История, которую занесло снегом

— Нами-сан, нужно подышать воздухом, выйти на улицу! Метель наконец прекратилась, — спалось на «коврике у камина» Санджи не очень, ночью стало холодно, но зато на душе было легко, что он не проводит наконец время в объятиях этого извращенца, потому настроение было отличное. Вот он и решил отвлечь хмуро косившуюся за завтраком на снова полуголого хозяина особняка девушку. Да что он одеваться никак не научится, тем более шрам этот и… это что?! Даже на смуглом запястье четко были видны пальцы от чужой хватки. Другое дело, что Санджи знал, чья эта хватка и как эти отметины там появились. С учетом, что в особняке всего три человека, Нами-сан могут придти в голову странные мысли! — Наверное, ты прав, Санджи-кун, нужно освежиться, проветрить мозги, так сказать, — хвала богам, Нами отвела задумчивый взгляд от зеленоволосого. — Я принесу ваше пальто!       Снег завалил все вокруг, они даже не видели больше своей красной машины, только дорожка оказалась ровной и очищенной. Неужели, это Зоро сам встает и чистит ее по утрам? Тут Санджи осознал: кто же еще, кроме него, приносил каждое утро дрова в гостиную для камина. Значит, он не дрых, пока Санджи готовил всем завтрак…       После сытной еды и целой ночи сна прохладный воздух не пугал, а бодрил даже теплолюбивого Санджи, он в восхищении наблюдал, как играет солнце в ослепительно рыжих в этой бесконечной белизне волосах предмета его поклонения. Нами-сан не была просто красивой девушкой, она была умной, целеустремленной, а еще многие не видели, какая он добрая внутри и заботливая, правда скрывает это порой за слоем цинизма и расчетливости, но Санджи умел смотреть внутрь человека. — Сдавайся! — он сам не понял, как это получилось. Лукаво улыбающаяся Нами внезапно запустила в него снежок, от которого обычно нельзя было бы увернуться. Но годы работы на кухне со стариком заставили Санджи ловить боковым зрением любое движение, и он легко припал вниз, пропуская над собой снежок. — Ой, ой! Интонации девушки изменились, и Санджи резко развернулся. Так и было: на дорожке, набрав полные руки поленьев, стоял Зоро, и половина его лица была залеплена рыхлым снегом от наминого снежка. Санджи и Нами замерли, не зная, как реагировать. — Рыжая стерва, тебе конец, — прорычал зеленоволосый, бросил поленья на землю и моментально схватил пригоршню снега. Выпущенный им снежок попал бы в цель, если бы Санджи героически не прикрыл своей грудью Нами. Девушки не должны гибнуть на войне! — Смотри, бровастый, раз впутываешься, то она заберет тебя с собой в могилу! — прокричал Зоро.       Как бы не так. У Зоро мог быть теплый особняк. У него могло быть накачанное тело и власть над тайной Санджи, но гибкости и меткости Санджи у него не было. Уже через пять минут Зоро пришлось позорно отступить в дровницу, всякие подступы к Нами охранялись взявшим боевую высоту в виде небольшой снежной кучи Санджи. У него был заготовлен целый арсенал снежков и каждый из них, в отличие от снарядов Зоро, бил точно в цель. Нами хохотала и хлопала в ладоши, когда очередная вылазка Зоро всякий раз знаменовалась его позорным отступлением. Стратегическим, как он говорил. Сидя в своей дровнице, Зоро осознавал — типичная тактика не сработает, противника нужно брать иначе.       Взяв в руки два полешка поудобнее, он пригнулся и ринулся вперед — замелькали первые снежки. Но теперь Зоро не уворачивался, он метко разбивал их на лету поленьями, держа их по привычному, как катаны. Санджи напрягся, когда за пять секунд Зоро смог преодолеть расстояние до его холма, у подножия тот бросил поленья и прыгнул, сшибая своим весом блондина. Со снежной горки они рухнули единым целым в рыхлый снег, сразу утопая в нем. Санджи хохотал, не обращая внимания на снег за шиворотом и в рукавах — это была веселая схватка! Зоро приподнялся на руках, нависнув над соперником и наблюдая за ничего не замечающим хохочущим блондином. Его щеки разрумянились, волосы растрепались и искрились благодаря снежинкам в них, он смеялся, запрокидывая голову, самым счастливым смехом из возможных и совсем не смотрел на Зоро. Он открыл глаза, только когда лицо Зоро было уже совсем близко к нему, тот смотрел на него неотрывно внимательно, даже жадно. — Санджи-кун, вы не убились там?! — забеспокоившаяся тем, что двое запропали за сугробом, Нами, старательно карабкалась по снегу к ним. С раздражением оттолкнувшись руками, Зоро быстро встал и подал руку Санджи. Тот молча принял помощь и тут же переключился на Нами. — Все отлично, Нами-сан! Снег очень мягкий. Мне повезло, я упал на него, Зоро не повезло, он упал на меня, а я костлявый! То есть твердый! То есть мускулистый… тьфу ты. — Ха-ха, — свежий воздух поднял настроение и Нами, она веселилась неловкости блондина в ее присутствии, — в общем я поняла, Санджи-кун, ты молодец! — Да! — тот был готов прыгать по снегу и лаять, как щенок, от ее похвалы. Зоро быстрым шагом направился в дом. — Эй, голова-трава! — он не остановился, просто стал медленнее идти. — Не забудь поленья, после такой прогулки я приготовлю вам глинтвейн на каминном огне!       Зоро не обернулся, просто кивнул.       После прогулки будто спала большая часть внутреннего напряжения, которое циркулировало между троицей эти дни. Сидеть на шкурах около камина и пить глинтвейн из весьма хорошего предоставленного хозяином по доброте душевной, как сказала Нами, вина было упоительно. Не удивительно, что завязался непринужденный разговор. — Кстати, а почему ты живешь здесь совсем один, голова-трава? Тебе не скучно? — Санджи помешивал напиток деревянной ложкой и следил, чтобы всем всего досталось. — Мне — нормально, — буркнул хозяин, смотря на огонь. — А как же семья? У тебя никого нет? — Все у меня есть. У меня огромная шумная семья — братья, сестры, дядюшки, тетушки, особняк Ророноа — семейное гнездо. Просто они любят большие города, суету и людей, а я не люблю. Мне подходит здесь. — Бука-Маримо.       Нами хмыкнула от смеха в стакан — не сдержалась, но потом с волнением покосилась на Зоро. — Договоришься, на мороз всех выставлю, будете спать в снегу, как бобры. — Пфффф… — на этот раз в стакан хмыкнул Санджи и даже немного расплескал глинтвейн. — Бобры в гнездах под плотинами спят, профессор, а не в снегу. — Самый умный тут? — поднял бровь Зоро. — Самая умная тут Нами-сан. Она даже такая умная, что не бахвалится этим перед хозяином дома! — Санджи сделал полупоклон в сторону девушки, а затем продолжил наглеть. — А чем ты занимаешься? Неужели просто спишь всю зиму, как медведь? — Антиквариатом, — услышав это, Санджи присвистнул. Действительно, в доме полно старинных вещичек. — Преимущественно старинным оружием. Я спортсмен-мечник и еще выступаю экспертом по оценке подлинности оружия. — Ого, так значит порой ты выбираешься из своей берлоги к живым людям… — Порой. — А не бывал в «Барати» в столице? Это ресторан моего старика. — Хмм… нет, стоит сходить? — Зоро явно заинтересовался, Санджи и не подозревал в нем гурмана. — Я бы сказал да, но когда старик умер, ресторан пришлось закрыть, владелец здания не продлил контракт на аренду со мной… — вздохнул Санджи. — Так что меня больше в столице ничего не держит, если Нами-сан захочет, я устроюсь шефом в ее родной город! — У тебя что, не осталось никого больше из семьи? — О, я надеюсь, что Нами-сан станет моей семьей! Ей очень важно мнение семьи о ее выборе, потому я постараюсь изо всех сил им понравиться. Тем более, если это родственники Нами-сан, то я их заранее люблю!       Нами слегка покраснела, смущенная выражением столь бескорыстной преданности. Зоро поднялся на ноги, резко прерывая уютно текущую беседу. — Поздно уже, я спать, — зло бросил он. — Действительно, час поздний, — Санджи попытался было встать, чтобы убрать напитки, но Нами игриво потянула его за рукав обратно. — У нас осталась еще целая бутылка вина, Санджи-кун, давай спокойно ей насладимся, раз выдался такой шанс. Это очень хорошее, редкое вино, а сидеть у камина так приятно.        Конечно Санджи был согласен, с блаженной улыбкой он снова уселся на шкуры, на этот раз намерено ближе к расслабленной девушке, кажется, этим вечером их отношения сдвинутся с мертвой точки! — Тц! Выпивоха, — зло прокомментировал пристально наблюдавший за парочкой Зоро. — От алкаша слышу, ты выпил две бутылки, — буднично осадила его Нами. Санджи, успевший в этом соревновании поглощения алкоголя на скорость перехватить один стакан глинтвейна и уже слегка поплывший, не мог решиться, кого первым просить прекратить задирать друг друга. Нами не должна провоцировать хозяина, но зеленый пень не смеет задирать Нами. Пока он думал, зеленоволосый зло фыркнул, отвернулся и тяжело зашагал по лестнице. Санджи остался наедине с бутылкой вина и лучшей девушкой на свете, трясущимися от искреннего волнения руками, он стал разливать напиток по бокалам…       Сверху послышался какой-то лязг и грохот. Нами резко подняла голову, а потом бросилась вверх, источником такого грохота мог быть только хозяин, или происшествие, которое с ним случилось. Санджи даже не сразу поспел за девушкой, потому когда он вбежал в комнату, рыжая головка уже склонилась над рукой сидящего на полу Зоро. Санджи увидел на ковре капли крови, а на лице зеленоволосого гримасу боли. — Что случилось, Нами-сан?! Зоро стрельнул по нему взглядом, но не стал пенять, что спрашивать нужно у него. — Санджи-кун, Зоро порезался одной из своих катан, сбегай на кухню и принеси оттуда аптечку, — не поднимая головы от зажимаемой раны приказала ему Нами. И Санджи развернулся и побежал. Как он мог порезаться, если он мечник? Схватился рукой за лезвие? Как глупо… этому должно было что-то предшествовать. Он в панике перерыл половину кухни, пока не нашел в самом очевидном выдвижном ящике стола белую аптечку.       Когда он поднимался наверх, через неплотно прикрытую дверь спальни раздавались голоса Зоро и Нами, но он не мог разобрать слов. Только приблизившись ко входу, он смог разобрать, как Нами начала приговаривать: «У овечки боли, у ежика боли, а у Зоро не боли. Все, что я могу пока сделать». Оба тихонько рассмеялись. Санджи замер: вечно мрачно поглядывающий на него Зоро, растерянная Нами и их беседы в библиотеке… Пока Зоро спал с ним, эмоциональную связь он выстраивал с совершенно расслабленной Нами, ведь ей нечего было бояться его посягательств и девушка могла быть с ним мила и открыта, могла быть такой, которая очаровала и самого Санджи. Он опустил голову: какой же он дурак, они смеются вместе, между ними циркулирует столько тепла, сколько никогда не было между ним и Нами. А он просто… просто буфер для них, чтобы Зоро мог сбросить сексуальное напряжение и общаться с девушкой непринужденно. Вздрогнув всем телом от болезненно пробившей его сердце стрелы, он шагнул внутрь комнаты. — Что, голова-трава, не успел истечь тут кровью? Прошу вас, Нами-сан, — она должна была бинтовать его, заботиться о нем. Санджи видел искреннюю тревогу в ее глазах, значит, ей это нужно. Но заметив огромное кровавое пятно на ковре, Санджи и сам испугался за Зоро и взволнованно присел рядом. — И как это тебя угораздило?       Зоро хмуро посмотрел на него и отвел взгляд, Нами бинтовала глубокий, но ровный и чистый порез на ладони. — Взял посмотреть катану, задумался, уронил и попытался поймать рукой… — Попытался поймать рукой?! Настоящую боевую катану?! А пальцы ты думаешь у людей что — ненужные рудименты?! — заорал на него Санджи, такая невероятная глупость и такой риск. Зоро аж глазами захлопал от удивления. Нами попыталась успокоить его. — Санджи-кун, он ранен, зачем на него кричать, он взрослый… — Взрослый человек не ловит катану без ножен голыми руками. Вы понимаете, Нами-сан, что он живет тут один?! А если бы нас не было, а порез был чуть глубже, он бы попросту не дошел до аптечки. Умер бы от потери крови еще на лестнице!       Нами смотрела испуганно от нарисованных Санджи перспектив. Правильно, пусть боятся, больше беречься будут. — Не ори так, мишенебровый, я тут уже много лет живу и ничего, не скопытился. — Когда родня навестит тебя в ближайшее время? Когда мы уедем, кто-нибудь приедет? — деловито спросил Санджи, игнорируя слабые оправдания. — Без присмотра не останусь… — Зоро отвечал почти грубо. — Так, я обработала и затянула рану, но ночью может подняться температура. Нужно проследить за раненым, дать ему лекарство и попить. Кто с ним останется?       Нами вопросительно посмотрела на Зоро, Санджи обреченно наблюдал, с каким волнением Нами глядит на Зоро, не замечая, как Зоро смотрит на него и впитывает его полный заботы взгляд на Нами. Рыжая будто очнулась от глубокой задумчивости, улыбнулась тепло-тепло Зоро (так, что сердце Санджи сжалось против воли) и заявила: — Все здесь сегодня ложимся, чтобы дежурить по часам возле Зоро, вдруг кто-то из нас уснет? — Нами-сан, вы как всегда умны, а сердце ваше огромно и полно заботы! — восхитился Санджи. Зоро закатил глаза: подлиза.       Впервые на огромной постели они лежали втроем. Санджи пытался не думать, что они делали здесь вместе с Зоро, как он изменял Нами… Он хотел совершить для этой девушки настоящий поступок, уступить бросающей на Зоро взгляды Нами место посередине, но та в последний момент вздохнула и покачала головой, изъявляя желание лечь с краю рядом с Санджи. Он хотел было сказать, что не стоит пытаться беречь его сердце, и что если душа Нами стремится к Зоро… Но не смог, смалодушничал, и потому лег посередине, между Нами и Зоро.       Он уснул первым, ведь он всегда первым вставал. И когда его дыхание стало совсем тихим и едва уловимым, Нами посмотрела в глаза Зоро, слабо виновато улыбнулась, протянула руку насколько смогла и положила ее на грудь Санджи. Через полминуты Зоро накрыл ее тонкую ручку своей перебинтованной.