Terra Incognita

      На улице всё ещё шёл дождь, правда молнии уже не сверкали, а гром не гремел, заставляя желудок делать сальто на своём законном месте. Вместо это Мако чувствовала легкую тошноту, наблюдая, как что-то недовольно говоривший себе под нос Нефрит прикладывает лёд к собственной скуле.       Из всех реакций, что могли бы быть, Нефрит пусть и предполагал, но всё же не ожидал, что его Розочка как следует приложит собственный довольно тяжёлый кулак об его лицо. В их воссоединении ему виделись зачатки настоящей романтики, и он было почувствовал что-то такое, как в левую щеку прилетело, заставляя его пошатнуться от неожиданности. И в итоге он сидел вот так вот, прикладывая холодное к налившемуся синяку и периодически поправляя полотенце на собственных плечах, которая на автомате рассыпающаяся в извинениях Кино ему выделила перед тем, как достать лёд. Она стояла от него буквально на другой стороне маленькой кухоньки, предпочитая облокотиться об тумбу и рассеянно глядеть на него издали, нежели сесть рядом за стол и сказать хоть что-нибудь кроме того дежурного и безэмоционального «прости» в самом начале. В предположениях Нефрита после того, как Макото всё-таки ему хорошенько вмажет хотя бы за то, что он умудрился в этой жизни побыть демоном и хорошенько им насолить, или может потому что решит, что он именно демоном и явился, после этого она должна была кинуться на него с законными и совершенно правильными объятьями, лучше — поцелуями, но всё же с этим можно было повременить, ведь в этой жизни им ещё нужно было время, чтобы привыкнуть друг к другу. Вдоволь наругавшись про себя на чересчур уж сильную и меткую Кино, молодой мужчина наконец перевел осознанный взгляд на стоявшую напротив девушку.       — Первым делом мне захотелось увидеть именно тебя, — начал он, всё ещё чувствуя какую-то глупую детскую обиду за полученное увечье, — и это твоя благодарность. Польщён, розочка.       — Прости, — снова пробормотала Мако, не зная, куда себя деть. — Я растерялась.       — Я это понял, — благодушно заметил Нефрит, с каким-то смирением осознав, что подходить к нему сама такая бойкая ещё несколько минут назад любимая явно не собирается. Поэтому первый шаг вынужден был сделать он, как и все последующие, прежде чем упереть ладони в столешницу по бокам от немного смутившейся девушки. Жест вышел несколько агрессивным. — Так и будешь молчать?       Вообще-то, он хотел, чтобы это прозвучало недовольно, возможно с некоторым вызовом, но не ожидал, что вместо этого получится так… жалко. Растерянно. Почти что умоляюще. Ведь ей было за что на него обижаться и злиться. Если не за последние события, то за Серебряное Тысячелетие уж точно. Но он почему-то рассчитывал, что она не сможет, не посмеет его не принять или оттолкнуть. Самонадеянный глупец. Возможно, виновата была скорее импульсивность, нежели самоуверенность: он так спешил к ней, так жаждал встречи, но совершенно не подумал о том, что его Лита, Мако, Розочка могла в свою очередь эту встречу не желать совершенно. Он думал, что понимание и любовь девушки избавят его от участи объясняться и каяться в собственных прегрешениях, хоть оно и было только одно, но донельзя ёмкое, потому как захват силами зла и одурманивание в итоге и было лишь одним промахом, но повело за собой падение целого Королевства, их борьбу даже в новой жизни, не говоря уже о самом серьёзном проступке, которого Кино, как Нефрит надеялся, попросту не вспомнит. Хотя, собственную смерть не вспомнить наверняка было проблематично, так как в последнюю их встречу сейлор войны явно знали, чем закончился их бой с Металией. Понимание того, что ему абсолютно не на что рассчитывать в этой жизни, захлестнуло отчаянием, и в глазах предательски защипало. Стиснув зубы, Нефрит только и смог, что уронить голову куда-то вниз, стукнувшись лбом об ключицу девушки. И это, кажется, очень неожиданно привело её в чувства.       Макото осторожно взяла полотенце с чужих плеч, накрыв им самую макушку вздрогнувшего мужчины. Начала аккуратно вытирать мокрые волосы, ласково, заботливо. И только после этого с сиплым вздохом наконец его обняла. Руки Нефрита обхватили её за талию, отчего Мако чуть выгнулась и приподнялась, ощущая, как по телу проходится холодной волной дрожь. Он всё ещё был промокшим до нитки. Но после прохлады внезапно стало тепло и так правильно, что она обмякла вся, непонятно как оставшись на ногах, ведь Нефрит скорее навалился на неё, нежели держал. Она чувствовала, что ближе к сердцу теплота сменилась жгучей горячестью на коже даже сквозь кофту, и с ужасом поняла, что такими горячими могут быть только слёзы. Собственные от этого не заставили себя ждать.       — Я не молчу, — шепотом отозвалась девушка, вновь заставляя Нефрита чуть дернутся от неожиданности, — видишь, не молчу. Всё хорошо.       Одиночество наконец-то её отпустило.