слегка податься назад, насаживаясь на него. Он моментально ощутил там сзади разрывающую боль и попытался дернуться вперед, но было уже поздно. Стальные руки держали его за талию и задницу, полностью контролируя все движения тела. Они же и не дали ему вырваться, медленно продолжая насаживать на член.       Было адски больно, Санджи выгнулся назад под неественным углом, лишь бы только не закричать, не разбудить спящую ангельским сном внизу Нами-сан. Дело шло мучительно туго, мучительно медленно, помогала лишь выделявшаяся из головки члена его мучителя смазка, но ее не хватало… Санджи не знал, сколько времени прошло — пять минут, час? — пока он не ощутил наконец, что хозяин вошел в него до упора и снова рыкнул, удовлетворенно. Он что — животное? И да, он был животное, потому что только животное способно начать двигаться сразу же, когда насаженный на твой член человек извивается и выгибается от боли. — Расслабься, ты слишком узкий… — прошептал напряженно ему зеленоволосый, Санджи хотел его ударить за такие слова. Расслабься? — это не тебя сейчас трахает абсолютный незнакомец, насаживая на свой огромный член. Черт, почему Санджи не осведомился о размерах прежде чем соглашаться… — Черт, черт, черт… — Санджи молчал ради Нами, это ругался незнакомец, всякий раз с силой заставляя чуть не вырвавшегося Санджи вернуться на его член и насаживая плотнее. На коже Санджи выступила испарина, перед глазами плыли круги. Минут через пять мучения были окончены, он ощутил, как излился в него зеленоволосый, все еще плотно сжимая его ягодицы и талию. Внутри стало горячо, а еще пришло чувство облегчения, что все кончено. Изможденный, Санджи и сам не мог уже держаться без поддержки, потому упал сверху на голый торс любовника. К его удивлению его макушку накрыла горячая рука и ласково ее погладила. А, ну да, конечно, он живет тут совсем один и ему не хватает тактильных ощущений. Перегруженное стрессом дня и только что пережитым сознание Санджи уносило куда-то далеко, но он успел прошептать до того, как отключился. — Помни, ни слова Нами-сан…